Radio Healed the Video Star

Чарли лучезарно улыбается собравшимся. Она стоит перед доской, прикрытой тканью. — Спасибо всем, что пришли сегодня, — говорит она. Энджел Даст сердито смотрит на неё. — Ты, можно сказать, не оставила нам выбора, когда сказала Алу забрать нас. —Он бросает косой взгляд на демона-оленя. Аластор самодовольно улыбается демону-пауку. — В чём дело, Энджел? Не понравилось в холодной воде? — Утром я иду в «У Оззи», чтобы заняться бумажной работой и пройти обучение, так что извините, если я хочу насладиться последним утром, когда могу поспать подольше! Чарли хлопает в ладоши. — Ребята, пожалуйста, сосредоточьтесь! —Она откашливается. — Итак, мы чудесно побеседовали с братом Хейзом, который указал на некоторые… недостатки моего первоначального плана искупления. — А именно, что ты рискуешь отправить в рай грешников, которые этого не заслуживают, — говорит Аластор. Чарли на мгновение опускает взгляд, затем прочищает горло и кивает. — Да. Именно так. Я потратила некоторое время на то, чтобы придумать, как отсеять этих пресловутых "паршивых овец". — Она снимает простыню и показывает маркерную доску. — Вот какие идеи пришли мне в голову прошлой ночью! Аластор наклоняет голову: — Чимкенский сэндвич «Суприм», но с жареным сыром вместо булочек? Энджел Даст щурится: — Пончик, начиненный глазурью, измельченным печеньем, конфетами V&V и шоколадным соусом? Хаск потирает подбородок: — Буррито с начос и сметаной? Чарли резко оборачивается. — Ой, — смеётся она, пытаясь прикрыть доску своим телом. — Это были просто идеи для ужина, которые пришли мне в голову вчера вечером, когда я была… голодна. — Принцесса откашливается и переворачивает доску другой стороной. —Это мои идеи! — Чарли, — вздыхает Вэгги. — Там написано "полоса препятствий"? — Ага! — Она пританцовывает на месте. — А ты как думаешь? Аластор потирает глаза. — Кажется, я припоминаю, что Хейз предлагал дождаться, пока грешники сами придут к нам. — Но я не могу ждать! — протестует Чарли. — Следующее Истребление состоится через два месяца! Радиодемон закатывает глаза. —Да? И? Ты правда думаешь, что сможешь настолько изменить Энджела, чтобы привлечь внимание Небес? Что ты сможешь найти, одобрить и изменить других грешников за отведённое время? Принцесса Ада надувает губы. Она протягивает руку и проводит ею по доске, стирая слова. Она подходит к дивану, на котором сидит Вэгги, и опускается на подушку рядом со своей девушкой, которая сразу обнимает её. — Я уверена, что это были потрясающие идеи, — говорит ей Вэгги. Аластор фыркает. — Сомневаюсь. — Вэгги бросает на него убийственный взгляд. — Что? Ты хочешь, чтобы я ей солгал? — Ты такая грёб... — начинает Вэгги. Она останавливается и сдерживает рык. — Не обращай на него внимания, Чарли. — Нет, — вздыхает Чарли. — Нет. Он прав. Мне не стоит так торопиться. — Она откидывает прядь волос с лица. Хлопает себя по бёдрам, прежде чем встать на ноги. — Нам ещё нужно снять рекламный ролик. Давайте сосредоточимся на том, чтобы как можно лучше подготовить это место до того, как начнётся съёмка! Аластор, ты договорился с Воксом про озвучку? Демон-олень прикусывает язык. В последнее время он ничего не слышал о Воксе; на секретном телефоне не было ни одного сообщения. — Я... нет. — Улыбающееся лицо Аластора ничего не выдаёт, хотя внутри у него всё сжимается от беспокойства. Он почти готов отправить свою тень шпионить за Теле-демоном, но не хочет предавать доверие Вокса. На лице Чарли появляется беспокойство. — Всё в порядке? — спрашивает она. —Между вами? Я с радостью дам вам совет по поводу отношений. А, нет. Эта встреча окончена. Аластор поднимается на ноги. — Что ж, было весело, но я пойду прогуляюсь. — Он направляется к двери, прежде чем кто-то из них успевает его остановить. Ему нужно подышать свежим воздухом и привести мысли в порядок. Аластор идёт по тротуару, напевая себе под нос. Как обычно, его беззаботный вид заставляет демонов вокруг него съёживаться. Это творит чудеса с атмосферой внутри него. Его настроение снова портится, когда рядом с ним останавливается знакомый