у каждого своя дорога

Они встречаются удушливо жарким летним днем на парковке одинокой на много километров вокруг заправки, когда Фаенон выходит из небольшого магазинчика при ней с пакованом безалкогольного пива и пачкой тонких ментоловых сигарет и замечает подозрительно крутящегося у его потрепанного кабриолета рыжеволосого парня со смешной косичкой сбоку. Тот сначала бегло осматривает машину и при взгляде на номера его глаза загораются. Фаенон так бы и продолжил стоять под козырьком магазина, наблюдая за ним, если бы мысль о том, что прямо сейчас его машину могут угнать у него на глазах, не выгнала его оттуда и не заставила двинуться вперед. Парень, видимо, оглядывавшийся уже в поисках самого Фаенона, заметил его и поспешил навстречу. В руках у него была снятая из-за жары черная рубашка (кто вообще в такое время года носит черный?), за спиной - небольшой рюкзак. Сам он был в белой майке, которая резко контрастировала с загорелым телом и красной линией татуировки, которая, похоже, протянулась по всему телу, и легких черных брюках. – Привет, - поздоровался парень, прикрыв глаза ладонью от солнца позади Фаенона. - Вижу, у вас охемские номера. Не подбросите до Кремноса, если он вам по пути? Если что, я тоже умею водить машину, смогу сменить вас, если вдруг устанете. Фаенон, не долго думая, ответил: – Конечно, но у меня как раз сломалось радио, так что развлекать меня придется вам. В ответ на это парень удивленно хмыкнул и почесал затылок. – Я не очень активный собеседник, но сделаю все, что в моих силах. Подождете, пока я сбегаю за водой? *** Дорога до Охемы протянулась кривоватой стрелой от другого конца страны, где находился родной город Фаенона. По обе ее стороны располагались мелкие деревеньки и города, вместе с ветром пролетавшие за пределами его кабриолета. Солнце продолжало нещадно палить, но все же медленно и неумолимо катилось к закату, забирая с собой жару и неловкость нового спутника, который задумчиво смотрел в сторону, забыв про обещание развлекать Фаенона. И все же, несмотря на то, что тишина была даже умиротворяющей, тот мурлыкал себе под нос все песни, какие мог вспомнить. — Меня Мидей зовут, - послышалось вдруг сбоку. - Точнее, Мидеймос. – Меня Фаенон, - ответил тот. - Красивое имя. Сразу видно, что ты из Кремноса. Ничего, что я на “ты”? – Значит, ты тоже не из Охемы? - поинтересовался Мидей, сразу подстроившись под Фаенона. - Имя не местное. – Я из Элизии Эйдес, небольшой деревушки на другом конце Амфореуса, ты, может, слышал о ней. Когда-то она гремела в новостях, - грустно усмехнулся Фаенон. - Я как раз оттуда. Навещал родные места, пока в универе каникулы. – Это там, где?.. - Мидей оборвал себя на полуслове, видимо, не желая показаться бестактным. — Это там, где, - эхом повторил Фаенон, тоже не желая договаривать. Атмосфера в машине вдруг резко изменилась, заставив того неприятно поежиться, и, чтобы избавиться от этого чувства, Фаенон достал пачку сигарет и протянул Мидею. - Будешь? Тот вытащил себе одну и помог Фаенону прикурить, чтобы тот не отвлекался от дороги. Курил он неумело держа сигарету двумя пальцами и можно было бы подумать, что это вообще его первая сигарета в жизни. – На самом деле ты не курил никогда, да? - спросил Фаенон, глядя на то, как после его неловкой попытки стряхнуть пепел, сигарету унесло ветром. – И не целовался, - саркастично ответил Мидей, а потом громко рассмеялся, запрокинув голову. Фаенон, удивленный этим зрелищем, так засмотрелся, что уронил свою сигарету себе на штаны и ойкнул, отвлекая Мидея. – Ты всегда такой растяпа? - поинтересовался тот после того, как и вторая сигарета была затушена и отправлена восвояси. - Тебе повезло, что не прожег штаны. – Мне не впервой, - усмехнулся Фаенон, чье тело и так было покрыто самыми разнообразными шрамами. В его