Проблема

Первый раз это случилось во время совместного чтения сценария. Они, как всегда, развалились на кровати, в номере, который был снят для Пувина. На следующий день у них был запланирован первый день фанкона, поэтому, они должны были быстро пробежаться по первым сценам, которые должны были быть сняты уже через неделю. Пувин лежал на животе, внимательно вчитываясь в каждую букву. Понд же занял место у спинки кровати, опираясь на неё. Не было абсолютно ничего странного в происходящем, очередной сценарий, лёгкий полумрак и уставшие парни. — Тут должен быть поцелуй? Как-то атмосфера не особо располагает… — недовольно цокнув, Пувин перелистнул страницу и пятернёй заправил волосы назад. — Их это мало волнует. — выдохнув, Понд слегка поёрзал и поморщился. В последнее время их загрузили настолько сильно, что он не успевал появляться дома. Чего уж там, он даже телефон свой видел лишь пару часов за день. Его личная жизнь была настолько скудна, что он не мог себе позволить и пяти минут наедине с собой. А они ему были ужасно необходимы. Понд не был помешанным или каким-то извращенцем, но ему был необходим секс. Если не он, в полноценном виде, то, хотя бы, небольшой сеанс самоудовлетворения. Иначе он начинал дёргаться, отвлекаться и путаться. Последний раз ему удалось с кем-то переспать ещё перед сьёмками прошлого проекта, поэтому, сейчас, он и его член, начинали сходить с ума в любую свободную минуту, когда Понду удавалось хоть немного расслабиться. Довольно часто это происходило рядом с Пувином и выливалось в ужасно неловкую картину. Понд, с его вставшим членом и сжатыми кулаками, и Пувин, отводящий глаза и недовольно хмурившийся. Почему это чаще всего происходит рядом с его партнёром? Потому что они проводят вместе девяносто девять процентов своего времени, Понд уже настолько привык к нему, что скоро начнёт воспринимать, как часть себя. Ему настолько комфортно рядом с младшим, что он периодически забывает о том, что тот есть в комнате. — Ты уснул? — недовольно хмурясь, Пувин поднял голову и встретился со слегка рассеянным взглядом своего партнёра. — Кхм, не совсем. — вновь поёрзав, Понд на секунду прикрыл глаза и вздохнул. — Продолжим. Глаза Пувина сощурились, он уже догадывался, что случилось. В последнее время это происходило слишком часто, настолько часто, что начинало выводить из себя. Пувин всегда был очень наблюдательным и умным мальчиком, у него не было проблем в общении именно из-за этих черт. А ещё, он был до ужаса наглым и язвительным, но умел это скрывать. Из-за подскочившей популярности последнего лакорна у них не было возможности отдохнуть после фанмитов, им сразу дали проект. Это говорит о том, то ближайшие несколько месяцев они не вырвутся со съёмочных площадок. И Понд продолжит сходить с ума. Честно, первое время Пувин вообще ничего не замечал. У них тогда ещё было достаточно много свободного времени, и его партнёр вёл себя ну очень прилично. Пувин знал, что у Понда случаются периодические интрижки, после которых он возвращался на площадку собранным и абсолютно адекватным, тогда как из-за затяжных сьёмок иногда мог начать сходить с ума и путаться в сценах. Прошло какое-то время, пока Пувин не начал автоматически отслеживать те дни, когда Понд с кем-то спал. И сейчас, в этот самый день, можно засчитать юбилейную дату Понда без секса. Грёбанные пять месяцев. И следующие сьёмки с концертами затянутся на столько же. Если всё так и продолжится, его партнёр наверняка поедет крышей. У самого Пувина такой проблемы не было, возможно, это было связано с тем, что секс у него был всего пару раз и он как-то не особо им впечатлился. То ли он что-то сделал не так, то ли девушки были не те, то ли ситуации так себе. Но на частые половые акты его не тянуло, десять минут в душе, и он вполне расслаблен и спокоен. Понд же… Его партнёр не был похож на извращенца, просто у него конкретно утекала крыша от долгого отсутствия секса. А у Пувина она начинала протекать от того, насколько сильно и часто начинал тупить партнёр. Вот и сейчас им придётся прерваться, из-за уже очевидно увеличившегося члена Понда в спортивных штанах. Сжав зубы, Пувин сделал вдох через нос и неожиданно сел. — Так что там дальше? — глаза Понда всё так же рассеяно блуждали по сценарию. Пувин мрачно обдумывал то, что внезапно стукнуло в его голову. Его взгляд остановился на силуэте члена, который увеличивался, буквально, у него на глазах. У них осталось всего несколько часов, потом придётся лечь спать, иначе утром никакой макияж не скроет их вялости и рассеянности. Если они потратят большую часть времени на поход Понда в душ, то у Пувина точно лопнет терпение и они поругаются. Что, опять же, отразится на мероприятии. — Сними штаны. Встретившись взглядом со старшим, Пувин слегка смягчил тон: — Нара, сними штаны. Дёрнув бровью, Понд отложил сценарий и окинул Пувина внимательным взглядом. Младший выглядел весьма решительно, а значит, если Понд сейчас начнёт сопротивляться, то они, наверняка, поругаются, что выльется в большие проблемы. Ругаться с Пувином он очень не любил. Не отрывая глаз от лица младшего, Понд слегка съехал вниз по спинке кровати и, приподнявшись, начал стягивать штаны. — Этого хватит. Остановив руки Понда где-то в районе колен, Пувин разорвал их зрительный контакт и посмотрел на полностью вставший член старшего. — Ты ничего не спрашиваешь, мы быстро заканчиваем и работаем дальше. — Я могу… — Сходить в душ? — усмехнувшись Пувин двигается ближе и ехидно выгибает бровь. — Подрочить? Тебя хватит на полчаса, а потом мы опять вернёмся к этому