***
Рокэ отошел от основной группы встречающих, так чтобы продолжить слушать, но не сильно бросаться в глаза. Посланником от Его Величества был граф Рафиано. Эр Гектор, хоть и был уже в преклонных годах, гордо восседал на коне во главе колонны. — Ричард. — Коня главного дипломата Талигойи придерживал сам маршал. — Вот и свиделись. И года не прошло, как я снова за вами прибираю. — В прошлый раз я, вообще, был не виноват. — Рокэ не знал, что маршала оказывается можно отчитывать, как мальчишку. — Кто вообще нападает на укрепленную крепость во время распутицы? Рокэ повел головой, желая узнать подробности этой истории, но граф уже перевел свое внимание на подошедшего генерала Давенпорта. Эр Ричард на всякий случай отошел подальше, когда к ним подошел один из конюхов и забрал поводья графского коня, и обернулся к тому месту, где должен был стоять Рокэ. — Монсеньор? — Рокэ поднырнул под руку одного из солдат и встал так чтобы его можно было почувствовать. — А, вот вы где. — Эр резко повернулся к Рокэ. — Хорошо. Найдите Чарльза, пусть теперь ходит хвостиком за графом и остается при его персоне пока граф гостит в степи. Им есть, что обсудить. — Как пожелаете. — Рокэ мог бы сдержать облегчение в голосе, но не стал. — Думаю, Чарльз будет рад выполнить это поручение.***
Специально для переговоров посреди степи установили шатер. Специально, чтобы маршалам и дипломатам было удобно, Эмиль положил на стол большую карту с южными границами бывшего Талига. Специально ли эр Арно то и дело переставлял фишки на карте, видимо продумывая стратегию следующего хода, не смотря на объявленное перемирие. Рокэ стоял рядом с эром и иногда передавал ему стакан с водой. Почти все то время, пока они ждали посланников Адгемара, маршал стоял с закрытыми глазами, полностью олицетворяя свою стихию. Рокэ пытался подражать маршалу севера, но пока получалось не очень удачно, он то и дело ловил себя на мысли, что ему хочется начать крутить фамильное кольцо или просто начать перебирать застежки на мундире. — Сожми пальцы или просто сложи руки за спиной. — Герцог положил руку ему на плечо и чуть сжал пальцы. — Не стоит показывать, что ты волнуешься. Это не принесет ничего путного, только даст повод для разговоров. — Мы ждем уже четыре часа. Думаешь, это не дает повода для разговоров? — Маршал Арно резко повернул голову в сторону друга. — Пока вы сохраняете спокойствие, все будут думать, что у вас есть план. — Граф Рафиано приложил жестяной стакан ко лбу. — А насколько он у вас окольный, пусть остальные гадают. — Вы это говорите уже в который раз. — Эр Ричард открыл глаза и медленными шагами подошел к Первому маршалу, что-то тихо ему шепнул. — И каждый раз, только Валентин ваше спокойствие разделяет. — Кто сказал, что я вам? — Рокэ заметил, как Рафиано смерил маршалов недовольным взглядом и даже покачал головой. — Я говорю это мальчишкам, которые, на удивление, почти все это время стоят и молчат, в отличие от вас: взрослых и опытных музчин. — Теперь граф смотреть на Рокэ и Эмиля. — Если вы не можете здесь и сейчас настоять на своем решении, то надо хотя бы попытаться сделать вид, что это решение самое верное. Насколько я заметил, люди почти всегда подчиняются тому, кто говорит увереннее. Даже не особо вслушиваясь в слова говорящего. Эмиль и Рокэ переглянулись, запоминая слова графа. Маршалы тоже скорее всего переглянулись, во всяком случае, Рокэ предпочитал думать, что это было что-то вроде переглядок. Потому что по другому этот обмен касаниями, воспринимался бы как что-то личное, не предназначенное для чужих глаз. Эр Арно взял перо, которое до этого спокойно лежало поверх карты, и начал его затачивать. Правда зачем, если оно и так было достаточно острым. — Не мельтеши. — Граф Савиньяк положил руку на стол и похлопал раскрытой ладонью по столу. — Эр Гектор, скажите, — Окделл повернулся к графу, — Какой временной промежуток может считаться оскорбительным в делах между государствами? Пятый час идет. — И мы их примерно за это накажем. — Граф наклонил голову на бок. — А вот кажется и наши друзья. Молодые люди, посмотрите, мои глаза уже не так зорки, как раньше. Рокэ даже прищурился, чтобы подтвердить предположение графа. — Чтож. — Эр Арно встал из-за стола, отбрасывая перо и поправляя мундир. — Мы свою работу выполнили, теперь дело за вами. Посланники из Равиата прибыли, одетые в традиционные