Цена Лжи

Был душный летний день. Дождей в этом регионе не было почти месяц. Зато солнце пекло целыми днями и прекращать вряд ли собиралось. Это грозило катастрофическим неурожаем риса. Поэтому сейчас все находились в томном ожидании ливней. Бог бедствий наблюдал за этой картиной без особого интереса. За все свои годы он видел штормы и посильнее.  – Надо же, это случилось раньше, чем мы думали. Было глупо надеяться на хороший исход. Нора в расшитой цветами юкате прикрыла рот рукавом, наблюдая за штормом черными как смоль угольными глазами. Ее эта буря, нет причина возникновения этой самой бури очень даже забавляла.  – Игнорировать истину было их решением. Эта дуреха Бишамон так слепо доверяла им. И вот к чему это привело, - Ято был скептичен. Нора мягко улыбнулась. Нора мягко улыбнулась. – Интересно, как отреагирует Тамагагахара на ее перерождение? Бишамон была слишком добра и наивна. Корень проблемы был перед самым ее носом, но она предпочла не обращать на него внимания. Надеялась, что все уляжется, что ее милосердие спасет ситуацию. И во что это превратилось? Бишамон своими руками закопала свою “семью” священных орудий и саму себя. – Ято, посмотри, кто к нам пожаловал, – звонкий, холодный голос Норы вывел Ято из мыслей. К ним бежал мужчина, нет, дух. Он выглядел непримечательно: каштановые волосы, карие глаза и кимоно цвета обожженной глины. Его лицо раскраснелось от долгого бега. – Это вы, господин Ято?! – он остановился в метре от них и с надеждой взглянул на бога. Дух, после долгого бега, тяжело дышал. К тому же, в его глазах поселилось глубокое отчаяние, страх и надежда. Ято коротко кивнул. Нора тоже не обронила ни слова. – Прошу вас, помогите Бишамон! Ято с Норой незаметно обменялись взглядами. – Ято, ты это слышал? Он просит убить его друзей. Нора мягко улыбалась, но в ее голосе звучала явная издевка. – Вот ведь предатель! Магацуками продолжал молча смотреть на склонившегося к земле Казуму. – У тебя есть деньги? – Голос Ято звучал как гром среди ясного неба. – У меня ничего нет, – ответил Казума хрипловатым от криков голосом. Казума не врал. Он был абсолютно гол. Ни оружия, ни вещей, которые можно было бы предложить. – У тебя есть имя, не так ли? Казуму прошиб холодный пот. – Хочешь стать Норой? Казума замер. Быть норой — последнее, что он бы сделал. Он лучше бы умер, был запечатан навеки, чем предал свою госпожу. Однако жизнь его госпожи была важнее, чем его предательство. Уж лучше он станет предателем, чем позволит Бишамон умереть. — Моим именем владеет только хозяйка. Я пришел сюда, готовый умереть. Мы стали причиной падения нашей госпожи. "Ма" стало запрещенным именем, что не может больше использоваться. — Но это не важно! Если вы сможете спасти ее, я верну ей свое имя! Но Казума был готов на все, лишь бы она осталась жива. На все, чтобы нынешнее воплощение Бишамон жило вечно. Ято оставался непоколебим. Он просто не верил в слова Казумы. Проблемы в семье Ма были уже давно. И если бы его хозяйка или он сам вовремя забили тревогу, все было бы в порядке. Это было очень глупо. — Если ты станешь норой, я исполню твое желание. Казума поднял голову. В его взгляде читались отчаяние и страх, но также абсолютная решимость и упрямство. – Я сделаю всё, что вы попросите. Только спасите её! Нора непонимающе и с осуждением взглянула на Ято. Тот её проигнорировал. – Веди, – холодно бросил Ято. Нора бросила на Казуму насмешливый взгляд.