вопросу. Понд виновато нахмурился, но сказать ничего не успел. Губы Пувина оказались на его члене, мысли разлетелись, как рой разноцветных бабочек. Понду пришлось вцепиться пальцами в покрывало, чтобы сдержать предательский стон. Он уверен, если сейчас начать издавать какие-либо звуки, Пувин его прикончит. Он наверняка уже ужасно зол, раз ему в голову пришла настолько абсурдная идея. В след за губами появился язык. Мягко, чертовски медленно, он прошёлся по всей длине. Пувин полностью сосредоточился на том, что делал. Вообще, у него не было опыта в подобном. Точнее, минет ему делали, но не сказать, что он был от него в восторге. Практически всё время, пока брюнетка усердно сосала, его так и подбивало дать ей пару указаний. Резких, саркастичных, в его стиле. Ну, вот и появился шанс попробовать себя в этой роли, провернуть всё то, что когда-то он хотел посоветовать той девчонке. Взяв твёрдый член в руку, Пувин вновь прошёлся языком по всей длине, отмечая то, как сильно напряглись бёдра Понда. Вторая рука опустилась на них, слегка поглаживая и сжимая, пока язык продолжал кружить вокруг головки. — Ммм. Стон был еле слышным, сдавленным и очень коротким. У Пувина дёрнулась бровь. Убрав язык, он обхватил член губами, медленно и очень аккуратно насаживаясь. Бедро под рукой стало каменным. Понд закрыл глаза. В его голове крутилась всего одна фраза: «Кто, чёрт возьми, его этому научил?» Мягко скользящие губы, широкая ладонь, сжимающая основание, пальцы впивающиеся в напряжённое бедро. Понду сносило крышу. — Аэмммм… Отстранившись от истекающего смазкой члена, с явным остатком его слюны, Пувин довольно усмехнулся и скользнул рукой вверх-вниз, слушая тяжёлое дыхание старшего. — Представь что-нибудь приятное, Нара, я не собираюсь тратить на это больше пяти минут. Вновь опустив голову, Пувин обхватил член губами и начал сосать, помогая себе рукой. От неожиданно прозвучавшей фразы, произнесённой ужасно мягким и флиртующим голосом, Понд совершил ошибку. Он открыл глаза. Его взгляд тут же опустился вниз и наткнулся на голову Пувина плавно скользящую вверх-вниз. От осознания происходящего и того, как мягко и глубоко сосал Пувин, Понда прострелило оргазмом в считанные секунды. Он даже вдохнуть не успел, как его тело напряглось, а рука, абсолютно не контролируемо, легла на голову младшего. Он кончил глубоко в горло своего партнёра. Кончил, сжимая в руке мягкие волосы Пувина, слыша его недовольный стон и выгибая спину до хруста. Таким был их первый раз. Тем вечером, пока Понд приходил в себя, Пувин осторожно разжал хватку Понда на своих волосах и, как ни в чём не бывало сглотнул. Поморщившись, парень недовольно скривился и, вздохнув, сполз с кровати, чтобы налить стакан воды. Всё оставшееся время они читали сценарий. Понд был сосредоточен, серьёзен и собран. Однако, то и дело, его взгляд задерживался на ужасно красных губах Пувина. *** Второй раз был не менее странным и неожиданным для них обоих. Пувин раздражённо прошипел что-то под нос и сжал зубы. Понда хватило всего на две чёртовых недели. Они снимали очередную романтичную сцену, где оба должны были выглядеть как два невинных парня в начале проявления симпатии, когда Понд начал путаться в строчках и отвлекаться. Сцену переснимали в шестой раз. Конечно, он и сам запорол пару кадров, но то, как зло и резко звучал голос «парня в начале осознания собственных чувств» просто не лезло ни в какие ворота. — Объяви обед, ужин, пятиминутку или что-нибудь подобное. — А? — устало моргнув, девушка удивлённо выгнула бровь. — Выиграй нам десять минут, быстро. Буквально нарычав на стафф, Пувин подскочил с дивана в гримёрке и вышел. Он двинулся на поиски старшего и нашёл его в комнате отдыха, быстро шагающим из стороны в сторону. Подняв голову, Понд виновато поджал губы и открыл рот в попытке, что-то сказать, но Пувин перебил его. — Следующая сцена в этом костюме? Щёлкнув замком, он окинул комнату мрачным взглядом. — Нет? — вопросительно выгнув бровь, старший перевёл взгляд на только что запертую дверь. — Что слу… Схватив Понда за руку, Пувин молча потянул его к двери ведущей в ванную. — Пять минут, молча и быстро. Сев на крышку унитаза, Пувин отпустил руку Понда и подтянул его ближе за ремень штанов. — Я уже переоделся, так что аккуратней. Сжав зубы, Понд молча наблюдал за тем, как Пувин быстро расстёгивает штаны, высвобождает начавший твердеть член, а затем, немедля и секунды, берёт его в рот. Ему пришлось вцепиться одной рукой в держатель для полотенец, чтобы не рухнуть. Пувин сосал быстро, но всё так же мягко, глубоко и аккуратно. От переизбытка ощущений у Понда начала кружиться голова, от вида, что открывался перед ним, он застонал и еле сдержал себя от желания вцепиться в волосы Пувина и сжать посильнее. Но если он это сделает, то у них наверняка будет ещё больше проблем. Неожиданный стук в дверь комнаты, заставил Пувина остановится. Понд тоже замер, недовольно застонав он хотел отстраниться, но чужие руки, впившиеся пальцами в бёдра, не дали ему этого сделать. Пувин выпустил член из рта и поднял недовольный взгляд вверх, встречаясь с глазами Понда. — Если ты хочешь что-то сделать, то сделай, Нара. — красный язык появился между губ Пувина, облизывая слегка растянутые уголки. — Мы всё равно ничего не снимем пока ты в таком состоянии. Пувин был явно очень зол, его голос слегка подрагивал от напряжения. Сглотнув, Понд аккуратно запустил пальцы в мягкие волосы своего партнёра и прошептал: — Продолжай. Едва ощутимо качнув головой, Пувин обхватил член губами и лизнул его кончик. Давление на голову