Не по контракту

      Спать рядом с тем, кто тебе правда нравится и к кому ты чувствуешь тепло — это одно из самых простых и приятных ощущений в жизни. В такие моменты голова не шумит, не надо ничего доказывать или бояться выглядеть глупо. Даже с плохой прической ты чувствуешь себя нормально, потому что тебя принимают таким, какой ты есть. Объятия помогают снять стресс, чужое тепло успокаивает, и становится по-настоящему безопасно. Это не яркая страсть, которая быстро сгорает, а как теплая печка в доме: не обжигает, а греет изнутри. В суете дней мы часто ищем именно такое спокойствие и нежность — чтобы кто-то стал для нас местом, где можно расслабиться и просто быть собой.              Тэхен услышал сквозь сон, как кто-то сопел прямо ему под ухо, периодически похрапывая. Ким постепенно приходил в сознание, а когда понял, что полностью проснулся, то медленно приоткрыл глаза и не смог сдержать легкую улыбку. Перед ним сразу же предстала его просторная комфортная спальня, по которой он скучал, находясь во Франции. Здесь было все, что он любил: мягкий приглушенный свет, просачивающийся сквозь полупрозрачные шторы, знакомый аромат лавандового диффузора на тумбочке и тишина, которую никто не нарушал. Кроме, конечно же, одного интересного и значимого для Тэхена человека.              Ким осторожно повернул голову в сторону шума и увидел спящего Чонгука. Тот лежал на животе с вытянутыми ногами, лицом к Тэхену и подгибая руки к груди. Его расслабленное лицо выглядело таким умиротворенным и почти по-детски беззащитным, что это вызывало умиление у Кима и теплоту в груди. Тэхен счастливо заулыбался и лег поудобнее, чтобы можно было лучше разглядывать младшего и любоваться им. Даже спящим Чонгук выглядел так миловидно и нежно, что хотелось убрать лишние волосы с лица, потискать его за щечки и поцеловать в носик. И Ким еле удержался, чтобы не сделать это, но одернул себя, желая, чтобы Чонгук поспал подольше. Все-таки они прилично выпили вчера и уже ночью улеглись спать. Днем им будет ой как нелегко.              Киму до сих пор не верилось, что Чонгук сам пришел к нему, сам напросился поспать с хеном и позволил себя обнять. Чона словно и не смущало ни капли, что он, почти что тридцатилетний взрослый мужчина, не мог уснуть и просился с кем-нибудь поспать, будто ребенок. Возможно, он и соврал, желая просто улечься с Тэхеном в одну постель, но тогда это казалось еще более странным. Буквально недавно Ким и подумать не мог о том, что стесняшка Чонгук, который не причислял себя к любителям всяких гейских штучек, будет сам просить у него попробовать подобное развлечение. Ким, конечно, согласился, но до конца всерьез это не воспринимал. Все-таки Чон был пьян, как и он сам, так что, мало ли, вдруг младший еще передумает сто раз.              Где-то внизу раздался грохот, из-за которого Чонгук чуть зашевелился, но не проснулся, продолжая мирно посапывать. Тэхен, тяжело вздохнув, оторвался от подушки и тихо поднялся с постели, пытаясь быть как можно бесшумнее. Потихоньку он вышел из комнаты, прикрывая за собой дверь, и спустился на первый этаж, обнаружив там Сокджина, который что-то делал на кухне.              Старший, увидев Тэхена, бодро улыбнулся.              — Доброе утро, Тэхен-и, — произнес он с явно приподнятым настроением. — Ты не обижаешься, что я решил немного пошаманить на твоей кухне?              — Конечно, нет, хен, — протянул Тэхен и широко зевнул, еще не отходя полностью ото сна. — Делай, что хочешь.              — Отлично, — кивнул Джин и развернулся к работающей плите. — Я заметил, что у тебя нет ничего из еды. Так что я заказал продукты, чтобы что-нибудь по-быстрому приготовить. Вот, полчаса назад курьер доставил.              — Спасибо, — хмыкнул Тэхен и подошел ближе, заглядывая в сковороду, где жарилась аппетитная ароматная яичница. Так же на плите варилось что-то типа зеленого супа, а на столике, на разделочной доске, лежали нарезанные овощи, которые, видимо, предназначались для салата. Пахло так вкусно и маняще, что в животе у парня заурчало, а сам он инстинктивно облизнул губы. — М-м, пахнет просто божественно!              — Спасибо. Еще полчасика, и готово.              — Сейчас… — Младший перевел внимание на часы на стене и хмыкнул. — Девять утра. Ты во сколько встал?              — В семь, — спокойно ответил Сокджин, что удивило Тэхена. Поэтому Сокджин пояснил: — Я не могу спать долго. Я ведь говорил, что у меня режим.              — Да, я помню, — выдохнул Ким-младший и протер все еще слипающиеся веки. — Пойду приму душ. Я быстро.              — Давай, — качнул головой Сокджин. — Сейчас остальных будить пойду.              — Ага, а то эти сони полдня проспят, — ухмыльнулся Тэхен и уже шагнул в сторону ванны, как резко остановился.              Ему вдруг захотелось пойти к макнэ и лично его разбудить. Он бы мягко залез на широкую постель, прямо к обаятельному Чонгуку, приблизился к нему и начал бы чмокать его в разные места. Чон бы наверняка завозился и застонал, после потягиваясь и просыпаясь окончательно. Тогда Тэхен бы не выдержал этой всей невероятной милоты и зацеловал бы макнэ с головы до пят. Да, так бы точно случилось, если бы Ким не сдержался. А он и не сдержался, потому что перед Чоном невозможно устоять.              — Ты завис? — спросил со смешком Ким-старший, отвлекая Тэхена от красивых мыслей.              — Да, сейчас. Просто… — немного замялся Тэхен. — Я вспомнил, что… у нас осталось всего два часа до выхода.              — Именно. Хосок нас отчитает, если мы опоздаем, — высказал Сокджин.              — Хах, лучше не будить в нем зверя, — усмехнулся младший и все-таки пошел сначала мыться. Лучше без пробуждения Чонгука, а то мало ли, вдруг их щенячьи нежности кончатся быстро, так как они потеряются друг в друге, и Джин увидит то, чего нельзя. Нехорошо.              Тэхен действительно не пробыл в душе долго, а когда вышел, то застал Чонгука и Чимина на диване в гостиной. Они смотрели вместе видео в Инстаграм и пролистывали ленту. Заметив, что Ким вернулся, Пак поднял голову и задорно выдал, улыбаясь:              — С мокрой попой!              — Спасибо, хен, — хмыкнул Тэхен.              Чонгук тоже на автомате глянул на Кима, но мгновенно засмущался и опустил голову, когда понял, каким взглядом на него смотрел Тэхен. Хотя, нет, тот не смотрел. Он пялился: пристально, настойчиво и обжигающе.              — Можно помыться у тебя? — задал вопрос Чимин и поднялся с дивана.              — Хен, ты серьезно? — с сарказмом спросил Ким, теперь переводя внимание на друга.              — Ну мало ли, запретишь еще, — хихикнул Чимин, на что Тэхен закатил глаза.              — Не неси ерунды, Чимин-щи. Иди, — бросил хозяин дома.              — Все, Чонгук, пошли со мной, — Чимин схватил макнэ за руку и потянул на себя. — Быстрее помоемся — быстрее пойдем есть творения шефа Джин-хена.              — Да я один хочу, — воспротивился Чонгук, не двигаясь.              — Эй, ты вообще-то согласился, — сдал его Пак, отчего у младшего кончики ушей покраснели. — Пошли!              — Нет, я передумал, — все пытался остановить Чимина Чонгук, вырывая руку из цепкого захвата. — Иди без меня.              Чимин не сдавался и все продолжал уговаривать макнэ пойти помыться с ним, потянув его на себя. Но тот не переставал противиться и тихо улыбаться, пока краска с ушей начала покрывать территорию дальше, затрагивая шею и щеки. Тэхен хохотнул, глядя на эту картину, и Чимин завопил громче:              — Тэхен, скажи ему!              Чонгук резко метнул взгляд на Тэхена, и улыбка мгновенно стала спадать с его лица. И, кажется, старший догадался, в чем дело, ведь не заметить замешательство и страх не составило труда. Но от чего именно?              — Идите вместе, так будет реально быстрее, — произнес Ким, выглядя непринужденно и улыбчиво.              — Ну вот, я же говорил, — повторил Пак и все-таки добился того, что Чонгук поднялся с дивана.              — Пошли, — сдался макнэ и последовал за старшим. На Кима он больше не посмотрел.              — В шкафчике возьмите чистые полотенца, — напомнил Тэхен, на что Чимин кивнул.              Сам же Ким вернулся к Сокджину, чтобы помочь ему закончить дела на кухне и расставить все на столе. В итоге, выглядела приготовленная еда действительно очень аппетитно и вкусно, из-за чего захотелось съесть все и сразу, не дождавшись потеряшек из душа. Первое, что получилось у лучшего повара группы, это суп с нори и зеленым луком, который нужно есть с отваренным рисом; теплый салат со шпинатом и тофу, который Тэхен давно не пробовал; и омлет с морковью.              — Вау, Джин-и! — восхитился Тэхен, разглядывая блюда. — Мы же объедимся и превратимся в тюленей. Хоби точно нас отругает.              — За два часа протрясемся, — хмыкнул старший. — И вообще, это заряд энергии на весь день! Вы потом есть все равно не станете, знаю я вас, любители диеты.              Тэхен хихикнул и пожал плечами.              Через какое-то время к ним присоединились Чонгук и Чимин и уселись напротив двух Кимов. Парни выглядели свежо, бодро, а пахло от них душистым гелем для душа, которым пользовался Тэхен. Но большее внимание привлек их внешний вид, точнее, внешний вид Чонгука. У младшего порозовели щеки и шея от горячей воды, кожа распарилась, а его круглые глаза ярко поблескивали при свете кухонных ламп. Чонгук радостно улыбался, и от его хорошего настроения у Кима оно тоже приподнялось.              — Ого, как классно выглядит! — произнес с нескрываемым восторгом Чимин, разглядывая накрытый стол.              — Ага, и, как всегда, необычно, — сказал Чон и любопытно присмотрелся к тарелкам с едой. Одна привлекла его внимание больше всего. — Оу, это что, суп из нори с луком? — Он провел ложкой, принюхался и, быстро отстранившись, добавил, приподнимая брови: — Не слишком ли водянисто?              — Суп надо есть с рисом. Ты попробуй, так сытнее, — высказал Тэхен, с улыбкой глядя на младшего, который любил разнообразную еду.              — Да, суп очень легкий, но я и яичницу приготовил к завтраку, и салат, — добавил Ким-старший и взял вилку, чтобы начать трапезу. — Кушайте, наедайтесь, дети мои.              — Спасибо, отец, — хохотнул Чонгук, и Тэхен повторил за ним, оценивая шутку. Они переглянулись мимолетно и задорно, пока старший сам не отвел взор, чтобы лишний раз не смущать Чона.              — Так-так, что тут у нас? — в предвкушении протянул Чимин и приступил к салату. И когда он немного попробовал его, то изумленно промычал: — М-м!              — Вкусно? — спросил с улыбкой еще не до конца успокоившийся Тэхен, на что Чимин закивал головой. — Это все Сокджин-хен старался. А я так — официант на побегушках.              — Ты — мой помощник, причем важный, — хмыкнул Джин, слегка смущаясь. — Второй повар!              — Ага, который явился за пять минут до конца готовки, — прыснул младший Ким.              — Неважно!              Чимин засмеялся, как и Чонгук, а после за ними повторили остальные мемберы.              Так завтрак проходил в достаточно благоприятной обстановке, за уютными дружескими переговорами. Правда, во время разговора Чонгук часто посматривал на Тэхена, пока тот не видел. Но Ким хоть и не глядел на парня, специально сосредотачиваясь на другом, но еле сдерживал улыбку, ведь отчетливо чувствовал интерес к себе. Он за много лет хорошо изучил младшего и мог не глядя понять, что тот делает. И от понимания, что Чонгук не мог сдержать свое любопытство, Тэхен приходил в неописуемый восторг. Улыбка его тоже держалась вовсе не от разговора с друзьями, а одного маленького человечка, из-за которого все внутри старшего красочно цвело и благоухало.              Но в какой-то момент Тэхену все-таки захотелось подразнить Чонгука и поиграться с ним. Поэтому старший незаметно, прямо под столом, вытянул ногу и коснулся носком ноги Чона. Тот дернулся, изумленно приподнял брови и посмотрел на Тэхена, который выглядел совершенно невинно и расслабленно. Но ногу свою Ким не убрал, продолжая касаться младшего и водить большим пальцем по коже. Он специально то приподнимался, то опускался, вызывая мурашки у парня. Чонгук сначала думал отодвинуться, но потом принял правила игры и тоже вытянул конечность, трогая так Тэхена. Ким все-таки слабо улыбнулся и бросил взор на Чона, который тоже еле сдерживал свою игривую улыбку. Пока Чимин и Сокджин говорили между собой, младшие «развлекались» по-своему и гладили друг друга.              — Гук-и, ты сегодня спал с Тэхеном? — неожиданно поинтересовался Сокджин, отвлекая парней.              Чонгук мгновенно сел прямо и прочистил горло, убирая ногу подальше от Кима и заканчивая трогать его. Тэхен сделал так же, при этом опустил голову к тарелке и перестал улыбаться.              — Ага, — ответил макнэ, — на диване… было неудобно.              — Согласен, — хмыкнул Чимин. — Я сразу сказал, что спать там — полная фигня. Тэхен-и, прости, — обратился он к другу.              — Все нормально, — отмахнулся Ким-младший, не обижаясь.              — Ну… до меня иногда туго доходит, — пожал плечами Чонгук и продолжил трапезу.              — Хах, хорошо, что ты пришел к Тэхену, а не ко мне, — сказал со смешком Пак.              — Почему? — спросил уже Тэхен.              — Я бы не вынес твой мощный храп, — хихикнул Чимин. — В армии мне его хватило.              Чонгук заулыбался и смешно закатил глаза, а Тэхен хохотнул.              Через полчаса, когда они закончили с завтраком и быстро собрались, то поехали на репетицию. Дорога заняла не так много времени, и вскоре четыре мембера уже были на месте, в знакомом зале с зеркалами и звуковой аппаратурой, где их поджидали остальные ребята.              Сначала парни размялись, а потом стали отрабатывать старые номера и постепенно разучивать новые связки для новых песен. Они были еще не полностью готовы, но некоторые куски и хореография к ним уже были известны.              Тэхен старался сосредоточиться на движениях, но его взгляд то и дело возвращался к Чонгуку, который часто маячил рядом, танцуя четко и быстро. И, да, младший тоже поглядывал на хена и улыбался как-то загадочно и таинственно. Когда их взгляды встречались, они их отводили и делали вид, что не заинтересованы друг в друге. Конечно, это было не так, но лишнее внимание к себе никто привлекать не хотел. И так их спалили на том, что они вместе спали. Больше таких «раскрытий» нельзя было допускать.              Но а так, если смотреть со стороны, то они выглядели совершенно обычно и никак не отличались от своих прошлых версий. Они общались с другими парнями, шутили, помогали и выполняли требования учителя, двигались словно в одном ритме. Только между ними двумя будто натянулась невидимая нить — Тэхен чувствовал ее каждый раз, когда оказывался рядом с младшим во время перестроений в партиях. Остальные, конечно же, ничего не замечали. Но это замечал Чонгук, поэтому и реагировал неоднозначно и загадочно.              Репетиция тихонько шла своим чередом. Тренер пару раз останавливал мемберов, указывал на ошибки и заставлял повторять еще и еще. И так случалось чуть ли не постоянно. Парни выкладывались тщательно, выверенно и профессионально, но через несколько часов выглядели совсем уж уставшими, вымотанными и без настроения. К концу репетиции все уже хотели отдыхать и поехать по домам.              Когда объявили об окончании занятия, парни настолько обрадовались, что силы, которые вроде как у них закончились, взялись из резервного запаса на обратную дорогу. Тэхен выдохнул с вымученным стоном и подошел к своей сумке, по пути выпивая маленькую бутылку воды. Он уже представил, как приедет домой, наскоро смоет с себя пот и заботы минувшего дня и завалится спать. Сил на то, чтобы что-то еще делать и планировать совсем не осталось, да и сказывалось легкое похмелье и слабость в теле.              — Хен, — вдруг раздался поблизости медовый голос, от которого в сердце привычно екнуло.              Тэхен развернулся и встретился с пытливым взором макнэ. Тот выглядел активнее и живее, чем старший, да и переодеться как-то успел и теперь стоял перед Тэхеном с рюкзаком на перевес.              — Чонгук-и? — спросил Ким и огляделся, видя в стороне других мемберов, которым было все равно на младших. — Что такое? — Он вернул внимание к макнэ.              — Ты сейчас домой? — поинтересовался Чон будничным по слуху голосом, но Тэхен все равно ощутил некий подвох.              — Да, — ответил Ким и потянулся к своей сумке. — А что?              — Насчет вчерашнего… — Макнэ все-таки замялся, отвел взор и затеребил лямку рюкзака. — Мы, когда ложились, говорили о всяких… экспериментах. Ты мне обещал, что мы… попробуем. Вот, — закончил младший, и его уши вновь покраснели.              Тэхен завис, смотря на него внимательно. Чонгук хоть и выглядел сейчас настоящим застенчивым птенчиком, но вещи предлагал вовсе не какие-то невинные. Конечно, Тэхен все помнил, но сказал это тогда по глупости, чтобы успокоить младшего, не воспринимая его всерьез. Он думал, что Чон не решится поднять эту тему. Но нет, тот явно выглядел, хоть и не уверенным в себе, но настойчивым.              — Да, я помню, — выдохнул Ким. — Ты все еще хочешь попробовать?              — Да, — кивнул Чон.              — Когда?              — Сегодня, — усмехнулся Чонгук. — Так бы я не стал подходить сразу после тренировки, а просто написал бы в Какао.              — Погоди, — захотел уточнить старший и спросил с нескрываемым удивлением: — Ты хочешь продолжить сегодня? — Чон кивнул. — Прямо сейчас? После тренировки?              — Да, у тебя, — добавил макнэ и хмыкнул: — Или у меня… Но лучше у тебя, я там некоторые вещи забыл.              Можно ли удивляться еще больше? Видимо, можно, потому что Ким чуть в ступор не впал, но сдержался, вернув себе привычное спокойствие.              — Окей. Погнали.              Знал ли Тэхен, что его жизнь резко сможет повернуться на сто восемьдесят градусов в любовном плане? Знал ли он, что тот самый макнэ, которого он когда-то учил держать микрофон и не стесняться камеры, однажды предложит ему нечто, выходящее далеко за рамки их обычных дружеских обнимашек? Ответ был прост: нет, не знал. Конечно, эту игру начал Ким, он первый завлек Чона и сам раззадорил его. Но он вовсе не подозревал, что Чонгук купится и согласится на подобное. Так что сейчас, шагая к выходу из здания вместе с Чоном, Ким чувствовал, как внутри все стягивается в тугой узел — от предвкушения, страха и какого-то запретного азарта.              — Почему-то у тебя я чувствую себя комфортнее, чем у себя, — произнес Чонгук, глубоко вдыхая приятный аромат чужого дома, когда они зашли туда.              — Наверное, потому что у меня есть окна? — подколол парня Тэхен, на что тот ухмыльнулся.              — Может быть.              — Как насчет ужина? — предложил Тэхен, проходя по дому и на ходу снимая одежду. — Хочешь чего-нибудь?              — А у тебя что-то осталось? — хмыкнул младший. — Мы же утром все съели.              — Нет, но я могу заказать, — улыбнулся Ким, разглядывая Чонгука, который вел себя так свободно, словно находился не в гостях, а у себя дома.              — А я могу приготовить, — высказал Чонгук.              — Ты серьезно хочешь этим заняться? — приподнял одну бровь Тэхен. — Прямо сейчас?              — Честно? Нет, — сдался макнэ.              — Значит, забей, закажем что-нибудь, — бросил Тэхен и потянулся к телефону, открывая сайт с рестораном.              Пока он что-то выбирал, Чонгук походил туда-сюда, будто не зная, чем заняться, и спросил, наконец:              — Я возьму у тебя шорты и футболку? Хочу переодеться.              — Ты у Чимина этого нахватался? — ухмыльнулся Тэхен, поднимая любопытный взор на макнэ. Тот не понял, про что шла речь. — Бери, что хочешь, не выделывайся. И вообще, чувствуй себя, как дома.              — Ага, и не забывай, что ты в гостях, — дополнил Чонгук, хихикнув.              — Нет-нет, для вас, а особенно для тебя, мой дом — это ваш дом.              — Для меня? — изумленно спросил Чонгук.              — Да. Мне для тебя, Чонгук-и, ничего не жалко. Для тебя лично, — проговорил низким тоном Ким, глядя на Чона в упор.              Чонгук от этого знатно удивился, замер, а после неловко отвел глаза вниз.              — Х-хорошо, спасибо, — пробормотал Чонгук и пошел в комнату, где находились вещи старшего. — Тогда и помоюсь сразу, — бросил он, когда свернул в другую комнату.              — Окей.              Тэхен лишь больше растянул губы в улыбке, понимая, что снова заставил Чонгука смущаться. И почему-то это опять вызвало у старшего теплоту и трепет внутри, да еще такой, какой Ким ни разу и не с кем больше не испытывал. Это изумляло и впечатляло одновременно.              В итоге, он заказал лапшу-удон и токпокки, приправив заказ щедрой порцией кимчи. Как раз то, что нужно для отличного времяпровождения. Пока Тэхен ждал доставку, то включил дораму «Сильная женщина То Бон-сун», которую давно откладывал, но сейчас решился все-таки посмотреть. Да и Чону такие дорамы нравились — он сам это когда-то говорил.              