Элегия

Арендованная трёхкомнатная квартира находилась в многоквартирном доме, стоящем где-то между уровнем доков и кишками гигантских вентиляционных шахт. Неоновая вывеска с рекламой синтетического рома мигала за окном, ядовито-розовый свет заливал стены гостиной, превращая грубый бетон в подобие больной плоти. Шум Омеги — низкочастотный рёв двигателей, гортанные перепалки батарианцев, скрежет грузовых кранов — не стихал, лишь приглушался тонкими стенами, оставаясь навязчивым гулом в самих костях. На столе стояли четыре банки пива — три человеческих, одна турианская, — и тускло светился голографический проектор. Координаты плацдарма Цербера на астероиде в местном скоплении. Шепард откинулась на спинку длинного дивана. Её тень, искажённая неоновой подсветкой, вздымалась на стене, огромная и угрожающая, несоразмерная фигуре. Заид подошёл, бесцеремонно, но достаточно аккуратно сдвинув со столика стакан с остывшим, горьким кофе. В его руках — антисептик, губка и корригирующая повязка. — Ну не-е-е-т, — протянула Шепард, скривив лицо. — Да-а-а-а-а, — растянул он в ответ, широко и бесстыдно улыбаясь, обнажая чуть кривые зубы. Его взгляд, однако, был твёрд и настойчив. — Покажи животик, босс. С театральным вздохом Шепард задрала край потрепанной толстовки. Под ней, на боку, чуть ниже рёбер, зияла рана. Пуля прошла навылет, оставив входное и выходное отверстия, уже стягивающиеся под действием панацелина, но края были воспалёнными, с запёкшейся кровью и вкраплениями грязи, обрывками ткани. Заид наклонился, его тень слилась с тенью Шепард на стене. Резкими, профессиональными движениями он жёстко водил из стороны в сторону по ране губкой, соскребая налипшую грязь. Шепард поморщилась, резко втянув воздух. Гаррус моргнул и отвернулся к окну, вглядываясь в ядовитое марево Омеги. В голове, поверх звуков станции, стоял другой — отзвук выстрелов пулемёта. Он думал не только о своей глупости. Он думал о том, как она, без щитов, полезла под четырёхтонного меха. Эта зеркальная, ответная глупость раздражала его почти так же сильно, как его собственная. А теперь ещё и рана — физическое доказательство того, во что вылился их взаимный срыв. Что я сделал? — крутилось в голове. И тут же, едким привкусом: Что она сделала?! — Что за забота, Заид? — с наглецой спросила Шепард. — Само заживёт. — Если тебя окружают идиоты вроде меня, это не значит, что тебе нужно им уподобляться. Видишь это? — он указал на левую половину лица. Кожа, сросшаяся кое-как после старого ожога, была в рытвинах и грубых шрамах. Веко, оттянутое рубцом, придавало взгляду вечное полупрезрительное прищуривание. — Займись я этим сразу, точно был бы покрасивше. — Беспокоишься о моей красоте? — улыбка тронула её губы, но глаза оставались серьёзными, изучающими. Она уловила запах его старой футболки — густой коктейль дешёвого виски и табака. — Ой, закрой очаровательный рот, — отрезал Заид. — Мало ли, какая зараза тут летает. Эта помойка, — он кивнул в сторону окна, — кишит микробами, от которых даже кроганы чихают. — Значит, это попытка меня спасти? — не унималась Шепард. — Не хочу терять работодателя до зарплаты, — буркнул он, отстраняясь. Гаррус наблюдал за ними, скрестив руки на груди. Заид закончил и отступил, тут же схватив ближайшую банку пива, открыл её одним движением и тяжело плюхнулся в кресло напротив. — Если Цербер заподозрит двойные игры, нам всем не поздоровится, — напомнил Гаррус, прислонившись к подоконнику. Его мандибулы нервно подрагивали. Вид станции, этого муравейника порока и отчаяния, рождал в нём тревогу. — Ой, да ладно, птицеморда! — Заид подбросил в воздух боевой нож. Лезвие ловило розовые вспышки неона, оставляя на потолке и стенах дрожащие световые зайчики. — Ария нас использует? Конечно. Цербер нас использует? Конечно. А мы используем всех. Все счастливы, все в доле. Стандартная практика выживания. — Можешь прекратить играться с ножиком, пожалуйста? — спросила Касуми, неодобрительно покосившись на наёмника. Тот поймал нож за рукоятку и убрал обратно на пояс. — Миранда… поделилась со мной