увеличилось, буквально, натягивая его на всю длину. Вдохнув носом, он прикрыл глаза и одобряющие сжал пальцы на чужих бёдрах. Понду начало сносить крышу. Наблюдая за тем, как его член исчезает во рту Пувина, он ускорял темп. Ладонь начало сводить от того, что он старался максимально аккуратно управлять партнёром, чтобы не перестараться и не навредить ему. — М… Кончив прямо на мягкий язык своего младшего, Понд тут же убрал руку с его головы и отступил, срывая несколько бумажных полотенец. Но Пувину они вновь не понадобились. Сглотнув, парень скривился и, встав, недовольно вздохнул. — Чёрт, причёску точно придётся поправлять. Пока Пувин обернулся к зеркалу, пытаясь исправить бардак, который устроил там старший. Понд принимал сложное решение. Обхватив Пувина сзади за талию, он утянул его назад и в сторону, поворачивая лицом к стене. — Какого х… — Закрой глаза и представь, что-нибудь приятное. На Пувине были обычные шорты, пуговицу которых, Понд расстегнул в считанные секунды. Дав им скользнуть вниз, Понд просунул ладонь под резинку трусов, обхватывая твёрдый член. — Могли… О…обойтись без этого. — сбиваясь, Пувин упёрся головой в стену и зажмурил глаза. — Если у тебя опять встанет… — Держись. Пувин вцепился в руку, обнимающую его за талию, и сжал зубы. Широкая ладонь старшего скользила по его члену так, как будто делала это регулярно. И пусть Пувин никогда не был зависим от секса, а кончил меньше чем за минуту. Отсутствие половой жизни всё же сказывалось и на нём. Пока парень приходил в себя, Понд вытер его салфетками и, застегнув шорты, окинул партнёра внимательным взглядом. — Нам пора. В тот день они отсняли даже больше, чем планировалось изначально. Начинающий звереть стафф, во главе с режиссёром, не просто простили главным актёрам десятки неудачных дублей и закрыли глаза на задержку, но и поклялись, в мыслях, что в дальнейшем, готовы дать этим двоим хоть двадцать минут наедине, если после этого они так же потрясающе быстро будут справляться со съёмками. *** Пувин уже устал считать, сколько раз член Понда побывал у него во рту, также как и его собственный в руках Понда. В этом не было смысла. Коротких десяти минут им обычно вполне хватало, чтобы прийти в норму и продолжить работу, поэтому проблем во время съёмок больше не возникало. Отметив последний день под камерами, Парни вернулись в отель и начали собирать вещи. В этот раз их номер был общий, место в котором они остановились было весьма маленьким, поэтому, комнат едва хватало на стафф, пришлось потесниться. — Как думаешь, у нас будет пара дней перед фанмитами? — разлёгшись на единственной кровати в комнате, Пувин устало вздохнул. Закрыв чемодан Понд взглянул на младшего и, мягко улыбнувшись, покачал головой. — Уже скинули расписание, есть время только на один завтрак дома. — Сука. Выругавшись, Пувин сел и сгорбился, устало потерев лицо руками. Понд полностью понимал своего партнёра. Ему самому хотелось увидеть семью и, хоть не много, отдохнуть от камер. Но младший выглядел совсем напряжённо и вяло, что, бывало, не часто, но всегда заканчивалось штрафами. Фанатам не нравится, когда он слишком, холоден и отстранён. — Иди в душ. — А ты? — подняв голову, Пувин вопросительно выгнул бровь. — Позже. Ещё раз вздохнув, Пувин дохватил полотенце и двинулся к ванной. Раздевшись, он встал под тёплые струи и прикрыл глаза. После фанмитов пойдут концерты, потом рекламы, скоро соревнования и ещё несколько мероприятий со всей компанией… У него не будет и дня на отдых, а голова уже кипит от всего происходящего. Нет даже минуты, чтобы подумать, каждый раз, когда он начинает анализировать происходящее, его отвлекает безумный поток съёмок, встреч и интервью. Он скоро сойдёт с ума. Чтобы отвлечься, он делает глубокий вдох и опускает руку на член, начиная слегка поглаживать его. Последний раз, он с Пондом, делал что-то почти три недели назад. Они оба уже были в одежде для съёмок, а у Пувина был нанесён макияж, поэтому всё пришлось делать очень быстро и аккуратно. Подрочив друг другу в туалете, они вновь влились в быстрый поток сменяющихся сцен. Обычно, всё происходило именно на сьёмках, в туалетах, гримёрках и комнатах отдыха. Потому что именно в процессе работы Понда начинало клинить и заметить его состояние вне площадок было сложно. В очередной раз вздохнув, Пувин убрал руку и опёрся ею о стену. Ничего не получалось, кажется, он так устал, что уже даже возбудиться не может. Вот таким, сгорбленно стоящим у стены, под струями горячей воды, его и нашёл Понд. Тихо раздевшись, он проскользнул в кабинку и, скользнув рукой по талии младшего, прижался к тёплому телу сзади. Слегка дёрнувшись, Пувин даже не стал ругаться или что-то спрашивать, лишь выпрямился, откидываясь назад, на плечо Понда. Приняв на себя большую часть веса Пувина, Понд неожиданно для себя поцеловал парня в шею. Замерев, он, моргнув пару раз и, не дождавшись отрицательной реакции, потёрся носом о чужое плечо. Похоже, что Пувин перешёл ту самую грань, когда у него не хватает сил даже на отстаивание собственных, нерушимых, личных границ. Слишком устал. Оставляя нежные и короткие поцелуи на плечах и шее, Понд скользнул свободной рукой к члену Пувина, аккуратно обхватывая и проводя по всей длине. — Мм, бесполезно, — едва заметно вздохнув, парень повернул голову, утыкаясь в шею Понда. — Я пробовал. — Дашь мне попробовать? Голос старшего был тихим, если бы они не были так тесно прижаты друг к другу, Пувин бы наверняка его не услышал. — Только руки. — Конечно. Осторожно, очень нежно, Понд подтолкнул Пувина к стене. — Обопрись и нагнись