розовый лимузин. Аластор усмехается, но продолжает идти. Рядом с ним останавливается лимузин. Стекло опускается, и из окна вырывается облако розового дыма. — Привет, Аластор, — мурлычет голос изнутри. — Отвали, — коротко отвечает Аластор. — О, не надо так. Я просто хочу поговорить. Я обещаю. Демон-олень фыркает. Как будто обещания мотылькового демона что-то значат. — Чего ты хочешь, Валентино? Лимузин останавливается, и дверь открывается. Валентино указывает на сиденье напротив. — Не хочешь составить мне компанию? Аластор прищуривается. В этом приглашении есть вызов. Брошенный ему. Он быстро оглядывается по сторонам и замечает, что несколько демонов открыто наблюдают за ним. Ах. Значит, вот как всё обстоит. Если Аластор откажется, Валентино может выставить это как проявление трусости. Большой плохой Радиодемон побоялся сесть с ним в машину. Отлично. Аластор сыграет по его правилам. Он не боялся Валентино. — Отлично, — улыбается Аластор. — Я всё равно немного устал стоять на ногах. — Он забирается внутрь, и дверь за ним закрывается. Салон лимузина Валентино безвкусный и отвратительный. — Приятно видеть, что ты смог заменить свой старый автомобиль на точную копию. Не дай бог тебе попробовать что-то новое на вкус. Валентино лениво покуривает сигарету. Две демоницы-грешницы кладут головы ему на колени и улыбаются, пока он гладит их по голове. У одной из демониц безгубый рот с острыми зубами, кожа цвета слоновой кости и щупальца вместо волос. У другой фиолетовая кожа и шесть светящихся жёлтых глаз. У неё пухлые губы, но когда она зевает, из её рта высовывается язык, похожий на миногу. Аластор едва удостаивает их взглядом. — Чего ты хочешь? Валентино смеётся: — Сразу к делу? — Я считаю, что лучше не задерживаться с такими, как ты, — холодно произносит Радиодемон. Валентино выпускает колечко дыма: — Пугаю? — Раздражаешь. — Хм. — Валентино затягивается ещё раз. Он сидит так некоторое время, прежде чем сказать — Я ничего не слышал от Вокса. Аластор ничего не говорит. Валентино выглядит раздражённым. — Я никогда не обходился без его сообщений или звонков так долго. Он должен был попросить меня принять его обратно, но он этого не сделал. — Аластор продолжает молчать, и Валентино издаёт звериный рык. — Это твоя вина! — Правда? Я бы подумал, что вина лежит на том, кто пытался его убить. Валентино пренебрежительно машет рукой. — Любовная ссора, — фыркает он. — Вокс бы уже забыл об этом, если бы ты не сунул свой нос куда не следует. — Ты имеешь в виду, если бы я не нашел твоего истекающего кровью бывшего любовника, брошенного умирать в переулке, и не выходил б его? Глаза Валентино вспыхивают. — Не называй его так. Аластор моргает. — Что? Ты имеешь в виду "бывшего"? — шипит Валентино. Его ухмылка становится шире. — Но он ведь твой бывший, не так ли? Твой бывший. Он не хочет иметь с тобой ничего общего. — Он не хочет иметь со мной ничего общего, потому что ты, блять, промыл ему мозги! Да пошло оно всё. — Он не хочет иметь с тобой ничего общего, потому что ты пытался его убить! Ты также преследовал его больше недели! Валентино усмехается. — Да ладно. Послушай, РадиоДемон, может, заключим сделку? Ты ведь любишь заключать сделки, верно? Это твоё призвание? Что ж, как насчёт такого варианта: ты вернёшь мне Вокса, а я сделаю пожертвование в пользу твоего отеля. Очень щедрое пожертвование. Вы с принцессой сможете потратить эти деньги на всё, что захотите. Мне плевать. Я хочу, чтобы ты сказал Воксу, что ему нужно вернуться ко мне. — Валентино делает глубокую затяжку. Он улыбается Аластору, и дым вырывается из его стиснутых зубов. Аластор смотрит на него. Он медленно наклоняется вперёд: — Я скорее сожгу отель вместе со всеми,включая меня самого, чем когда-либо подумаю о том, чтобы убедить Вокса вернуться к тебе. Две демоницы, сидящие у него на коленях, настороженно смотрят на замолчавшего сутенёра. — Ты не можешь держать его у себя вечно, — шипит Валентино. — Он должен быть со мной. Он принадлежит мне. Аластор качает головой. — И в этом твоя проблема, Валентино. Ты продолжаешь обращаться с