Идеальный мотив

Прохладный ветер окутал город ещё с ночи, даря жителям ощущение лёгкости и небольшую передышку перед надвигающейся летней жарой нового дня. Как и говорилось, город жил, дышал. А люди в нём были переменными, наделяющими это место энергией. И, возможно, подарок в виде прохлады был эквивалентом приветствия — знаком того, что Сан-Франциско ждал и принял троицу из северного штата. Атмосфера в городе была необычайно тихой, почти монотонной. Машины стояли в пробках, а водители и пассажиры спокойно ждали начала движения. Никто не кричал, никто не сигналил. Дети досыпали сны на задних креслах, готовясь к школьному дню. Взрослые же, стараясь не нарушить их покой, рассеянно вглядывались в стёкла соседних автомобилей. Эти моменты спокойствия и мягкой отчуждённости были непривычны для такого города — но иногда всё же случались. Ситуация в полицейском участке Сан-Франциско была почти идентичной. Даже местные нарушители закона, по всей видимости, решили сделать паузу в своём расписании и не стремились попасть в лапы полицейских. Так что сотрудники ночной смены мирно дремали за рабочими столами, мысленно надеясь, что успеют прийти в себя раньше, чем явится начальство. В кабинете отдела по уголовным расследованиям стоял полумрак. Утреннее солнце пробивалось сквозь панорамные окна и ложилось на комнату длинными полосами света. Часы на стене отсчитывали секунды — сухо, чуть раздражающе. На фоне этого тиканья слышалось тихое поскрипывание грифеля: неровные, быстрые штрихи. Ксавье прилип к своему столу. Сидя в кресле, он почти разложился на поверхности, опираясь главным образом на левое плечо. В такой позе он высматривал сосредоточенными глазами ровные линии очертаний лица одной брюнетки. За последние сутки парень нарисовал около десятка портретов Уэнсдей — что, возможно, могло показаться озабоченностью со стороны. Но это был не тот случай. Вчерашний день принёс достаточно эмоций и новой информации, которая тревожила парня. Прокручивая воспоминания в голове, он слегка улыбнулся. Приезд старой знакомой, определённо, оставит след в жизнях команды из Сан-Франциско.

***

После того как команда Аддамс покинула участок, в кабинете, наконец-то, можно было дышать полной грудью. Бьянка с детективами вернулась обратно, по пути столкнувшись с выбегающим Юджином. Им нужно было обсудить всё, что произошло, и понять, какая работа предстоит. Настроение у девушек было сумбурным, даже слегка возбужденным. Сойдясь на том, что им необходим небольшой перерыв — скорее моральный — команда устроилась в зоне отдыха, в предвкушении разговора. — Так что… может, вы мне объясните, что это было? — тихо прошептала Энид, поджимая ноги под себя и вцепившись пальцами в подлокотник дивана. Йоко с Бьянкой лишь кратко успели рассказать историю их жизни и взаимоотношений с Аддамс. Но чёрт возьми, поведение брюнетки выбивало Энид из колеи. Она не привыкла к такой холодности и жестокости. — Это была вечная гроза в косичках под именем Уэнсдей Аддамс. — обреченно протянула Йоко, закинув руку на спинку дивана за Дивиной. — Честно, не думала, что когда-нибудь снова столкнусь с этим… феноменом. — Мм, ты права. Эта встреча не входила в мою карточку бинго на этот год. — подхватила Дивина, чуть наклоняясь к девушке и дотрагиваясь к ней плечом. — Хотя знаешь… в этом было что-то приятное, ностальгическое. В ней же почти ничего не изменилось, будто и не прошло этих семи лет. — шатенка сделала паузу. — Разве что, она стала ещё строже. — все, кроме Энид, инстинктивно кивнули головой в согласии. — Вы сейчас звучите так, будто восхваляете эту… маньячку. — пробормотала Энид, нервно дернувшись. В голосе — смесь искреннего удивления и обиды. Вся ситуация для Энид выглядела так, будто по ним просто потоптались, а её коллег это, почему-то, никак не задевало. — Я понимаю, вы учились вместе, но… серьёзно? Что если бы на её месте был кто-то другой? Дивина моргнула, чуть приподняв голову с плеча Йоко: — Маньячкой? — переспросила она у блондинки. — Да! — Энид всплеснула руками. — Мне она всеми своими действиями