От бесконечности до Бродвея

В комнату пробивался тёплый, утренний солнечный луч. Однако в комнате было мрачно, но тонкая полоска света упорно просачивалась сквозь шторы. Теперь утро не было никогда нежеланным. Шерлок на удивление сам обнаружил, что просыпаться с лучами солнца стало куда приятнее, чем засыпать, да и кровать была на удивление удобной. Но то, что его поистине радовало спустя все эти месяцы, — это то, что он находил Уильяма не спящим рано утром. Выходя из спальни, Шерлок немного задерживал взгляд, смотря, как Мориарти спокойно читает газету на диване или о чём-то думает, глядя в окно. Однако вместо молчания Шерлок предпочитает прямо спросить, отдыхал ли он вообще, потому что Лиам тоже любил допоздна засидеться над чем-нибудь. Или настолько порой уходил в свои мысли, что даже Шерлок удивлялся. — Доброе утро, Лиам. Надеюсь, ты не просидел так всю ночь. Потому что мне порой кажется, будто ты вообще не спишь. Уильям, услышав шаги и звук его голоса, поворачивал голову и улыбался с небольшим смешком, словно его поймали на чём-то нелепом, но он всегда находил, что ответить, при этом ему совершенно не стыдно, потому что он отвечает столь же честно. — Доброе, Шерли… Могу заверить, что после тех часов работы я валялся без задних ног. Однако я так рано уснул, что проснулся в полчетвёртого и ходил по комнате, не зная, чем себя занять. Решил, что небольшая уборка в книжном шкафу пойдёт моим мыслям на пользу. — Ты проснулся и решил, что в шкафу нужна уборка? Знаешь, я никогда не перестану удивляться тому, что есть люди, которые считают уборку полезной для мыслей. — А потом мне стала интересна одна теорема немецкого математика, и я долго и упорно решал, и пока решал, обдумывал то, как мы проведём свой выходной. Шерлоку было интересно, что за теорема, но в то же время он понимал, что Уильям, если начнёт распаляться, то остановить его будет сложно, хотя иногда Шерлок любил послушать, то как Уильям рассказывает о том, что сильнее всего его заводит. И, улыбаясь и подходя к кухонному островку, чтобы поставить кофе вариться, Шерлок всё же решился на то, чтобы попросить Уильяма рассказать. Потому что интерес пересилил, и пока он варит кофе и готовит им обоим бутерброды, можно было послушать. — Может, тогда поделишься? Только прошу, без сложных терминов, более простыми словами. Уильяму, казалось, понравилась эта идея, и, улыбаясь, он свернул газету, чтобы отложить её, и встал, чтобы подойти поближе. — Ладно, представим, что наш дом не подчиняется правилам, и в нём много-много квартир. От одного до бесконечности. И представим, что в каждую квартиру может поместиться больше жильцов, чем можно изобразить. Шерлок хмыкнул и задумался, пытаясь сосредоточиться на том, что Уильям ему рассказывал, и с улыбкой ответил: — Допустим. Уильям тем временем продолжил: — И вот список жильцов насчитывает не просто каждого живущего человека, а включает в себя множество и множество людей, иррационально пронумерованных, включая до бесконечности. Но наше условие — что каждая квартира пронумерована в соответствии с натуральными числами. Шерлок, пытаясь уловить, что Уильям хочет сказать, начал понимать и ответил достаточно осмысленно, пока помешивал кофе в турке. — То есть ты хочешь сказать, что каждая квартира, пронумерованная каким-либо реальным числом, может включать в себя бесконечное количество живущих в ней человек? — ДА! И более того, правила внутри квартир можно до бесконечности менять, и даже если вмещать конкретное число людей, и список жильцов никогда не закончится, даже если там фиксированное количество человек, потому что их всегда можно пересобрать и получить новое количество жильцов. Это в корне меняет математику и представление о числах! Уильям буквально светился, когда рассказывал, так что Шерлок засмотрелся, и кофе, что кипело в турке, начинало опасно булькать на плиту. Он словно был погружён в транс, когда пытался представить, как Уильям всю ночь расписывает на листочке кучу десятичных чисел и как его глаза сосредоточенны — прямо как сейчас. — Шерли, кофе! — Ах, чёрт. Прости, это заставило меня задуматься. Да уж… Бывших математиков не существует… — Аха-ха-ха-ха, да, это ломает мозг немного, могу понять, — он подошёл ближе и, вдыхая запах кофе и смотря, как Холмс немного напрягся, находил его чрезвычайно милым в этот момент. За завтраком, когда Уильям ел поджаренный тост и с нежной улыбкой на лице пил кофе, Шерлок понял, что не променял бы это утро ни на что, и видеть Уильяма таким было отчасти даже его радостью. Они могли до ночи разбирать бумаги и даже спорить о сомнительных теоремах, или вообще про искусство, но это никогда не было чем-то отравляющим или плохим. Однако Шерлок помнит, с каким лицом Уильям перечитывает любимые произведения Шекспира, и на днях ему удалось узнать, что в одном из театров Бродвея будут ставить «Гамлета». Билли даже раздобыл для них билеты и сказал, что они обязаны развеяться. — Лиам, как смотришь на то, чтобы пойти на «Гамлета» сегодня вечером? Уильям, изначально поглощённый своими мыслями о математике и в то же время о том, что он собирался прогуляться, вдруг улыбнулся и, поставив кружку, чувствовал, как в груди разлилось тепло. Он давно уже не был в театре, а после плотных дней и миссий даже об этом и не думал. — Звучит заманчиво, я не против, — он посмотрел так проникновенно, что заставил улыбнуться и Холмса. Возможно, он пока не мог описать то чувство, что зарождалось в его груди, но он точно знал, что именно Шерлок делает это чувство таким осязаемым. Шерлок хмыкнул с мягкой улыбкой и потом вдруг спросил: — А каким образом ты решил книги переставить? По цвету корешков или по дате выпуска? Уильям задумался и рассказал, что переставлял их ровно два раза, в итоге так увлёкся, что для каждого цвета на листочке вписал параметр и в каждую «ячейку» ставил совершенно противоположную книгу, чтобы в итоге получилась комбинация, обратная изначальной. — На самом деле, Альберт так делал. Но он переставлял книги, потому что всегда говорил, что, наводя порядок в комнате, в голове всё тоже упорядочивается. Хотя он жуткий перфекционист, что касается уборки. — И что, получилось структурировать мысли? Уильям посмотрел в окно и фыркнул. Некоторые мысли, увы, никак не приходили в порядок, даже с течением спокойных дней или некоторой рутины, но он о них, возможно, расскажет позже. — Возможно, однажды они придут к порядку, но пока это вопрос времени, не думаю, что на него есть ответ. — Теперь у тебя есть время подумать об этом и о чём-то, что для тебя важно. Ответ обязательно придёт, неважно, поздно или рано. Не торопи себя раньше времени, Лиам. — Да, пожалуй, ты прав. По крайней мере, я точно знаю, что у меня есть луч света, что никогда не даст мне пойти ко дну… — он выделил это предложение намеренно. И, конечно же, Уильям знал, что Шерлок его поймёт как нельзя лучше. Однако это утро не хотелось бы нарушать громкими признаниями, и, возможно, для них и правда время ещё не наступило, но Уильям знает, что однажды оно точно наступит, и тогда уже он будет делать этот шаг, каким бы извилистым и тернистым ни был путь.