История повторяется

Последние дни октября. С каждым днём всё холоднее, промозглее и грустнее. Петербург погружается с каждым днём в депрессивные оттенки серого всё больше и больше. Вечер. За окном повалил снег в перемешку с дождём, они забарабанили по крыше по подоконникам дома. На первом этаже Вика что-то готовит под битовые немецкие треки, то и дело возмущаясь от того, что получается. Лина же, забралась в плед и уселась смотреть очередной сериал двухтысячных. Среди подушек мягко и сладко устроился рыжый пушистый комочек по кличке Князь. Лорд же, внимательно наблюдает за готовкой хозяйки. - Маам, а папа скоро придёт?- крикнула Лина в глубь дома. - Не знаю, обещал не сильно поздно,- немного помедлив, в ответ крикнула Вика, шепча себе под нос крепкое словцо. - Лин, ты не знаешь когда у Марика увал? - полетел ответный вопрос. - Без понятия,- с ноткой грусти сказала Лина и обратно включила себе сериал. - Клин клином,- выдохнула она, глядя на разборки суворовцев в сериале. Вечер обещал быть атмосферным, но грустным. Когда в доме нет Дани и Марка - тоска. Спустя время на весь двор залаял Лорд. Вика от неожиданности выронила из рук Лопатку, которой мешала жаркое и немного подпрыгнула. - Кого там нечистая принесла?- возмутмлась Вика и пришла открывать дверь псу, коий уже чуть было не прыгал на дверь. Не успела она и открыть дверь, как пёс отпихнул мордой дверь и на всех порах побежал к машине, что стоит с включёнными фарами у открытых ворот. - Лорд!!!- открылось окно машины и послышался голос Дани. - Уйди! Пёс послушнно попятился и отошёл в сторону, хоть полноценным хозяйном он Даню не признаёт, но слушается. Даня заехал в гараж, припарковался и через пару минут появился на крыльце дома. Снова стук. - Да, блять, ключи для кого придумали?!- Вику уже разозлили стуки в дверь. С психу открыв дверь, Вика распахнула её и с недовольсвом уставилась на мужа, но стоило ему отойти в сторону, как за его массивной спиной появилось лицо, по разноцветные глаза закрытое чёрной маской. - Марик!!!- обрадовалась Вика. Парниша улыбнулся матери, но обнимать не стал: тут же в дом залетел. Пока снимал куртку, бросил "Мелкая дома?" Вика, всё ещё крепко обнимающая мужа, коротко кивнула. Сразу же после чего Даня крепко её поцеловал, поднимая на руки. Марик же, минуя традиционные игры с псом, ломанулся сломя голову на второй этаж. Он старался не топать, дабы сохранить интригу. Секунда. Он уже у комнаты Лины. Постучался, а в ответ прилетело ленивое «что?». Другая. Марк тут же влетел в комнату и плюхнулся с объятиями на сестру. По пути он рассыпыл немного попкорна, чаша с которым стояла на кровати Лины. Она не ожидала такого. - И тебе привет, Марик! - опомнившись сказала она, не отстраняясь от обьтий. Конечно не отстранишься, конгда тебя этими объятиями вдавила в кровать огромная, и надо сказать, тяжёлая скала. Пролежали они так минуты 2-3. Как в комнату заглянул Даня. - Ужинать пошлите,- сказал он, любуясь столь милой картиной братско-сестренской любви. - Что за приливы тактильности? - Лина попыталась выбраться из кровати, но Марк не спешил отпускать сестру. Лине в душе это было приятно, хоть и виду она старалась не подавать. - Соскучился,- коротко ответил он и уткнулся носом в её шею. - Мило, - Алина расплылась в улыбке и потрепала волосы брата. - Но надо вставать, ужин сам себя не съест! - Эх... – потянулся Марк и откатился в сторону, высвобождая её из плена. Теперь в его объятия угодил кот. Князь, переступив через всё своё высокомерие, громко и сладко заурчал. Ребята спустились на ужин все вместе: Марк схватил кота на плечо, сестру схватил подмышку и с важным видом направился к лестнице. - Придурок, поставь меня!!!