Воздействие алкоголя на влюбленных

Катрина проснулась в одиннадцать. Довольно рано для нее, но очень поздно для Антона, который все еще лежал на спине, видя сны. Почему он еще спит? Катя попробовала подняться с подушки, но ее тут же прижала обратно жуткая головная боль. Только почувствовав ее, она обратила внимание на их с парнем одежду, точнее их отсутствие. «Ага, понятно, но голова почему болит так сильно? Что вчера было?» Лежа в кровати, она старалась восстановить памяти. Получилось у нее это не сразу, но все же Катя все вспомнила и тут же вжалась в подушку от стыда.

***

С самого утра у Антона было идеальное настроение. Он улыбался как чеширский кот и вечно обнимал Катю. Причиной такого расположения духа был самый обычный концерт, на который Радова, впервые за долгое время согласилась сходить. Для Кея он был важен тем, что, наконец-то, группа смогла собрать стадион. Билетов продано безумно много, в Интернете даже находили их перепродажу с огромной надбавкой. Тот факт, что его девушка будет присутствовать на таком важном для него событии — радовал и заставлял вести себя как ребёнок. — Катюш, ты точно не передумала? — с самого утра, обняв девушку говорил Антон. — Точно, — улыбнувшись, сказала Катрина. Кей от переизбытка чувств позволил себе то, что никогда не делал раньше. Показать свой огромный прилив нежности и любви. Он докоснулся руками до ее лица и принялся целовать лоб, нос, щеки, губы и при этом улыбаться, как ненормальный. — Я так рад, что ты будешь на таком важном для меня событии. Катя обняла парня за шею и сказала то, что уже давно не являлось тайной. — Я тебя люблю. День и ночь обещали быть хорошими.

***

На стадион, а после в гримерную, Катя с Антоном зашли через черный ход, чтобы не привлекать внимание толпы, заранее стоявшей у входа. Кто-то, если верить СМИ, стоит там с самого утра, хотя концерт будет только в восемь часов вечера. В гримерке уже находились НК, над которыми колдовали визажисты и Журавль, фоткающая все подряд. Атмосфера была прекрасная, у музыкантов горели глаза и чесались руки поскорее выйти на сцену, пока их красили визажисты, создавая образы не обычных парней, любящих фастфуд и когда в «Бункере» есть возможность раскрыть самую противную карту в последний момент, а жутких людей. То ли маньяков, то ли что-то потусторонние. — Тоха, №Запрещено цензурой№, ты где был? — злобно произнес Рэн, над глазами которого сейчас колдовала красивая рыжая девушка. Вангой быть не надо чтобы догадаться, что ночью они встретятся еще раз. На недовольства Игоря Кей не ответил, а лишь показал ему средний палец. Антон сел на кресло и его тут же принялись разрисовывать. Катрина направилась к своей подруге, которая уже не фотографировала, а просто тыкала что-то в телефоне. — Вы тут насколько раньше нас? — сказала Радова, садясь около Нины на мягкие пуфики. — На полчаса, — ответила Журавль, убрав телефон. — Вы почему опоздали? — Пробки, — коротко сказала Катя и принялась изучать музыкантов, словно видела их первый раз. Келла и Рэн, явно мешая визажистом, очень бурно разговаривали и громко смеялись над шутками, понятными только им. Арин молча сидел в телефоне, переписываясь с кем-то. Фил просил своего брата захлопнуть варежку и старался сидеть максимально неподвижно, чтобы не мешать работе. — Погнали в «Алигьери» после концерта? — сказал Рэн. — Катя, Нина, к вам тоже относится. — Мы же №Запрещено цензурой№, наверное, будем, — ответил Келла. — Хотя, я согласен. Все остальные тоже выразили свое согласие, решая, что такой важный момент точно надо отметить.