голове жадно бился вопрос о том, правду ли сказал Мидей. Они же одного с ним возраста (наверное?), и в свое время Фаенон перецеловал чуть ли не половину общежития всех полов и рас. Наверное, Мидея, такого красивого и чуть странноватого Мидея, просто держали взаперти, если это правда. Утонувший в думах Фаенон и не заметил, как наступил вечер. Пришлось включить фары и еще через пару километров остановиться, чтобы поменяться с Мидеем местами. – Может, отдохнем немного? - предложил Фаенон, сворачивая на обочину у небольшого скопления деревьев, где такие же путники, как и они, установили самодельную лавочку и место для костра. Общими усилиями им удалось развести костер, ведь, несмотря на жаркие дни, ночи в Амфореусе были уже холодными. Фаенон вспомнил об оставленной в багажнике упаковке безалкогольного пива и без зазрения совести предложил его выпить, на что Мидей нерешительно, но согласился. Искры от костра горящими мухами взлетали вверх, а в поле вокруг трещали сверчки, пока Фаенон с Мидеем неспешно разговаривали. Говорили обо всем - о родине, об Охеме, о прошлом и будущем. Так, как говорят только люди, которые больше не увидятся - откровенно и без стыда. – Слушай, а ты это серьезно про то, что никогда не целовался? - вдруг спросил Фаенон, дав волю одолевавшим его мыслям, когда разговор утих и каждый думал о чем-то своем, глядя на светившую фарами машину. – Правда. Мидей качнул банкой пива и лихо допил ее до конца, потом сжал с громким хрустом и аккуратно забросил в стоявшую неподалеку корзину для мусора. – Почему? – Наверное, не встретил еще… того самого. – А хочешь попробовать? - спросил Фаенон, глядя перед собой и надеясь, что Мидей если и увидит его горящие щеки в отсветах костра, то решит, что это из-за него. – А ты предлагаешь? На вкус Мидей оказался как безалкогольное пиво, ментольная сигарета и горькое отчаяние. Целовался он тоже неумело, руки держал при себе, и Фаенону пришлось обхватить его щеки ладонями, чтобы притянуть поближе. Жаркое дыхание обжигало кожу, пока они переводили дух между поцелуями, и в какой-то момент Фаенону захотелось большего, но ни время, ни место совсем к этому не располагали. Располагал только Мидей, чьи медового цвета глаза в свете костра стали золотыми, чьи раскрасневшиеся губы невозможно было оставить ни на мгновение, чьи большие и крепкие ладони наконец-то оказались на талии Фаенона. *** Фаенон заметил знак “КАСТРУМ КРЕМНОС 10 КМ” явно раньше Мидея, судя по тому, как тот удивился, когда он сбросил скорость. Ему удалось немного подремать после того, как он всю ночь пробыл за рулем, а Фаенон бесстыдно дрых на заднем сидении, и до того, как солнце начало раскалять собою воздух, но его лицо все равно было бледным, а белки глаз покраснели. Притормозив у знака, Фаенон не сразу повернулся к Мидею, который, похоже, тоже не спешил выходить. Дорога, уходящая на Кремнос, была извилистой и плохой, не под стать шоссе до Охемы. Фаенон слышал, что городок этот уже давно дышит на ладан и, видимо, власти решили только ускорить его конец. Хотел бы он спросить у Мидея, что он там забыл, но то возможности не представлялось, то они были заняты другим, то Мидей теперь почему-то стоял уже за пределами его машины, держа рубашку в руках, а рюкзак - за плечами, прямо как во время их первой встречи. – Спасибо, - попрощался Мидей, помахав рукой, а потом многозначительно добавил: - За все. Фаенон улыбнулся и помахал рукой в ответ, а потом еще долго смотрел уходящему Мидею вслед, пока тот не превратился в черно-бело-рыжую точку на карте его воспоминаний. Захотелось закурить, но Фаенон вдруг осознал, что его пачка осталась у Мидея, а сам Мидей остался у Фаенона на губах отзвуком летней ночи и дешевого пива. Вздохнув, он завел кабриолет и двинулся в путь. До конца его собственного пути еще было долго.