Воксом как с аксессуаром или игрушкой. Он человек. У него есть чувства. — О, как будто тебя волнуют чьи-то чувства. Ты же чёртов Радиодемон! Аластор чуть было не возразил, что ему небезразличны чувства Вокса, но что-то заставило его сдержаться. Он не хотел, чтобы Валентино узнал об этом. — Мы закончили? Валентино усмехается: — Ты совершаешь большую ошибку, — говорит он Аластору. Он фыркает. — Ну конечно. Кстати, как там Энджкексик? Как ему живётся без работы? Слышал, ему было очень трудно найти работу. — О, с ним всё в порядке. Он завтра приступает к новой работе. Безгубая демоница вскрикивает, когда её грубо толкают на пол лимузина. — Не пизди! — рычит Валентино. — Ни один человек с двумя ебанными извилинами в голове не осмелился бы перейти мне дорогу, наняв эту ебанную шлюху! Меня боятся все на этом Кольце! Аластор усмехается. — Да, — говорит он. — В этом Кольце. Что ж, мне действительно пора. Думаю, я достаточно тебя потерпел. — Он тянется к двери. — Хорошего дня. Дверь запирается. — О нет, — глаза Валентино загораются. — Мы ещё не закончили. Аластор фыркает от смеха. — О, мы закончили. — Его глаза тоже светятся. — Советую тебе выпустить меня, пока я не залил салон этой уродливой машины твоей кровью. — Я не знаю, какое заклинание ты наложил на Вокса... — О, пожалуйста. Я бы не осмелился осквернять себя такой магией. Это удел отчаявшихся, жалких неудачников, — говорит Аластор. Он останавливается и окидает Валентино взглядом с головы до ног, а затем ухмыляется демону-мотыльку. — Таких как ты, — говорит его выражение лица. Валентино раздражённо вздыхает. — Убирайся из моей машины! Убирайся! Убирайся! Аластор смеётся про себя, выбираясь из машины. Когда лимузин отъезжает, он слышит, как Валентино всё ещё бушует внутри. Прежде чем машина успевает отъехать далеко, дверь открывается и из неё выбрасывают тела обеих женщин. Их головы свисают на сломанных шеях, а безжизненные глаза смотрят в пустоту. Из-под крышки люка выползает щупальце какого-то невидимого чудовища, обвивается вокруг ног тел и утаскивает их в канализацию. Аластор качает головой. — Отвратительно, — бормочет он себе под нос. Он разворачивается и идёт обратно в сторону отеля.   Когда Аластор возвращается в «Отель Хазбин», его встречает Ниффти и сообщает, что в его кабинете его ждёт посетитель. После небольшой стычки с Валентино демон-олень сразу же становится настороже. Он идёт в свой кабинет и видит, что за его столом сидит не кто иной, как брат Хейз. Хейз поднимает голову и оборачивается на звук его шагов. — Добрый день, брат. Как поживаешь в этот прекрасный день? — Лучше, — отвечает Аластор, усаживаясь по другую сторону стола. — Что привело тебя в отель? У меня сложилось впечатление, что тебе запрещено покидать своё убежище. — О, я могу уйти, но мне нужно скоро вернуться. — Брат Хейз улыбается. — Я хотел убедиться, что ты и твоя семья добрались до дома целыми и невредимыми. В прошлый раз, когда мы вас видели, вы были не в себе. — Когда Аластор напрягается и переводит взгляд на дым, выходящий из головы Хейза, другой демон смеётся. — Расслабься, чувак. Твоя маленькая служанка открыла окна. Там теперь хорошо проветривается. Аластор оглядывается и видит, что окна его кабинета распахнуты настежь. Он усмехается. — Конечно, она это сделала. — Она также дала мне несколько материалов для чтения, чтобы я мог скоротать время в ожидании твоего возвращения. Аластор вздыхает. — Конечно, она это сделала. — Он снимает монокль и устало трёт глаза. — У тебя будут проблемы с королём Люцифером из-за этой маленькой поездки? — Не-а. Если честно, он заходил раньше, чтобы "выразить свою благодарность".