напоминает именно маньячку. Йоко хмыкнула, её губы растянулись в хищной ухмылке. Она наклонила голову чуть в сторону, рассматривая блондинку поверх очков. — Аккуратнее, волчонок, такие вещи лучше не говорить в комнате, где неожиданно может появиться Уэнсдей. — на фоне послышался тихий смешок Дивины и Ксавье — они прекрасно понимали предупреждение вампирши. — А что такого? — фыркнула Энид. — Даже если её это взбесит… я уверена, что смогу от неё отбиться. Йоко прищурилась — взгляд стал теплее, а улыбка шире, почти платонически-насмешливая. — Взбесит? Наоборот, Энид. Я боюсь, что Уэнсдей сочтёт это за комплимент. — О Боже… — у девушки прошёлся холодок по спине. Она видела как на лицах коллег появились улыбки — кто-то даже тихо посмеивался с замечания Йоко. Сумасшедшие. — Так или иначе, никто никого не восхваляет. — спокойно продолжила разговор Бьянка, переплетя пальцы и слегка наклонившись вперёд. Она нечасто задерживалась в этом кабинете — интерьер раздражал её, каждый раз напоминая о той минутной слабости перед честными глазами друзей. Но кожаные кресла, стоит признать, были на удивление удобными. — Просто иначе описать её невозможно. Она всегда была такой. Холодной, прямой, неудобной. И к этому сложно привыкнуть, поверь. Но, Энид… я немного не понимаю твоей реакции. Люди чаще всего боятся Уэнсдей: молчат, пытаются убежать или провалиться под землю. Ты же реагируешь слишком бурно — даже для тебя. Успокойся. Она тебя не съест. Энид прикусила губу и опустила взгляд в пол. Ксавье слегка выпрямился в кресле. — Ладно… тогда объясните. — прямо сказал он. — Зачем они вообще приехали? Что за дело и зачем им нужна перепроверка? Йоко коротко пересказала ситуацию: совпадение убийств, признания «не контролировал себя», странная чистота дел, указание «сверху». Разве что опустила слова про нити и того, что кто-то ведёт игру. Эту часть ещё нужно было доказать. Пока вампирша говорила, Ксавье внезапно напрягся. По спине прокатилась тонкая дрожь, ладони вспотели, а на затылке возникло знакомое ощущение холодного взгляда. Он знал этот сигнал. Медиум внутри тихо просыпался. Пальцы почти сами потянулась к карандашу, но он с усилием подавил этот порыв. Парень сжал их на подлокотнике, заставляя себя удержаться в настоящем. — Ну, задача ясна. — проговорила Дивина, слегка сжав ладонь Йоко. — Надеюсь, мы сможем работать вместе, без… катастроф. — девушка слегка усмехнулась, вспоминая напарников брюнетки. — Не могу ничего сказать по поводу Тайлера, он весьма закрытый — во вкусе Аддамс. А вот Юджин вам понравится. Милый, мягкий, добрый. Даже не знаю, как Аддамс позволила такому человеку работать рядом с собой. Бьянка поднялась из кресла, медленно проводя взглядом по всей команде. — Ладно. — начала капитан, аккуратно поправляя воротник рубашки. Пиджак был благополучно оставлен в личном кабинете. — Хочу верить, что ничего серьёзного тут нет, и оба этих дела — просто нелепая шутка судьбы. Совпадение, не больше. — она выдержала паузу. — Но, я хочу что бы вы понимали, команда Уэнсдей — элита. В верхних кругах её отдел считают одной из самых эффективных не только в штате, но и в стране. На время этого расследования, они получили свободный доступ к ресурсам, к архивам, ко всем данным, которые им могут понадобиться. — её голос стал жестче. — Поэтому постарайтесь держать планку. Не делать глупостей и не бесить лишний раз Аддамс. Бьянка видела растущее возмущение в глазах детективов, но знала — команда прекрасно её поняла. Какими бы сумбурными они не были, но сирена всегда могла уверенно и с гордостью сказать, что этот отдел — профессионалы своего дела. Вздохнув, капитан позволила себе тонкую, почти невидимую улыбку. — И, пожалуйста, постарайтесь, чтобы Аддамс не убила вас быстрее, чем они уедут обратно. — последняя фраза остановило буйство со стороны подчинённых, разряжая обстановку. Бывшие сокурсники Уэнсдей обменялись лёгкими улыбками по типу «ничего не обещаем», а Энид просто отвернулась к окну, видимо проклиная брюнетку. Кто же её знал. Бьянка лишь кивнула — разговор был окончен.