немного. Выполнив просьбу, Пувин устало согнул руку в локте, облокачиваюсь на стену, упираясь в неё головой. Его поза была весьма смущающей, и он бы наверняка возмутился, даже послал бы своего партнёра парой иностранных словечек, но явно не сейчас. Не тогда, когда он едва соображает от усталости. Отойдя на несколько секунд к своей одежде, старший возвращается, привычно обнимает Пувина скользя ладонью к его члену. Понд осторожно, слегка сомневаясь в собственных действиях, растирает смазку между пальцев. Пока одна рука мягко поглаживает едва вставший член Пувина, Вторая медленно скользит по спине, едва касаясь пальцами, прямо к двум половинкам. Понд чувствует, как Пувин напрягается с каждым пройденным сантиметром, слышит, как младший делает глубокий вдох, когда длинные пальцы касаются входа. — Только руки, Пувин, только они. Оставив несколько поцелуев на плече младшего, Понд поглаживает сжавшийся вход, массируя пытаясь успокоить. Уткнувшись в шею Пувина, парень продолжает оставлять на ней поцелуи, вырисовывая языком мокрые узоры. Собственный член Понда давно упирается в одну из половинок младшего, но Понд, с удивлением замечает, что собственное желание кончить не такое сильное, как мысль о том, что он должен помочь Пувину. Младший начинает сдаваться под широкими ладонями, мягкими губами и длинными тонкими пальцами. С его судорожным вдохом один палец входит полностью, поглаживая мягкие стенки. Аккуратно, едва ощутимо, Понд прикусывает красное ухо младшего и нащупывает то самое место, которое наверняка поможет Пувину немного расслабиться. — Ммм… Ах! Младшего практически подбрасывает, он цепляется за руку Понда, которая продолжает скользить по члену Пувина вверх-вниз. Он не останавливает, просто ему нужна хоть какая-то опора. — Держись. В Пувина входит второй палец, и он впивается зубами в свою руку, давя в себе длинный стон. Ему завтра нужно петь, если они так продолжат, то он, банально, сорвёт голос. Два пальца массируют точку, от которой по телу Пувина расходятся электрические разряды. Член как будто скоро взорвётся, и когда Понд оставляет на его плече последний поцелуй и начинает двигать обеими руками в одинаковом ритме… Пувин отключается. В ушах стучит собственный пульс, он слышит свой жалобный скулёж и падает в крепкие руки старшего, полностью отключаясь от реальности. Выключив воду, Понд аккуратно вытирает парня и берёт его на руки. Конечно, Пувин всё ещё в сознании, просто слишком устал для того, чтобы открыть глаза. Понд кладёт его в кровать и заворачивает в тёплое одеяло. Кондиционер всё ещё работает, он бы не хотел, чтобы Пувин заболел. *** У Пувина есть проблема. Проблема размером с планету, не меньше. Сегодня он спит дома. Не в отеле, не в машине и не в самолёте. Прошла неделя с той ночи в душе, и каждую ночь он спит в своей постели, у себя дома, без Понда. Фанмиты начали с Бангкока, поэтому у них есть возможность ночевать дома. Новых проектов не предвидится, поэтому и для встреч повода нет. Они пересекаются лишь в гримёрке и на самом мероприятии, у Пувина вообще нет возможности провести с Пондом лишние две минуты вне камер. Понд наверняка уже нашёл кого-то, чтобы заняться сексом, обычно, это занимает у него не больше нескольких часов. У Пувина это заняло два дня. И ничего не получилось. Он словил себя на мысли, что ему нужны чужие руки на теле. И не те, что с длинными ногтями и маленькими ладошками. Ему нужны руки Понда. Искать парня было сложно, практически невозможно. Да, он живёт в Таиланде, но также он достаточно известная личность и не может вот так быстро найти нужный, безопасный, вариант. Не для такой позиции. Обычно у знаменитостей уже есть какие-то связи, к тому моменту, как они становятся узнаваемыми, поэтому у того же Понда проблем с этим не было. Пувин же никогда не искал парня, тем более, в доминирующей роли. Все, к кому он мог обратится, это те же актёры компании. Но он не горел желанием этого делать. Поэтому, у Пувина была проблема. Понд уже наверняка кого-то нашёл, а Пувину нужны руки Понда, чтобы кончить. И, возможно, он, совсем немного, стал зависим от секса, точнее от оргазмов. Поправка, ебтвою мать, от оргазмов в руках Понда. Швырнув джойстик в стену, парень сжал зубы и закрыл глаза. Он не знал, что его бесит больше, то, что у Понда секс уже с кем-то был, или то, что он сам без Понда кончить не может. Решительно встав, Пувин зашёл в ванную и, схватив с полки какой-то крем, вернулся в спальню. Закрыв дверь, он залез на кровать, под одеяло и, стянув с себя шорты, глубоко вздохнул. Опустившись грудью на простыни, он упёрся коленями в матрас, разводя ноги в стороны и заводя руку в креме назад. Этот вариант он ещё не пробовал. Нет, конечно, Пувин не стал импотентом, ему удавалось возбудиться, он даже кончал пару раз, но ощущения были такие, как будто он что-то делал не так. Получалось настолько тускло и… Никак. Поэтому, он просто обязан попробовать другой вариант, вариант от которого у него краснели уши, тряслись руки и сжималось сердце. Не так-то просто засунуть в себя пальцы. Вообще, не так просто принять факт, что ты кончил от чьих-то пальцев в заднице. Но Пувин принял, осознал, и готов повторить. Раз уж Понд заразил его этой дикой тягой к сексу, то он должен что-то с этим сделать. Обводя вход пальцем, он осторожно ввёл его внутрь. Но, абсолютно ничего не почувствовал, даже когда нашёл то самое место, куда в тот раз давил Понд, он ощутил лишь стыд и неловкость. Стоит признать, что для получения определённого результата ему нужен конкретный человек. И он ничего не сможет с этим