Не знаю как, но он узнал, что принцесса собирается к нам в гости. Мы перепугались, но оказалось, что он просто хотел поблагодарить нас за то, что мы её отпустили. — Брат Хейз хмурится. — Думаю, он думал, что мы её оставим? Или будем уговаривать остаться? Понятия не имею, чувак. — Он пожимает плечами. — В общем, Его Величество заскочил к нам не только для того, чтобы почесать нам спинки, но и, прикинь, это что-то с чем-то, он оставил нам то, что назвал "подарком в знак благодарности", — Хейз наклоняется ближе и шепчет —Сом и раки. У Аластора отвисает челюсть. — Нет, — изумлённо шепчет он. Брат Хейз кивает. — Ну, если честно, мы уже сталкивались с этим, когда Люцифер заставил нас согласиться с нашими условиями и правилами. Рак-отшельник фиолетовый, и у него слишком много глаз. На вкус он больше похож на креветку, чем на настоящего рака-отшельника, но варится так же хорошо. На "сома" просто страшно смотреть, но как только мы его приготовим, ты обо всём забудешь. — Понятно, — говорит Аластор. — Что ж, поздравляю. — Мы готовим жаркое и варим морепродукты, — говорит ему брат Хейз. — Хотели пригласить тебя У РадиоДемона слюнки текут от одной мысли об этом. — Только я? Губы брата Хейза изгибаются в озорной улыбке. — Ты можешь пригласить гостя. Может, тот симпатичный парень с головой телевизора захочет прийти? — Когда Аластор предупреждающе рычит, Хейз смеётся. — О, не будь таким напряжённым. Я просто высказал предположение. Ты можешь пригласить кого угодно. Или не приглашай. Я не давлю. И не беспокойся об этом, — говорит он и указывает на свою голову. —Мы устроим пикник на открытом воздухе. Вам не придётся ничем дышать. Если только вы не против. — Брат Хейз опускает очки, чтобы подмигнуть Аластору. — Мне что-нибудь взять с собой? — Только твой аппетит, — отвечает Хейз. Он останавливается и задумывается. — Может, бумажные тарелки и стаканчики. На случай, если они закончатся. Он смотрит на Аластора. — Как давно ты ел жареную рыбу или варил бульон? Аластору даже не нужно об этом думать. — Десятилетия назад, — говорит он почти с грустью. — Позвольте мне хотя бы принести десерт. Если бы я пришёл без чего-нибудь съестного, моя дорогая матушка спустилась бы сюда и отшлёпала меня! — Одна из наших прихожанок готовит карамельный торт, но, полагаю, если вы захотите что-нибудь принести, мы не откажемся от бананового пудинга. Брат Хейз ухмыляется. — Особенно Мзиму. — Договорились! О, я с нетерпением жду этого! Просто скажи мне, когда и... — Аластор замолкает, смеётся и говорит: — Ну, думаю, тебе придётся сказать мне, где это. Скорее всего, ты выбрал случайное место. Брат Хейз кивает. — Кстати говоря, — говорит он и хлопает в ладоши. — Мне пора бежать. До встречи, РадиоДемон. — Он кивает Аластору и выходит из кабинета. Когда он уходит, Аластор закрывает окна. В комнате остаётся неприятный запах, но Аластор понимает, что ему всё равно.   На следующее утро Энджел Даст с удивлением обнаруживает, что его провожает не только его парень, но и другие постояльцы «Отеля Хазбин». —Это ахренеть странно, — шепчет он Хаску. Чарли идёт вперёд. Её улыбка дрожит, а глаза наполняются гордыми слезами. Она протягивает Энджелу пакет с обедом. — Мы с Ниффти приготовили это для тебя. Я написала тебе мотивационную записку на стикере на случай, если она тебе понадобится, — она шмыгает носом. — Хотя я не думаю, что она тебе понадобится! Ты справишься! Я верю в тебя. Вэгги подходит и осматривает демона-паука. Она поправляет его одежду, убирает ворсинки и разглаживает складки. — Береги себя и сразу отправляйся к Асмодею, если кто-то попытается тебе навредить, — твёрдо говорит она ему. — Не позволяй никому заставлять тебя пить или принимать что-либо. — Не забывай заводить друзей, — вставляет Чарли. — Не ходи никуда с теми, от кого исходит плохая энергетика, — вмешивается Вэгги. Энджел Даст смотрит на них обоих широко раскрытыми глазами. — Что происходит? Энджел моргает, увидев Аластора. — Что ты здесь делаешь? Радиодемон смеётся. — Как будто я мог это пропустить! Это же твои большие проводы! — На лице демона-оленя мелькает… что-то, но оно исчезает прежде, чем Энджел Даст успевает его разглядеть. Аластор откашливается. — Дамы, пожалуйста. Энджел Дасту ещё нужно добраться до лифта. Не стоит заставлять его ждать — Верно, — кивает Чарли. — Раззл и Даззл, — зовёт она через плечо. — Он готов идти. — Она оборачивается и обеспокоенно смотрит на Энджел Даст. — Ты уверен, что не хочешь, чтобы кто-то из нас пошёл с тобой? Я точно не против. — О боже