Кровь, пепел.

Абаддон не сразу понял, что чувствует. Демоны вообще редко что-то понимают, когда дело касается эмоций, особенно те, кто ещё не поднялся на поверхность. Но сейчас… сейчас внутри что-то шевельнулось. Не бесы, не голоса проклятых, а что-то другое странное, новое, почти раздражающее. он смотрел на Нааму, которая будто бы случайно задержалась с ним среди криков и хрипов грешников. Она говорила быстро, без пауз, словно боялась передумать. Ни один демон не делал так. обычно в аду говорят либо угрозами, либо приказами, либо вообще молчат, чтобы тебя лишний раз не заметили. Но она – она просто разговаривала. Это было неправильно.подозрительно. но… понравилось? Абаддон мотнул головой, как пытаясь вытряхнуть из неё эти мысли. Его хвосты нервно били по полу. – Ты уверена, что тебе есть дело до этого? – прохрипел он. – До… общения? Наама дернула плечом. – А почему нет? Ты же не кусаешься. Ну… наверное. Он фыркнул, из верхнего рта вырвался смешок, больше похожий на глушёный рык. – Я не кусаюсь. Я разрываю. Есть разница. – Какая романтика, – пробормотала она, щёлкнув хвостами. – Сайра бы оценила. Имя заставило Аббодона переоденутся. Сайра если она была достаточно злой. сейчас она была именно такой. Абаддон нахмурился всеми лицами. – Хм. Вы… опять спорили? – Уже неважно, – отмахнулась Наама. – Пусть кипит в своём гневе. Я устала слушать, какая я «тупица». она сказала это почти с вызовом, словно ждала реакции. Но Абаддон лишь медленно отвернулся, осматривая грешников, зависших в очереди к распределению. его мысли были где-то далеко, в неподвижном мраке над всеми кругами ада. – Хочешь узнать секрет? – наконец спросил он тихо, так что даже мухи-паразиты перестали жужжать. – Какой ещё секрет? – Они… – Абаддон кивнул куда-то в сторону старших демонов, которые делали вид, что работают. – Они избегают меня не потому, что я опасен. – А потому что ты… странный? – Наама моргнула своим единственным глазом. Он посмотрел на неё. Долгим, тяжёлым, взглядом. – Потому что они слышат, что я слышу. Наама замерла. – И что же ты слышишь?.. Абаддон опустил три нижние челюсти. Не для того чтобы угрожать — скорее, как будто ему не хватало воздуха. – Они думают, что это эхо ада. Что это голоса грешников. Но нет. Это… нечеловеческое. Старше нас всех. Оно зовёт меня. Иногда шепчет, иногда кричит. И чем старше я становлюсь, тем громче. Он впервые сказал это вслух. впервые почувствовал страх – собственный, а не чужой. Наама наклонила голову. – Это… звучит не очень. – Да, – кивнул он. – хуже то, что скоро я стану достаточно взрослым, чтобы подняться на поверхность. тогда оно перестанет просто шептать. Они оба умолкли. Грешники в очереди воевали между собой, но даже это казалось далёким и приглушённым. – Почему рассказываешь это мне? – наконец тихо спросила Наама. Абаддон задумался. Его хвосты медленно опустились. – Потому что все остальные боятся. они избегают. они даже не смотрят в мою сторону. Но не ты – Это не делает меня смелой, – пробормотала она. – Делает, – уверенно сказал он. – В аду только смельчаки становятся идиотами. Она фыркнула. – Спасибо… наверное. – И ещё, – медленно добавил он. – Ты хотела поговорить. Это… приятно. Это слово прозвучало в аду так нелепо. Вероятно, другие демоны поднимут их на смех. Но Наама не засмеялась. она лишь постояла молча, будто переваривая услышанное. Затем тихо сказала: – Знаешь… если ты хочешь, мы можем поговорить ещё. Но не здесь. Если Сайра услышит — она меня высушит как подгоревший грешник. Абаддон слегка наклонил массивное тело. – Где? И она впервые за долгое время улыбнулась — невидимо, внутренне. – Внизу, где кости старых титанов. Там никто не ходит… кроме тебя. Абаддон кивнул. – Хорошо. И впервые за всё своё существование он почувствовал, что ему кто-то… нужен.