Фестиваль

      Яну давно нужно было развеяться после нескольких месяцев отдыха от соцсетей и усердной работы над новым альбомом, так что на приглашение выступить в жаркий июльский день и пообщаться с фанатами после концерта он согласился, не думая ни минуты. Через менеджера ему передали список остальных приглашённых артистов, среди которых было несколько знакомых Яна, а также он. Марко Бошняк, представитель Хорватии на Евровидении этого года, темноволосый парень с завораживающим голосом и яркой улыбкой. И, хоть поляк редко открыто взаимодействовал с фанбазой, он всё же иногда проверял, что говорят про него в интернете. И какого же было его удивление, когда он увидел сразу несколько видео подряд про него и этого Марко, а после и нарезки с прямого эфира, где загорелый хорват улыбался белоснежной улыбкой и пел «гладиатора», говоря, что был бы не против познакомиться с Яном, но тот даже не знает о его существовании. О, он-то уж точно знает теперь! Улыбка озарила его лицо, а глаза весело заблестели. Всего месяц, и они увидятся вживую.       Весь этот месяц Розмановски с нетерпением готовился, ежедневные репетиции и тренировки сильно выматывали, но от одной только мысли, о том, как удивятся фанаты от его перформанса, ему хотелось работать в два раза больше.        Время прошло быстро, до фестиваля осталось пару дней, и Ян уже собирал чемодан, но за этим делом несколько раз поймал себя на раздумьях, а понравится ли этот образ Марко? А встретятся ли они вообще? Если встретятся, что они друг другу скажут? А как отреагируют поклонники? А почему это его вообще, блять, волнует? Подумаешь, фанаты что-то там придумали, его и с Лукой шипперили, только почему-то мнение серба Розмановски совсем не волновало.       Перелёт был недолгим, всего полтора часа, и Ян со всей командой заселились в отель в центре столицы Германии. Уже завтра состоится долгожданный фестиваль, а после будет ещё целая неделя, чтобы посмотреть город. Уставший поляк как можно быстрее принял прохладный душ и умылся, после чего лег спать с мыслями о предстоящем концерте.       Несмотря на утомление, сон всё никак не шёл. Когда время перевалило за полночь, в голове был лишь Марко и переживания о возможной встрече с ним. Так Ян пролежал до самого утра, пока от бессилия не провалился в чуткий, тревожный сон.        Весь следующий день поляк провёл на фестивале, перед саундчеком к нему подошли познакомиться ребята из какой-то группы, но его внимание привлёк парень, стоящий чуть поодаль. Тёмные волосы и громкий смех казались до ужаса знакомыми. Это определённо был он. Поболтав пару минут с той группой, Ян как ни в чём не бывало, подошёл немного ближе к столику с закусками, у которого стояла его цель. Розмановски сам не понимал чего хотел: остаться незамеченным и избежать неловкой, как он думал, встречи, или подойти прямо к нему, поздороваться и начать самую обычную беседу, как с другими коллегами. Но разве он такой же, как остальные? Думать было поздно, Марко уже махал ему рукой и улыбался во все тридцать два, подходя ближе. Значит, второй вариант. — Привет, Янн, верно? Я Марко, может видел... — хорват немного замялся, думая, как лучше донести свою мысль про те видео от фанатов, но на его счастье Ян быстро кивнул, протягивая руку. — Да, мне очень приятно познакомиться, — сдержанная, но не менее радостная улыбка озарила его лицо. Было проще, чем он думал.       За разговором прошло какое-то время, они успели хорошо поладить, обсудить и фестиваль, и переживания перед выступлением, и общий вкус в музыке, и даже те видео в соцсетях. Слова лились сами по себе, словно они знали друг друга всю жизнь вдоль и поперёк. Но их идиллию разрушила Анна, менеджер Яна, напоминая ему о том, что пора на саундчек. Тот грустно улыбнулся, пожал плечами и, попрощавшись, пошёл скорее на сцену для проверки звука, чтобы во время выступления его ничего не подвело. Всё проходило как обычно, но теперь сердце грели новый сохранённый номер телефона и несколько фотографий в галерее, которые он позже выложит в сторис, отметив аккаунт Марко. Пришло время Все переживания, которые мучили его последний месяц, резко ушли, остались только предвкушение и желание увидеть в толпе лишь одно лицо. И он увидел его. Марко не переставал улыбаться, смотря на Яна горящими глазами. И всё выступление они не переставали переглядываться, словно посылая друг другу послания.       