мой! — кричит демон-паук. — Вам двоим нужно поторопиться, пока я, блять, не опоздал к этому лифту! — Не смей, — говорит Вэгги. — Всё это должно оставаться в секрете. А вдруг за тобой кто-то следит? Энджел Даст складывает руки на груди и нетерпеливо притопывает ногой. Он смягчается, когда Хаск кладет руку ему на щеку. Энджел наклоняется, чтобы демон-кот мог нежно поцеловать его в губы. — С тобой все будет в порядке, — говорит он демону-пауку. — Срази их на повал, малыш. Лицо Энджела краснеет, и он кивает своему возлюбленному. — Спасибо, Хаски, — шепчет он. Когда Раззл и Даззл наконец появляются, Энджел Даст демонстративно высоко поднимает голову и направляется к лимузину. Он машет им и ухмыляется, пока машина отъезжает. Как только это происходит, страх и сомнения возвращаются с новой силой. Что он делает? Неужели он думал, что создан для этого? Он собирался всё испортить. Он собирался всё испортить, и все бы его обвинили. Почему они не должны его винить? Он был неудачником. Его отец был прав. Валентино был прав. Кем он себя возомнил? Он годился только для одного.          Я, сука, облажаюсь, и мне ничего не останется, кроме как приползти обратно к Валу. Это то, чего я заслуживаю. Энджел Даст подпрыгивает от неожиданности, когда в кармане вибрирует его телефон. Дрожащими руками он достаёт его и смотрит на экран. Это сообщение от Хаска с прикреплённой фотографией. Хаск держит Пухлого Наггетса на руках. Свинья держит во рту табличку:

Хорошего первого дня!

Остальные собрались вокруг демона-кота, улыбаются и показывают большие пальцы. Аластор тоже стоит в кадре (что неудивительно, учитывая, что Вэгги, похоже, вцепилась в его руку мертвой хваткой), и Энджел чувствует предательский прилив слёз, когда понимает, что Радиодемон ослабил его способности настолько, что его лицо не полностью скрыто или искажено. Энджел Даст глубоко вздыхает. Он поправляет макияж с помощью пудреницы. Он может это сделать.     Аластор отрывается от бумаг и видит, что перед его столом стоит его тень. — Привет, — настороженно здоровается он. Его тень шепчет. Аластор приподнимает бровь. Он откладывает ручку. — Да неужели? Думаю, если бы Вокс был здесь, он бы зашёл поздороваться. Двойник снова хихикает. Он протягивает руку. Радиодемон хмыкает. Он поднимается на ноги и направляется к своему теневому двойнику. Его тень прикладывает палец к виску и делится увиденным. Перед мысленным взором Аластора проносятся образы. Его гостиная. С точки зрения его тени, он выглядывает из-за книжного шкафа, когда тень Вокса проскальзывает под дверным косяком. Его тень почти приветствует другую тень, но останавливается, когда видит, как тень Вокса открывает входную дверь. Она наблюдает, как Вокс торопливо входит в комнату и оглядывается. Тень Аластора пригибается и прячется. Она снова выглядывает, когда слышит, как Вокс что-то бормочет себе под нос. Он поднимает голову и видит, как Вокс берёт один из ножей Аластора и прячет его в плаще. Демон-ТВ приоткрывает дверь и оглядывается, чтобы убедиться, что рядом никого нет, прежде чем выйти из комнаты. Тень Вокса запирает дверь и следует за своим двойником. Аластор моргает. Он смотрит на свою тень. — Любопытно, — бормочет он. Аластор закладывает руки за спину. Вокс вломился в его комнату и украл один из его ножей. — Очень любопытно. Хм. Ты можешь определить местоположение тени Вокса? Его двойник кивает. Аластор протягивает руки. Его тень хватает их. Двое становятся одним целым. Они выбираются из отеля, используя тени, отбрасываемые предметами, для передвижения. Аластор давно этим не занимался. С тех пор, как его тень обрела разум, он не катался на этом велосипеде. Используя тень от припаркованной машины, они подкрадываются к тому месту, где находится Вокс. Аластор взбирается по стене на крышу соседнего здания и отделяется от своего двойника. Они вдвоём смотрят вниз на улицы и замечают Вокса. Медиамагнат идёт позади демона-грешника, полностью поглощённого тем, что у него в телефоне. Аластор и его тень склоняют головы набок, наблюдая за Воксом. Они снова сливаются воедино и скользят с