***

От этих размышлений Ксавье и не заметил, как пролетело время. Стрелки на часах показывали, что рабочий день вот-вот начнётся. Последствия его способностей время от времени расстраивали парня, ведь он часто забывался, блуждая где-то на границе своего сознания и листов бумаги. Эта рассеяность сопровождалась молчаливостью, остранённостью, и влекла на себя презрительные взгляды со стороны посторонних людей. Особенно на местах преступлений. Пока его коллеги активно работали с уликами и опрашивали свидетелей, он тихо сидел в стороне, занимаясь своей частью работы, но постоянно ощущая затылком чужие колкие взгляды. Парень понимал, что в эти моменты люди, в основном, были в состояния аффекта, злости или утраты, будь то родственник жертвы или очевидец. Но это не оправдывало того, что читалось в их глазах. Им необходима была защита, утешение, хоть какая-то понятная активность. А то, что для его способностей было обыденным, им казалось… бездействием? Бесполезностью. Каким-то дополнением, сидящим на зарплате. Важна ли была ему оценка людей? Нет. Ощущал ли он от неё боль? Увы, да. Когда расследования заходили в тупик и затягивались дольше, чем того бы хотелось каждому, эмоции накапливались быстрее, чем успевали выливаться в рисунки. И только тогда, парень действительно начинал думать, что его нахождение в полиции, в этом отделе - ошибка. Что он обуза. Конечно же Ксавье понимал, что его друзья так не считали. Подбадривающие выкрики Энид, спокойные слова Дивины, и даже колкие фразочки Йоко давали понять, что парень нужен. Что он часть команды. Такая же важная составляющая как и остальные. Но даже среди всей этой поддержки он оставался один. Эту тишину, эту тяжесть и мрачность медиума, было просто напросто не с кем разделить. Некому открыть или доверить. В коридоре прозвучал глухой стук каблуков. На пороге кабинета появилась Дивина, в бодром расположении духа. Секунду спустя рядом появилась Йоко, лениво зевая и потирая глаза. — Доброе утро. — мягко улыбнулась Дивина, поставив на стол бумажный стакан кофе. — Ксавье, ты какой-то уставший, не спал что-ли? — Спал, в положении сидя… я не уходил домой. — парень выпрямился, разминая поясницу, и накрывая расписанные листы чистыми. — И вам доброе утро. Ксавье посмотрел на Йоко, которая до сих пор стояла в дверях, видимо взвешивая все “за” и “против”, решая, хочет ли она сегодня работать. Та лишь кивнула и медленно двинулась к столу. Походу “за” оказалось больше. Комната наполнилась тихим утренним уютом - запах кофе, шелест документов и тихое посапывание вампирши. Ночные создания все таки, что уж тут поделаешь. Спустя несколько минут, дверь вновь распахнулась, впуская аромат свежевыглаженной одежды и аромат парфюма. В кабинет вошли Уэнсдей и Тайлер, оба идеально собранные, без намека на сонливость. Девушка оставляла за собой привычный шлейф чёрного кофе, чернил и терпкой сладости шелковицы. За парнем же закрепился устойчивый аромат с нотами корицы, кофе и кожи, а в конечных нотах ощущалось лёгкое древесное послевкусие. Аномальная жара заставила детективов сделать некоторые коррективы в своей привычной одежде, но даже так, они сильно контрастировали с тем, как позволяли себе выглядеть работники данного участка. На Уэнсдей была свободная белая рубашка, растёгнутая на две пуговицы, открывая вид на ключицы детектива, и заправлена аккуратно в высокие брюки. Неизменно чёрного цвета. Рукава закатаны до локтей. На ногах - каблуки. Закрытые и строгие. Чёрный никуда не делся — просто стал легче и менее смертельным в жару. Галпин вместо привычных тёмных брюк надел свободные, светлого оттенка. Рубашка цвета хаки и тёмный кожаный ремень остались на месте. — Всем привет. — сухо поздоровался шатен, проходя в глубь кабинета. Он остановился у стола вампирши, явно ожидая, когда та соизволит обратить на него внимание. Уэнсдей лишь молча кивнула, направляясь к дивану. — Детектив Танака, верно? Вчера у нас не было возможности познакомиться чуть ближе. Мы бы хотели начать работу с пересмотра ваших отчётов, не могли бы вы мне помочь? Так же нам понадобится ваша доска для расследований. — парень завёл руки за спину - дисциплинированная, почти солдатская поза - и посмотрел на Йоко ровным взглядом. Девушка лениво подняла глаза на шатена, который явно мешал ей профессионально прокрастинировать, развалившись на стуле. Хм, какой правильный. Она медленно выпрямилась, одаривая Тайлера самой хищной из её фирменных ухмылок. Ну а что? Не только же Уэнсдей пугать новые лица. — Конечно-конечно! Ты прости, я… Тайлер резко перебил её, предугадывая возможный вопрос Йоко. — Тайлер. Тайлер Галпин, на случай, если вы запамятовали. Считывать людей для детектива было привычкой. Издержкой профессии. А после вчерашнего профайлинга почти всей команды от Уэнсдей, так и вовсе все их эмоции и привычки лежали как на ладони. Мысленно ухмыльнувшись своей превосходностью в данной словесной баталии, парень зеркально повторил её жест, подарив такой же хищный оскал. Вся лень испарилась мгновенно, а в глазах Йоко вспыхнул азарт. Этот парень был не так прост. Девушка явно видела сходство с Уэнсдей. Она даже быстро представила, как выглядел бы Тайлер с чёрными косичками, и согласившись со своими же мыслями, хмыкнула. Ну, первый блин комом. — Точно, Тайлер… конечно, ну как же вам отказать? Только придётся спуститься в архив. — Йоко вскочила с места, показывая парню следовать за ней. На лице вновь появилась ленивая ухмылка, показывающая, что данная дуэль хоть и проиграна, но война только начинается. Уже на выходе, они услышали скучающий голос брюнетки, расположившейся на быльце дивана с блокнотом в руках. — Если вы оба решили поиграть в пугалки, делайте это качественно. Сейчас было… жалко. Это заставило обоих детективов ухмыльнуться. Ну конечно, ничего не могло ускользнуть от внимания самой Уэнсдей Аддамс.