беспокойством, — голос Шепард стал резким, рублёным. — Передала мне кое-какие данные, и Касуми их расшифровала, — она говорила так, будто каждое слово резало ей горло, как будто завязла по колено в трясине и рваными движениями пыталась из неё вырваться. Мельком глянув на воровку, притаившуюся в соседнем кресле, она продолжила: — О работе других ячеек Цербера. Не только те, о которых сообщил мне ты, — мелькнул её взгляд по Гаррусу, и вернулся к столу. — Хорошие ячейки. Узкие специалисты. Высокоэффективные. Не мы, конечно… но, знаете, мы не единственный актив Призрака подобного уровня, — она набрала воздуха в лёгкие и внезапно замолчала. — И? — нетерпеливо подал голос Заид, выдувая кольцо дыма в розовый полумрак. — Часть этих ячеек уничтожена. Полностью, с персоналом. — И объединяет все эти уничтоженные ячейки только одно, — раздался заволакивающий голос Касуми. Она сдвинула капюшон, и чёрные как смоль волосы рассыпались по плечам. — Их предводитель счёл, что цель не оправдывает средства. Или… просто стал неудобен. Повисла тишина, вязкая и глубокая. Знание осело в головах, как ил во взбаламученной воде. — Хочу, чтобы вы знали, — мы расстанемся с Призраком, как только закончим с Коллекционерами. — произнесла Шепард. — Постараемся остаться в живых до и после этого. У Гарруса в голове всё сложилось как всегда быстро. Он сухо произнёс: — Самый простой способ уничтожить нашу ячейку — это Сузи. — Точно, — подтвердил Заид, кивнув. Его шутливость куда-то испарилась. — Она связана с кораблём. Ей достаточно послать команду о разгерметизации, и до свидания. М-да. А платил неплохо… — добавил он почти с сожалением и быстрыми, жадными глотками опустошил всю банку пива. Хлопнув пустой банкой по столу, он пристально посмотрел на Шепард: — Как вообще Спектр Шепард вляпалась в Цербер, а? — спросил он. — Не похоже, чтобы ты фанатела от их «чистого человечества». Гаррус медленно перевёл взгляд со станции за окном на Шепард. Массани не знает? Странно, казалось, они достаточно близки. Сам факт того, что Шепард взяла наёмника на эту встречу показывает, что по какой бы то ни было причине, она доверяет Заиду больше остальных. — Запомнил, что сказала Ария, да? — спросила Шепард. Заид улыбнулся. — Воскрешённая Церберовскими деньгами. Что за фигура речи? — Не фигура речи, — просто ответила Шепард, всем видом показывая, что углубляться в эту тему не планирует. — Так это… Не шутка? Он… воскресил тебя? — спросил Заид, передвинув пустую банку в сторону. Шепард кивнула. — Типа, с того света? — он не мог скрыть искреннего, почти суеверного любопытства. Она вновь кивнула. — Я то думал, это слухи. Он дал ресурсы и прочее…? — после недолгого молчания, он спросил: — так ты его заложница? — Шепард неопределённо пожала плечами в ответ на такой вывод. — Есть доказательства? Уничтожения других ячеек, — наконец отвернувшись от окна, обернулся Гаррус к Касуми. — Факты. — Полным-полно, — ответила воровка, её пальцы уже летали над интерфейсом личного КПК. — Миранда нашла многое. Может, и сама не знает, насколько многое. Мне удалось… расшифровать. Логи удалений, странные «несчастные случаи», совпадающие по времени с докладами о несогласии… Всё началось около четырёх месяцев назад и только набирает обороты. Я тебе всё покажу. Это… системно, Гаррус, понимаешь? Это становится моделью поведения. — Плохо, — бесстрастно констатировал Гаррус, и вновь отвернулся к окну. Нельзя сказать, что он ожидал от Призрака чего-то иного. Но уж точно не до такой степени циничности. Следует ознакомиться с информацией, добытой Касуми, чтобы сделать более детальные выводы, одно ясно, если это — шаблон поведения, то их поджидает опасная проблема. Призрак не видит в людях (даже в столь уникальных) полноценных союзников. Всего лишь инструменты с ограниченным сроком годности. Призраку понадобилось провернуть невозможное с воскрешением Шепард, потому что его аналитический ум, подкреплённый, возможно, целыми ИИ-системами и рядом высококлассных специалистов, высчитал: проще вернуть до ужаса упёртую и безбашенную икону человечества, способную повести