Чонгук вернулся из душа в его свободных черных шортах и растянутой серой футболке, от которой едва заметно пахло парфюмом Тэхена. И от этого вида у Кима внутри что-то снова перевернулось, а в животе запорхало. Выглядел макнэ так по-домашнему мило, что хотелось его затискать и заобнимать.              — Удобно? — спросил Тэхен, кивая возле себя.              — Слишком, — зевнул Чонгук, плюхаясь на диван так, будто всегда здесь лежал. — М-м, что включил?              — «Сильная женщина То Бон-сун». Смотрел ее? — улыбнулся Ким, все еще не желая отводить глаза от макнэ.              — Нет, — помотал головой младший. — Но я не против посмотреть сейчас.              — Хорошо, — качнул головой Тэхен. — Я тоже пойду помоюсь. Если что, я заказал нам еду. Встретишь курьера?              — Окей, — кивнул головой Чонгук, выпрямил ноги и потянулся к своему телефону.              В итоге, когда Тэхен вышел, еду и правда уже доставили. Парни ели прямо на диване, тыкая палочками в общую тарелку, и даже поспорили из-за последнего кусочка рисовой лепешки. Тэхен замечал, что с ним Чонгук расслаблялся с каждой минутой и его неловкость и скованность постепенно куда-то испарялись. Да, хоть младший и сам предложил продолжить эксперимент, но по нему было видно, что на самом деле ему все еще было стыдливо делать первые шаги. Поэтому такую «прелесть» снова взял на себя Тэхен. Точнее, потом возьмет, не сегодня.              Через полчаса Чонгук постепенно стал зевать все больше и больше, да и Тэхен чувствовал, что тоже хочет на боковую. Поэтому предложил Чону закончить просмотр и пойти наверх, чтобы лечь спать. Младший согласился, лениво поднялся с дивана и направился сразу же в знакомую спальню, в которой спал раньше. Ким с неохотой убрал за ними мусор, все помыл и выключил телевизор, запоминая, что они кое-как досмотрели первую серию. А все потому, что спать хотелось нереально, да и мышцы от длительной тренировки с непривычки уже начинали болеть.              Старший поднялся в спальню и заметил на кровати полуголого Чонгука в одних боксерах. Тот почему-то еще не спал, а сидел на мягкой поверхности, согнув ноги в позе лотоса. Чон, осознав, что Ким пришел, поднял на него большие круглые глаза, которые в свете ночника заблестели ярко, заставляя любоваться ими, как бескрайним космосом. И Тэхен бы любовался, если бы не одно «но».              — Спать перехотелось? — заманчиво спросил Тэхен и подошел ближе. — Или… меня ждешь?              — Хен, мы же будем сегодня что-нибудь делать? — с надеждой в голосе произнес Чон и, не дав старшему ответить, добавил: — Ты обещал мне.              — Малыш, — тихо протянул Ким и сел на постель, неотрывно смотря на младшего. — Ты точно уверен, что тебе это все надо? Все эти эксперименты, пробы, разврат, пошлость. Ты не подумай, я сейчас не даю заднюю. Просто я беспокоюсь о твоей психике. Я ведь… твой хен, твой… друг, мы мемберы одной группы. А еще я… мужчина. Да, мы что-то начали пробовать, но это пустяки. Это пока… не так серьезно, о чем мы говорили вчера…              — Хен, ты серьезно? — усмехнулся Чонгук и на мгновение отвел взор вниз. — Мы с тобой… занимались сексом по телефону…              — Это не совсем секс.              — Все равно. Мы целовались, ты… ласкал меня и отсосал мне, — проговорил Чон и хмыкнул неловко, не смотря на старшего. — Мы уже перешли грань адекватности.              — Да, но дальше может быть все серьезнее, — высказал еле слышно Тэхен. — Это были только цветочки, а дальше… Ну ты понимаешь.              — Да, я все это знаю и понимаю, — Чонгук кивнул и сглотнул слюну. — Но я хочу попробовать все это именно с тобой, раз мы начали. Потому что… я доверяю тебе. Ты мой самый близкий человек после мамы и папы… Ближе тебя никого нет.              Тэхен тяжело вздохнул, задумчиво глядя на Чонгука, и после поджал губы. Конечно, он все хотел сделать с младшим, включая то, что развратить его и привязать к себе сильнее. Но все-таки остатки здравого смысла у него имелись, так что головой он понимал, что, возможно, они оба совершали ошибку. Только вот голодного зверя, дорвавшегося до любимого лакомства, было тяжело контролировать.              — Хорошо, Чонгук-и, если ты так хочешь, то я все сделаю, — согласился старший и задержал дыхание на долю мгновения, проходясь взором по татуировкам парня. — Для тебя я сделаю все, что ты попросишь.              — И… научишь меня всему? — прошептал макнэ и посмотрел на него.              — Да, научу.              — Я… такой неопытный, да? — улыбнулся парень и скромно опустил глаза. — Судя по вчерашним ответам, я вообще… какой-то девственник.              — Это все поправимо, мой малыш, — произнес с оттенком таинственности Тэхен и дотянулся до Чона рукой, трогая его нежно по щеке и проводя по ней осторожно. — Я тоже когда-то был таким же зеленым мальчиком. Но я изменился и теперь изменю тебя, — аккуратно он добрался до маленького колечка в губе, трогая его пальцем. Чонгук будто специально приоткрыл рот, неотрывно смотря на хена. — Ты же мне позволишь... изменить тебя, преобразить и… раскрыть твою истинную сексуальность?              — Д-да, — приглушенно выдохнул младший. — Позволю.              — Обратной дороги уже точно не будет, ты ведь это понимаешь? — еще раз попытался настоять Тэхен, хотя уже прекрасно понимал, что младший ему не откажет. Не после того, что между ними было. — Теперь мы… будем идти с тобой до конца.              — Да, — повторил Чонгук и облизал палец Кима, который теребил его пирсинг. — Я хочу дойти до конца.              — Пообещай тогда вот что, — смекнул Тэхен, и макнэ согласно промычал. — Пока мы с тобой… «учимся», то… не строим какие-либо отношения на стороне. Ты сейчас мой, а я — твой. Хорошо?              — Хорошо, — без запинки ответил Чон, будто завороженный.              — Ты мой умница, — улыбнулся Тэхен и мягко провел по скуле Чонгука, добавив шепотом: — Тогда иди ко мне, малыш.              Чонгук коротко заулыбался и приблизился к губам старшего, чувственно его касаясь. У Тэхена внизу живота закрутилось еще сильнее, а сердце застучало в груди так громко, что прервало все посторонние звуки. Но они и не нужны были Киму, ведь все, что ему необходимо — мягкие розовые губы Чонгука и его юркий теплый язык. Тэхена ни капли не напрягал пирсинг и то, что он иногда стукался о него зубами. Нет. Он будто наоборот привносил свою изюминку.              Тэхен притянул Чонгука к себе еще ближе и зарылся пятерней в мягкие волосы на затылке. Чонгук простонал прямо в поцелуй и подался вперед, шире открывая рот и позволяя облизывать себя изнутри. Впрочем, он так же не сдавал позиции, сплетаясь с Кимом и испытывая с ним нереальное наслаждение. Им было так хорошо друг с другом, что весь сон и усталость отодвинулись на невзрачный задний план. Все, что обоим парням нужно сейчас — раствориться друг в друге и продолжить этот сладкий, пьянящий танец без слов.              Тэхен выдохнул ему в губы что-то бессвязное, больше похожее на стон, и Чонгук отозвался тихим, дрожащим смешком, который тут же утонул в новом поцелуе. Нормально ли то, что они творили? Нормально ли вообще двум айдолам из одной группы заводить подобные отношения? Скорее всего, нет. Но Тэхен не мог остановиться. Чонгук был его дофамином, окситоцином, экстази и личным сортом героина. Да, он манипулировал макнэ, заманивал в свои сети и опутывал паутиной страсти. Но тот послушно поддавался и слушался любимого хена, не противясь.              Тэхен скользнул ладонями ниже, чувственно трогая разомлевшего парня, а после принялся так же жадно целовать сначала чуть ниже губ, а после опускаясь к шее. Та покрылась мурашками, стоило губам старшего начать касаться ее, ласкать языком, целовать и покусывать. Чонгук застонал громче и откинул голову назад, хватаясь за старшего и теряя связь с реальностью. И Киму хотелось большего. Ему хотелось еще и еще, и обычных ласок ему становилось мало.              — Я так скучал по тебе, мой малыш, — прошептал он между поцелуями. Его руки провели по талии Чонгука и погладили живот. — Мой мальчик.              — Ах… хен, — застонал Чон и чуть царапнул плечи старшего.              — Все вспоминал о тебе… в том гребаном номере. Я… хотел к тебе… Хотел, чтобы ты был рядом…              — М-м, хен… Я тоже… — шептал макнэ. — Я тоже… думал о тебе.              — Знаю, мой хороший. Я… это чувствовал…              Ким аккуратно уложил его на постель и навис сверху, смотря на парня. Чонгук раскинулся на постели, глядя на Тэхена томным поплывшим взглядом. На щеках его расцвели красные бутоны смущения, губы от длительного поцелуя покраснели и припухли, а тело подрагивало от переполнявшего его возбуждения. Да, это было именно оно.              Тэхен облизнул губы и протянул глубоким голосом:              — Ты даже не представляешь, какой ты красивый, — он провел рукой ниже и коснулся края боксеров, под которыми уже торчал налитый кровью член. — Такой желанный и милый мальчик, — старший просунул руку в нижнее белье и обхватил крепкий ствол. — Такой податливый и хорошенький, — Тэхен провел по члену Чона, собирая предэякулят и размазывая его. — И мне так нравится, что только я могу видеть тебя таким… Правда ведь?              — Хен… — захныкал Чон и закусил губу. — Д-да…              — Тебе нравится? — хрипло спросил Тэхен и свободной рукой принялся стягивать боксеры с парня. — Нравится, что твой любимый хен трогает тебя… так?              — Хах… да, — выдохнул Чонгук. — Очень.              — Тогда сегодня мы попробуем кое-что другое. Кое-что… интересное…              Чонгук с удивлением опустил глаза и позволил оставить себя без единой одежды. Он не сопротивлялся, а лишь соглашался со всем, что делал с ним Тэхен. А тот откинул мешающее белье в сторону и так же наскоро стянул свое, оставаясь обнаженным перед макнэ. Когда Чон увидел длинный и крупный член Тэхена, который был больше, чем у среднестатистического корейца, то задержал дыхание и завис. Ким хмыкнул. Они, конечно, видели друг друга голыми, но никогда со стояком.              — Не переживай, я не буду пихать его в тебя, — дополнил он, осознавая реакцию макнэ.              — Нет? — Чонгук переместил глаза выше, и в его взоре Ким заметил нескрываемое разочарование.              — Нет, — хмыкнул Тэхен и залез на парня. — А ты хочешь лишиться анальной девственности со мной?              — Ну… да, — кивнул Чон и сглотнул слюну.              — А ты не боишься?              — Нет, — все настаивал младший. — Я уже думал над этим и… понял, что да, хочу, — от такого Ким любопытно приподнял бровь, смотря на Чонгука. Тот, хоть и пытался говорить уверенно, но его пунцовые щеки и слегка дрожащий голос выдавали с потрохами. — И я в курсе, что это… больно. Ну… всем поначалу больно, но потом будет… хорошо. А я верю, что с тобой мне будет… очень хорошо, хен, — он чуть раздвинул ноги, но Тэхен не глянул на промежность, контролируя себя.              — Ты хочешь, чтобы я переспал с тобой? — спросил он твердо. — Хочешь заняться со мной сексом?              — Да, хочу.              — Сейчас? — заулыбался старший, растягивая губы в хитрой улыбке.              — Ага, — уже с долей неуверенности пробормотал макнэ и отвел глаза в сторону, замявшись. — Я думал… мы сегодня это попробуем…              Тэхен вздохнул с придыханием, смотря на макнэ, который вызывал в нем невероятные приступы нежности. А еще он поражался Чонгуком. Утром и днем этот скромняжка краснел и смущался, а сейчас настойчиво просил трахнуть его. Удивительно!              — Оу, малыш, — ласково протянул Тэхен и погладил Чона по ноге с особой нежностью. — Давай не будем торопиться. Мы все с тобой попробуем, но не сразу.              — А когда? — словно обиженный ребенок, протянул Чонгук и надул губы. — У нас скоро начнется активная подготовка к выходу альбома, репетиции, записи.              — И что? — усмехнулся Тэхен. — Мы с тобой не поразвлекаемся, что ли?              — Ну… я не знаю, — все еще как-то обиженно бросил Чонгук, не глядя на старшего. — А если нам… не дадут?              — Малыш, прекрати, — разжалобился Тэхен и чмокнул парня в коленку. — Все у нас будет, и никто нам не помешает. Я не позволю. И я же сказал, что мы дойдем с тобой до конца, — Чонгук, кажется, все еще обижался, поэтому Тэхен решил продолжить: — А сейчас… — Он облизнул губы. — Я покажу тебе, что такое фроттаж.              — Что? — наконец, посмотрел на него младший.              — Сексуальная практика такая.              — Что? — переспросил Чонгук, пока в его глазах мелькнуло любопытство, сменяя прежнюю обиду.              — Фроттаж, — пояснил хен, усмехнувшись его реакции. — Когда два члена трутся друг о друга. Это без проникновения, но очень приятно. Для начала самое то.              Он не стал больше ничего объяснять, решая показать все на деле. Тэхен переместился ближе к парню, устраиваясь на боку лицом к Чону. Их тела оказались прижаты друг к другу — грудь к груди, а бедра к бедрам. Чонгук, кажется, покраснел еще сильнее, не понимая до конца, что происходит. А вот жар между ними стоял такой, будто они оба горели изнутри.              — Расслабься, — прошептал Ким, проводя рукой по спине младшего и заставляя того выгнуться навстречу.              Он опустил взгляд вниз, прямо туда, где их не спадавшие эрекции уже нетерпеливо подрагивали и ждали своего часа. Тэхен обхватил ладонью оба ствола — свою твердую, внушительную плоть и член Чонгука, который был немного меньше, но такой же твердый, крепкий, с аккуратной розовой головкой. Макнэ судорожно выдохнул, когда горячие пальцы сомкнулись вокруг них обоих.              — Смотри, — приказал Тэхен, начиная медленное и ритмичное движение рукой по их возбужденной плоти. — Смотри, как они хорошо выглядят вместе. М-м… красота!              Чонгук облизнул губы и послушно опустил глаза, зацикливаясь на промежности. Вид их членов, трущихся друг о друга в крепком кольце пальцев Тэхена, ударил по сознанию с неожиданной силой. Их головки терлись одна о другую, скользкие от смазки и блестящие. Тэхен сжимал их вместе, и от этого каждый толчок руки отдавался двойной волной удовольствия у обоих парней.              — Хен... — выдохнул Чонгук, чувствуя, как от каждого движения по телу разливалось тягучее горячее томление. — Ах!… Хорошо… Мне… хорошо!              — Мой маленький, — Тэхен склонился и поймал его губы, утягивая в протяжный в поцелуй. На этот раз он был другим: не исследующим, а утверждающим, собственническим, властным. Ким кусал нижнюю губу макнэ, втягивал ее в себя, играл с пирсингом языком, заглушая стоны, которые Чонгук уже не мог сдерживать.              Тэхен постепенно увеличил темп. Пальцы уже свободнее скользили по влажным от смазки и предэякулята головкам, сжимали их вместе, заставляя наливаться кровью еще сильнее. Чонгук застонал прямо в рот Тэхену, и его бедра начали двигаться в такт — непроизвольно, инстинктивно, нуждающе. Да, он уже не испытывал никакого смущения и неловкости, желая скорее достигнуть разрядки. Он начал двигаться сам, тереться о кулак хена и о его собственный член в поисках большего трения и давления.              — Вот так, малыш, мой мальчик, — прошептал Тэхен, отрываясь от его губ, чтобы увидеть лицо Чонгука. — Давай, трахай мою руку, покажи мне, как тебе нравится происходящее. Ах… Да-а…              — Ах! — у Чонгука глаза закатились, а ресницы затрепетали в экстазе. Губы его приоткрылись, такие влажные, красные, с капелькой слюны в уголке. Он действительно начал двигаться активнее и подаваться бедрами вперед, ввинчиваясь в сжатый кулак Тэхена. Их члены терлись друг о друга с каждым толчком, головки сталкивались и расходились, оставляя на коже блестящие влажные дорожки. — Хен!              — Громче, — скомандовал Тэхен, усиливая хватку. — Я хочу слышать, как хорошо тебе… Постони для меня, детка, порадуй ушки хена.              — Хен... пожалуйста... — простонал Чонгук, и его голос сорвался на высокий, отчаянный звук, когда Ким большим пальцем надавил на уздечку под головкой его члена. — Да... да... там... Ах!              — Здесь?              Тэхен повторил движение, дроча им обоим вместе, специально смещая хватку так, чтобы каждый раз большой палец проходился по самому чувствительному месту Чонгука. Младший выгнулся дугой, впиваясь ногтями в плечи Тэхена.              — Я сейчас... хен, я... — не мог больше терпеть Чонгук.              — Давай, малыш, — прошептал Ким и повторил манипуляцию. — Кончи для меня. Выплесни все, что накопил в себе. Давай, детка!              И Чонгук затрясся, с болью впиваясь в плечи своего хена, и в следующее мгновение излился. Тэхен протяжно промычал и повторил за ним, пачкая их животы.              После того, как все кончилось, младший расслабился и закрыл глаза, постепенно отходя от пережитого оргазма. Тэхен же выдохнул и лениво опустил глаза ниже. Даже не понять было, где чья сперма, потому что во время пика наслаждения она просто перемешалась. Ким опустил руку и провел по их животам, размазывая выделения еще больше. Чонгук почувствовал прикосновения к себе и снова приоткрыл глаза.              — Прикольно, правда? — довольно спросил Тэхен, гладя их животы.              — Ага, — протянул младший и улыбнулся. — Мне… понравилось.              — Еще бы тебе не понравилось, — хмыкнул старший и чмокнул Чонгука в лоб, прижимая его голову к себе после. — Вот видишь, можно кайфануть и без проникновения.              — Ну… да, можно, — не переставал лыбиться Чон, все еще смотря вниз. — Ты прав.              — Так что мы многое с тобой еще попробуем, — Тэхен, ведомый приступом нежности, опять поцеловал парня несколько раз в лоб. — Многое испытаем…              — Хорошо, — Чонгук специально потерся о него, чтобы старший продолжил его ласкать и обнимать. — Я верю тебе.              — Спасибо, мой малыш. Спасибо, — Ким приподнял руку выше и провел по красивому изгибу талии.              — Хен, — прошептал макнэ и прикрыл глаза. — А я не надоедаю тебе? Скажи только честно.              — Чего? — хмыкнул старший.              — Ну… я заставил тебя заниматься со мной такими… вещами.              Боже, и почему Чонгук был таким наивным глупышкой? Из-за такого парня у Тэхена лишь сильнее возникала к нему симпатия и привязанность.              — Ты думаешь, что я против своей воли экспериментирую с тобой? — поинтересовался Тэхен и приподнял голову, чтобы посмотреть на макнэ.              — Ну… может быть. — Чонгук открыл медленно глаза, глядя вперед себя — в стенку, и вздохнул тяжело: — Я ничего не делаю в ответ. Это ты… возишься со мной, будто… мы встречаемся. Будто я… твоя любовь.              Чон даже не представлял, как оказывался прав в этот момент. Потому что Тэхен действительно обращался с ним, как с самым ценным, важным и любимым человеком. Он обращался с ним, как с божеством. Но, если честно, Ким сам себя не понимал. Он сам до конца не осознавал, почему именно так хотел вести себя с Чонгуком. Они ведь давно знали друг друга, давно знакомы и давно дружат. Они лучшие друзья, и этим все сказано. Но именно сейчас, стоило Тэхену добраться до лучшего друга в интимном плане, все резко поменялось.              — Малыш, — прочистив горло, выдал хрипло Ким. — Поверь, мне тоже все это нравится. Мне нравится… учить тебя и доставлять тебе наслаждение.              — Правда? — Чонгук изумленно посмотрел на него.              — Да, — выдал Тэхен и сглотнул слюну.              — Но почему? — шепотом промолвил младший.              — Почему? — ухмыльнулся на этот вопрос Тэхен и мгновенно перестал лыбиться. — Потому что я… люблю управлять процессом. Я вчера это говорил. И мне нравится, что ты… меня слушаешься. Когда меня слушается партнер — я кайфую тоже. И это даже лучше, чем секс для меня. Я получаю от податливого и согласного на мои действия партнера нереальное наслаждение. Это что-то типа фетиша, понимаешь? — Чонгук приподнял брови выше, делая их еще округлее, и тогда старший добавил: — Тебе ведь нравится, что я… доминирую над тобой и говорю тебе всякое… разное? Скажи только честно. Я пойму, если это не так, и я прекращу. Я понимаю, что для парня услышать такое может быть неприятно.              Чонгук глядел на него загадочно, обрабатывая в голове полученную информацию. Выглядел он шокированным, словно не ожидал услышать откровения. Но Тэхен сказал ему именно то, что хотел, а там уж Чон пусть думает сам — хочет ли дальше терпеть выходки Тэхена или нет.              — Я… — подал голос макнэ и засмущался, отводя взор вниз, — понимаю тебя. И мне… тоже это нравится.              — Что? — поразился Тэхен.              Чонгук сглотнул слюну и посмотрел на него с огромной искренностью в глазах.              — Мне нравится учиться у тебя… Мне нравится, когда ты… называешь меня малышом и хвалишь меня… И мне нравится, когда ты… управляешь мной. Поэтому… — Он опять отвернулся, краснея еще сильнее. — Я очень хочу заняться с тобой сексом.