***

Атмосфера в кабинете выровнялась, и все плавно вошли в рабочий процесс. Ну как — все. Ксавье буквально сразу же исчез вслед ушедшими детективами. Ему нужно было привести себя в порядок и выпить живительного напитка. Всё-таки сон за столом не приносил необходимой энергии. Когда вышеупомянутая парочка вернулась со всеми необходимыми бумагами, Уэнсдей и Тайлер приступили к работе. Доска для расследований быстро заполнялась снимками, отчётами и ровными надписями чёрного маркера. Привычные для этого кабинета яркие разноцветные стикеры были выброшены в мусорку и благополучно заменены на бледно-жёлтые. Йоко, конечно, попыталась защитить честь ярких бумажек, но, заметив, что Уэнсдей было глубоко плевать на её мнение, смирилась. Всё-таки в данный момент доска была нужна именно им. Спустя некоторое время поверхность была почти полностью заполнена, открывая вид на идеально структурированный план — картину описывающую историю обоих дел, если это можно так назвать. Всё было систематизировано, упорядочено. Детективы явно были довольны результатом своей работы, иначе как объяснить довольные ухмылки на их лицах? Кстати, эти застывшие ухмылки явно пугали Дивину, у которой по спине уже стекала тонкая капелька холодного пота. Но так или иначе, и вампирша, и сирена, с удивлением рассматривали доску, подчёркивая профессионализм вложенный в неё. Да, стиль работы команды Уэнсдей сильно отличался от их собственного, но это не мешало им тихо восхищаться увиденным. Весь процесс занял чуть больше часа, и в течении всего этого времени детективы лишь изредко перекидывались короткими фразами. Не вопросами, а лишь уточнениями и сухими фактами, понятными только им. Заполнение доски улик являлось неким подобием игры для команды из северного офиса. В основном, каждый добавлял свою деталь, делая подобие хода. Будь то карты районов или схемы мест преступлений от Юджина, фотографии и технические распечатки со стороны Тайлера, или логические заключения выведенные ровным, каллиграфическим почерком Уэнсдей. Они никогда не сомневались в том, насколько необходима та или иная деталь, добавленная коллегой. И этот симбиоз поражал. Предположительно, этот кабинет ещё никогда не видел такой сосредоточенности на работе. Казалось, что настрой детективов насильно передавался девушкам из отдела Сан-Франциско, которые, к собственному удивлению, почти не переговаривались. Дивина что-то вычитывала в очередном отчёте, а Йоко… ну, внешне она казалась погруженной с головой в дела, всматриваясь в экран ноутбука. Что же происходило там на самом деле — старое дело, статья или пасьянс — знала только она сама. Но идиллия, как известно, не может длиться вечно. Громкий звук разрезал пространство. В кабинет влетела Энид, запыхавшись. Волосы растрёпаны, рюкзак почти что спал с плеча, в глазах лёгкое безумие, будто за ней гналась стая собак. — Я… всем… всем привет! Не сильно опоздала, да? — выдохнула блондика. Увидев три пары уставившихся глаз, смотрящих на неё, девушка издала слабый писк, испугавшись. Она и забыла, что теперь в офисе могут присутствовать не только её друзья. Заметив, что Уэнсдей не обратила внимание на её появление, Энид медленно пошагала к рабочему столу, в голове благодаря вселенную за то, что, хотя бы с порога, к ней не начала придираться брюнетка. Закинув рюкзак куда-то под стол, девушка плюхнулась на кресло, вдыхая аромат духов витавших в офисе. Обострённое обоняние всегда было сильной стороной Энид — запахи говорили ей о людях и обстановке куда больше, чем любые слова. Правда, в начале работы это было скорее похоже на проклятье — резкие ароматы крови и разложения ударяли в нос так сильно, что земля уходила из под ног. И пару дежурств она вообще проводила в предсмертном состоянии. Но со временем нюх притупился ровно настолько, чтобы не валить её с ног, а контроль стал лучше. И сейчас он стал её рабочим инструментом — одним из самых полезных. Теперь Энид улавливала тонкие запахи почти автоматически — настроение человека, его внутренний фон, следы чужих эмоций. И даже подходя к кабинету она уже знала, кто там сейчас сидит — ароматы её друзей давно въелись в стены, в мебель. У каждого свой, узнаваемый. И каждый по-своему приятный её внутренней волчице. Например, Дивина пахла морской солью, свежей прохладной водой и лёгким цветочным ароматом — что-то около ландыша. Её запах хоть и был похож на аромат Бьянки, но для оборотня различия были слышны. Йоко, как бы логично это ни звучало, всегда отдавала лёгким металлическим запахом крови, который перемешивался с привкусом коктейльной вишни и горького миндаля. В Ксавье всегда ощущался дымный древесный запах вперемешку с графитом, но вблизи чувствовалась терпкость цитруса. Сейчас же в воздухе появились новые ароматы — обволакивающие, дополняющие друг