крыши на крышу, чтобы не упустить из виду другого Оверлорда. По пути грешник наконец замечает Вокса. Он останавливается. Вокс умолкает. Демон-грешник оборачивается и смотрит через плечо на Оверлорда Словно предвидя это, Вокс поспешно достаёт телефон, прежде чем демон успевает как следует его рассмотреть, и делает вид, что что-то ищет. Демон-грешник, кажется, колеблется, но затем разворачивается и продолжает свой путь. Вокс следует за ним. Демон-грешник, кажется, понимает, что что-то не так, потому что его шаг становится быстрее. Он больше не смотрит в телефон. Аластор всё равно не уверен, что это поможет, потому что видит, как из пальцев Вокса вырываются электрические разряды, отключающие все ближайшие камеры и электронику, с помощью которых его могли бы заснять. Грешник резко останавливается и разворачивается. Они с Воксом смотрят друг другу в глаза. Аластор не знает, что он там видит, но что бы это ни было, оно заставляет грешника развернуться и броситься наутёк. Вокс ругается и тут же бросается в погоню. — Вот мудак! — ругается Вокс. — Стой! —Грешник мечется из стороны в сторону, пытаясь оторваться от демона-телевизора. Он опрокидывает мусорный бак, но, хотя Вокс и спотыкается, он не падает. — Ублюдок! Ты меня только больше бесишь! Почему ты такой быстрый? Вокс сворачивает в переулок и осматривается. Грешника нигде не видно. Его грудь тяжело вздымается от напряжения. Лёгкие горят. Аластор смотрит вниз и молча наблюдает. Он видит, где Грешник прячется за мусорным контейнером, но Вокс его не замечает. Теле-демон упирается руками в колени и наклоняется, чтобы сделать несколько вдохов. Аластор видит, как на лице Вокса появляется раздражение, которое тут же сменяется хитрой ухмылкой. Вокс прикладывает руку к виску, а другой лезет в карман пальто. — Что ж, я знаю, когда меня побеждают! — Он добродушно смеётся. — Ребята, поаплодируйте нашему участнику! Давайте поддержим его! Сэр? Сэр! Теперь можете выйти. Вы меня поймали! Грешник поднимает голову. Вокс ухмыляется и машет ему. — Я хотел поздравить тебя с тем, что ты стал нашим первым победителем в премьерном выпуске «Хищник против жертвы»! Ты, должно быть, в восторге! — Погоди? Это было одно из твоих игровых шоу? — М-м-м! Ощущения были реальными, не так ли? Вы, сэр, попали в самый первый эпизод «Хищник против жертвы» ! Грешник против грешника в игре в догонялки. Вы перехитрили Хищника,то есть меня, и победили! Лицо Грешника сияет от восторга. Он выходит из-за мусорного бака. Он поправляет одежду и приглаживает волосы, широко улыбаясь в камеры, которых он не видит. — О боже, — смеётся Грешник. — Ты меня хорошенько напряг. Я знал, что что-то должно произойти! Вокс грозит пальцем. — Вы были слишком быстры для меня, сэр. Ух ты! — Он поворачивается и позирует перед воображаемой камерой. — Думаю, мне стоит заняться кардиотренировками, а, ребята? Но если серьёзно, вы были великолепны. — Он хлопает другого демона по плечу. — Готов получить свой приз? — Чёрт возьми, да, — выпаливает демон. Его глаза загораются жадностью. — Так что я выиграл? — Это! Грешник ахает и смотрит вниз на лезвие, вонзившееся ему в живот. Глаза Вокса сверкают, когда он вонзает украденный у Аластора нож ещё глубже и проворачивает его. — Это за то, что ты заставил меня бегать в этих сранных ботинках, — рычит он. Он вытаскивает нож и вонзает его снова и снова. Он удерживает демона на месте, вытаскивает нож и перерезает грешнику горло. К сожалению, он, должно быть, задел артерию, потому что кровь брызнула ему прямо в лицо. — Блять… — выругался Вокс. — Проклятье! — он отпустил грешника и вытер лицо руками. — Фу! — Он пнул уже мёртвого демона. Аластор и тень сливаются в последний раз и сползают по стене. Они смотрят на спину Вокса, который раздражённо вздыхает, прежде чем перевернуть безымянного грешника на спину. Вокс склоняется над демоном и разрезает его футболку ножом. — Заметка для себя, — бормочет Вокс, продолжая работу. — Продумать детали для шоу «Хищник против жертвы»… — Он вонзает нож в грудь грешника. Аластор наблюдает. Техника Вокса небрежна, по-дилетантски