Надежда

— почему ты до сих пор не ушел? Минхо сидел на краю. Его кофта на замке и легкая ветровка продувались, а обшарпанные штаны кое-как еще не были в дырах. — а ты? — задал встречный вопрос джисон. — почему ты не ушел? Минхо замялся, он не ожидал услышать тоже самое, да и не готовился вовсе к этому разговору. — я... я не знаю? — он посмотрел перепуганными глазами на Хана. — и я тоже не знаю, —с легкой улыбкой на лице сказал джисон. — вот ты же тоже об этом не задумывался. Я причиняю тебе столько боли, сколько никто иной и в жизни не сможет, а ты до сих пор улыбаешься когда смотришь на меня. На этот раз хан посмотрел в глаза минхо в которых мешалась ненависть, любовь, одержимость и страх. Страх остаться забытым и никому не нужным. Он подвинул холодные и сухие пальцы ближе к руке старшего и они переплились. — я тебя постоянно игнорирую сам того не понимая, — оправдывается минхо не приняв его правоту. — я знаю, — тихо кивнув хан — я тебя не уважаю... — вновь взирается минхо — это совсем не главное. — я тобой манипулирую! — главное чтобы это шло тебе на пользу. Минхо взбесился. Почему он его покрывает? Он страдает сам, но при этом бросается прямо в огонь. Что с ним не так? — почему!? — ли вскочил с края. — какого хуя ты меня оправдываешь!? Он махал руками и периодически шипел потому что не мог подобрать слова. — потому что я люблю тебя. Слова ударили сильнее чем что-либо. Минхо осел. Его глаза расширились. За три года отношений ни один из них не сказал этого банального словосочетания. — что? — он присел перед ним на корточки. — я люблю тебя, минхо, больше жизни. В глазах скопились слезы, они не вытекали, просто стояли в глазах. Никто из них не сказал ни слова. Старший притянул к себе хана и уткнувшись в плечо просопел ответ. — ты и есть, моя жизнь... Они просидели так пол часа или час. Никто из них ни следил за временем. Холодный ноябрьский ветер продувал их кости, но вместе им было тепло. Хан бережно перебирал пряди волос, окрашенные в отеннок шатена, и тихо шептал ему все невысказанные слова любви за эти годы. Минхо придвинулся ближе и снова сел в объятия хана. Он смотрел на горизонт ночного города. Смотрел в окна, на машины, на деревья и звезды. — вечность чертовски необъятна, я хочу заглянуть в нее. — хан сильнее сжал руку которой обнимал минхо. — зато моя вечность обнимает меня.. — он закрыл глаза и потерся как кот о плечо хана. — не говори глупостей, смерть настигнет всех, — он вздохнул. — даже мы не вечны. — это несправедливо, — ли сильнее прижался. — но ты тоже врешь, мы будем всегда. — получается мы заперты на веки вдвоем? — он смотрел вдаль, ища надежду. — пытка. — нет, но я уверен что смерть которую все называют концом для нас будет новым началом. Я искренне верю что когда все прикратит существовать, лишь наши души будут витать где-то в безразмерной пустоте в поисках надежды. — ты и есть моя надежда, это значит я буду искать тебя и мы все же потеряемся? — ты всегда ищешь двойные смыслы, — фыркнул на него хан. — но ты ведь моя надежда на лучшее, я не хочу оставаться в этом поганном мире заточенным в цепи один. — не переживай, все мы в оковах. Просто с течением времени они ослабевают, а люди сами решают страдать им или нет. — когда пальцы затекают достаточно просто опустить руки. — но поднять их снова – трудно, понимаешь? Минхо промолчал. Он взглянул вниз на проезжающие мимо машины, а после наверх. В ту самую безразмерную пустоту в которой им сужденно витать остальную вечность. Он вдохнул морозный воздух. Его рука потянулась в карман. В ладони уже расжатой оказалась зажигалка и пачка сигарет «Malboro». Он вытащил одну сигарету и сжал её между зуб пока чиркал зажигалкой. Он закончил эту процедуру и убрал зажигалку в карман. Вдох – наслаждение, выдох –эйфория. Мгновенное тепло разлилось по телу, хан умножал это блаженное чувтсво. — так странно. Джисон вопросительно посмотрел на него. — я такой поддоннок, а около меня сейчас один лучший человек и одна сигрета. Что может быть лучше? — вторая сигарета у лучшего человека. Секунда и уже оба курят. Дым вылетал из их ртов словно мантра. Заставляя вновь смотреть на послдение секунды существования этого дыма. — это подтверждение моей надежды. Он почуял непонимание. — души это – дым. Он выходит из тела и устремляется наверх в бесконечное вечное. Потом распадается на атомы, а когда ты такой маленький ты просто витаешь по такому же вечному миру маленьких душ, и если удастся когда нибудь получится найти тот самый атом, несущий в себе душу, любимого тебе человека. Но это не значит что мы потеряем друг друга в вечности, это значит что просто материально мы не будем вместе. На самом деле частичка моей души осталась в тебе, и надеюсь что твоя во мне. Так мы будем просто двумя паловинками которым суждено соединиться. Вдруг мы в этом бесконечном вечном будем двухатомной молекулой. Например мы станем натрием и будем вместе. Я ожидаю именно такую судьбу, ведь для меня быть с тобой, это самый настоящий рай. Сигарета тлета в его руках, но он не чувствовал боли, его душа сейчас находилась в таком же как и весь мир бесконечно-вечном голосе.