друга. Блондинка с удивлением подметила, что они чертовски подходят двум детективам. И чего уж там таить, от одной ноты оборотню хотелось вдохнуть ещё глубже. Ещё ближе. — Детектив Синклер. — ровный, почти гипнотический голос донёсся до сознания девушки. Энид слегка сжалась, слишком уж голос был холодным. — Рада, что вы соизволили появиться на работу, ещё и в таком бодром самочувствии. Знаете, в моём отделе существует удивительная традиция. Называется - приходить вовремя. Думаю, вам стоит с ней ознакомиться. Хотя бы из уважения к своим собственным коллегам… и собственной профессии. Комната замерла, послышался звук когтей, скрежетом прошедших по поверхности стола. Энид вспыхнула, зло посмотрев на Уэнсдей. Ей показалось, что в её карих глазах промелькнула тень ехидства и небольшого интереса, ожидавшего ответа, нападения — но так же быстро исчезла. Но она ничего не ответила. Лишь выпрямилась, резко кивнула и подцепила какой-то файл, лежавший на столе, делая вид, что с головой погружена в работу. Интересно. Уголки губ брюнетки едва дёрнулись. Она сразу же вернулась к своим делам, обьясняя какие-то мысли Тайлеру. Йоко с Дивиной переглянулись и одновременно взяли в руки телефоны, открывая рабочий чат. Йоко: Ну всё, пора выбирать цвет гроба! Волчонок, тебе какой по душе - элегантный чёрный или розовый с пони??? Советую выбрать первый, может так получится урвать красивый венок от Аддамс. Дивина: Йоко, перестань! Не обостряй. Я уверена, что всё не так плохо… Эни, ты всё же решила последовать совету Бьянки и не бесить Уэнсдей? Энид: Ничего я не решила! Мне на неё все равно и я не собираюсь подстраиваться под неё!! Просто… просто с утра созванивалась с родителями, и мне хватило упреков со стороны мамы.. Дивина: Оу… понимаю. Она как обычно? Энид легонько кивнула, убеждаясь, что её подруги заметили движение. На лицах сирены и оборотня промелькнула грустная улыбка. Вампирша же продолжала что-то печатать, слегка обнажая клыки. Сочувствие было последним, в чём нуждалась сейчас блондинка. Йоко: моя суши-рыбка, я не думаю что предупреждение Бьянки хоть как-то спасёт ситуацию. Давайте будем честны — вот есть Уэнсдей, вся такая тёмная, угрюмая, типа овал Малевича. А есть Энид. Просто совокупность всего, что Уэнсдей ненавидит. Кажется у нас была одна такая девчонка на потоке… ты же помнишь, что Уэнс с ней сделала? Дивина: Квадрат. Йоко: что квадрат? Энид: что она с ней сделала??? Дивина: Квадрат Малевича, Йоко… это квадрат. А ещё если я снова увижу, что ты называешь меня суши-рыбкой, я тебя утоплю в ванной. И ты меня знаешь, я могу! Энид: аууу, что она сделала с этой девушкой?? Ксавье: что у вас там происходит? Почти идеальную рабочую тишину нарушали лишь тихие звуки набора текста и приглушённые смешки, которые девушки отчаянно старались подавить. Тайлер наблюдал за этими эмоциональными качелями с явным интересом, хотя застывшая, почти дикая улыбка, говорила чуть больше о его мнении на всё происходящее. Он прекрасно понимал, что девушки решили посплетничать, и скорее всего спором была Уэнсдей или вся их команда. Оба детектива понимали это. Но троица даже не пыталась как-то это скрыть — не вышли в коридор , не дождались перерыва. Нет, они просто сидели и вели переписку в двух метрах от детективов. У них что, совсем отсутствует инстинкт самосохранения? Тайлер бросил короткий взгляд на старшего детектива. Раздражение, куда сильнее обычного, читалось в её дыхании, в сжатой челюсти. Он знал, что вывести Уэнсдей из себя почти нереально. Она всегда была слишком собрана, слишком холодна, чтобы позволить себе такие чуждые эмоции. Но сейчас что-то было не так. Хлоп. Дверь кабинета слегка приоткрылась и внутрь медленно проскользнул Юджин. Сонные глаза еле держались открытыми за стёклами очков. Свежая футболка была помята, а кудрявые волосы, сопротивляясь всем законам гравитации, стояли торчком. — Эм… доброе утро. — виноватый вид парня умилял. Сейчас он совсем не был похож на человека, работающего в уголовном отделе. Он нервно потирал голову на затылке. — Ты проспал. — сухо констатировала Уэнсдей. Парень лишь виновато кивнул, но на лице красовалась добрая, мягкая улыбка. — Прости, Уэнс… видимо, дорога выдалась слишком изматывающей для меня. — Ты хоть что-то поел? — неожиданно тёплый голос вырвался из уст брюнетки. Настолько неожиданный, что у кого-то выпал телефон из рук. — Да… да! Я успел позавтракать в отеле. Извини ещё раз, Уэнс. — девушка лишь молча кивнула. — Я хочу ещё раз допросить Уолкера, так что мы вернёмся после обеда. Идём, Галпин. Детективы направились в сторону выхода, впереди было ещё много работы. Уэнсдей мысленно благодарила Юджина за появление, которое выдернуло её из мыслей. Тайлер же лишь потрепал того по волосами, и сказав «не скучай», закрыл за собой дверь.

