Тыквенный раф

      Суббота. Волшебный день, когда не надо рано вставать и куда-то спешить. Если, конечно, ты не школьник, не студент и не работаешь посменно. Директоров фирм это тоже касается — они работают круглосуточно и не знают, что такое выходные. Не стоит забывать и о том, что кто-то ходит по выходным на дополнительные занятия. Вот и Тэхён, заглянув в своё расписание в октябрьское утро, понял, что сына уже пора отвозить на кружок по рисованию, а они ещё не готовы.       — Таён, собирайся скорее, иначе опоздаем.       — Ну пап, ещё пять минуток. — Мальчишка лишь сильнее укутался с головой в одеяло.       — Пять минуток уже не работают, опоздаем! — Ким-старший не любил быть строгим, но иногда это необходимо. — Вставай.       — Ух, ла-а-адно, — потягиваясь, пробурчал Ким-младший.       Тэхён хотел было выйти из комнаты сына, но тот стал канючить:       — Я не знаю, что надеть!       — Можешь надеть джинсы и кофту. Я повесил на кресло, — спокойно откликнулся Тэхён. Он знал характер своего отпрыска и заранее предусмотрел будущие вопросы.       — И игрушку в рюкзак, — нахохлился юнец, по-детски надув губы.       — Ну хорошо, малыш, — согласился Ким. — Я пошёл готовить завтрак, — сказал он с тёплой отеческой улыбкой и направился на кухню.       Тэхён достал продукты из холодильника и принялся за дело. Он очень любил готовить, потому что работал в ведущей компании в Корее, занимал пост генерального директора и, по правде говоря, устал от монотонной офисной работы. Как творческой натуре, ему хотелось привносить в свою жизнь новые краски. Готовка — хобби, которое спасало от скуки. Тэхёна вдохновлял своим мастерством Седрик Гроле, один из лидеров современной французской кондитерской индустрии. Ким мог себе позволить многое, но использовал средства разумно. Года три назад прошёл индивидуальные курсы у этого шефа и время от времени баловал тромплёй‑десертами сына, родственников и друзей.       Возможно, Ким и не открыл бы для себя мир вкусов и текстур, если бы не события, повлиявшие на всю его жизнь. Раньше, в далёком прошлом, он состоял в театральном кружке и мечтал об актёрской карьере. Но родители были против: ему доходчиво объяснили, что нужно нести на своих плечах семейный бизнес — ведущую корейскую строительную компанию, которая строила элитную недвижимость. Юноша не стал перечить родителям из уважения к ним и продолжил семейное дело.       Прошло лет десять. Мечты об актёрстве не отпускали. Но даже если бы он захотел что-то изменить, время уже было упущено. Сейчас ему тридцать четыре года, у него семилетний сын.       Увы, не всегда мы выбираем себя. А ведь жизнь человеку проживать самому, и когда он не выбирает то, что ему действительно дорого, он может потратить драгоценные годы на реализацию чужих желаний, и это обязательно когда-нибудь аукнется. Эмоциональным выгоранием, серостью будней, стабильным «одно и то же».       А Ким хотел заниматься кино, потому что он очень эмоциональный человек. И вот эти все документы, бумажки, вечные собрания его душили.       Даже женился он потому, что так было заранее решено родителями. Когда Тэхён только оканчивал школу, они договорились со своими бизнес‑партнёрами, что женят сына на их дочери Муён. Не сказать, чтобы он был против: он симпатизировал ей, но не более того. Тэхён прожил с ней в браке девять лет, и только в прошлом году они разошлись — по его инициативе. Он был благодарен ей за годы совместной жизни, но понимал, что должен идти дальше без неё — идти своей дорогой.       Муён ловко отомстила: после развода просто собрала вещи и уехала, даже ничего не сказав, оставив их общего сына ему на воспитание. Пережить эту холодность ему помогли друзья — Сокджин и Намджун.       Они дружили ещё со школы: учились в параллельных классах, но вместе ходили на баскетбол. Так случилось, что потом они стали бизнес‑партнёрами. Намджун и Сокджин относились к Тэхёну как к брату, и тот отвечал тем же.       Тэхён был рад, что сын оказался творческим человеком. Ким-старший решил не повторять ошибок родителей и помочь мальчику развивать таланты. Уже второй год ребёнок ходит в художественную школу.       — Когда я вырасту, — как-то сказал Таён, — я обязательно нарисую тебя идеально, папа. Мне только нужно хорошо научиться рисовать. Ты очень красивый. А сейчас я пока плохо рисую, поэтому не хочу портить твой образ своим рисунком, — сказал мальчик с серьёзным лицом, нахмурив брови.       — Я думаю, ты точно не испортишь меня своими рисунками, — с щемящим сердце восторгом отозвался Тэхён, поглаживая сына по голове.       — Папа, а мама скоро сможет приехать к нам? Ты говорил, что она приедет.       — Давай мы с тобой обсудим эти вопросы потом, — с напряжением ответил Тэхён.       Он знал: мать мальчика не приедет ни завтра, ни послезавтра. И всё тревожился из-за своего поступка, утешая себя тем, что ей, наверное, было бы грустнее жить с человеком, который её не любит. «Надеюсь, в новых отношениях она счастлива», — думал он.       Тем временем продолжился обычный для детей поток вопросов:       — Папа, что сегодня на завтрак?       — На завтрак у нас яйца пашот и, конечно же, апельсиновый сок, как ты любишь. У тебя есть десять минут.       — А как же ты, папа? — спросил мальчик.       — Я уже попил кофе, мне пока достаточно. Есть не буду, иначе мы опоздаем.       — То есть ты не будешь завтракать из‑за меня? — с грустью спросил Таён.       — Нет, сынок. Я просто хотел сегодня обойтись только кофе.       Он и правда боялся, что они опоздают на экскурсию, на которую записались ещё три месяца назад.       — А мы возьмём с собой дядю Намджуна?       — Джун сегодня работает, поэтому не сможет к нам присоединиться. Если получится, я с ним договорюсь. Может быть, мы с ним встретимся завтра и вместе сходим куда‑нибудь.       — Ну ладно, — с тоской отозвался мальчик. Он скучал по Намджуну, который часто приходил к ним и играл с Таёном, как с собственным ребёнком.        — Всё, собирайся, сын. Я тоже быстро соберусь, потому что после твоих занятий по рисованию мне ещё нужно будет провести встречу по работе.       — Ты крутой, папа! Я хочу стать таким же, как ты! Я тебя люблю, — чуть понизив голос, сказал мальчик.        — Я тебя тоже люблю. Спасибо тебе за такие слова. И давай ты будешь не таким, как я, а таким, каким ты должен быть.

***

      Тэхён и Таён быстро собрались и поехали на занятия. Ехать было недолго — минут десять. Они жили почти в самом центре Сеула, и художественная школа находилась недалеко от дома.       — Господин Чон Хосок, приветствую вас! Вот, передаю вам моего сына.       — Со всем уважением, господин Ким, — отозвался мужчина в экстравагантном костюме и пальто.       — Мне можно будет присоединиться чуть позднее? Или экскурсия только для детей?       — Вы тоже можете присоединиться. Мы вас будем ждать, — ответил преподаватель и переключил своё внимание на учеников. — Так, дети, быстро строимся по парам. Мы идём на культурное мероприятие, так что ведите себя хорошо. Надеюсь, всё понятно?       — Да-а-а! — отозвались дети хором.       — А сколько примерно будет длиться экскурсия? — уточнил Ким.       — Не больше двух часов с перерывом, иначе дети устанут. Таён ещё маленький, так что в крайнем случае, если он устанет, мы можем отпустить его пораньше.       — Хорошо, спасибо.       Таён занимался в частной художественной школе. В группе было ещё два мальчика его возраста, а остальным было по восемь-десять лет.       Тэхён оставил сына на преподавателя и решил всё же отложить бизнес‑встречу — ведь он должен быть рядом, когда понадобится сыну. Он задумался: «Почему бы не зайти в кафе и не заказать любимый кофе?»       Ким отправился на Гаросу-гиль — модную улицу в районе Синса-дон, на которой расположены популярные магазины, галереи, милые кафе. Тэхёну нравилась эта улица с её невысокими домами и стройными рядами деревьев. Их разноцветные листья придавали этому месту особенный шарм.       Тэхён выбрал уютное кафе с большими окнами. Фикусы и какие‑то вьющиеся растения очень органично вписывались в интерьер. Далеко впереди находилась стойка, за которой два молодых человека принимали заказы и готовили напитки. «Наверняка студенты», — подумал Тэхён.       