Феллини

— Да ты что, блять, издеваешься?! — вместе с бокалом, полетевшим на пол. — Боже, ты просто невыносим, с тобой невозможно разговаривать, ты ничего не воспринимаешь адекватно и абсолютно никого не слушаешь, — голос поутих, но оставался на пике раздражения. — По-моему, ты зазнался, Вокс, — отворачиваясь и натягивая шубу из крыльев до подбородка. — Я?! — снова не выдержав, вскричал демон, меряя комнату большими шагами. — Я долбаные 20 минут пытаюсь получить от тебя простое согласие на использовать твоей шлюхи сегодня. Ты же тут ерничаешь, без причин, без объяснений… как и всегда, впрочем. Ответа от сутенера не последовало, его фигура оставалась статичной. Оверлорд рвано вздохнул в попытке взять эмоции в узду и сменить тон. — Вал… — он замялся, меряя цифровым взглядом чужую спину в бархате. — Ну ты же всё знаешь. — О, даже лучше, чем ты думаешь, — отозвался демон и не пытался скрыть обиды. На мониторе засверкали полосы сбоя, ладони сжались в кулаки. — Просто скажи, что не так, ты же знаешь, что я не люблю играть в твои игры. — Можешь этого и не делать, — нарочито распаляя нараспев, напомнил мотылёк. — Мне кажется, ты не считаешь ни с чьим мнением с недавних пор. Для меня должно быть честью даже твоя просьба. — Аластор, да? — Как ты догадался! — театрально изумился демон, выуживая из неизвестного кармана мундштук. — Сигаретки не будет? Ощупав пиджак, Вокс быстро определил контур квадратной коробочки. Вытащив оттуда один никотиновый стержень, молча протянул его Оверлорду. Тот, всё ещё не смотря в сторону демона, быстро выхватил сигарету из пальцев и закурил. — Откуда у тебя они? — Твои любимые, — усмехнулся Вокс. — Купил для тебя, как только увидел, всё никак не было случая отдать. — С вишней же больше не продают… где достал? — Да так, — отмахнулся демон. — В одной подворотне, даже не помню когда, давно, вероятно. Комнату окутал розоватый дым, в слабом свету настольной лампы он казался ещё плотнее, как будто синтезировался с воздухом. А запахом он отдавал сладким, безвкусным, настолько приторным, что даже противным. Удивительным было, что сам Валентино им не пропах. — Лучше? — тихо спросил теле-демон, не осмеливаясь коснуться сутенера. — Можешь сесть, — сдался Валентино, подбирая подолы шубы. Вокс, на секунду замешкавшись, опустился на кожаную поверхность дивана, совсем рядом с мотыльком. — Ну-с, я слушаю, — нетерпеливо сказал сутенер, прерывая странное молчание, постукивая каблуком по полу. — Ты всё ещё не хочешь повернуться? — Ни капли. — Ладно, — вздохнул демон. — Вал… что происходит? Ты тут сам не свой последние дни, причём именно со мной, Вельвет… такая же… я чем-то тебя задел? — А сам что, не догадаешься? — Только не говори, что это Аластор, — будучи почти уверенным, что причина в радио-демоне. — Вельвет плевать на Аластора, это далеко не самый странный фетиш в её жизни, ты, конечно, помешанный, но это не причина. — Так, хорошо… — задумавшись, проговорил Оверлорд, после чего недоумённо спросил: — А что тогда? — Ты такой идиот… — Вокс был уверен, что сутенер закатил глаза. — Ответь мне на вопрос: я и Вел хоть что-то для тебя значим? От заданной дилеммы что-то внутри упало, быстро и очень стремительно, так что ощущение полёта появилось лишь на долю секунды. — Конечно, значите, — хрипловато подтвердил демон. — А мне кажется, нет, — хмыкнул Валентино. — После поимки этого Аластора ты всё больше и больше ставишь себя в центр всего, и это совсем не проблема, но ты же забываешь о нас, работаешь над собственным проектом, создавая иллюзию команды… какая мы команда, а? Давно уже не команда, — последние слова были сказаны совсем не слышно. Кисть, опережая мысли, легла на чужие крылья, от чего Валентино невольно вздрогнул. Глаза на экране расширились, а сам он как лишился голосовых связок, ибо ни единая из мыслей так и не была озвучена. — Так и останешься с видом шока от моих слов или наконец перестанешь играть? — скептически и быстро оглядевшись, отвернувшись. — Тебе, видимо, никто и не нужен, ну, судя по всему, это ты хочешь доказать Аластору, зачем? До этого всего дерьма с ним мы были почти… семьей… теперь ты, видимо, решил всё переиграть. — Но… послушай… Аластор, он очень важен, — невпопад ответил Вокс, пытаясь подобрать слова. — Да понял я, блять, мы все поняли, что ты на него дрочишь и пытаешься ему угодить! Почему от этого ты рушишь нашу команду или зачем остаёшься, если этот олень важнее, так забирай его и уебывай! — Валентино резко развернулся и с силой оттолкнул демона на другую сторону софы. — Захватывай рай один или с ним, в конце концов, натрави на нас всех этих грешников. — Да послушай же ты! — в ответ на повышенном тоне начал Оверлорд. — Я хочу, чтобы мы захватили рай, чтобы мы стали правителями, мы должны быть на вершине. — Какой же ты мерзкий, — скривился мотылёк. — Знаешь, ты, видимо, действительно