***

Стрелки часов продолжили методично отбивать свой ритм. Как и подметила Дивина, Юджин достаточно быстро нашёл с ними общий язык. Он смог поближе познакомиться с новыми коллегами за свежезаваренной чашкой горячего чая. Девушки, почувствовав родственную душу, с удовольствием рассказывали о себе, о своих делах и проколах. Энид достала металлический коробок с запасами конфет и печенья, сразу отметив, что Юджин такой же сладкоежка, как и она, и его выбор, в основном, падает на сладости с лимонным вкусом. Конечно же они не забывали спрашивать и о самом парне, и о его коллегах. Юджин охотно рассказывал об их буднях в Бёрлингтоне, о том, как проходят рабочие дни. На вопросы о напарниках парень умело увиливал, выдавая лишь аккуратные, почти безвредные детали — только то, что никак не могло повлиять на мнение о них. Юджину искренне нравилась атмосфера Сан-Франциско и эта команда. По крайней мере его первое впечатление оказалось позитивным. Поэтому он решил для себя, что если Уэнс и Тайлер захотят открыться перед новыми коллегами так же, как они открылись когда-то перед ним — они сделают это сами, в нужное время. Да, он прекрасно понимал, что между командами сейчас огромная пропасть — и в методах работы, и в выражении эмоций. Но лёгкая уверенность в том, что им удастся сработаться, тихо теплилась в сердце брюнета. Время близилось к обеду. Юджин перечитывал детали двух дел в ноутбуке, усевшись рядом со своим новым другом - Косточкой. Да… так звали игрушку авокадо. Дивина что-то методично доказывала двум детективам, махая документами перед их лицами. Это выглядело так, будто строгая мать отчитывает своих неуклюжих детей. В дверь кабинета резко постучали, а потом уже распахнули. На пороге стоял дежурный сержант Рамирес, с напряжённым взглядом. — Детективы, поступил новый вызов. Четыре трупа. Парковка на Вирджилл-стрит. — коротко произнес парень, и кивнув, так же быстро исчез за дверью. — Четыре!? Серьёзно? Поехали, по пути заберём Ксавье. Йоко набери его, узнай где он вообще! — Энид уже подскочила на ноги, на ходу собирая свои вещи. Дивина и Йоко последовали её примеру. Вампирша уже собиралась высказать нелепое предположение о местоположении Ксавье, но вовремя заметила предупреждающий взгляд сирены. Вздохнув, брюнетка вновь убедилась, что её девушка слишком хорошо её знала. Решив не испытывать судьбу, она, двигаясь вслед за Энид, начала набирать парня. Дивина выходила последней, привычно проверяя, не забыли ли детективы ключи от машины, в который раз. — Юджин, ты за главного, хорошо? — мягко сказала она, оборачиваясь. — Да, конечно! И… пожалуйста, будьте осторожны. — тихо ответил он. Он также всегда говорил эту фразу Уэнсдей и Тайлеру, когда те отправлялись на вызовы. Сирена тепло улыбнулась, кивая, будто обещая, что всё будет в порядке и они скоро вернутся. Дверь закрылась за ней с глухим хлопком.

_________________________

— Ожидаемо, ничего полезного мы не узнали. — Ну, попытаться стоило. Что-то ты сегодня чрезвычайно раздражена, Аддамс. — Тайлер посмотрел в сторону старшего детектива. Уэнсдей сидела за водительским креслом, состредоточённо вглядываясь в дорогу. Мимо проносились редкие автомобили. Час пик прошёл, что избавляло детективов от возможности застрять в пробке. Они закончили с допросом примерно полчаса назад и уже направлялись в сторону участка. Как подметила брюнетка, убийца действительно ничего нового не рассказал, повторяя всё те же заезженные фразы. Надеяться на неожиданные новые детали было глупо, и конечно же никто из них этих надежд не питал. Однако где искать те самые нити, о которых говорила старший детектив? Она ощущала, что дела чем-то связаны. Но связь эту они пока не видели. — Только сегодня? — девушка сухо хмыкнула. — Мы топчемся на месте. Я должна радоваться такой перспективе, Тайлер? — она чуть сильнее сжала руль. Напарник был прав. Он знал её, видел насквозь. Им нужно было отвлечься. — Нет, Уэнсдей. Ты раздражена почти всегда, когда тебе приходится произносить больше пары фраз подряд. Но сегодня твоё раздражение другое, собственно, как и твоё поведение с момента, как мы сюда приехали. Я видел твою реакцию в кабинете, ты почти прожгла взглядом дыру в доске. Но ты себя сдерживала, промолчала. Может для тебя они не просто старые знакомые, а… друзья? — парень сделал акцент на этом слове. Его действительно беспокоило состояние Уэнсдей, но частичные причины он понимал. Вся эта красочность, безалаберность, окружавшая их со въезда в город — давила. И в этом они были согласны друг с другом. Он также понимал, что внезапная встреча со старыми знакомыми лишь подливала масла в огонь. Аддамс ценила собственный комфорт, в котором границы сосуществования коллег были чётко расставлены самой