топорна. Нож не раз соскальзывает, и Вокс откладывает его в сторону, чтобы разломать демону рёбра. Радиодемон наблюдает за тем, как Вокс снова берёт нож и небрежно вырезает сердце демона. Снова раздаётся слабый всплеск крови. Вокс смотрит на орган в своих руках и переворачивает его. Аластор не видит его лица, но замечает, как плечи Оверлорда СМИ решительно распрямляются. Вокс подносит сердце ко рту и откусывает. По крайней мере, так думает Аластор, поскольку Вокс в данный момент стоит к нему спиной, но можно с уверенностью сказать, что в один момент сердце было целым, а в следующий от него отделился кусок, и переулок наполнился звуками, с которыми жуёт телевизионный демон. Аластор не видит лица Вокса, но представляет, что оно похоже на то, какое было у него, когда он впервые попробовал суши. Спокойное выражение лица, пока он пытается решить, стоит ли рисковать и пробовать ещё раз. Вокс заканчивает с сердцем. Аластор не сводит глаз с Вокса, который отрывается от стены и отделяется от своего двойника. При виде того, как Медиа-Оверлорда отрезает от Грешника ещё один окровавленный кусок, Аластор невольно делает шаг вперёд. Звук его шагов по бетону выдаёт его присутствие, и Медиа-Оверллрд, спотыкаясь, поднимается на ноги. Кровь залила лицо Вокса и стекала по передней части его костюма, и там, где она попала на него, и там, где она попала на его обед. — Аластор! — запинаясь, произносит Вокс. Он делает шаг назад и чуть не спотыкается о труп. Он смотрит на нож в своей руке. — Я собирался вернуть его. — Вокс морщится. — Я имею в виду, после того, как почищу. Разумеется, я не собирался просто так положить его обратно, испачканным в чьей-то крови. — Он замолкает. Аластор стоит перед ним, заложив руки за спину. На лице демона-оленя играет сдержанная улыбка, когда он вопросительно смотрит на Теледемона. Вокс начинает дрожать. — Я просто хотел узнать, каково это, — он моргает. Качает головой и говорит — Ты пробуешь для меня все эти новинки, а я..блять! Аластор, ты мне очень нравишься. Очень сильно . Ты отличный друг, но, чёрт возьми, я хочу большего, и мне жаль. Прости, но я, чёрт возьми, влюблён в тебя, и я уже давно хотел тебе об этом сказать, но потом понял, что не могу, потому что веду себя эгоистично! Я заставлял тебя делать то, чего ты никогда раньше не делал, а сам тем временем не делал ничего подобного. Ты делился со мной своим опытом, а я не делился с тобой своим! — Он направляет нож на грешника.— Итак, мне пришла в голову блестящая идея посмотреть, каково это, но конечно же в первый раз, когда я попытался убить кого-то, чтобы съесть, он оказался сраным рэпером или кем-то в этом роде, потому что, блять! И посмотри на меня. Я всё испортил, а ведь я так хотел всё сделать правильно, потому что ты имеешь в виду... Аластор бросается вперёд, хватает Вокса за сюртук и притягивает к себе. Он прижимается губами к губам Вокса. Он хочет, чтобы поцелуй был целомудренным, но Вокс открывает рот, и язык Аластора выскальзывает наружу, пробуя на вкус кровь и остатки плоти. В следующее мгновение Аластор крепко сжимает затылок Вокса, а его язык погружается в рот противника, пытаясь уловить этот вкус. Он жадно рычит и толкает Вокса назад, пока тот не упирается в ближайшую стену. Вокс выследил его. Вокс пожирал плоть ради него. Вокс любит его. От одной этой мысли в жилах Аластора вскипает первобытная страсть. Он осыпает поцелуями шею Вокса. Вокс был его. Не Валентино. Никогда не был Валентино. Никогда! Он начинает отстраняться, но Вокс что-то бормочет и слегка качает головой, а затем снова притягивает Аластора для поцелуя. В конце концов они отстраняются друг от друга, но продолжают держаться за руки. — Я тоже тебя люблю, — тихо шепчет Аластор Воксу. Он прижимается лицом к шее Телевизионного Демона. Два Оверлорда наслаждаются теплом этого признания, пока до них не доходит осознание того, что они стоят в переулке рядом с изуродованным трупом. Аластор отстраняется от Вокса и подходит к убитому демону. Он опускается на колени, хватает его за ногу одной рукой, а другую протягивает Воксу. Прежде