сделать. Абсолютно, ничего. *** Понд находился в недоумении. Шла вторая неделя их возвращения со съёмочных площадок, а его так и не потянуло найди кого-нибудь для разового секса. Нет, он всё ещё дрочил себе в душе, ему хотелось секса, даже очень. Но как только он думал, что ему надо найти очередного, абсолютно незнакомого человека, желание тут же пропадало. Он даже успел один раз доехать до места встречи, но, находясь в машине, наткнулся взглядом на рекламный баннер с Пувином. В ушах прозвучал тот самый жалобный скулёж младшего, когда тот кончал от его пальцев. Понд успел дотронуться до члена всего пару раз, через одежду, как тут же кончил. Встреча потеряла свою актуальность, и он всё отменил. Работа шла как обычно, с Пувином он виделся каждый день, но постоянно под тысячей камер. Он даже порадовался, что когда-то они решили отказаться от фансервиса и минимизировали телесный контакт практически в ноль. Иначе, было бы тяжело избежать неловких ситуаций. — Пора. Сейчас они садились в самолёт. Их ждали встречи с фанатами в Китае, потом они летят в Мексику и ещё куда-то… Понду было всё равно, главное, что он летел туда с Пувином. Пувином, который, почему-то, игнорировал его с самого утра. Вообще, картина была привычной. Когда-то давно, примерно после съёмок в их втором совместном проекте, Пувин словил истерику на почве слухов о том, что он недостаточно близок со своим партнёром. Фанаты обвиняли его в том, что он обнимает Джеминая, Форта и остальных слишком часто, что Понд для него не важен и он его не уважает. Пувин был очень зол, младший метался по залу компании с одним единственным вопросом: «Что я сделал не так?» Тогда он ещё был мал, поэтому быстро перешёл к слезам и нервному срыву. И всё к чему они смогли вместе прийти — это уйти в минимальный контакт и отказа от фансервиса. Если фанатам недостаточно того, что мы можем дать, то мы вовсе откажемся от этого. Лишь сухой минимум, обычные деловые отношения. Чтобы им вовсе не о чем было говорить. Поэтому равнодушный Пувин был привычной картиной для Понда. Ничего отличающегося от нормы. Однако. Сейчас. Сегодня. Понд как никогда нуждался хоть в каком-то контакте с младшим. Он соскучился, ему хотелось хотя бы обнять парня, просто дотронуться, чтобы убедиться, что он действительно рядом. Но в самолёте их посадили отдельно, в машине было сиденье, отделяющее их друг от друга, а в отеле их поселили в разные номера. Повезло только на второй день. Сразу после мероприятия их настигла приятная новость о новом проекте, сценарий к которому они должны прочитать как можно быстрей. — Проект крупный, уйдёт много денег, продюсер встретиться с вами через две недели. У и Бум лишь сочувствующе похлопали их по плечу. Сказать тут было нечего. — Зайди ко мне позже. Они разошлись в холле и Понду очень хотелось тут же рвануть к Пувину. Но он понимал, если сегодня они не прочтут хотя бы несколько страниц, младший убьёт его. Он и так, казалось, не в лучшем настроении. Сидели над сценарием долго. Настолько, что начинали слипаться глаза. Благо, что утром никуда не надо было, им дали выходной перед вечерним рейсом в следующий город. — Всё, я устал. — швырнув сценарий на стол, Пувин встал и, подхватив полотенце, двинулся к ванной. — Всё что я понял, так это то, что на этот раз ты у нас богатенький, а я совершенно обычный, будем плясать от этого. Опустив толстую стопку листов на тумбочку, Понд последовал за Пувином, останавливаясь в дверях и наблюдая за тем, как тот раздевается. — Странная роль. — скользнув взглядом по рельефному телу младшего, Понд облизал губы и закрыл за собой дверь. — По сравнению с предыдущей, даже слегка сумасшедшая. — усмехнувшись, Пувин включил воду. — За то я, на этот раз, выступаю в роли золушки. Стянув с себя майку, Понд швырнул её к вещам младшего, туда же отправил штаны и трусы. Душевая кабинка была не большой, вдвоём они заняли всё свободное место. Вцепившись двумя руками в талию Пувина, Понд слегка потерялся в реальности, неосознанно, потёршись вставшим членом о ягодицы Пувина, из-за чего тот замер, опёршись одной рукой о стену. — Аамм. Это был не стон, а скорее что-то невнятно-недоумевающее. Но на сопротивление похоже тоже не было, поэтому Понд продолжил тереться, скользнув рукой ниже, он сжал в руке крепкое бедро, заставляя младшего раздвинуть ноги. — Наклонись. Голос Понда был очень хриплым, по шее парня пробежали мурашки. Послушно сделав то, что его попросили, Пувин получил благодарный поцелуй в шею. По спине скользнула широкая крепкая ладонь, мягко указывая что делать. — Ты… — Тебе понравится. Перебив младшего, Понд фиксирует положение Пувина и его член оказывается прямо между ног младшего. — Немного сожми. Пувин двигается и в полной мере осознаёт, что собирается сделать Понд. Крупный член скользит под его, задевая яйца и периодически касаясь входа. От медленного трения Пувин сжимает кулаки. Ему хочется податься назад, что-то сделать, но рука Понда крепко держит его за талию. — Нара… — Всё в порядке, я не перейду черту. Пувина должно это успокоить, но, почему-то, ужасно расстраивает. Сделав глубокий вдох, парень прикрывает глаза и почти шепчет. — Пальцы. — М? — Понд действительно не слышит, ему приходится остановиться и наклонится ближе. — П-пальцы, Нара. Понд почти кончил от этого дрожащего голоса, а когда осознал, что именно сказал Пувин, пришлось сделать шаг назад и сжать член у основания. Придя в себя, Понд рывком разворачивает Пувина к себе и, впиваясь в бёдра, подкидывает вверх. — Какого х… Поцелуй вышел странным, они стукнулись зубами, и Пувин, наверняка, оставил синяки