девушкой за годы совместной работы. И сейчас в этот комфорт нагло вторглась пятерка новых лиц. Тайлер знал, что данный огонь раздражения нельзя было тушить. Наоборот, его надо было поддерживать, разжигать. Подкидывать дрова и плавно переносить раздражение в злость, сарказм. В таком состоянии они оба работали лучше всего. — Ну так что, Аддамс? — шатен язвительно ухмыльнулся, он знал как растормошить напарницу. — Неужели в ледяном сердце тёмной принцессы начали проявляться излишние эмоции? — Ты переоцениваешь мою человечность, Галпин. — она чуть расслабила хватку на руле. — И особенно переоцениваешь мои социальные связи с этими людьми. Я предпочитаю термин “знакомые, усложняющие жизнь”. Шатен заметил, что Уэнсдей слегка успокоилась. Достав телефон, он нашёл контакт Юджина, и набрал напарника. — Тай? Вы уже закончили? — послышалось на другом конце звонка. — Да, возвращаемся в участок. Уэнсдей предлагает пообедать в кафе, ты проголодался? — брюнетка цокнула. Естественно она ничего не предлагала, но идея была хорошей. — Немного, но мы можем пообедать и в кабинете, тут никого нету. — Тайлер приподнял бровь и включил громкую связь. — Тебя что, бросили одного в офисе? — Не бросили… оставили за главного. Произошло убийство, с четырьмя трупами. Они уехали на вызов. — Отлично, надеюсь они там застрянут на весь день. — холодно сказала Уэнсдей. — Аддамс, четыре тела. Может, сьездим, посмотрим? Это явно будет интересней очередного пересмотра отчётов по нашему делу. Девушка не горела желанием влезать в дела команды из Сан-Франциско. Лишние взаимодействия лишь удручали, но в глазах Тайлера горел интерес. Уэнсдей не могла не признать очевидное — переключение на новое дело действительно могло их отвлечь. — Хорошо. Юджин, узнай адрес у дежурного. Аддамс вжала педаль газа. Раздражение сменилось предвкушением.

***

— Это… это просто ужас какой-то. Мне холодно от этого места. — Энид нервно переминалась с ноги на ногу, осматривая лежашие перед ней тела. — Да, странная картина. И неприятная, даже для меня. — Йоко посмотрела за молчаливую Дивину. — Див, чего задумалась? — Я… просто такого ещё не видела. — тихо, почти что про себя ответила шатенка. Команда Сан-Франциско достаточно быстро добралась до места преступления, нарушая попутно несколько незначительных правил дорожного движения. Вызов на новое дело буквально вдохнул в детективов свежий заряд сил, и девушки явно намеревались выжать из него максимум. Патрульные офицеры уже оцепили периметр, а проблесковые огни мигали в такт, окрашивая серое пространство парковки вспышками красного и синего. Преступление произошло на открытой стоянке между комплексами многоэтажек. Из-за угла вырулила чёрная дорогая иномарка и остановилась у оцепления. Команда слегка напряглась, пытясь разглядеть пассажиров за затемнёнными стеклами. Они никого не ждали. Двери распахнулись и детективы северного офиса спокойно вышли из машины, направляясь к полицейским лентам. — Тц. А они здесь зачем? — цокнула блондинка, двинувшись на встречу. — Энид, только не заводись. — тихо предупредила Дивина. Взгляды всех присутствующих автоматически устремились на троицу, собравшейся у линии периметра. — Детектив Синк… — Уэнсдей не успела договорить, как её перебил резкий звонкий голос. — Что вы здесь забыли? Это наше дело, и к вам оно никак не относится! Разве вы не должны быть заняты своим расследованием?! — быстро выпалила Синклер, скрестив руки на груди. Она готова была терпеть их в пределах кабинета — всё-таки это был прямой приказ начальства. Но появление отдела из другого штата на месте преступления её явно задевало. Эта Аддамс нас совсем за детективов не считает!? — Во-первых, детектив Синклер, мы вам ничего не должны. И уж точно не обязаны отчитываться. — холодно произнесла Аддамс, сделав шаг ближе к лентам. — В следующий раз, когда вам приспичит перебивать старших, постарайтесь вспомнить о разнице в званиях. — после короткой паузы Уэнсдей выдохнула ровнее, чуть мягче. — А во-вторых, на вашем вызове четыре трупа. Этого достаточно, чтобы пересмотреть приоритеты и посмотреть на работу вашего отдела. Ничего более. Энид нечего было возразить на этот счёт. Она повела себя слишком эмоционально, опять. В их отделе оба детектива были равны, и ни она, ни Йоко никогда не позволяли себе ни тени главенства. Сейчас же перед ней стоял человек званием выше и опытом больше. Энид не была глупой — проблем с субординацией у неё не возникало никогда. Но детектив Аддамс вызывала в ней такие противоречивые и яркие эмоции, что девушка едва могла их сдерживать. И Энид бесилась. Не на Уэнсдей — нет. Скорее, на саму себя. Уэнсдей, заметив молчаливое согласие со стороны Синклер, лишь хмыкнула. Патрульный офицер, стоявший у ленты