Консул

На феодальных мирах единственное правило — сила. Там выживает тот, кто умеет показать себя в бою. Часто это миры, где ради выживания приходится полагаться на горстку психопатов. Они не боятся выехать в ночь, чтобы разрубить парочку черепов и вернуться, довольными и облитыми кровью. Черепа, кстати, вполне могут быть человеческими. Технологии, которые когда-то пронесли этих людей мимо тысяч звёзд — давно забыты. Превратились в источник материалов, в реликвии и фетиши. Какая катастрофа к этому привела? Или это было медленное угасание вслед за остановкой последних генераторов? В любом случае, сейчас там вновь правит копьё и щит. Тот тип вооружения, с которым Консул не знаком. Он разглядывал на стойке вооружения арсенала первоклассные, созданные машинами, типы оружия. От мечей до топоров, от дубин до посохов. Судя по сводке, Вайсан-V был планетой меча. Широкого, грубого и несбалансированного. Бои там велись такие, где превыше всего были размеры и физическая сила. Скорость и ловкость, скорее всего, оставались нужны для личных поединков. Среди тех, кто мог бы называться рыцарями. В Арсенале кипела та же воровская суматоха, что и на остальном Иктусе, но она замерла, стоило появиться в проёме отсека человеку в багровой силовой броне. Из-за воротника нагрудника его лицо было разрезано на две части. Нижняя челюсть была полностью скрыта, а над кромкой керамита блестели жёлтые хищные глаза. Инквизитор Эрнавиль Каррон, Ордо Маллеус.

***

Всё как будто случилось вчера. Но с другой стороны, что такое год для Инквизторов. Берганза погиб. Неважно, что случилось. Важно, что Консул и Трибун отомстили за его смерть, наказали убийц на месте. Единственные выжившие из свиты. Субсектор Федиликтис в ту ночь получишь брешь в броне. Ордо Еретикус некому было возглавить. Полки солдат, пустотные и транспортные корабли. Тысячи зацепок, досье, крючков, стягивавшие мир вокруг Берганзы — разом ослабли. Те капитаны, чьи грешки он обещал забыть, отдалились, те, чьи прегрешения были слишком велики — сбежали. Солдат расхватали на вечноидущую войну. Губернаторы сделали вид, что никогда не знали никого по имени Берганза. И целый Конклав, три сильнейших Инквизитора, вдруг поняли, что их ресурсов не хватает для того, чтобы удержать субсектор от катастрофы. Потребовалось быстрое решение. Тело их господина ещё не было сожжено, но Трибун и Консул уже стояли в тёмной переговорной комнате. Эрнавиль Каррон из Ордо Маллеус и двое его коллег из Ордо Ксенос присутствовали на этой встрече через своих поверенных. Они принесли весть, на свитке, усеянным росписями и личными печатями. К свитку шла *розетта* и повеление — Люций Клавдий становится наследником Берганзы и обязан теперь занять его место. Консул попробовал стать тем же пауком, которым был его наставник, пытался сплести воедино порванную паутину, но нити рассыпались в его ладонях. Сидя на постепенно тающих ресурсах крепости Иктус, видя как одного за другим аколита выдергивают со своих мест другие Инквизиторы, Консул ощутил нечто забытое. Инквизитор Ордо Еретикус понял, что ему страшно, и этот ужас граничит с паникой. Он удовлетворял один запрос за другим, чувствуя, как остатки власти утекают у него сквозь пальцы. В какой-то момент он уверился в том, что это какая-то дурная шутка. Почему именно он? Может это был план? Конклав давно с завистью следил за тем, как одетый в белый плащ Берганза повелевает субсектором. Одно его слово заставляло целые миры дрожать от страха. Сколько костров при нём горело, не перечесть. Сколько костров не зажглось? Инквизтор Берганза был хорош в том, что он делает. Наверное, даже слишком. Слабый Консул распродал это за простое «спасибо». Целые агентурные сети распадались на плохо контролируемые сегменты. Фиделиктис вдохнул полной грудью, забыв, что Трон и его агенты всегда рядом. Самый страшный из Конклава — Эрнавиль Каррон, часто прилетал лично на Иктус, оставляя гневные запросы и увозя с собой постепенно все больше людей и техники. Однажды крепость останется пустой, и только скрипящее перо Трибуна в одном из кабинетов будет напоминать о том, чем Иктус когда-то являлся. При условии, что и его не заберут.