на плечах Понда, от неожиданности сжав их слишком сильно. Но они быстро пришли в себя. Поцелуи были их родной стихией, в них они были профессионалами, на этой территории они знали друг друга от и до, без преувеличений. Языки сплелись, у обоих сорвалось дыхание. Пувин едва не задохнулся, буквально, вися на старшем, он тонул в чувствах и ощущениях. Прислонив Пувина стене, Понд облизал губы младшего и отстранился, заглядывая в его глаза. — Ты пробовал? Лицо Пувина тут же изменилось. Он как как будто окаменел, отводя взгляд, парень помрачнел. — Вроде того. Скрыв улыбку в плече Пувина, Понд оставил там несколько поцелуев и вышел из кабинки, включая воду в ванне. — Что ты делаешь? — Тут будет удобней. Сев в ванную, Понд усадил Пувина на колени, у него было всего несколько секунд на то, чтобы полюбоваться красным лицом, прежде чем младший отвернётся и начнёт вставать, опираясь на бортики. Перехватив Пувина, Понд дёргает его на себя, заводя его руки себе на плечи, заставляя принять далеко не самую приличную позу. — Ты… Рука Понда опускается на спину младшего, скользя дальше, мягко сжимая. Пувин затыкается, утыкается лицом в чужую шею и прогибается в спине. Его уши горят и Понд вовсе прекращает скрывать широкую улыбку. Обе его руки сжимают половинки, мягко поглаживают и разминают. Выключив воду, Понд тянется к джинсам, которые удачно кинул как раз на бортик. Забрав смазку, он откидывает намокшую штанину и возвращается к Пувину, который доверчиво сопит ему в ухо, пряча глаза. Первый палец входит без сопротивления, с губ младшего срывается короткий вдох, заставляющий Понда крепче сжать свободной рукой ягодицы парня. Лёгкими движениями, осторожно и очень мягко, Понд растягивает вход, стараясь не сильно отвлекаться на поцелуи, чтобы не оставить на коже лишних следов. Однако, похоже, что Пувина эта сторона мало волновала, как только в него вошёл второй палец, он тут же впился в плечо Понда зубами, не забыв простонать что-то абсолютно невнятное. Дальнейшее было формальным издевательством над Пондом. Пальцы двигались, Пувин стонал, извивался и поддавался на них при малейшем замедлении со стороны старшего. Крепко сжав зубы, Понд взял в свободную руку член Пувина и слегка сжал его, получая в ответ тонкий жалобный скулёж. Пувин разжимает зубы и тяжело дышит ему в ухо. — Нара… П…Нара… — Чёрт. Понд почти кончает, когда осознаёт, что Пувин готов умолять. Его гордый, сильный, потрясающий Пувин просит у него что-то таким срывающимся голосом… Понд отдал бы ему всё что угодно. Абсолютно всё. Вгоняя пальцы до конца, он добивается очередного тихого скулежа, колени, парня наверняка бы разъехались, если бы было куда, его подбородок лежит на плече Понда, пока спина выгибается, давая старшему ещё больше власти. Начиная двигаться в унисон, Понд наслаждается тихими стонами и тяжёлым дыханием младшего. Он готов кончить только от этих звуков и такого тёплого и мягкого Пувина в его руках. — Ахаммм. Пувин натурально скулит ему в ухо, кончая так сильно, что его даже потряхивает в руках Понда. Спустя несколько секунд почти сползает, утыкаясь головой куда-то в грудь старшего. Погладив его по спине, Понд ногой достаёт пробку из ванной и готовится встать, чтобы уложить младшего в кровать, но его останавливает сильная рука. Пувин молча отползает немного назад утыкаясь щекой в стоящий член старшего. Он такой уставший, затраханный, такой потрясающий с членом Понда на своём красном языке, что хватает всего пары движений, чтобы Понд кончил ему на лицо. — Ох, чёрт, лучше бы проглотил… Понд сквозь ресницы смотрит на лицо Пувина возвращающиеся к привычному недовольству и едва успевает убрать улыбку до того, как тот поднимает голову. — Чертовски пусто. Они замирают. Пувин хмурится, медленно выпрямляется и, прикрыв глаза, стирает с лица сперму. Они молчат пока Понд осторожно помогает ему отмыться, пока накрывает одеялом. Даже пока Пувин медленно подползает в его объятья, они всё равно молчат. *** Они улетают в следующую страну, туда, где должны встретиться с продюсером. Всё проходит хорошо, оговариваются сроки и парни вновь на одном из концертов. Они устали, это становится заметным. Им дают выходной, и они используют его на полную. Собравшись чуть ли не всем кастом, они гуляют по городу, делают сотни фото и едят в каком-то уютном ресторанчике в центре города. Все такие счастливые, что напиваются вусмерть, забывая о завтрашнем хайтаче. А когда стафф всё же связывается с ними и напоминает, они уже достаточно пьяны, чтобы вовсе забить на всё и весело продолжить вечер. В номер Пувину пришлось затягивать Понда в одиночку. Он был чуть ли не единственным с устойчивостью к алкоголю. — Люблю тебя… — Я в курсе, спасибо. В очередной раз кивнув в ответ на пьяные бредни старшего, Пувин скидывает его на кровать и облегчённо вздыхает. Пьяный Понд — это нечто настолько мягкое, милое и зефирное, что от передоза нежности у Пувина появляются рвотные позывы. — Я так люблю тебя… Вновь пробубнив своё признание, Понд наконец отключается и Пувин со спокойной душой отправляется в душ. Спать с пьяным человеком неприятно. А с пьяным Пондом ещё и опасно. В один прекрасный момент Пувин просто проснулся от того, что старший зажал его в тиски, не давая вздохнуть, к счастью, ему удалось повернуться и лечь к нему спиной, жадно хватая воздух. Утро так же не предвещало ничего хорошего. Пувин проснулся всё в тех же объятьях, только теперь, ему в спину упирался твёрдый член, а широкая ладонь Понда как-то по-хозяйски заползла в трусы Пувина. И пока младший пытался понять почему так жарко и тесно. Понд