людей в самую бездну, чем растить новых лидеров. А после выполнения задачи? Когда Коллекционеры будут уничтожены, а их технологии — в руках Цербера… Шепард не станет терпеть аморальные методы, коснись они её людей или принципов. Это неизбежно. Все эти мысли промелькнули в его голове за доли секунды, позволяя примириться с неизбежным, к которому он, честно говоря, был уже давно готов. Но готовность не делала ситуацию менее острой. — И ты собираешься предать его, — заявил Заид, а затем поспешно добавил, поймав её взгляд: — Я не против, карамелька. Чисто интересуюсь. Для планирования бюджета, — он достал ещё одну сигарету. Шепард кивнула. — Кхм… каким бы ни было твоё воскрешение, Шепард, — осторожно начала Касуми, — ты уверена на все сто, что… неподконтрольна ему? Что в тебе нет… скрытых команд? Имплантов слежения? — её тёмные глаза сверлили коммандера. — Уверена. — Настолько веришь Миранде? Шепард опять кивнула. Заид присвистнул, дым вырвался клубами: — Ох уж эти ваши сложности. А я вот за деньги. Просто, честно, без заморочек. — Зато предсказуемо, — ответила Шепард. — Тебя можно купить. Он подмигнул. Гаррус вновь посмотрел в окно, решив, что лояльность Заида не так-то легко купить. Он почувствовал — а Шепард наверняка почувствовала это ещё раньше — что Заид с ней давно уже не ради наживы. Вечная ночь станции, подсвеченная неоном и факелами отработанных газов из труб заводов переливалась в окне яркими всполохами. Где-то внизу, в пропасти между корпусами, орала толпа — батарианцы и ворка сцепились между собой. — Как думаешь, что он предпримет, если узнает, что ты играешь против него? И как быстро? — спросил Гаррус, глядя на её отражение в стекле. — Надеюсь, этого удастся избежать. А в целом… не думаю, что Призрак что-то предпримет, пока не будет результата по Коллекционерам. Он слишком рационален. Пока что. — Думаешь, сейчас ты неприкосновенна? — Вроде того. Либо мы все умрём раньше, чем успеем понять, что я ошиблась, — она сказала это спокойно, как о прогнозе погоды. Заид посмеялся. — И в этих данных ты нашла информацию об Омеге? — спросил Гаррус, обращаясь к воровке. — Верно. План разработан и уже начал реализовываться. Комната погрузилась в тишину. С новой информацией о принципах работы Призрака — всё становилось кристально ясно. Стратегическая ценность Омеги очевидна. Станция — не просто клоака: это ключевой узел Терминуса. Власть над ней даёт контроль над логистическими потоками всего сектора. В случае захвата, Цербер получит не только верфи и заводы, но и идеальный трамплин для развёртывания сил, шантажа Совета и ударов по тылам в случае открытого конфликта. Позволить Церберу захватить такой плацдарм — как выстрелить себе в ногу. Цепочка рассуждений сложилась в чёткую, неоспоримую логику. Защита Омеги из сомнительной авантюры с королевой пиратов превращалась в превентивную операцию по срыву планов вероятного противника, потенциального агента Жнецов с огромным флотом и средствами. Поэтому он не стал задавать вопрос о целесообразности действий. Вопросов больше не было. Теперь всё стало ясно, как никогда. Омегу нужно удержать. — Гаррус. Иди сюда, — Шепард похлопала ладошкой по дивану рядом с собой. — Давайте думать, как им помешать. Гаррус вдруг понял, что не хочет к ней приближаться. Казалось, воздух вокруг неё становился гуще, а мозги напрочь отказывались работать. Он постоял, вновь прокрутив перед внутренним взором миг своей ошибки, который вполне мог бы стать роковым, и всё же двинулся и сел рядом. Отец говорил, что женщины делают из мужчин слабых, нерациональных болванов. Возможно, в чём-то старый турианец был чертовски прав. — Ты правда думаешь, что Советница азари не поможет своей дикой королеве анархии защитить станцию? — спросил Заид. — Сейчас, пока я с ним — однозначно нет. В личном разговоре Тевос ясно дала понять, что с Цербером заключено перемирие. Потом… — Шепард помолчала. — Потом, я правда не хотела бы рисковать. Станется так, что азарийское правительство будет занято чем-то более… существенным. — Все они немного помолчали, и Шепард бодро