Алая месть Лили Эванс

Лили и Джеймс Поттеры в ту ночь вели себя как самые обычные, до смешного счастливые люди. Сидели на полу, строили из подушек что-то, отдалённо напоминающее крепость, и искренне верили, что это — надёжная защита от всего темного, зловещего мира. Гарри смеялся, тянул руки к отцу и явно подозревал, что жизнь — штука простая: тепло, светло и мама с папой рядом. Если бы кто-нибудь сказал им тогда, что через пару минут всё закончится, Джеймс бы фыркнул, а Лили закатила глаза. 31 октября вообще не выглядел днём для трагедий. Скорее для сливочного пива, смеха и «давай ещё раз». А потом дверь щёлкнула. Негромко. Почти вежливо. Так щёлкают двери, когда у них очень плохие намерения. — Ты это слышал? — спросила Лили, уже зная ответ. — Ага, — сказал Джеймс и встал. — И мне это совсем не нравится. Воздух в доме резко решил, что быть тёплым ему больше неинтересно. Камин погас, магия сжалась, как будто кто-то чужой зашёл без приглашения и даже не снял обувь. — Наверх. Быстро, — сказал Джеймс тем тоном, которым обычно говорят «всё под контролем», когда контроля уже нет. — Мы же договаривались: вместе, — напомнила Лили, прижимая Гарри. — Мы договаривались выжить, — поправил он и уже сунул ей в руку палочку. — А теперь беги. Вот прямо сейчас. Да, я серьёзен. Нет, я не обсуждаю. — Джеймс… — Лили, — он улыбнулся. Нервно. — Я задержу его. У тебя есть шанс. Используй его, ладно? Где-то внизу послышались шаги. Неторопливые. Уверенные. Такие, которые не торопятся, потому что знают — всё уже решено. — Я люблю тебя, — сказал Джеймс быстро, как будто боялся не успеть. — Ты невозможный, — ответила Лили и побежала по лестнице на верх. Бывшая Эванс не стала слушать дальше — это вообще была не та ситуация, где полезно дослушивать. Она распахнула окно, холодный воздух сразу дал понять, что осень не собирается сочувствовать. Гарри тихо пискнул, явно возмущённый тем, что игру внезапно свернули без объяснений. Лили прижала его крепче. — Всё хорошо, — прошептала она, хотя это, конечно, была наглая ложь. Она шагнула в темноту почти буднично — как делают шаг, когда выбора всё равно нет. За спиной что-то вспыхнуло, что-то изумрудно-зеленое. Не эффектно. Не героически. Просто так, как заканчиваются самые важные вещи. И всё. Дом, смех, голос Джеймса — остались там же. Мир аккуратно, без лишнего пафоса, разделился на «до» и «после». Лили приземлилась, не оглядываясь. Потому что если оглянуться — можно не уйти. А уходить ей теперь нужно было за двоих. В ее зеленых глазах стояла соленая вода. Она только что потеряла любимого человека, но она вынуждена была бежать и не плакать (а плакать хотелось), чтобы не потерять второе свое любимое чудо.