Остальная часть фестиваля была уже не такой интересной, кроме выступления Марко, на котором негласная игра в гляделки продолжилась. Музыка всё ещё звучала, но уже где-то вдали, пока ребята бежали куда подальше от сцены, туда, где было тише. Но тишины не было нигде, её всё время перебивал их общий смех и кашель от быстрого бега. Руки сами собой сплелись, помогая не отставать. Время потеряло счёт, стало ещё темнее. Они бежали по главной улице под крупными каплями дождя, держались за руки, словно школьники, и задорно смеялись. Это могло продолжаться бесконечно, но вскоре оба выдохлись и остановились, пытаясь отдышаться. Вдруг, их губы слиплись, что сейчас казалось самым правильным действием. Уже через пару минут в сети активно начнут обсуждать фотографии от папарацци, но оба парня ни о чем не жалели. — Вроде бы, мой отель где-то в этой стороне. Знаешь, уже довольно поздно... — сквозь тяжёлое дыхание пытался донести свои мысли Розмановски. — Да, а мой совершенно в другой. А, ну, чисто теоретически, ты бы... — Бошняк пристально смотрел в глаза напротив, — разрешил мне остаться в твоем номере? Оба сердца пропустили удар. — Почему нет? По пути есть круглосуточный магазин, зайдём?       Дальше путь продолжился в спокойном темпе с ненавязчивым диалогом. В небольшом продуктовом магазине они взяли себе что-то перекусить и бутылку вина с закусками, чтобы избежать скучного вечера.       Наконец они добрались до отеля, где остановилась команда Яна. Певец выбрал себе одиночный номер, что было несвойственно ему, но сейчас играло на руку. Марко умылся и переоделся в вещи, которые ему любезно предложил Ян. А тот быстро сменил концертный образ на домашний и уже разливал вино по бокалам, разложив закуски на прикроватной тумбочке.       По возвращению хорвата всё было готово, так что они принялись за ужин, сопровождающийся теми же разговорами.       Время перевалило за полночь, пустая бутылка покоилась где-то на полу, рука Яна сжимала бедра Марко, сидящего на его коленях. Глаза бегали по лицу напротив, останавливаясь на приоткрытых губах. Ян прищурился и сильнее сжал кожу, словно молча приказывал продолжать действия. Марко криво ухмыльнулся и прильнул к ему, сразу запуская язык, пока Розмановски прижимал его ближе, руками заползая под ткань его светлых шорт. Бошняк повалил парня на спину, переходя влажными губами к шее и ключицам, оставляя осторожные поцелуи и слабые укусы. Поляк сдался, позволяя Марко полностью перехватить инициативу на себя. Тот долго не церемонился, пропустил часть, закрытую тканью футболки и сразу перешел к резинке шорт, стремительно спуская их вниз вместе с бельём. Самому хорвату уже не терпелось, поэтому вслед за одеждой Яна полетела и его. Розмановски с прикрытыми глазами молча указал на другую тумбу и лишь ждал, тяжело дыша. Хорват быстро сориентировался, спустя минуту вновь оказался на коленях Яна и медленно, во избежание слишком сильной боли, насаживался на него, прикусив губу. Через какое-то время он был достаточно растянут.       Тихие стоны, заполнив номер, вскоре обернулись сопением. Лучи утреннего солнца слепили глаза, намекая о том, что пора бы встать, чтобы закрыть жалюзи, однако сил на это не нашлось ни у кого. В итоге, оба проснулись в одно время и сразу же по разбросанной одежде догадались, что алкоголь завел их слишком далеко.       Воздух был спёртым, душным, на свету летали мелкие пылинки. Ян лежал на спине, прислушиваясь к сбитому дыханию сбоку. — Я... Я надеюсь, всё хорошо? Нет, я имею в виду, всё в порядке? Ты в порядке? Прости, прос...       Его перебила рука, обхватившая его ладонь. - Тшш… Да, мне кажется, что всё в порядке.       Впереди ещё целая неделя в Берлине. А этот фестиваль им определённо запомнится надолго.