похоже тоже проснулся, потому что на шею Пувина обрушился нескончаемый поток поцелуев. По телу прокатились мурашки. Убедившись в том, что Пувин начал твердеть, Понд аккуратно, потёрся членом об него, постанывая куда-то в ухо младшего. — Ты серьёзно? Хоть бы помылся. — недовольно вздохнув, Пувин плавно толкнулся в чужую руку, подтягиваясь немного вверх, давая Понду подстроится немного ниже, между бёдер. Буквально вжимая младшего в себя, Понд тихонько стонет и останавливается. — Чёрт, я так не могу. Пувин прикрывает глаза на секунду и, мягко выскользнув из чужих объятий, приспускает пижамные штаны, прижимаясь грудью к простыне и становясь на колени. Он разводит ноги и прячет лицо в подушке. На несколько секунд возникает тишина. А затем Понд начинает действовать. Оставив несколько поцелуев на красной шее, он целует парня в макушку и, стянув одежду, пристраиваться между бёдер, которые тут же слегка сжимаются. Понд скользит между ними, набирая темп, и не прекращая осыпает поцелуями шею Пувина. Он чувствует, как тело младшего трясётся, от трения. И тянется к его члену, мягко поглаживая и сжимая. С губ парня срывается тихий, едва слышный, из-за подушки, скулёж. Пувин на грани, бёдра горят, член скоро взорвётся, но ему всё равно чего-то не хватает. Ох, чёрт, а Понд ещё умудряется потереться о вход, из-за чего тело выгибается, прося в себя что-то, что сам Пувин пока принять вовсе не готов. Ни морально, ни физически. Они кончают практически одновременно, Пувин был лишь немного раньше. Успокоив дыхание, Понд не забывает повернуть младшего и втянуть в долгий глубокий поцелуй. Пувин слегка задыхается и извивается под ним, ему не хватает воздуха, но он не хочет отстранятся. Он бы остался так навечно. *** Бангкок встречает ливнями, они не успевают сойти с самолёта, как их ошарашили новостью, что часть улиц затоплены, далеко не все попадут домой сегодня вечером. Дом Понда далеко, дорога затоплена, но до квартиры совсем не долго, он может добраться всего за час. Квартира Пувина слишком далеко, как и дом родителей, он собирается заказать номер рядом с аэропортом, чтобы дождаться утра. Стафф не в восторге им придётся остаться с актёром, чтобы проконтролировать безопасность. — Вы можете отдыхать, я заберу его к себе. Вот так, одним предложением, даже не спрашивая мнения Пувина, Понд решает проблему. Что удивительно для окружающих, Пувин даже не сопротивляется. Спокойно кивает и, подхватив чемодан, идёт за своим партнёром. Стафф лишь переглядывается. Эти двое достаточно близки, но стоит появиться камере… Какая потеря для шоу-бизнеса. Они приезжают в квартиру к вечеру. По очереди моются и садятся читать сценарий, съёмки начинаются через две недели, но подбор костюмов и работа с наставниками ждут их уже через пару дней. — Чертовски странный парень. — Самое сложное — это его речь. — вздохнув, Понд откидывается на спинку дивана и закрывает глаза. — Ни на шаг от сценария, никакой импровизации. — Это действительно тяжело. Они вздыхают и Пувин устало трёт глаза. Их ждут тяжёлые съёмки, безумный круговорот. Пувин подползает поближе, укладывая голову на колени старшего и закрывая глаза. Голову мягко массируют сильные пальцы, тишина и спокойствие. — Засыпай, завтра попробуем ещё раз. Это последнее что он слышит, но, кажется, он почувствовал что-то мягкое на своей щеке. Может, просто показалось? *** Их закручивает ужасающий круговорот событий, каждая секунда на счету, фанаты пришли в восторг от трейлера, продюсер хочет выпустить проект как можно быстрее. Съёмки проходят в ускоренном режиме. На этот раз крутятся действительно крупные суммы, на площадке толпы народа, нет единой секунды личного времени. Целый месяц они перемещаются между локациями, бешеный темп, все напряжены, принято решение сделать перерыв, скоро аутинг, для подготовки не хватает людей. Съёмки останавливают на один день, официально давая актёрам выходной для восполнения сил и отдыха. Пувин не был у родителей уже очень давно, Понд не видел семью примерно столько же. Но они едут в квартиру Пувина, потому что она ближе к месту съёмок, и там у них больше шансов успеть отдохнуть хотя бы полдня, прежде чем их вызовут на какие-то внеплановые съёмки, которые впихнули в расписание в последний момент. Понд запирается в ванной и зло шипит на прилипшую к телу майку. На самом деле он зол на себя, за то что такой озабоченный и даже уставшим, в полностью неадекватном состоянии ужасно хочет Пувина. Его раздражает, что он прекрасно понимает, насколько тяжело младшему и как он устал, но всё равно не может сдержать себя и тянется всё ближе, ставя Пувина в неудобное положение. Конечно, Пувин не безвольная амёба, он не будет терпеть то, что ему не нравится. Он всегда прямо отказывает, никогда не позволяет собой пользоваться или ставить в проигрышное положение. Пувина невозможно заставить что-то сделать, но Понд всё равно думает, что младший слишком восприимчив к его просьбам, слишком мягкий, слишком податливый. Понду становится стыдно за свои порывы, за свою жадность. Он не знает куда себя деть, чтобы только вновь не усложнять и так не лёгкую жизнь Пувина. Приняв холодный душ, Понд пропускает младшего внутрь и идёт в спальню с твёрдым намерением лечь спать и даже кончиками пальцев не касаться уставшего Пувина. Уснуть не получается, проходит около получаса прежде, чем младший выходит из душа. Слишком долго, Понд поднимает голову, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Пувин весь красный, с головы до пят. Он вышел в одном полотенце, отводит взгляд и быстро надев бельё, ложится под одеяло. Понд