***

Осквернённые орудия за считанные секунды срастались в огромного аякаши. Они все кричали, умоляли пощадить их. Они все хотели жить. — Госпожа! — Прошу, спасите нас! — Я не хочу умирать! — Ха-ха! Все шинки превращаются в аякаши! Похоже, Бишамон конец. Что-то в Казуме окончательно рухнуло. Их не спасти. Было уже слишком поздно. — Она же переродится после того, как умрёт, да? — Нора источала детское искреннее любопытство. — Она т-там! Во рту! Ято не медлил. — Хики! Нора превратилась в длинный чистый клинок. – Прошу, не трогай их! – Крик Бишамон был тихим среди всего этого хаоса, но в ушах Казумы прозвучал оглушительно громко. Бишамон держалась за них до последнего. Их поражённые скверной руки тянулись к ней. И она тянулась к ним. Ну как она могла отвергнуть их? Её дорогих священных орудий? Раздался оглушительный призрачный крик. Капли их крови окрасили её и так осквернённую кожу в красный. Казалось, жизнь каждого вместе с их именами пролетели сквозь Бишамон. Их жизни одна за другой утекали сквозь пальцы. И всё из-за него. Бога бедствий, что пришёл за их душами. Жестокий и беспощадный. Он не щадил никого. Будто издеваясь над ней, он убивал каждого у неё на глазах. Неужели она будет последней? – Остановись, – сквозь слёзы взмолилась она. – Они же ничего тебе не сделали! Мольбы Бишамон были проигнорированы. Ято не останавливался ни на секунду. Спустя минут двадцать всё стихло. Были слышны только тихие рыдания Бишамон. Она свернулась в калачик посреди разрушенного поместья и дрожала. Это был конец. Глубоко обеспокоенный Казума был готов рвануть к ней. Утешить, помочь с ранами. Но почувствовал, как его взяли за плечо. Ято. – Сегодня ночью у леса на южном краю города. Буду тебя ждать. Казума кивнул. Ято отозвал Нору, и они ушли.