одежды. Рокэ показалось, что его сейчас ослепит от такого количества золота в одеждах посланников. Эмиль покосился на посланника и, на всякий случай, уступил свое место графу Давенпорту, который проводил гостей к столу, вставая за спиной у брата. — А вот и наши дорогие гости. — Граф Рафиано довольно улыбнулся. — Прошу вас, присаживайтесь. У нас уже все готово, только вас и ждем. Рокэ незаметно взял маршала за рукав и потянул в сторону стула. Эр кивнул ему и сел по правую руку от графа Рафиано, сложив руки на столе. Рокэ встал у него за спиной, внимательно смотря за посланниками из Равиата. Граф Рафиано же, пока все устраивались, достал папку с мирным договором, который был написан на всех языках Золотых земель. Рокэ сам переводил на черновик часть на дриксенский язык, Первый маршал потом проверил его перевод и одобрил. Еще раз пробежавшись взглядом по строчкам, эр Гектор потянул документы гостям. — Здесь прописано все что мы обговаривали. — Граф говорил спокойно, прекрасно зная, что все его слушают. — Можем ли мы надеяться, что все наши взаимные усилия окупятся сегодня. Рокэ заметил, как посланник заметно напрягся после слов графа и даже отвел взгляд. Граф Рафиано на это только нахмурился, но промолчал, ожидая слов своего оппонента. Первый маршал подался чуть вперед, впиваясь темным взглядом в посланников. За его спиной так же стоял и Эмиль, отражая взгляд графа. Некстати вспомнилось, что мать Первого маршала — эреа Арлетта в девичестве была Рафиано, а нынешний граф был ее младшим братом. — Прошу благородных эров простить мои слова, — Посланник чуть не заикался, — Но к сожалению, я не могу подписать этот документ. — Почему вы не можете? — Герцог наклонил голову и медленно моргнул. — Какие, интересно, силы не дают вам подписать договор? — Прошу простить, за такую… заминку в решении столь важного вопроса. — Посланник сглотнул. — Гонец, что вез грамоту, был убит горными разбойниками. А без высочайшего указа я не могу поставить подпись на договоре. — Чтож, это одно из обстоятельств непреодолимой силы. — Первый маршал постучал пальцами по столу. — Могу ли я предложить помощь в поиске и наказании этих разбойников? — Мы не можем просить помощи у столь занятого человека. Его Величество уже приказал своим лучшим воинам заняться этой проблемой. — Сколько нам придется ждать, пока привезут новую грамоту? — Эр Гектор снова привлек все внимание к себе. — Неделю, в крайнем случае, Ваше Сиятельство. — Какая жалость. — Рокэ мог бы поставить весь полуостров на то что, графу Рафиано нисколько не жалко. — Тогда, полагаю, мы можем перенести обсуждение границ на тот момент, когда эти границы будут окончательно установлены. — Окончательно установлены? Но разве… они не прописаны в договоре? — В договоре стоит сегодняшняя дата. — Граф плотоядно улыбнулся. — Через неделю наша армия будет стоять уже в другом месте. Эр Арно, не подскажете мне, до куда мы можем пройти до завтрашнего утра, если наше продвижение продолжится в том же темпе? Рокэ и Эмиль внимательно посмотрели, как Первый маршал склонился над картой. — Если мы продолжим продвигаться таким же темпом, то к утру будем на месте слияния Гайры и Биры. — Эр Арно говорил спокойно, как человек, который уже обдумал все, что можно. — Вот и хорошо. Значит, как только наши гости нас покинут, мы продолжим движение. — Граф кивнул своему племяннику и перевел взгляд на посланников. — Нам чужого не надо, но и своего мы не отдадим. Поэтому предлагаю перенести нашу встречу, на более благоприятное время. — Я приложу все усилия, чтобы грамота пришла, как можно раньше. — Посланник встал из-за стола и поклонился маршалам и графу. — Это хорошо. — Эр Гектор благостно кивнул. — Равиат-то близко. Рокэ отчетливо увидел, как посланник вздрогнул всем телом, прежде чем уйти. — Лихо вы их. — Эр Ричард откинулся на спинку своего стула и медленно похлопал. — Учитесь, пока я жив. — Плечи графа, как-то опустились, делая его немного моложе. — Боюсь, таких высот нам никогда не достичь. — Первый маршал старательно сдерживал улыбку. Мирный договор все же подписали через три дня. Рокэ сам видел новые южные границы, которые Первый маршал нарисовал на карте красными чернилами. Все, до этого, спорные земли переходили под власть Кабитэлы, Барсовы Врата стала крепостью в десяти хорнах от границы, а ее пушки теперь смотрели в противоположную сторону.