- завопила Лина и начала дрыгаться, на что брат лишь рассмеялся. Кот успел вырваться из тесных объятий парниши, когда понял, что тот направляется к лестнице. Только дурак и тот, кто ниразу не был в гостях у Серебряковых, не знает про "умение" Маркуса спускаться и поднимсться по лестнице на второй этаж. Этот раз не стал исключением. Споткнувшись об собственную ногу, да к ещё и нарушенный дрыганьями сестры, баланс не смог удержать парня на ногах и со всего своего роста он упал на лестнице, но не полностью: за практически семнадцать лет он понял, что перила- его лучший друг и за перила надо держаться так, будто от них напрямую зависит вся его жизнь. Так что и в этот раз он вцепился в перила со всей силы и не дал им с сестрой полноценно упасть. - О чём речь, ты - придурок!- возмутилась Лина, пока вствла на ноги. - День прошёл, число сменилось - нихрена не изменилось!- смеялся чуть ли не до слёз Маркус, всё ещё лёжа на лестнице. - У Марка всё стабильно!- не сдержался и прыснул со смеху Даня. - Вы двое идти собираетесь? Ужин стынет! Ещё пару минут и будите есть холодное! - Вика начинала здиться, ибо за готовкой ужина она провела едва ли не весь вечер, да и виделись они всей семьи месяца три. - Да идём мы, мам, идём!- Лина пробралась мимо брата и по пути помогла ему встать.- Сын у тебя ходить просто нормально не умеет! - А он у нас в детсве точно не падал вниз головой?- на ухо жене сказал Даня - Даня!!!- зашипела Вика на мужа, на что он наклонился и поцеловал её в губы. Ужин на кухне был таким же тёплым и шумным, как и сама семья. Пахло душистым жарким, которое наконец-то добралось до стола, и свежим хлебом. Лорд, получив свою законную порцию ласк и кусочек лакомства от Вики, улёгся под столом, положив тяжёлую голову на тапки Марка. Князь, словно партизан, бесшумно вспрыгнул на стул рядом с Линой и выжидающе смотрел на её тарелку. Разговор тек неспешно, перескакивая с темы на тему: как дела в училище, как работа, какие новости в городе. Атмосфера была насыщена тем особым уютом, который возникает, когда все ключевые части одного целого, наконец, собраны вместе. Тоска рассеялась, как петербургский туман под утренним солнцем. Вика, отпивая чай, с нежностью смотрела то на мужа, то на детей. Её взгляд задержался на Марке, который, уплетая картошку, что-то с жаром рассказывал Лине, и она улыбнулась какой-то своей мысли. – Знаешь, Дань, – начала она, обращаясь к мужу, но глядя на сына. – Меня прям ностальгия накрыла, когда вы с Марком пришли. Наш сынок, такой взрослый, серьёзный суворовцев... Перешагнул порог, куртку на пол бросил, и как был в ботинках, так и помчался наверх, к сестре. Пса оттолкнул, меня проигнорировал, кота, кажется, тоже. Только и было слышно: «Мелкая дома?» и топот по лестнице. Марк на секунду отвлёкся от своего рассказа и смущённо хмыкнул, продолжая есть. Лина ущипнула его за бок под столом, но глаза её смеялись. – Ну, мам... – попытался он что-то сказать, но Вика его перебила, её глаза блестели от внезапно нахлынувших воспоминаний. – И знаешь, что мне это напомнило? – Она перевела взгляд на мужа. – Моего Лёвку. Помнишь? Он, когда в училище уходил в увольнение, делал то же самое. Приедет домой, маму с папой только мельком поздороваться и на всех порах мне в комнату врывается, хватает в охапку и душит в обнимку. Говорил: «Сестрёнка, ты не представляешь, как там не хватает нормальных людей!» – Вика рассмеялась, и в её смехе слышалась и радость, и лёгкая, застарелая грусть по брату. За столом наступила тишина, наполненная теплом. Даня протянул руку и положил свою ладонь поверх её руки. – Яблоко от яблони, – тихо и с той самой, отцовской гордостью, сказал он, кивая в сторону Марка. Марк в этот момент смотрел на мать, и в его разноцветных глазах читалось что-то очень серьёзное и взрослое. – Ну, а что? – наконец, разжал он рот, поймав взгляд сестры. – не хватает мне гнома этого! – Ой, да заткнись ты, – фыркнула Лина, но её щёки порозовели от удовольствия. Она налила ему ещё компота. – Ешь лучше, герой. И этот вечер, который начинался таким промозглым и грустным, теперь был наполнен до краёв смехом, тёплыми воспоминаниями и тем особенным чувством, когда ты – часть чего-то большего, чего-то нерушимого. Дома.