Ему было интересно наблюдать, как молодые люди увлечённо делают свою работу. Он уже слышал об этом кафе и знал, что оно входит в знаменитую сеульскую сеть кофеен, которой владеет некий Мин Юнги и которая довольно долго удерживает позиции на рынке. «Значит, это хорошее кафе, — подумал он. — Как известно, в Корее легко открыть бизнес, а вот удержаться на плаву не так-то просто».       Подошла очередь Тэхёна.       — Здравствуйте, — улыбнулся он. Ему понравился пирсинг на лице у одного из парней за стойкой и его аккуратный нос. А ещё Тэхён обратил внимание, что, когда парень улыбнулся, у него появились ямочки на щеках. Зная приёмы, как расположить к себе собеседника, Ким посмотрел на бейджик и обратился к бариста по имени: — Чонгук, сделайте мне, пожалуйста, тыквенный раф.       — Необычный выбор, — отметил Чонгук.       — Почему же?       — Не каждый выбирает такой вкус. Обычно считается, что это очень странный кофе. Как… — бариста искал подходящее сравнение, — пицца с ананасами.       — Да, действительно, — тихонько хмыкнул Тэхён. — С чего бы тыкве оказаться в кофе?       Тот кивнул, соглашаясь.       — Вам кофе здесь или с собой? И подскажите, пожалуйста, ваше имя, чтобы я мог написать его на стаканчике.       — Тэхён. И кофе с собой, но я хочу немного побыть тут, если вы не против.       Он внимательно, но ненавязчиво наблюдал, как парень приступил к выполнению заказа.       — А вы, наверное, преподаёте в университете? — предположил бариста.       — Почему вы так решили?       — Ну, я раньше вас здесь не видел. Обычно сюда заходят студенты, а преподаватели как‑то не решаются.       — Нет, — улыбнулся Тэхён. — Просто я сегодня оказался по делам в этом районе, вот и решил заглянуть. — Тэхён не стал вдаваться в подробности и умолчал о сыне. — А вы, наверное, учитесь?       Чонгук замер. Он как раз взял молоко, чтобы вспенить его. Казалось, Тэхён своим вопросом задел какую‑то болезненную тему.       — Да, я учусь на экономическом. Но не сказал бы, что рад этому. — И он вернулся к приготовлению напитка.       — Наверное, не очень приятная для вас тема, — отозвался Тэхён, заметив, как отреагировал собеседник.       — Да нет, всё нормально, — пожал плечами Чонгук.       — Может, в группе у вас не совсем дружелюбная атмосфера? — ненавязчиво задал вопрос Тэхён. Его удивило, что в глазах такого улыбчивого парня появилась грусть.       — Если бы дело было только в группе — ещё не так страшно. А когда ты учишься не там, где тебе нравится, потому что так сказали родители… Вот это беда.       — Знаете, у нас с вами на удивление похожие истории. Я тоже учился не там, где хотел. И работаю теперь не там, где хочу, — признался Тэхён.       Чонгук удивлённо посмотрел на него, добавил в напиток щедрую порцию тыквенного сиропа и вернулся к стойке, оказавшись прямо напротив Тэхёна.       — А кем вы хотели стать? — спросил Чонгук. Его природное любопытство трудно было сдержать.       — Актёром.       — Получается, грустная история не только у меня, но и у вас тоже, — подытожил Чонгук.       Ему приглянулся этот внешне уравновешенный мужчина, хотя немного смущало, что тот явно старше. Чонгук недавно расстался с молодым человеком, который его предал. О новых отношениях он даже думать не хотел, но этот мужчина его чем‑то зацепил.       — Если вы не возражаете, — сказал Тэхён, — я бы дал вам совет: всегда нужно следовать за своей мечтой, чтобы потом не жалеть.       — Понял, спасибо. — Чонгук искренне проникся словами мужчины и задумчиво добавил: — Не думаю, что вам столько лет, чтобы говорить так, будто уже ничего нельзя исправить.       — Возможно. Я как раз работаю над тем, чтобы всё‑таки что‑то изменить в своей жизни. Кстати, если вам интересно… Вы ведь творческий человек, как и я?       Чонгук уверенно кивнул.       — Не хотели бы вы составить мне компанию на выставке? Говорят, здесь неподалёку открылась экспозиция молодого художника. Он рисует персонажей из аниме и создаёт своих собственных героев.       — Хорошо, — улыбнулся Чонгук. — Почему бы и нет? Я с удовольствием приму ваше предложение. Только сейчас я ещё на смене.       — Не вопрос, всё понимаю. Можем сходить, например, завтра, если у вас будет время.       — Да, окей, — кивнул Чонгук.       — И… если вам комфортно, перейдём на «ты»? Если нет — буду обращаться как угодно. Хоть «господин Чонгук».       — До «оппы» я ещё не дорос. Мне ещё не столько лет, чтобы так ко мне обращаться. Можно на «ты», — согласился тот.       — Ну и отлично! — Лицо Тэхёна озарила тёплая, искренняя улыбка.       После этого короткого разговора обоим стало удивительно легко на душе. Тэхён испытал давно забытое чувство, будто он наконец‑то по‑настоящему живой — без масок и притворства. А Чонгук про себя отметил: сегодня особенный день. Интересно, к чему может привести эта случайная встреча?       Допив кофе, Тэхён ещё немного поспрашивал молодого человека о курьёзных моментах работы в кафе, и они обменялись номерами.       — Подъеду завтра в 14:00, — пообещал Чонгук.       — Я могу заехать за тобой, — предложил Тэхён.       Чонгуку не хотелось быть навязчивым, поэтому он деликатно отказался:       — Да ладно, давай в другой раз.       Тэхён оставил щедрые чаевые и перед самым выходом из кафе остановился, будто сомневаясь, стоит ли говорить, но всё же решился:       — Ты не будешь против, если я приду не один?       Чонгук расстроился, но не подал виду. «Наверное, он придёт с девушкой», — подумал Чонгук. Ведь такой красивый мужчина вряд ли одинок.       — Да, давай, хорошо. Приходи не один, — не стал спорить парень.       «Ну, значит, нам суждено быть только друзьями», — подумал Чонгук, когда Ким ушёл.       Тэхён поехал за сыном. Мальчик любил искусство, но не отличался усидчивостью и спустя час экскурсии уже просился домой.       Когда мальчик сел в машину, отец спросил:       — Как тебе выставка, Таён?       — Мне понравилось, па. — И, устроившись поудобнее, добавил: — Жаль, что ты не пришёл.       — Может, завтра вместе сходим?       — Ура! — обрадовался Таён и захлопал в ладоши. — А дядя Намджун тоже с нами будет?       — Нет, дорогой, дяди Намджуна не будет. Но будет кое‑кто другой.       — О, и кто?! — Мальчику было любопытно. — А как его зовут? Это твой друг?       — Его зовут Чонгук. А остальное завтра узнаешь.       «Я и сам пока не разобрался, — размышлял Тэхён. — Но просто другом для этого молодого человека я быть не хочу».       После развода Тэхён не раз мог начать новые отношения, но он не хотел встречаться с кем-то только потому, что так надо, так принято. Он решил, что будет искать свою родственную душу. Родившись в консервативной семье, Тэхён всегда интересовался женским полом. Предрассудков не имел, но смотреть в другую сторону даже не думал. До сегодняшнего знакомства с Чонгуком.       То, как искренне Чонгук улыбался, его жесты, ямочки на щеках, тембр голоса — всё было гармонично в этом юноше. И цепляло.       Чонгук младше, скорее всего, ему ещё не исполнилось и двадцати пяти. Но, как ни странно, они почти сразу нашли общий язык. Тэхён не хотел терять этого парня.       Тэхён так и не сделал важное — ему ещё нужно было провести бизнес‑встречу. Он отвёз сына к бабушке с дедушкой, которые жили неподалёку, а сам уехал на переговоры и вернулся домой поздно вечером, когда мальчик уже спал.       Ким-старший в эту ночь не мог уснуть. Всё ворочался на кровати из-за переживаний: он не хотел обманывать Чонгука и скрывать, что у него есть сын. Возможно, не стоило приходить с ребёнком на первое свидание, но хотелось посмотреть на реакцию Чона. Если он поладит с Таёном, то всё обязательно получится. Тэхён не желал больше отступать от того, что ему дорого. «Если Чонгук не примет Таёна, значит, будем просто друзьями», — пришёл к выводу Ким.       Следующее утро прошло в сборах и напряжении. Чонгук, отличавшийся тревожностью (над этим он активно работал с психологом, чтобы не мучить себя и окружающих), не удержался и рано утром написал Тэхёну, переспросив, приедет ли тот на выставку. Ким так и не уснул, поэтому сразу отреагировал на сообщение, отметив про себя, что Чонгук тоже волнуется. «Я всегда держу своё слово», — напечатал он.       «Тогда до встречи», — пришёл ему ответ вместе с улыбающимся смайликом.