неподалёку, вдруг почувствовал себя четвёртым лишним. Он уверенно поднял ограждение, позволяя детективам из северного офиса пройти на территорию. Почему-то в его голове промелькнула мысль о том, что если он сейчас их не пропустит, то завтра для него точно не настанет. — Что мы имеем? — Уэнсдей обратилась к Дивине. — Пока немного, мы приехали чуть раньше вас, Уэнсдей. — ответила шатенка, натягивая стерильные перчатки. — Четыре трупа. Крови нет. После осмотра я смогу сказать больше, но… есть ощущение, что смерть наступила не здесь. Энид медленно обошла тела, присев на корточки. — Знаете, если бы я не знала, что это трупы, подумала бы, что это манекены. Они лежат как-то… неестественно. Слишком ровно. Будто это постановка? Или фотография. — блондинка подняла свой взгляд на Аддамс, ей было интересно её мнение. Уэнсдей слегка наклонила голову. Слова оборотная зацепились где-то в голове и не спешили вылетать. Мысли крутились, а взгляд был прикован к четырём телам. Интересная мысль, Синклер. Как манекены. Постановка. Но для кого? Брови инстинктивно нахмурились, по спине прошёл холод. Нас ждали. Резкий хлопок. Сухой выстрел разорвал воздух, прерывая поток мыслей брюнетки. Время застыло. В области левого надплечья разливалась теплота — вязкая, жидкая. А затем пришла боль — острая, обжигающая. Тело отреагировало, но мозг — нет. Уэнсдей не двинулась. Сердце пропустило удар. Глаза не моргали — в них застыло… удивление? Она смотрела в пустоту, и в этом вакууме ледяной тишины она вслушивалась в пульсацию под кожей. Будто оценивала боль, которая была чужой, неподконтрольной. Спустя мгновение, в тишину начали прорываться звуки — шум рации, топот ботинок, сирены и… крики? Кто-то кричал. Кричал на неё. — Уэнсдей! Аддамс! — Тайлер пытался докричаться до напарницы, но она не реагировала. — Несс, чёрт возьми, приди в себя! Щелчок. Сознание вернулось в тело. Уэнсдей резко вдохнула и всмотрелась в лица перед собой — испуг Дивины, шок Йоко, злость Тайлера, и напряжённое волнение во взгляде Синклер. Ей хватило пары секунд, чтобы оценить происходящее. В неё стреляли. Пуля прошла рядом, оставив на плече глубокий рваный порез. Она резко развернулась в сторону звука выстрела, глазами осматривая местность. Короткий отблеск прицела мигнул в одном из окон многоэтажки напротив. — Снайпер. — холодно констатировала она. Тайлер и Энид проследили за её взглядом, а потом сорвались с места. Тайлер сорвался первым. В его груди пылала злость, а в голове — приказ. Холодный, тихий, чужой. Он обязан догнать стрелка. Энид рванула следом. Она слышала собственное дыхание, чувствовала, как мышцы горели от напряжения. Звериный инстинкт проснулся в ней, и сейчас он работал на неё. Она была быстрой. Намного быстрее обычного человека. Где-то на подкорке проскользнуло понимание — Тайлер не отставал ни на шаг. У многоэтажки они заметили тёмную фигуру, ныряющую в проход между домами. Стрелок был быстрым, но достаточно предсказуемым. Детективы разделились, пытаясь словить его на поворотах. В ушах застыл шум, бетон под ногами отдавал жаром. Поворот, ещё один, ещё… Дыхание обжигало грудь. И наконец — прямой участок. Энид увидела фигуру. Близко. Она ускорилась, сокращая дистанцию. Видела, что преследуемый на таком же пределе, слышала его рваное дыхание. Собрав последние силы в ногах, она попыталась ускориться ещё. На руках инстинктивно появились когти. Ей нужно дотянуться. — Стоять! — крикнула она, но голос был похож на рык. И в этот момент из поворота вылетел Тайлер. Он видел её, но тело не успело остановиться. Они столкнулись, выбивая воздух из лёгких. Оба удержались на ногах, но им понадобились секунды, чтобы вновь сорваться с места. Этих мгновений хватило стрелку, чтобы увеличить расстояние. Он мчался к перекрёстку и боковым зрением видел чёрную машину, которая неслась на того с явным намерением сбить. Но удача была на его стороне. Фигура прыгнула в открытый люк, скрываясь в темноте канализации. Уэнсдей затормозила прямо у люка и вышла из машины. В районе плеча красное пятно. Кровь стремительно растекалась под рубашкой, не думая останавливаться. Энид и Тайлер подбежали к машине, оба насквозь мокрые от пота, злые и тяжело дышащие. Уперев руки в колени, они пытались вернуть дыхание. Им явно было что сказать друг другу. Но не сейчас Аддамс терпеливо ждала, когда они придут в себя. Стрелок ушёл, но это её не волновало. Они его поймают, потом. Она облокотилась о капот, скрестив руки на груди. Новая волна боли прошлась по телу дрожью. Девушка слегка прикусила губу. Детективы выровнялись, смотря на начальство. — Уэнсдей, мы почти… — начал парень. — Тайлер. — брюнетка перебила парня спокойно, сухо. В глазах читался интерес. — Мы задержимся в этом городе чуть дольше.