Зимний Охотник

Андрей шёл по следам Зимнего Охотника через лес, который с каждой минутой всё больше утопал в сугробах. Единственным источником света был луч фонаря на его смартфоне, выхватывающий из тьмы глубокие отпечатки на снегу ранее прошедшего этим маршрутом. Сильный ветер ревел, срывая с веток последние, чудом уцелевшие жухлые листья. Следы оборвались внезапно, приведя Андрея к чему-то тёмному, едва припорошенному снегом. Мужчина протянул руку, чтобы смахнуть небольшой слой снега и вскоре его пальцы коснулись холодного металла. Это были две двери. И потянув за ручки, Савельев отворил створки и посмотрел на открывшийся ему проход... Вниз, в непроглядную черноту, вели небрежно вытесанные каменные ступени. Андрей начал спуск, освещая путь дрожащим лучом света со своего телефона. Вой ветра остался наверху, уступив место давящей тишине, нарушаемой лишь эхом его собственных шагов. В это же время, гораздо глубже в недрах Земли, похищенную уже принесли в саму дьявольскую обитель. Логово Зимнего Охотника представляло собой естественную пещеру, переоборудованную под его интересы: стены были увешаны блестящими стендами с какими-то инструментами наподобие хирургических и загадочными орудиями, из интерьера были лишь скромные каменные столики и ларец из кости. Монстр положил полностью обнажённое тело Веры на холодный каменный пьедестал и с лязгом заковал её руки и ноги в цепи, прикреплённые ко вбитым в этот камень стержням. Над женщиной нависало другое тело. Это был студент, пропавший год назад. Он был неестественно бледен, его рот был тщательно зашит нитками, а глаза затянуло бельмом, как оно бывает у слепых. И всё же парень был жив. Полностью раздетый, он висел в воздухе, удерживаемый за каждую конечность цепями, тянущимися с потолка. Он едва шевелился, изредка издавая тихие, мычащие звуки. Но всё это меркло перед остальным, что здесь было... Пещера плавно перетекала в умопомрачительное сооружение, напоминающее, а может быть и являющееся таковым, портал в какой-то другой мир. От стенок пещеры отходили огромные коридоры с сокрытыми светлыми туманами безднами внизу и наверху, лишая эти коридоры таких вещей как «пол» и «потолок». Концов этих двух коридоров было не видать, так как они удалялись на безумные расстояния вдаль за белесую дымку. Их ребристые стены сверкали чистым, переливающимся металлом, покрытым шпилями и движущимися орнаментами. Части титанического механизма сновали по артериям стен, словно крошечные поезда, проносясь по заранее проложенным путям, появляясь то в одном месте, то в совершенно другом. Какие-то части окружения были обтянуты серой полупрозрачной кожей, которая ритмично вздымалась, в такт движению всего вокруг, словно дыша. Одновременно с этим, по проложенным вдоль стен лабиринтам стеклянных трубок циркулировали пары и разноцветные жидкости. Над бездной вдали были протянуты пышные готические мосты из кости, соединяющие проходы. На стенах, словно переоборудованные под бытие механизмами, были закреплены всё ещё живые части похищенных людей. Одной из таких частей была отсечённая голова Алины Камельряновой. Металлические захваты вросли в её лоб, а из горла тянулась изогнутая трубка, уходящая в серебристый объект на стене, откуда уже следующая, но похожая трубка была протянута в стеклянный резервуар с зелёной жидкостью. Голова девушки была неподвижна и лишь её мутные глаза всё ещё немного шевелились время от времени. Зимний Охотник сбросил с себя людскую одежду. К пробуждающейся Вере подошла фигура с серой полупрозрачной кожей. Под её покровом двигались тысячи малюсеньких механизмов, скользящих в прозрачной слизи, заменяющей существу кровь. Лицо создания было отвратительным: застывшая физиономия скорби, будто не лицо а театральная маска, за узкими прорезями которой вращалась пара стеклянных глаз. Увидев над собой нечеловеческое существо, Вера закричала от ужаса. Она попыталась вырваться, но цепи крепко удерживали её на камне. Висящий над ней юноша лишь усиливал её панику. Античеловек подошел к стенду и взял серебристый изогнутый нож, лезвие которого было испещрено множеством отверстий. Инструмент угрожающе сверкнул в исходящем от биомеханического мира свете, побуждая женщину начать умолять о пощаде, однако похититель оставался молчалив. Вопреки ожиданиям Веры, монстр поднёс нож не к ней, а к животу висящего над ней парня. Мановением руки он вспорол живот юноши от рёбер до паха и на обнажённое тело Веры хлынул поток крови и почерневшие внутренности. Женщина закричала в невообразимом, болезненном ужасе, захлёбываясь слезами, пока Охотник бесстрастно наблюдал. Из разрезанного чрева вместе с кишками вывалились жёлтые личинки, испускающие сильное свечение. Они шевелились на покрытом кровью женском теле, а также вокруг пьедестала. Женщина кричала в ужасе и отвращении, пытаясь двигать своим телом так, чтобы сбросить личинок с себя, но ничего не получалось. Тем временем Андрей закончил спуск. Он оказался в просторном помещении, напоминающем столовую. Но увиденное заставило его кровь застыть в жилах... Это была безумная инсталляция: все столы состояли из четырёх обезглавленных, сросшихся между собой человеческих тел, стоящих на обрубках конечностей; сквозь кожу их спин были продеты огромные пластины, выравнивающие поверхность. Стульями служили наборы конечностей, а на седалищах были натянуты искажённые лица. Гирлянды из ушей и кусков плоти свисали с потолка, придавая этому месту вид закончившегося