***

Пару дней назад. Был самый разгар дня. Бишамон и двое её шинки стояли у прилавка торговца тканями. Людей на рынке было много, что давало им, как жителям дальнего берега, возможность затеряться в толпе. Бишамон сосредоточенно перебирала хлопковую ткань между пальцами, раздумывая, какое кимоно ей приобрести. Последние недели в её клане орудий было неспокойно. Особенно в последние дни все были особенно встревоженными. Поэтому Бишамон, несмотря на протесты её верных и старательных орудий, отправила многих отдыхать. В том числе и тех, кто принимал форму одежды. К тому же выйти развеяться ей тоже не мешало, поэтому ей, не без совета Казумы, конечно же, было принято решение сходить на рынок. Самого Казуму, к сожалению, взять на рынок не получилось. Он, как одно из самых доверенных орудий, настоял на том, чтобы остаться и разобраться с делами, коих всегда было немало. И хоть Бишамон была уверена в Казуме и в том, что он определённо справится, ей не хватало его взгляда на некоторые вещи. Она уже минут пятнадцать не могла выбрать подходящее кимоно. Вдруг её взгляд зацепился за пастельно-розовую ткань с узором цветов сакуры. Бишамон повертела её в руках, осматривая со всех сторон. Оно было довольно простым и нежным. Возможно, это было не совсем то для могущественного бога войны. Однако Бишамон зацепило именно оно. Бишамон приложила ткань к себе и повернулась к сопровождающим её орудиям. — Шима, Такума, как думаете, хорошо смотрится? Шима широко улыбнулся. – На вас хорошо смотрится всё, Госпожа! Уверен, оно идеально подчеркнет вашу фигуру! Такума же бурного восхищения Шимы не разделял. Он нахмурился, будто его облили грязью. Он преподнес сморщенную руку ко лбу Шимы и наградил его болезненным щелбаном. – Ауч! – Как тебе не стыдно! – А что не так?! Вы не согласны? – Рассуждать вот так о фигуре госпожи неуважительно по отношению к ней! – Почему же? Я говорил от чистого сердца! Неужели вы считаете выбор госпожи плохим? Больно было не только Шиме. Бишамон почувствовала укол боли в области задней стороны шеи. Скверна разрасталась и с каждым днем всё активнее. Эффективность лекарств тоже падала. Их хватало только для того, чтобы приглушить боль. – Внешность для бога – не главное. Наша госпожа – сильнейший бог войны, а не красивая статуэтка, которую можно просто рассматривать. Шима нахмурился и, хоть с Такумой согласен не был, промолчал. Он знал, что переубеждать этого консервативного старика бесполезно. Даже несмотря на то, что всем им было за сотню лет, главным и самым невыносимым в глазах Шимы оставался именно он. Бишамон конфликты внутри её семьи переживала тяжело. Но внешне старалась этого не показывать. Она знала: её орудия сильно пеклись о её чувствах, и прояви она излишнюю эмоциональность, это может привести к усилению конфликта. Бишамон мягко улыбнулась. – Вы оба правы. Пожалуй, я посмотрю что-нибудь еще - Кимоно было отложено обратно на прилавок.  Кимоно ей действительно понравилось и отложив его в сторону Бишамон почувствовала укол тоски. Нет. Она должна была прислушиваться к мнению каждого в ее семье. Их чувства, советы были для богини в приоритете. Пока Бишамон с орудиями плутали между торговыми рядами у нее возникла мысль. “ Интересно, чтобы сказал на это Казума?” “ Думаю, ему бы понравилось” Возникший в ее воображении образ нежно улыбающегося и счастливого Казумы развеял возникшую тревогу. В следующий раз Бишамон обязательно возьмет его с собой.  – Бишамонтен - раздался мужской незнакомый голос откуда-то сверху. Она обернулась. Кажется, она знает его. Бог бедствий появился здесь относительно недавно и уже успел натворить бед. Слухи о нём разлетались быстро и не опознать его было сложно. – Лекарства не спасают, да? Больно, наверное, с такими то орудиями – его голос был надменным, кажется издевательским. Бишамон нахмурилась. – Они оскверняют тебя, и ты закрываешь на это глаза. Пора бы избавиться от них – Они моя семья - бросила Бишамон в ответ – От семьи не избавляются. –  Семья не пьет кровь своего бога –  Молчи! Такому как ты не понять ценности семейных уз. Не тебе, давшему имя ей - ее взгляд скользнул по Норе - говорить об этом. Не желая слушать бога, Бишамон развернулась и сжав кулаки продолжила дорогу. – . Ну и дура - проворчал бог ей вслед - Сентиментальная дура. – Ничего, скоро она сама все поймет - Нора была с ним полностью согласна.

***

Ночь несмотря на дневную жару была довольно холодная. Казума, ускользнувший из дома в одном тонком кимоно чувствовал, как холодный ветер пробирается ему под кожу. Хотя, может это был и не он? Может это был пронизывающий его страх перед тем, что его ждало. Плата за просьбу Ято. Он чувствовал будто идет продавать душу самому дьяволу. В какой-то степени оно так и было.  По правде говоря, Казума был очень благодарен Ято. Все-таки тот спас его госпожу от перерождения. Для Казумы это значило слишком много. Ято стал для него скорее благодетелем, чем врагом. Казума шел тихо и быстро. Будто каждый его шаг, каждый шорох был слышен на весь лес. Даже стук его сердца ощущался оглушал его уши. Всего один звук выше допустимого и все обо всем узнают. О его сделке с богом бедствий о его предательстве и о том какой же он черт возьми слабый. Шинки хотел рассказать обо всем. Он хотел повернуться назад, к Бишамони рассказать ей о том что он наделал. Стать врагом в ее сердце, но рассказать всю правду. Он мог вернуть ей имя, даже жизнь если бы она того захотела. Однако условия сделки с Ято были предельно ясны. Он нужен был ему живым. Казума хотел быть с Бишамон всегда. Днем помогать ей с работой, ночью сторожить ее тревожный сон. А утром приносить бодрящий горячий чай. И он мог продолжать все это делать благодаря Ято. Уговор был уговором. Казума не мог оступиться. Он должен был стать Норой       Ято уже ждал на месте. Взгляд голубых глаз как всегда холоден и безразличен – А я думал ты уже не придешь. – Простите, я не мог оставить ее в таком состоянии. Ято кивнул. –Тогда приступим Пока Ято нарекал его новым именем все внутри казумы замерло. Пути назад не будет. Нет, его не стало уже тогда, когда Казума принял условия бога Яркая вспышка света ослепила шинки. Он принял форму старого лука. Хлипкого, не самого качественного. Но все же, полезнее чем простой гвоздь. – Возвращайся, Казуне. Казума вернулся в человеческую форму. Теперь на его шее расцвел алый иероглиф, будто клеймо. Он провел по ней рукой, не веря, что действительно сделал это.