делает глубокий вдох и отползает подальше, отворачиваясь и закрывая глаза. Его спины касается прохладная ладонь. Она скользит вниз, едва касается края нижнего белья и плавно переходит на бок, потом к груди, сзади прижимается рельефная грудь. У Понда перехватывает дыхание. — Мм, помоги мне немного. Голос Пувина мягкий, соблазняющий. Понд не может сопротивляться, это невозможно. Не тогда, когда Пувин делает нечто подобное. Когда он поворачивается, Пувин лежит к нему спиной. Прижимаясь сзади, Понд скользит рукой вперёд и вниз, но его останавливают. Руку крепко сжимают и Пувин сдвигается, слегка отодвигая ноги, частично ложась на живот. — Хочешь пальцы? — он шепчет это прямо в красное ухо, Пувина, оставляя на плече поцелуй, широко улыбается и тянется за смазкой под подушку. Они тут бывают не часто, и заниматься чем-то подобным обычно не было времени, но Понд старался всегда оставлять небольшой запас на случай, если будет время немного отдохнуть. Оставив ещё один поцелуй на напряжённой спине, Понд скользит рукой к двум половинкам. Первый палец проходит подозрительно легко, Пувин лишь едва слышно постанывает в подушку. Понд попробовал сразу вставить второй и… Он вошёл без каких-либо препятствий. Задержав дыхание, он на секунду запаниковал. Выскользнув из входа, всей ладонью, с силой, прошёлся по напряжённому телу младшего, от живота к груди, растирая по ней смазку и прижимаясь ближе. — Ты… — Заткнись, Нара. Голос Пувина был серьёзным, таким, как в тот день, когда Пувин впервые сосал ему в гостиничном номере во время чтения сценария. Тот самый тон, на который нельзя отвечать отказом. — Хорошо. По коже Пувина прошлись мурашки от очередного мягкого поцелуя в плечо, потом от ещё одного и ещё… Он даже не сразу заметил, что пальцы Понда уже внутри него. Слегка задохнувшись, он покрепче вцепился в простыни и прикрыл глаза. Понд аккуратно избегал той самой точки, медленно растягивая и расслабляя. Третий палец входит с трудом, но Пувин даже не напрягся, лишь едва слышно проскулил что-то явно нецензурное. Пувин плавился под руками Понда, старший не переставал его гладить и целовать, обнимать и едва заметно прикусывать. От каждого действия хотелось растаять, развалиться на части. Потом пальцы исчезли, стало пусто. Понд готов поклясться, что слышал жалобный скулёж в подушку, но слышно было плохо, из-за грохота собственного сердца. Взяв чертовски твёрдый член в руку, Понд подвинулся ближе, обвив Пувина, он заключил его в железные объятья, чтобы удерживать и направлять. Головка вошла с лёгким сопротивлением, Понд старался не торопиться, не сорваться и не причинить боль. Это потом, когда Пувин немного привыкнет, он сможет входить в него сразу, на всю длину, вбиваться и сжимать, толкаться так, чтобы младший снова и снова умоляюще скулил. — Аыэмммм… Потрясающий звук, как же Понд обожал этот жалобный скулёж, каждый раз, когда он входит в Пувина до упора. Раньше это были только пальцы, но сейчас. Сейчас Понд тоже мог сполна этим насладиться. — А…Н…Ммм. — Понд двинулся назад, заставляя младшего мычать в подушку. — Нара, пожалуйста… Этот дрожащий голос. Толчок и сладкое: — Аааммм. — Чёрт, Пувин… От переизбытка чувств Понда скручивает, он упирается головой в спину младшего и замирает, полностью находясь в нём. — Мммм. Пувин скулит, Нара насадил его до предела, так глубоко, что у него не хватает никакой гордости на то, чтобы сдерживаться. Он поскуливает и дёргается, пытаясь слезть с члена. — Нара… Пожалуйстааа… Голос срывается, потому что именно этот момент выбран для того, чтобы сделать очередной толчок, после которого у Пувина закатываются глаза и окончательно отключается разум. Он полностью переползает на живот, немного отставляя ягодицы, подставляясь под сильные толчки. Жалобные поскуливания сопровождают каждое движение Понда, он уже, буквально, лежит на Пувине, вжимая младшего глубоко в матрас, не прекращая входить до упора, так глубоко, чтобы выбить из него как можно больше стонов. — Нара… Пувин постоянно повторяет имя Понда, скулит, пытается насадиться поглубже и потрясающе дрожит, когда старший замедляется и остаётся глубоко в нём на несколько секунд. У Пувина полностью потёк мозг, член внутри него так сильно распирает, он так глубоко, постоянно бьёт в одну и туже точку, от которой по телу пролетают миллионы разрядов. Он наверняка сорвал голос, но продолжает скулить, потому что сдерживаться невозможно. Бёдра горят от постоянных попыток вобрать в себя всё что может дать ему старший. Каждая секунда дарит ему столько ощущений, что Пувин начинает плакать, когда Понд ускоряется, вбивая его в матрас. — Нара... Нара, так… Ммм… Он вновь срывается на скулёж и Понд впивается в его плечо зубами, кончая глубоко внутрь, пока Пувина потряхивает от пережитого оргазма. Он так сильно сжал в руках простынь, что уже не чувствует пальцев. Пувин приходит в себя в объятьях Понда, который аккуратно разжимает его пальцы и, мягко улыбаясь, разглядывает его лицо. — Как ты? — Как будто по мне проехал бульдозер. — фыркнув, Пувин спрятал пылающее лица в подушке. — Это было потрясающе. Поцеловав плечо Пувина, Понд перешёл на его щёки, нос, а затем и губы. Ответив на поцелуй, Пувин отстраняется и трёт глаза. — Я больше никогда не буду делать это сам. Понд на секунду теряется, вопросительно поднимая бровь. — П-пальцы… — запнувшись, парень хмурится и недовольно отводит взгляд. — У тебя лучше получается. Пувин замечает едва мелькнувшую улыбку на губах старшего, но делает вид, что вовсе на него не смотрит. Понд сдерживается изо всех сил. — Пошли, нам надо тебя помыть.