***

Зал заполнился предвкушающим гулом. Воздух был наэлектризован ожиданием, приглушенный свет создавал интимную атмосферу предвушения. Никто не знал как в этот раз будут выглядеть НК. На каждый концерт они придумывают новые образы, новую подачу, что делает их еще более интересными для публики. Вот, наконец, погас свет, и зал взорвался аплодисментами. На сцене появились музыканты. Первые ноты бас-гитары Арина, как невидимая волна, прокатились по залу. Звук был чистым и мощным, каждая нота звенела в унисон с биением сердца. Музыка то нарастала, когда к ней подключались братья Демины и Келла, превращаясь в бурный поток эмоций, то затихала. Наконец, Кей взял микрофон и запел. Толпа заорала, а после начала подпевать музыкантам. Концерт будоражил кровь и сердце будто бы билось в ритм музыке. Катрина и Нина, сидящие в специальной зоне завороженно смотрели на происходящее. В них одновременно была гордость, наслаждение и восхищение. — Вроде бы, еще совсем недавно они в клубах выступали, — не отрываясь от сцены, сказал Радова. — Еще вот такими помню, — ответила ей Журавль, сводя большой и указательный палец вместе.

***

Идя на парковку, музыканты радовались как никогда. Впечатлений у них было уйму от каждого выступления, но этот был особенным. — Это было шикарно! — воскликнул Арин, улыбаясь. Еще минут шесть, стоя около машин, парни обсуждали кто где, по их мнению налажал. Хотя, на самом деле, концерт прошел идеально, без малейших проколов. В клуб они доехали достаточно быстро, так как машин на дорогах в это время было очень мало. Ночное заведение встретило их громкой музыкой и открытыми дверьми, около которых стояла охрана, проверяющая документы. Огромная вывеска «Алигьери», переливающаяся фиолетовым и синим, манила. Хотелось как можно скорее оказаться внутри и расслабиться, отдав всего себя танцполу, алкоголю и людям. Когда компания зашла в клуб, то они сразу разделились. Нина ушла с Келлой неизвестно куда, Арин сразу побежал к бару, а братья Демины отправились искать спутниц. Катя с Кеем стояли в углу, придумывая чем заняться. В какой-то момент они одновременно повернулись друг к другу и сказали: — Ты не против, если я выпью? — хором произнесла пара. Они засмеялись и направились к бару вместе. — Что ты хочешь? — спросил Антон у Кати, изучая ассортимент напитков. — Не знаю, что-то вкусное, — пожала плечами Радова. — Девушка, могу предложить вам «Грешницу»! — перевел свое внимание бармен на пару. — Может, звучит как что-то тяжелое, но на деле не слишком алкогольный. Катя посмотрела на Антона и кивнула. — Да, давайте ее. — А вам что? — спросил мужчина у Кея, протирая стаканы, чтобы начать мешать коктейль. — Сделайте мне просто виски со льдом. Бармен кивнул и начал готовить заказ. Он мастерски крутил в руках приборы, привлекая внимание. — Так ты же за рулем! — опомнилась Катя, дотронувшись до плеча Антона. — На такси поедем, завтра заберу машину. Через две минуты напитки были готовы. Пара сразу принялась их пить.

***

Один напиток за другим. Оба перестали считать сколько выпили, но могли догадываться по лёгкости в теле, приподнятом настроении и помутнение разума. Катрина сидела на диване, Антон лежал на ее коленях, слушая откровенно говоря плохую музыку, играющую в клубе, и девушка гладила ему волосы. В какой-то момент, Тропинин резко поднялся и приблизился к лицу Радовой. — Поехали домой. — Рано же еще, — улыбнувшись, сказала Катя, трогая его щеки. Он ничего не ответил, а притянулся своими губами к ее. Одной рукой он слегка забрался под кофту, трогая талию. Пульс моментально подскочил и появилось очень острое желание, оказаться дома. Наедине с ним. — Хорошо, поехали, — сразу же согласилась Катрина после действий парня. Антон поднялся с дивана, пошатнувшись, и достал телефон, чтобы вызвать такси. Пара вышла на улицу дожидаться машину, даже никому не сказав о том, что уезжают. Снаружи было, на удивление, холодно, поэтому Катя, желая согреться, засунула руки под футболку Антона. Он обнял ее, прижав к себе сильнее, а она прильнула к его плечу щекой. — Так явно теплее, — улыбнувшись, сказала Катрина. Такси они ждали еще, всего лишь, минуту. В машине им было ехать очень трудно. Все время они смотрели друг на друга но, хоть и были пьяны, не могли себе позволить поцелуев, поэтому они молча, не отрывая взгляда, держались за руки. Таксист между делом включил музыку. Он явно был старше сорока, поэтому не разбирался в том, что популярно у молодежи и, совершенно случайно, в машине заиграло «Оригами». — Не мешает? — спросил мужчина, глядя в зеркало около лобового стекла. Пара его проигнорировала. Антон молча, одними губами пел песню, а Катя внимательно следила за движениями его рта, думая только о том, как его губы касаются ее шеи, ключиц...