***

С того момента как Казума стал Норой прошла неделя. В руках Ято Казума превратился в простой деревянный лук. Не роскошно, но для бога войны сойдет Каким бы предателем Казума себя не чувствовал, он был на самом деле благодарен Ято. Тот спас его госпожу, убив всех шинки Бишамон кроме него.  А также стал главной целью Бишамон Стал причиной, по которой она снова двигалась дальше. – Виина? Казума вошел в комнату с подносом с чаем в руках и поставив его рядом с Бишамон тоже сел рядом. И то, что Казума увидел поразило его до глубины души Бишамон улыбалась. О господи, она улыбалась! Мягко слабо, но улыбалась. В ее глазах было умиротворение. Ее глаза - море цветов. Больше Казуме ничего не нужно было. Смотря на нее такую, он успокаивался сам. Может быть, предательство стоило того? –  О чем-то думаешь? Бишамон подняла взгляд. Казума почувствовал, как мурашки бегут по его спине. В ее взгляде играли жуткие холодные огоньки. Душа шинки ушла в пятки.  Однако это было лучше глубокого отчаяния. – Бог Ято заплатит за все. За каждую душу что он убил. За них всех он будет страдать каждый день. Год за годом, пока не умрет. Каждая его новая жизнь станет адом. Только тогда они упокоятся с миром – голос Бишамон был мягок будто она рассуждала что хочет съесть сегодня на ужин.  – Виина... - Казума не знал, что сказать. Неужели она полностью сломалась? Или, наоборот, нашла новую причину жить? В любом случае он не смог вымолвить и слова на это. Казума знал она теперь не отступится даже ценой своей жизни. Они просидели так еще минут двадцать в полной тишине прежде, чем солнце полностью взошло. И все это время Казума чувствовал, как что то скреблось у него в горле. Вина не знала всего. Не знала правды. Не знала, что настоящий предатель и убийца ее драгоценных орудий сидит рядом с ней.

