🎧...Шуршание сугроба...❄️

Глава первая. Моя жизнь. «Декабрь в СССР выдается очень холодным, особенно в лесах и в горах, будьте осторожны, надевайте куртки и шапки, пейте чай под теплым пледиком дома..» звучал голос диктора из старого телевизора в гостиной, на кухне возилась мама со своим салатом. Из окна доносились смех и вопли ребят, которые забрели поближе к лесу и кидались снежками. Однако я игнорировал это, для меня, восьмилетнего мальчика эта забава была бессмысленна, бесполезна, если можно так выразиться. Да-да, вот такой вот я зануда... Поэтому я дальше собирал свои игрушки.. Голос диктора из гостиной внезапно стих, как и появился , это подтолкнуло мою маму крикнуть моему отцу с легким раздражением в голосе: —Кирилл, сколько раз я тебя просила, настрой уже эту антену как надо! Тишина. Мои ладошки немного вспотели от такой гробовой тишины, ведь я знал что будет дальше. И вопреки моим опасениям, из гостиной донёсся уже не голос диктора, а отца. Его тон был злобным, намного злее чем ее: —Я настраивал! Не нравится, отрежь себе уши! Это лишь добавило масла в огонь. Снова ссора, из за такого пустяка. Слава Богу, я успел в это "чудное мгновенье" собрать все игрушки в коробку от бананов, ведь мне ничего больше не помешает закрыть уши и не слушать этот балаган. Даже сквозь закрытые уши, я слышал ор отца, который леденил меня до кончиков пальцев, заставляя меня содрагать от каждого его удара об стол большим кулаком, хоть он и был в другой комнате с мамой. Я не понимал, почему моя мама и мой папа до сих пор живут вместе.Я слышал от своей тети, что их брак был по принуждению, но.. это же не дает им право отнимать у меня жизнь, орать друг на друга или еще хуже- бить друг друга. Обычно в такой драке выигрывал отец, потому что он был физически сильным, но я считал его силу - ничем. Он не сильный. Нет, не сильный, раз поднимает руку на мою маму, которая слабее его в два раза, а то и в три... Я дал себе обещание, что никогда не стану таким как он, это была моя самая заветная мечта. Дверь в мою комнату открылась, на пороге стояла Василиса Владимировна - моя мама. У моей мамы были темно-коричневые волосы, которые она всегда заплетала в пучок, домашнее платье с закрытыми рукавами и ниже колен с цветочками, и как же без фартука малинового цвета. На ее лице были веснушки, а ее зеленые глаза достались мне. Но.. теперь в ее образе было еще кое что - свежий кровоподтёк на щеке, который уже превращался в официальный синяк. Она нашла меня не сразу, лишь тогда, когда окинула всю команду взглядом и нашла меня, сидящего на полу в углу с закрытыми ушами и сухо сказала, хотя хотела нежнее (ну... мне так казалось): —Саша, иди на улицу, нам с твоим папой нужно поговорить. Я обреченно вздохнул.. «Знаю я ваши разговоры» мысленно возмутился я, но не стал ей дерзить, ведь ей и так плохо. Я кивнул, встал с угла и дождавшись, пока мама уйдёт, включил свет желтой лампы, которая на секунду ослепила меня. Зажмурившись, я вновь открыл глаза, и так два раза. Мои глаза привыкли к свету, я подошел к своему шкафу, который находился напротив меня у стенки с плакатом географической карты, висящей рядом над моим письменным столом и открыл его. Перед моими глазами появились вещи, которые лежали где, кто куда, некоторые даже были вперемешку. Я никогда не поправлял свои вещи, а зачем? Разве что придется их гладить, ведь я их часто комкаю, мама меня за это не ругает, значит не вижу проблем. Откинув все ненужные мысли,я стал переодеваться в свой черный свитер, поверх накинул черную куртку и застегнул молнию, надел черные штаны потеплее, шапку с бубенцами белого цвета, бандаму на половину нижнего лица с окрасом хаки зеленого, чтобы не замёрзло лицо, если я смачно упаду в снег лицом. Собрался как смог, вышел из комнаты и аккуратно прикрыл дверь, не до конца, чтобы не провоцировать отца на «Ты что дверью хлопаешь, щенок?!» и прошмыгнул мимо кухни, где ссорились родители. Надел свои самые лучшие сапоги с утепленным мехом внутри, специально для того чтобы ноги не замёрзли. Вышел из дома на крыльцо и опустив бандану, вдохнул этот запах. Запах зимы, ощущение холода, волчий вой где то за горами, который кажется со всем рядом, вон там, за холмиком, и ранняя темнота.