чем сделать это, Вокс прячет окровавленный нож под пальто. — Не сопротивляйся, — говорит ему Аластор. — Представь, что ты падаешь в водоём. Расслабь конечности. Он открывает пустоту под ними. Вокс втягивает воздух, но вспоминает слова Аластора и расслабляется. Пустота переносит их в сад за магазином Рози, где Рози и её подруги играли в крокет. Все оборачиваются и смотрят на новоприбывших. Или, что более уместно, на Вокса. Рози и другие женщины молчат и пристально смотрят на Вокса. Чёрные, похожие на ихор глаза Рози с неестественным вниманием фокусируются на демоне-телевизоре и демоне-олене. Аластор понимает, что не может их винить. Всякий раз, когда он говорил о Медиа-Оверлорде, это звучало как жалоба. Они, наверное, гадают, не надоело ли демону-оленю и не привёл ли он своего соперника в Колонии каннибалов, чтобы тот его сожрал. Аластор бросает труп перед ними. Остальные женщины, кроме Рози, смотрят на тело. Аластор сжимает руку Вокса и с гордостью заявляет: — Его первая охота! И вот так просто напряжение спадает. Женщины окружают Вокса и оттаскивают его от Аластора. Они воркуют и поздравляют его. Они цокают языками, глядя на его одежду, и ведут его внутрь, попутно давая советы на будущее. Место имеет значение, говорят они ему. Рози подходит и встаёт рядом с подругой, пока они обе наблюдают за тем, как группа женщин ублажает растерянного Вокса. — Он что, пристрастился? — спрашивает она Аластора. — Так и было. — Он не может сдержать гордости в голосе. — Хотя, думаю, ему было всё равно. И всё же он поглотил всё сердце! Рози задумчиво хмыкает. — Ты участвовал в его первой охоте? Аластор качает головой. — Конечно, нет! Первая охота это что-то особенное! Мясом должен наслаждаться только охотник. Почему ты вообще об этом спрашиваешь? Ты же знаешь, как я категоричен в таких вопросах. Рози не отвечает. Вместо этого она изящным движением достаёт носовой платок из рукава платья и аккуратно вытирает лицо демона-оленя. Аластор замирает. — Я могу объяснить, — начинает он. — Не нужно, — говорит ему Рози. Она многозначительно смотрит на него. — Во время охоты кровь бурлит. Адреналин зашкаливает, а чувства обостряются. — Она берёт руку Аластора в свою и похлопывает по ней. — Ты счастлив? Аластор сияет. — Да. Он любит меня. Он охотился, потому что хотел попробовать то, что нравится мне. — Внезапно по его спине пробегает холодок. — Рози, а что, если я всё испорчу? Он уже пережил одни ужасные отношения. Я не хочу стать следующим Валентино. Рози поворачивает голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Хотя она редко хмурится, Рози не стесняется хмуриться, когда ей что-то не нравится. Она хмурится, глядя на своего лучшего друга. — Аластор, — упрекает она его. — Не рано ли думать о конце? Ваши отношения только начались. Дай им время. — Она снова гладит его по руке. — Поговори с ним, глупенький. Он, наверное, так же напуган, как и ты. Вокс возвращается в халате, по-прежнему окружённый женщинами. Две из них подводят его к стулу перед столом, уставленным сладостями, а две другие тащат тело на кухню, чтобы как следует его разделали. Вокс неуверенно улыбается им, пока они угощают его идеально глазированными пирожными и другими лакомствами и рассказывают о своих первых охотах. Вокс смотрит на Рози и Аластора. Их взгляды встречаются, и они оба ухмыляются. Рози снова хмыкает и слегка подталкивает РадиоДемона в сторону Вокса, а затем садится во главе стола. Когда Аластор проходит мимо демоницы, сидящей ближе всего к Воксу, она вскакивает и с радостью освобождает своё место. Аластор бросает на Рози взгляд. Хотя она это отрицает, Аластор всегда подозревал, что она в той или иной степени обладает телепатическими способностями. Рози бросает на него взгляд из-под опущенных век поверх края своей чашки. Аластор садится рядом с Воксом, и другая демоница ставит перед ним фарфоровую чашку со свежесваренным кофе. Вокс тянется под стол и берёт Аластора за руку. Аластор проводит большим пальцем по костяшкам Вокса. Ему нравится это ощущение, и он тут же торжественно клянется себе, что не испортит все.