***

Следующая встреча Казумы с Ято произошла через две недели после произошедшего.  Было еще раннее утро. Казума шел на рынок, чтобы купить им с Бишамон поесть. Что касалось последней ту продолжали мучать кошмары. Она просыпалась посреди ночи в панике и слезах. Смерти ее орудий все еще не отпускали ее и стояли у нее перед глазами. Казума делал все, чтобы хоть как-то отвлечь ее от тяжких воспоминаний, проводя с ней все ночи напролет. Богиня уснула лишь к утру. И хоть Казума чертовски не хотел оставлять ее в одиночестве и на секунду, дела сами себя не сделают. Так, направляясь на рынок он заметил знакомые фигуры у разрушенного храма. Ято крепко спал, облокотившись о каменную стену. Нора же облокотилась об него. Спящая она напоминала простого ребенка, нежели кровожадное оружие. Ее вид порождал в Казуме противоречивые эмоции. – Господин Ято? - окликнул его Казума, подойдя поближе Похоже Ято уже не спал, а просто дремал. Так что тот сразу отреагировал, лениво открыв сначала один глаз, потом второй.  – Казуне? – Ято непонимающе взглянул на стоявшего напротив шинки Следом проснулась и Нора, но вниманием Казуму не одарила. – Казуне - будто пробуя имя на вкус сказал Ято - Какими судьбами? – Я шел на рынок и заметил вас тут. Я не мог пройти мимо. Все-таки вы спасли мою госпожу. Взгляд Ято прояснился. Кажется что-то щелкнуло в его голове. Он… забыл про их договор? – Я могу вам чем-то помочь? - взгляд Казумы скользнул на явно недовольную его появлением Нору. Ято на пару мгновений погрузился в раздумья и как ни в чем ни бывало ответил: – Купи мне выпить Что? Выпить?! -  всего три слова выбили Казуму из колеи. Бог бедствий и разрушений, который мог просто перебить весь рынок и ограбить просит его купить ему выпить?! На лице Казумы ничего не отразилось. Он кивнул  – Без проблем Одной выпивкой в итоге не обошлось. Ято как выяснилось позже не ел уже пару дней. Сколько не ела Нора Казума не представлял. Та на протяжении всей их прогулки по рынку кидала в его сторону короткие не самые приятные фразы. По правде, Казума не понимал, чем он заслужил такое отношение. Неужели Нора была так предана Ято? Тогда почему не носила только его имя? В итоге Казуме пришлось раскошелиться настолько насколько он мог позволить на свои оставшиеся деньги. В итоге они расположились на холмистой местности неподалеку. Нора от еды отказалась. А вот Ято наоборот, не стесняясь поглощал рыбу с рисом, запивая все это бутылкой Сакэ. Не прошло и десяти минут как от купленной еды не осталось и следа. – Казуне да ты мой спаситель! Как хорошо что я сделал тебя своим орудием! Надо было позвать тебя раньше! —сказал бог, весело поглаживая набитый живот.  Бог бедствий разлегся на траве. По сравнению с тем что Казума видел ранее, то каким он видел бога сейчас было сравнимо с небом и землей. Он был расслаблен и доволен. Казума улыбнулся. – Вы помогли моей госпоже. Это меньшее, что я могу сделать для вас. .Ято рассмеялся – Ха -ха! А ты точно ведущий шинки Бишамон? Может, раз уж ты мне так благодарен вернешь ей имя и уйдешь ко мне? Казума заметно растерялся. – Я правда вам благодарен. Но я во веки веков принадлежу только ей. И не могу бросить ее. Только если умру или она не заберет мое имя сама Ято закатил глаза. –  Тогда будь добр, сбегай-ка мне еще за парой бутылок. Стоило Казуме отойти достаточно далеко, Нора впервые за долгое время напомнила о своем существовании – Зачем ты держишь его? Он же совершенно не годен для нашей работы. Слишком сентиментальный. Такой же, как и Бишамон. Только под ногами мешаться будет. –  Ты права. Когда я предложил ему стать Норой, мне было просто интересно сможет ли он зайти так далеко ради того, чтобы спасти эту дуру Бишамон. – Все равно не понимаю. Это глупо. Отпусти его и дело с концом. – Я хочу взглянуть насколько далеко он готов пойти ради нее.

