Цена спасения.

Глава 8. Штаб союзных кланов гудел, как пчелиный улей. Карта территории Вень была испещрена отметками о победах. Цзян Чэн стоял у стола, обводя красным чернилами очередной захваченный город. Он был истощен. Постоянные попытки вспомнить, планирование в связи с изменившимися данными отнимали все силы, и самое главное - он чувствовал, как драгоценное время утекает сквозь пальцы. Лань Ванцзи вошел в шатер, его обычно безупречные белые одеяния были немного потрепаны недавним боем. Он молча встал рядом с Цзян Чэном, его взгляд был прикован к тому же месту на карте, что и взгляд Цзян Чэна - к Илин и горе Луаньцзан. - Мы взяли перевал Янлинь, - сообщил Лань Ванцзи, его голос был тихим, но усталым. - Путь на Илин почти свободен. - Почти, - резко ответил Цзян Чэн, отбрасывая кисть. Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.  Он постоянно думал о том, через что еще пришлось пройти его брату. Цзян Чэн дождался, пока схлынет основной поток командиров, и подошел к Лань Сичэню, который рассматривал схему дислокации войск у перевала Янлинь. Подойдя ближе, Цзян Чэн невольно отметил тонкий, свежий аромат горных растений и утренней росы, исходивший от Первого Нефрита, что слегка сбило его с толку. - Глава клана Лань, - начал Цзян Чэн, его голос был ровным, но в нем чувствовалось скрытое напряжение. Лань Сичэнь повернулся к нему с легкой, вежливой улыбкой. Он был невероятно красив, и Цзян Чэн на мгновение отвел взгляд. - Глава клана Цзян. Что-то конкретное по сегодняшнему бою? Цзян Чэн на мгновение замялся, подбирая слова. Ему нужно было говорить обтекаемо, не выдавая свои знания о будущем. - Нет. Я хотел поговорить о ситуации вокруг Илина и горы Луаньцзан, - он кивнул в сторону карты. Цзян Чэн посмотрел Лань Сичэню прямо в глаза, его слова прозвучали твердо и решительно: - Я хочу отправиться туда как можно скорее и спасти брата, - заявил он, отбросив всякую осторожность в формулировках. Лань Сичэнь замер. Улыбка полностью исчезла с его лица. Он удивленно и непонимающе посмотрел на Цзян Чэна. - Глава клана Цзян, понимаю, но это сейчас слишком рискованно, - мягко, но твердо возразил Лань Сичэнь. - Мы не можем просто так отправлять тебя одного или с небольшим отрядом в тыл врага, пусть даже путь «почти» свободен. Это противоречит всей нашей стратегии. Цзян Чэн почувствовал, как внутри него закипает отчаяние. Он знал, на что обрекает Вэй Усяня промедление. - Рискованно? Рискованно будет, если мы будем сидеть сложа руки! - почти выкрикнул он, ударяя кулаком по столу. - Вы не понимаете, что может произойти! Гора Луаньцзан - это не просто стратегическая точка, это проклятое место, там особая энергия. Я должен попытаться спасти брата. Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться и найти более рациональные аргументы. - Я прошу не о безрассудной вылазке, а о том, чтобы возглавить авангард, который ускорит захват этой территории. Это логичный военный шаг, вы сами это говорили. Я не один пойду. Мы можем выступить прямо сейчас, пока Вэни не успели укрепиться. Лань Сичэнь внимательно слушал, его проницательные глаза изучали Цзян Чэна. Он видел, что за этим волнением кроется нечто большее, чем просто забота о соратнике. Он протянул руку и легко, почти невесомо коснулся предплечья Цзян Чэна, как бы успокаивая его. От этого прикосновения Цзян Чэн на мгновение застыл, пораженный неожиданной близостью. - Ваши опасения имеют смысл, - наконец согласился он. - Но я не могу нарушить общий план действий. В этот момент к ним подошел Лань Ванцзи. Он молча стоял и слушал последние слова. - Брат, - тихо обратился к нему Лань Сичэнь. - Глава клана Цзян настаивает на немедленном штурме Илина. Лань Ванцзи посмотрел на Цзян Чэна, его обычно бесстрастное лицо выражало легкое удивление. - Я пойду, - без промедления произнес он. Лань Сичэнь перевел взгляд с одного на другого, вздохнул и кивнул: - Хорошо. Тогда вы возглавите авангард. Будьте предельно осторожны. Ваш отряд будет готов к завтрашнему утру. Я поговорю с остальными главами кланов. *** Прошел почти месяц, но добраться до горы Луаньцзан ни Цзян Чэну, ни Лань Ванцзи так и не получилось. Каждый раз, засыпая и просыпаясь, мысли Цзян Чэна возвращались к одной и той же навязчивой идее. Он думал, как добраться до брата, как попросить прощения за все обиды и недопонимание, как не допустить его смерти и не повторить ошибок прошлого. Война благодаря знаниям нового главы ордена Цзян набирала обороты быстрее, чем в прошлой жизни. Его уже начинали считать гением стратегии и предсказателем, но к сожалению, никакие знания не помогали добраться до Вей Усяня. Они собрали небольшой, элитный отряд из адептов клана Лань и Цзян - самых сильных, быстрых и незаметных. Их целью была гора Луаньцзан. Дорога была тяжелой. Хотя основные силы Вень отступили, арьергард постоянно устраивал засады. Наконец, когда они добрались до подножия проклятой горы. Картина была мрачной: обломки скал, сухая земля, мертвые деревья, искаженные сильным потоком иньской энергии. - Он здесь, - прошептал Цзян Чэн. Они попытались подняться на гору, но сделать даже 10 шагов было чрезвычайно трудно, а для более слабых адептов и вовсе невозможно. Темная энергия была настолько плотной и агрессивной, что атаковала их, проникая сквозь защитные барьеры и подавляя духовную силу. Видимо пока Вей Усянь не подчинит её, никому не удастся пробраться дальше. Лань Ванцзи применил свою Ци для защиты отряда, но даже его мощная сила с трудом справлялась с натиском. Цзян Чэн выругался про себя. " Как же Вэй Усянь жил здесь тогда и как он выживает здесь сейчас". Побывав на горе, он начал задумываться о более простых вещах: откуда у Вэй Усяня была вода и еда все это время? Эта мысль пронзила его холодным осознанием. На горе не было источников чистой воды, не было деревень, не было дичи. - Там нечего есть, Лань Ванцзи, - тихо произнес Цзян Чэн, его голос был лишен обычной резкости. - Там нет воды. Только мертвая земля и кости. " Он... он пробыл там три месяца, " думал Цзян Чэн, в его глазах читался ужас, которого не было видно даже на поле боя. " В прошлый раз. Ни еды, ни воды. Как он выжил? Как он смог не умереть от голода и жажды, прежде чем сойти с ума от этой энергии? Он питался этим - темной энергией. Он был вынужден использовать её, чтобы выжить. Чтобы не сойти с ума, он должен был подчинить её себе. Вот почему он вернулся другим." Сколько бы они не пытались, но им пришлось отступить. Силы были не равны. К тому же пришло донесение от Лань Сиченя о собрании и дальнейшем планировании кампании "Аннигиляция солнца". Долг звал их обратно. Спасение Вэй Усяня откладывалось, что било по Цзян Чэну сильнее, чем любая атака Вень.