считаешь нас с Вел быдлом, которое не в состоянии отличить очевидный блеф от правды. Благодарю, Вокс. — Но я не лгу, тем более как я могу лгать своему партнёру… по работе, конечно. — Да ты что, не можешь мне лгать? Напомни, пожалуйста, когда в последний раз ты ночевал в своей спальне? — на «своей» сутенер сделал особое ударение. — Раскрою тебе тайну, пока ты снова не заврался: я уже долбаный месяц сплю там один. — Вал… прости, — прошептал Вокс в попытке коснуться пушистого воротника. — Ну, конечно! — вскричал демон, отметая чужую кисть в сторону. — Всё, Вокс, довольно, забирай Энджела, делай всякую хуйню, но я больше не намерен с тобой трепаться. Сутенер вскочил с дивана и направился к двери, параллельно поправляя съехавшую шляпу. Вокс, следуя за приятелем, щелкнул пальцами. Выход исказил форму, становясь сначала круглым, после сужаясь до линии и вовсе растворяясь в белой краске. — Ты ублюдок, — прошипел мотылёк, ударяя кулаком об стену. — Прости, Вал, ты просто не хочешь разговаривать иначе, — расплываясь в улыбке, ответил теле-демон, скользя ближе. — И о чём мы будем говорить? — облокачиваясь спиной об исчезнувшую дверь и скрещивая руки, спросил сутенер. — Ну-у, — протянул Вокс, становясь совершенно вплотную и без стеснения скользя кистью под шубу. — Об Аласторе, конечно. — Опять слушать твою трепню насчёт радиостанции, — фыркнул Валентино. Вокс же, лишь одарив демона многозначительным взглядом, чуть подтолкнул его к плоскости, так что тело всёцело прилегло к ней. Сам же шагнул вперёд, размещая свою ногу между двумя другими. Воздух начал сгущаться. — Ну, ты его хочешь, — буднично, будто не замечая происходящего, проговорил мотылёк. — Не-а, Вал, он меня никогда не интересовал так, как… — наклоняясь к уху. — Кое-кто другой. — Да, — пожал плечами сутенер. — На самом деле ты любишь больше всего себя. — Ты настолько сильно обиделся? — тихо спросил Оверлорд, обнимая Валентино и утыкаясь ему в грудь. Пульс был выше, чем обычно, от этого Вокс про себя улыбнулся. Всё же сутенер ощущался каким-то слишком чересчур близким, неестественно родным для ада. Было от чего-то так хорошо снова чувствовать узкую талию под ладонями и вдыхать ещё более резкую дымную сладость. — Отпусти уже меня, — знакомая за столько лет ложь. — Давай поболтаем, Вал… обидело, что я уделяю время Аластору? — мягко спросил Вокс, вырисовывая прямоугольник на чужой спине. — Да не упоминай ты его уже, — недовольно проговорил сутенер. — Даже если исключить твою новую помешанность на приёмнике, ты давно ведёшь себя по-скотски. Когда мы вдвоём просто так проводили время? Или когда ты в последнее время интересовался хотя бы чем-то, кроме революции… год назад? — Ты же знаешь, — вздохнул Оверлорд, узнавая зачин причины ссор. — Работа. Я никуда ни с кем не хожу и время по возможности провожу исключительно с тобой и Вел, а остальное время я работаю, у меня даже алиби есть, ну мы об этом часто говорим… — Да, да, тебя везде по телику транслируют. — Я не могу работать меньше, все наши планы не сбыточны без постоянных усилий, но зато как только всё закончится, мы вместе столько, что ты устанешь. Валентино положил одну из четырёх кистей на монитор, проводя по холодному металлу кончиками пальцев. — Мне так все говорили… ещё при жизни, каждый партнёр обещал, что когда-нибудь, нибудь, всё изменится, совсем скоро у нас будет общий дом, в котором действительно будем жить и каждое утро с друг другом видеться, что нужно подождать… — он замолк, от воспоминаний в горле образовывался ком. — Никогда ничего не было, всех их не стало… Вокс, нас не станет тоже и… я все годы нашего партнёрства каждый день боюсь, что солнце рая расплавит воск твоих крыльев, а мы так и никогда не были вместе по-настоящему, только ночью в усталости или эйфории пыли, да и всё… Вокс невольно сжал руки сильнее и прикрыл глаза, экран стал тусклее. — Вал, мне страшно, что так и будет, — признался демон. — Я не знаю, что делать, ты сделал меня самым счастливым человеком, ну или грешником, когда-то не отказав мне и разубедив меня про несовместимость любви и ада. Но это кажется было так давно, и сейчас всё изменилось, я так этого хотел… но масштаб, чем дальше, тем выше ставки, особенно для того, кому есть что терять. — Может, мы просто уйдём куда-нибудь? — морщась от глупости собственной фразы, предложил Валентино. Вокс, грустно улыбнувшись и боровшись с желанием поцеловать партнёра со странным акцентом пыльного магнитофона, прошептал: — Te amo. Сутенер в ответ лишь сильнее прижал демона к себе, устремляя взгляд гораздо дальше стен нынешнего пространства. — Нахуй Энджела. — Что? — не поняв, переспросил мотылёк. — Ты хочешь чего-то ванильного, типа посмотреть Феллини или пойдём творить беспредел, говорю? — переспросил Вокс, поднимая глаза на противоположные, вспыхнувшие в полутьме. — Как насчёт совместить?