***

После этого они с Ято начали встречаться чаще.  Казуму за это время призывали лишь пару раз. Однако как оказалось Ято совершенно не умел пользоваться луком. Однажды, целясь в чью-то курицу на расстоянии двух метров он чуть не выколол себе глаз. Казума не мог не признать - тогда он ели сдерживал смех. В итоге как шинки, Казуне оказался безполезен. Вместо этого он занимался бытовыми делами. Прибирался, покупал этим двоим поесть, приводил в порядок одежду. В общем, находился у Ято на побегушках. но он не жаловался. Это лучшее что он мог сделать для него.  Служба у бога бедствий оказалась намного легче и приятнее, чем Казума ожидал. Бишамон так же приходила в норму. Кошмары все еще снились ей, но плакать она больше не могла. Она начала отстраивать все заново. Остраивать себя и новую фамильную ветвь шинки “Ха”. Все медленно становилось на круги своя. Вот только Бишамон, кажется, начала замечать пропажи казумы. Вот только ее доверие Казуме было слишком высоко чтобы подозревать его в чем-то плохом. Тот и раньше пропадал на тренировках и в делах клана. Казуме было правда стыдно. Обманывать Бишамон - последнее что он когда-либо хотел. Казума хотел ей все рассказать. Каждый день он с замиранием сердца подходил к ней, собираясь выложить все до последнего. Но стоило ему увидеть ее добрую улыбку и теплый взгляд фиалковых глаз, как слова застревали в горле. Казума не хотел стать причиной ее слез.

***

Спустя пару недель тренировок Ято наконец освоился с луком. Теперь его навыков вполне хватало чтобы прострелить кому-нибудь голову с десяти метров. Поэтому, в один день пока Нора была занята выполнений поручений одного из ее хозяев, Ято взял Казуму, пару бутылок купленного последним саке и отправился на охоту на диких птиц. Кто бы сказал Казуме, что его будет использовать бог бедствий для охоты на фазанов, он бы посчитал это за странный анекдот. Однако, это не было ни анекдотом, ни бредовым сном. Реальность оказалась несколько веселее. Такие вылазки не были редкостью для них. Часто он использовал нору для охоты, на диких зверей которых потом готовил им Казума на костре.  В голове Казумы вертелся один и тот же вопрос: ну почему нельзя было просто ограбить кого-нибудь? Убить человека — куда быстрее, чем часами бродить по лесу в поисках дичи. Но он не решался его задать вслух.       И всё же Ято, будто подслушав его мысли, сам нарушил молчание: – Я людей просто так не убиваю. Только за деньги. А платить мне, как видишь, не спешат. А убивать всех подряд мне надоело. Охота продлилась довольно-таки долго. Ято оказался на удивление разговорчив. Без норы атмосфера вокруг них стала намного легче. Казума и забыл, что общается с жестоким богом бедствий. Последний провел час пугая бедных жителей леса, прежде чем впервые попал. В тот момент Ято светился от счастья, будто маленький ребенок Приближался вечер. Казума занялся разведением костра и приготовлением туши несчастной птицы. Бог же разлегся на траве попивая сакэ. – Казуне, сделай одолжение, выпей со мной. – Нет, я не пью. – Вообще? - Ято искренне удивился. – Иногда по праздникам. – Тебе что пять? Казуме показалось что у него начинает дергаться глаз. – Так нельзя! Я же угощаю! Пить с теми, кого уважаешь это традиция! Ты же меня уважаешь? Казума не понимал откуда такой интерес к его отношениям с алкоголем, но оставался спокоен и тактичен.  – Вам так не хватает собутыльника?  – Возможно. – Тогда пригласите кого нибудь еще. – Тебе когда-нибудь говорили что ты зануда? – Обычно об этом не говорят вслух Ято усмехнулся. тепло искренне. Казума оказался забавнее чем казался на первый взгляд. Они молчали еще пару мгновений. Вечер был теплым, солнце садилось за горизонт. Запах свежей листвы смешивался с запахом поджаренной на костре птицы.  Ято примолк. Он, будто завороженный наблюдал за летающими вдалеке огоньками. Светлячков было поразительно много. Кажется, недалеко была речка. Ведомый моментом Казума сам продолжил диалог – Кажется год назад Виина тоже предложила мне выпить с ней. Это было во время Танабаты. Она тогда много выпила и когда я отказал … она расплакалась. Ято, не отвлекаясь от любования светлячками, проворчал: – На Танабату? Да ты жесток, Казума. Я бы тоже расплакался. Ты и правда ей очень дорог. Не отказывайся в следующий раз.  Казума поник. Тогда он не понял насколько это было важно для нее. Единственное что его беспокоило на тот момент – как бы не дать Виине выпить еще больше. – Кто знает. Это мог быть последний твой вечер с ней. – меланхолично добавил бог ведомый какими-то своими мыслями.

