проклятье лета

дождь всё ещё мерцал в окнах, когда Майк резко поднялся со стула, будто сам воздух в комнате стал для него слишком тесным. Он долго пытался убедить себя, что сможет высидеть, что мысли успокоятся, но каждая минута только сильнее тянула его к Уиллу. И в какой-то момент он просто понял: если останется — сойдёт с ума. Он схватил куртку, шагнул в темноту улицы и почти побежал, чувствуя, как холодные капли скользят по лицу. Влажный воздух обжигал кожу, но внутри — будто вспыхивал жар. Каждая лампа на дороге казалась слишком яркой, каждый звук — обострённым. И всё это только вело его вперёд. Когда он добрался до дома Уилла, дождь стал плотнее, а дыхание сбилось. Но Майк даже не заметил — просто постучал, чуть быстрее, чем обычно, словно боялся, что если остановится хоть на секунду, то передумает. дверь открылась мягко. Уилл стоял в проёме — растрёпанный, в широкой футболке, с тем самым взглядом, который всегда умел оголять правду. На фоне дождя он будто светился. «Майк…» — едва слышно сорвалось с его губ, и в этом звуке было удивление, тревога и что-то глубже. Майк вошёл внутрь, не дожидаясь приглашения, но в его движении не было грубости. Просто необходимость. Он остановился посреди комнаты, пытаясь подобрать слова, но они путались, сбивались, исчезали. «ты серьёзно, Майк?» — голос его взвился неожиданно остро, почти ломаясь на каждом звуке. «ты вздумал прийти сюда, будто ничего не произошло? будто ты не стоял перед ребятами и не говорил, что между нами — ничего?» Майк открыл рот, но Уилл не дал ему и секунды. «нет, не начинай!» — он вскинул руку, жест резкий, нервный. «мне хватило твоего “ничего”. этого “ничего” было достаточно, чтобы я ушёл. чтобы мне стало стыдно за то, что я… что я вообще позволил себе поверить в тебя.» Слёзы блеснули на его глазах, но он не пытался их скрыть. Он только делал шаг вперёд, как будто хотел ударить словами сильнее. «ты пришёл сюда потому что тебе скучно? потому что стало одиноко? или ты хочешь, чтобы я ещё раз услышал, что я ошибся, что я придумал себе что-то?» Майк сглотнул, сердце забилось так громко, будто его могли услышать соседи. «Уилл, дай мне—» «да что тебе дать, Майк?» — Уилл сорвался почти на крик, но голос дрожал так, что от этого только больнее становилось. «ещё один шанс солгать? ещё один шанс сделать вид, что это всё… бред?» Он выдохнул резко, воздух сорвался с губ, как будто ему не хватало сил продолжать. «скажи мне прямо: зачем ты пришёл?!» Майк сделал шаг. Уилл отступил на полшага, но не полностью — просто по привычке защищая себя от нового удара. «не подходи ко мне, пока ты—» Но он не успел договорить. Майк резко, решительно, почти отчаянно шагнул ближе, перехватывая его голос, его злость, его слёзы одним коротким,уверенным движением — руки на плечах Уилла, близость, тепло, и в следующую секунду — поцелуй. Не мягкий. Не боязливый. Настойчивый, будто он целыми днями держал его в себе. Поцелуй, который закрывал рот, гасил крик, ломал все оставшиеся преграды и звал к себе. Уилл замер — дыхание прервалось, руки дрогнули, будто он не знал, сопротивляться или утонуть в этом. Его слёзы всё ещё были на щеках, смешиваясь с дыханием Майка. Майк прижал его ближе, тише, глубже, будто говорил без слов. И вся агрессия Уилла будто растворилась в этом моменте — только дрожь в пальцах, только быстрые вдохи, только шаг, который он сделал навстречу, ещё ближе, чем позволял страх.