***

Звуки поцелуев были неприличными и громкими, да и выглядил он тоже не особо красиво, но их это не волновало. Катрина была прижата к стене в коридоре, а руки Антона блуждали по ее телу. В какой-то момент ему это надоело. Он сказал что-то непонятное и подхватил девушку на руки, унося в спальню. Теперь Катя была под ним на кровати, полностью отдаваясь в его руки, которые уже стягивали кофту. Она сняла с него футболку, швырнув ее куда-то, и начала трогать его плечи, пресс, а так же спускаться вниз, желая снять с него джинсы. Антон снял с нее лифчик и все остальное, а потом усмехнулся, когда Катя попыталась расстегнуть пуговицу на его штанах. — Не-а, — ей в губы проговорил Кей, а потом сделал то, чего у них еще не было никогда. Он приподнялся и со стула, стоявшего рядом, взял галстук, который он недавно надевал для съемки клипа с офисным сюжетом, перерастающим в апатию и переработку у главного героя, убившего в конце всех своих коллег. Галстук Антон поднес к глазам Кати и завязал их им. — Что ты делаешь? — улыбаясь, сказала Радова. Кей ей ничего не ответил, а лишь поднял ее руки над головой и связал их между собой ремнем, лежащим около галстука. Потом связанные руки он привязал к изголовью кровати. — Я же даже дотронуться до тебя не смогу, — с сожалением произнесла Катя. — А я до тебя смогу, — улыбаясь, как чеширский кот, сказал Антон. Руками он полностью очертил ее фигуру, специально не трогая эрогенные зоны. Затем начал прокладывать дорожку из поцелуев от шеи до сосков, которым он, естественно, уделил внимание, слегка покусав и полизав их. Катя извивалась под ним и стонала, пытаясь выдернуть руки из плена ремня. — Антош, отпусти, я хочу дотронуться до тебя, — просила она, задыхаясь от чувств, когда Кей начал спускаться ниже. Вместо ответа или выполнения просьбы, Тропинин крепко поцеловал ее в губы, а рукой опустился ниже, дотронувшись до клитора. Катя, в ответ на это действие, прогнулась в спине. Антон, заметив это, улыбнулся и убрал руку. — Верни, — разочаровано сказала Радова. — Что? — Руку, — жалобно попросила Катрина. В этот раз Кей послушался, но частично. Вместо того, чтобы опустить пальцы он закинул ее ноги себе на плечи, а потом примкнулся туда губами и начал ласкать ее языком, а пальцы он засунул внутрь, давя на точку G. — Антош! — постанывая, практически закричала она. Тропинин продолжил делать куни, зная, как ей будет приятнее всего. Член в штанах уже всеми силами старался выйти наружу. Когда Катя получила долгожданный оргазм, Кей резко притих. Он не трогал ее, что очень сильно не понравилось девушке, но через пару секунд он снова навис над ней и приблизился к ее уху. — Я войду в тебя? — тихо произнес он, трогая член. — Да! — радостно сказала Катрина. Тропинин надел презерватив, пристроился между ног и, сначала надавив на очень чувствительный после оргазма клитор, вошел одним рывком. Катя под ним застонала и снова выгнулась. Она очень сильно хотела дотронуться до него, потрогать волосы, сначала сделать ему приятно в ответ, но единственное что она могла — извиваться под ним. Кей прильнул губами к ее шеи и ключицами. — Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел, — произнес парень. Когда кончил уже Антон, он стянул с Кати галстук, развязал ремень и лег рядом, укрыв их обоих одеялом. Девушка тут же прижалась к нему, обнимая. — Я тебя люблю, — сказал Кей. — Я тебя тоже, — было ему ответом.