***

Шли недели. Новая ветвь орудий “Ха” разрасталась и крепла, питая Бишамон. Все становилось на круги своя. Богиня вставала на ноги, чаще улыбалась и продолжала быть верной своей цели - уничтожить Ято.  Жизнь Казумы на фоне этого становилась сложнее. Нет, он был рад и счастлив и за Богиню, и за новых Шинки. Но он так и не рассказал Бишамон правды.  Она уже не была одинокой и разбитой. Помимо казумы у нее появилась новая сила и опора. Потеря какого то никчемного трусливого гвоздика ей не навредит. Но стоило ему увидеть цветущую улыбку богини, услышать ее смех, почувствовать ее нежный взгляд и слова застревали в горле. Счастье Бишамон было самым ценным для него.  С каждым днем молчания Казума чувствовал себя все отвратительнее. Он чувствовал, что такой трусливый лжец как он не достоин ее. Шинки не мог врать вечно. Каждый раз, видя Ято на поле битвы его сердце замирало в страхе и ожидании. Ждал, когда вся правда наконец раскроется.  Появление Ято в качестве его врага не заставило себя долго ждать. После очередной охоты на аякаши тот возник перед ними тихо и внезапно. Взгляд его был холоден и равнодушен. Разве что, заметив пронзивший ухо богини гвоздик тот ухмыльнулся. Нора, заметив это заметно разочаровалась Бишамон, разумеется, не стала пропускать такой шанс даже не смотря на то что еще не была готова к прямому столкновению с ним.  Ято же был в самом лучшем состояния для боя. Казума же нервничал. Он не понимал какую сторону ему выбрать. Что делать? Как поступить? Однако Бишамон была так поглощена яростью, что просьбы казумы покинуть поле боя проигнорировала. В итоге не прошло и десяти минут как на белоснежней коже Бишамон расцвели алые раны. – Ненавидишь меня, да? – Ято навис над раненой Бишамон– разуй глаза дура. В том, что случилось – виноваты только они сами. Они бы все равно погибли - Ято усмехнулся – и ты вместе с ними. – Не оправдывайся! Ты убил их всех! Просто потому, что ты мерзкий убийца! – Может я и мерзкий убийца, но ты - наивная дура. Сколько еще орудий должно умереть, чтобы ты наконец поняла? Бишамон в порыве гнева попыталась встать, но она все еще истекала кровью. –  Я могу убить тебя прямо сейчас. Я же мерзкий убийца как никак.  Глаза Бишамон распахнулись. Ято был прав. Тот замахнулся.  Свист катаны.  Острейшее лезвие остановилось в сантиметре от шеи Бишамон, рассекая лишь воздух. Ято замер, наслаждаясь ее страхом. – Ты жалкая, Бишамон. Живи с этим Ято убрал катану и ушел.