***

— Эта стерва! Маргаритта Суноэль! — Эрнавиль Каррон прошёл через Арсенал, без особых проблем рассекая толпу. — Клавдий! Прикажи девке поступить под моё командование! Консул улыбнулся коллеге снизу вверх и продолжил разглядывать меч у себя в руках, гадая, подойдёт ли он для экспедиции. Вспыльчивый Каррон выхватил меч из хватки Консула одной рукой и бросил на ближайший стол. — Надеюсь, твоя беспомощная улыбка что-то значит. Потому что в последнее время я устал от твоего безразличия. — И вы не первый, кто мне сегодня об этом говорит, лорд Каррон, — Консул нашел в себе инквизторскую гордость и посмотрел на своего старшего товарища прямо, не отводя глаз от его хищного жёлтого взгляда. Каррон хохотнул и повернулся к своим людям, вывозившим телегу автоганов. — Смотрите, друзья, у этого птенца появились крылья, чтобы мне перечить. — Он развернулся снова к Консулу. — Выходи на связь с капитаншей, мне нужна её посудина. Люций Клавдий взял новый меч со стойки и принялся разглядывать уже его. С тихим рыком, Эрнавиль попытался схватить клинок также как прошлый и отбросить его, но ловким движением, Консул сделал обманное движение и прислонил острие к вороту брони Инквизитора. Инквизитор Ордо Маллеус глухо хохотнул. — И что теперь? Консул чуть надавил на рукоятку. — У меча, — сказал он, глядя с интересом, — мономолекулярная заточка. Интересно, пробьет ли керамит? Для миссии это не очень важно, вряд ли у аборигенов будет что-то серьёзнее калёной стали, но может быть, нужно проверить? При желании, Каррон мог дать такую пощечину Консулу, что у того не осталось бы челюсти. Они оба это знали, и меч бы не пробил пластину доспеха, но они оба замерли, будто в янтаре. Консул сказал: — В прошлом месяце я передал вам, лорд Каррон, несколько архивов с контактами, у вас не должно быть недостатка в том, чтобы найти себе капитана со свободным кораблём. Каррон все таки ударил ладонью по мечу и отвел его в сторону, Консул улыбнулся и положил оружие на стол перед собой. — Я не буду перед тобой оправдываться и просто скажу: без Берганзы этим сбродом чартистов невозможно управлять. Что уж говорить про того Вольного Торговца. — Ничего, — легко сказал. — Иногда нужно действовать тонко, ради достижения своих целей, вы ещё научитесь. Инквизитор вытянул руку, схватил местного сервитора погрузчика за голову и сдавил его. Тело несчастного дёрнулось конвульсионно и упало на землю, перевернув свою тележку. Люди в Арсенале остановились, только другие сервиторы продолжили свою работу, обходя поверженного собрата. Оставшиеся штурмовики Иктуса встретились взглядами с солдатами Каррона. Руки сами собой потянулись к оружию. Голос лорда Эрнавиля вновь загрохотал спустя три долгих мгновения: — Я повторяю в последний раз, только потому, что ты мне когда-то нравился, Люций: Маргарита Суноэль. Прикажи ей перейти в моё распоряжение. Консул пожевал немного губами, глядя в пустоту, точнее на полу-опустошенный Арсенал. Наконец сказал, не удосужив коллегу взглядом: — Мой ответ: нет. Вы получили более чем достаточно от Берганзы и от меня. Занимаетесь повторениями вы исключительно потому, что сама Маргарита вам отказала, сославшись на мою протекцию. Я так это себе представляю. Учитывая сколько контактов моего погибшего лорда рассеялось по субсектору по вашей вине и наших добрых товарищей из Ордо Ксенос, я, пожалуй, прекращу заниматься благотворительностью. Маргарита Суноэль — мой капитан. Вы можете утешиться автоганами. Консул пнул одну из винтовок, которую уронил погибший сервитор. Ножны с мечом с моно-заточкой уже были на поясе. Люций на прощание хлопнул Эрнавиля Каррона по нагрудной пластине. Инквизтор из Ордо Маллеус молчал. Так они и расстались, едва сдерживая взаимную неприязнь.