празднования. Подавив рвотный позыв, Савельев поспешил покинуть жуткую имитацию столовой. Он оказался перед тоннелем, где стены, пол и потолок состояли из сросшихся, но идеально сохранившихся мёртвых человеческих тел. Преодолевая отвращение, он двинулся вперёд, ибо в самом конце этого длинного коридора был явно различим свет... Одна за другой светящиеся личинки начали заползать через промежность внутрь прикованной женщины. Их свечение пробивалось даже сквозь её плоть. Затем нечеловек оставил инструмент на каменном столике и взял нечто более крупное. Он ввел Веронике через горло в желудок толстую ребристую трубу, начав закачивать что-то внутрь в огромных объёмах. Вера могла лишь беспомощно мычать, пока из её глаз катились слёзы. Вскоре живот женщины сильно набух. Когда зеленоватая жидкость потекла из её носа и рта, Охотник вынул металлическую трубу из похищенной и положил её на землю. Труба, подобно змее, самостоятельно уползла в биомеханическую бездну одного из коридоров. Прокравшийся в пещеру Андрей, видя прикованную девушку и следящего за ней монстра, быстро огляделся и схватил со столика окровавленный нож. Он подкрался к биомеханоиду и занёс руку для удара, но враг среагировал мгновенно... Монстр перехватил руку Андрея. Не растерявшись, Савельев вонзил нож в удерживающую его конечность твари. Из пореза брызнула бесцветная слизь. Охотник отпрянул, но тут же нанёс молниеносный удар ногой в грудь Андрея. Мужчина отлетел к стене, ударившись спиной о металлические стенды. Пока, лёжа на каменном полу, Савельев приходил в себя, Зимний Охотник стал рыться в ранее сброшенной им одежде. Сначала он отбросил в сторону какую-то серебряную рукоятку, а после быстро достал продолговатый металлический объект, вскоре раздвинувшийся в обе стороны длиной и обратившийся уже знакомым присутствующим копьём. — Андрей ! Умоляю !.. Спаси меня ! — молила Вера сквозь кашель. Андрей быстро поднялся, но тут же был вынужден опять прыгнуть на пол: он прыгнул в сторону, уклоняясь от выпада. Он упал рядом с отброшенной рукоятью и схватил её. Но тяжёлая нога противника приземлилась на грудь мужчины и вдавила того в пол. Савельев нажал на спуск подобранной им рукояти — предмет удлинился, образовав на конце металлическую петлю. Зимний Охотник вонзил копьё в Андрея, пригвоздив того к полу. Мужчина закричал от невыносимой боли, когда копьё пробило его плечо. Тварь наклонила голову, следя за реакцией мужчины, а затем пнула устройство с петлёй в сторону. Вера забилась в конвульсиях, истошно крича. Из её промежности хлестала кровь вперемешку с зелёной жижей. Из рта начала катиться пена, бешеные глаза асинхронно бегали во все стороны. Зимний Охотник стремительно вернулся к женщине, пытаясь понять, что пошло не по плану. Что-то пошло не так и пошло оно не так от того, что биомеханоид не подозревал о том, что всё это время пленённая им для жуткой процедуры женщина была беременна. Андрей был не в силах спокойно слушать ужасающие крики своего друга и, превозмогая неописуемую боль, он медленно, но уверенно вынимал из себя копьё, стараясь подавлять собственные стоны в процессе, дабы не привлечь внимание. Биомеханоид метнулся к костному ларцу, открывая тот и доставая из разложенных внутри предметов два сверкающих инжектора с плещущейся внутри фиолетовой субстанцией. Но стоило ему обернуться, как Андрей пронзил его собственным же копьём. Тварь забилась в судорогах, издавая жуткий крик, а затем рухнула на пол. Вера затихла. Мужчина быстро подбежал к ней и взял её голову в руки, пытаясь обратить на себя её взгляд, но её безжизненные глаза были неподвижны. Сомнений не было: женщина умерла. Он траурно склонил над ней голову. Внезапно его схватила пара сильных рук !.. Ещё живой античеловек швырнул Андрея в другой конец пещеры. Уже без копья в теле, монстр двигался к мужчине, истекая бесцветной слизью. Савельев из последних сил пополз к валяющемуся устройству с петлёй. Предмет в руке биомеханического чудовища вырос в копьё и тот целеустремлённо зашагал к ослабленному Андрею, занося копьё для фатального удара... Мужчина быстро развернулся и, вытянув перед собой странное устройство, вновь нажал на спусковой крючок. Серебряная струна сорвалась с удерживавшего её замочка и снесла голову атакующего во мгновение ока. Обезглавленное тело свалилось на пол и голова упала перед ним... Стеклянные глаза уставились на Савельева. Изнутри, сквозь неподвижные губы раздался голос самого Андрея: — Плохое деяние не существует. Механизмы внутри головы убийцы прекратили до того безостановочное движение. Зимний Охотник был мертв. Андрей поднялся, шатаясь от изнеможения. Он истекал кровью и ему как можно скорее нужна была помощь. Он бросил последний, полный печали взгляд на тело Веры, а затем покинул проклинаемое им место, оставляемое им на забытье. Мужчина преодолел длинный подъём и выбрался в заснеженный лес, освещаемый холодным рассветом. Он сделал ещё несколько шагов и упал, не в силах продолжать движение. Его тело расслабилось и он почувствовал, как все его переживания растворяются в ослепительном свете восходящего Солнца. Прошло некоторое время... Живот ныне мёртвой Веры начал неестественно растягиваться, достигая предела, пока не лопнул с влажным треском. Потоки крови и зелёной жидкости залили пьедестал и пол вокруг. На холодную поверхность шлёпнулся плод. Через несколько минут жуткое существо, покрытое кровью и зеленоватыми соками, начало выпрямляться. Пещеру огласил оглушительный визг.