***

Казума встретился с Ято в пивнушке при гостинице. Был вечер.  Людей было не мало. Ято развалился за одним из столиков и квасил. Норы нигде не было видно. Казума тихо уселся напротив бога. Подвыпившему Ято понадобилось пару мгновений чтобы понять кто же перед ним уселся и стоит ли навалять ему по голове. Его глаза расширились, а на лицу полезла улыбка стоило когда он узнал своего шинки. – Казуне! Я ждал тебя!  Ято был в стельку. Казума усмехнулся. – Купить вам еще выпить? - Казума знал, что у Ято вряд ли есть достаточно денег. И хоть он все еще не одобрял алкоголизм, сегодня был и правда хороший вечер. – О, да, чего нибудь полегче – Ято оживился, как будто ему предложили не выпивку, а участие в заговоре. Полегче? на него это было не похоже Но протестовать Казума не стал. Он уже привык к непредвиденным действиям со стороны бога. через пару минут бутыль разбавленного сакэ на столе. Ято тут же налил ему полную чашу и с довольным видом подтолкнул её к Казуме. – Пей – А? Казума впал в ступор. – Пей! попробуй, потом у тебя такой возможности не будет! Если не выпьешь объявлю на весь бар о своей интрижке за спиной Бишамон! Интрижке?! Тут Казума уже запаниковал. Даже мысль об измене Бишамон пугала его, особенно на фоне происходившего последние пару месяцев. – Хорошо - хорошо! – Казума замахал руками пытаясь усмирить упорство Ято – Просто заткнись! Он залпом выпил чашу и скривился. – Ну как? - спросил Ято.  – По правде, не очень . Лицо Ято приобрело удовлетворенный вид.  – Другого я от тебя и не ожидал - Ято мягко улыбнулся. Настолько мягко и по повседневному что Казума подумал что ему снится       – Ты правда хороший парень, Казуне, нет Казума. Оно тебе определенно подходит. Бишамон подобрала тебе хорошее имя – Мне тоже нравится. Она хороша в подборе имен как никто другой       Они вышли из бара. По сравнению с баром на улице было холодно и пустынно. Только фонари освещали дорогу. Шинки не мог не признать компания Ято этим вечером расслабила его и развеяла его терзания пусть и ненадолго. И несмотря на то, что Казума предпочел бы находиться сейчас в компании его дорогой Виины, это было очень хорошо. Вдруг Ято остановился и повернулся к Казуме преграждая ему путь. Они остановились под кроной массивного дерева вдали от фонарей. Тьма сгущалась. Лицо Ято приобрело серьезное выражение. Его взгляд был мягок и глубок – Казума. Я отпускаю тебя – Что? - Казума не на шутку удивился. он не верил своим ушам - вы шутите?  – Мои шутки не настолько ужасны - Ято закатил глаза - Ты слишком... - он не договорил – Не заставляй меня передумать!  – Ох… – Ты свободен, Казуне - Ято взмахнул рукой, разрывая связь между ними. Мгновение. И Казума снова принадлежал лишь Бишамон. Вот так просто? но зачем все это было. К чему были эти несколько месяцев? Зачем он нужен был Ято? Множество вопросов заполнили голову шинки. Но Ято не дал их озвучить – Теперь мы с тобой заклятые враги, Казума. Прощай Тот растворился в темноте.

***

Проснувшись следующим утром в поместье Бишамон, Казума ощутил довольно противоречивые эмоции. Все вернулось на круги своя на столько на сколько это было возможно. Клан “ха” рос и развивался под его и Бишамон управлением. Сам Казума больше не был Норой и принадлежал одной лишь Виине.  Однако, вместо облегчения тот чувствовал лишь пустоту.  Нет, Казума не должен быть расстроен! Он же служил главному врагу своей богини прямо у нее под носом! Это было ужасно. – Казума? – голос Бишамон вывел его из транса – ты в последнее время какой-то задумчивый – Она мягко улыбнулась – Просто…меня кое-что тревожит – Казума больше не мог врать Бишамон, однако, он все еще был слишком труслив чтобы рассказать ей всю правду – Иногда мне кажется что я недостаточно силен, чтобы защитить клан который мы с таким трудом собрали. Чтобы защитить вас. – Глупости – Бишамон подошла к нему ближе и взяла его руки в свои – ты наша самая крепкая опора. И ты не один. Вместе мы справимся со всеми невзгодами, какими бы они не были. Казуму это не успокоило. Виина все еще не знала всего. –  Вместе мы справимся – тихо повторил Казума.