заявила, снося повисший в воздухе морок: — Итак! Есть астероид. Вот он, — она раскрыла данные с базой Цербера. — Следует озвучить, что прямой удар исключён. Если взорвём базу, привлечём слишком много внимания. Да и ни к чему нам лишние жертвы. — Только хотел предложить взорвать их генераторы, — выдохнул Заид с фальшивым сожалением. — Пусть думают, что пираты устроили переполох. Мы тут причём? Просто, быстро, никаких заморочек. — И сразу навлечём на себя полцербера, — Гаррус прокрутил голограмму Омеги, масштабируя сектор доков. — Они уже контролируют весь район плотнее обычного. Нам нужен не шум, а тихая, но эффективная диверсия. Они замолчали и замерли, уставившись на сложную схему станции. Касуми, увидев эту немую сцену, рассмеялась: — Вояки! Не можете придумать ни одного метода без кувалды и взрывчатки? — Предлагай, раз такая умная, — без обиняков буркнул Заид. — Нужно сделать так, чтобы они сами свернули активность. Испугать их чем-то… серьёзнее, чем Ария. Чем-то, что заставит собрать чемоданчики и слинять по-тихому. — Нужны доказательства угрозы, которую они не смогут игнорировать, — задумчиво протянула Шепард. — Можем столкнуть их с Синими Светилами! — оживился Заид. — Устроим перестрелку у их базы, оставим следы наёмников. Пару «случайных» улик… — Я понимаю, ты хочешь отомстить Видо, — сказал Гаррус, — но ты сейчас правда сравнил свою банду с Цербером? — Я не сравнивал. — Наша задача — столкнуть их с теми, кого они испугаются, — плавно жестикулируя, произнёс Гаррус. — Испугаются они только более сильного, а это, прости, не твоя бывшая банда, — заключил он. — К тому же, активность кланов только усилит внимание к сектору. — Да… будет лишняя мотивация прибрать Омегу к рукам, — проговорила Шепард. — Что ж… — буркнул Заид, упираясь локтями в колени. Он с преувеличенным вниманием уставился на голограммы, будто пытаясь разгадать ребус, написанный на незнакомом языке. — А что, если подставить Альянс? — предложил Гаррус. — Взломаем их каналы связи. Пусть Цербер перехватит данные о том, что Системы готовят операцию на Омеге. У вас есть территориальные интересы, — он мельком глянул на Шепард и тут же отвёл взгляд, — есть зуб на батарианцев, которых тут несколько батальонов. Тактически оправдано. Призрак подумает десять раз, прежде чем мешаться у Альянса под ногами открыто. — Альянс… — задумчиво произнесла Шепард. — Бессмысленно и ненадолго. Проверить его Призраку будет не проблемой. Но мысль хорошая… Кого из объединённых сил Цербер ненавидит больше всех? — Турианцев, — мрачно ответил Гаррус. — Ну, почему бы и нет? Звучит здорово и правдоподобно. Подделаем отчёты и их же системы наблюдения. Заставим Цербер поверить, что Иерархия раскрыла их базу и планы. — Браво, птицемордый! Ты начинаешь мыслить как настоящий преступник. Уважаю! — хмыкнул Заид, Гаррус никак не отреагировал, лишь мандибулы чуть дёрнулись. — Дело за малым: проникнуть на их базу и загрузить данные, — хмуро произнесла Шепард, погрузившись в размышления о том, что им а) необходимо оставаться инкогнито, б) провернуть всё без жертв, в)… — А впрочем, — голос Касуми прозвучал тихо, но все его услышали. Она не отрывала взгляда от своего омни-инструмента, её пальцы уже летали над проекцией. — Зачем нам городить вирусы и проникать на базу? На её губах заиграла хитрая, почти одержимая улыбка. Она полностью погрузилась в задачу, словно окружающий мир перестал для неё существовать. Заид многозначительно повёл бровью, буркнул «видимо, подождём» и присосался к пиву. Десяток минут в комнате царила тишина, нарушаемая лишь щелчками интерфейса и довольным хмыканьем Касуми. Она химичила с разными файлами, открывая то одно, то другое, сверяясь и разглядывая данные, бормоча себе под нос что-то про протоколы шифрования. Гаррус сидел, стараясь слиться с мебелью. Он откинул голову на спинку кресла, закрыв глаза, но не ради отдыха, а в тщетной попытке заглушить внутренний укор. Перед глазами снова и снова прокручивался тот миг: бездумный рывок, тяжёлый удар, и затем — ослепительная вспышка её биотики, её фигура, бросающаяся навстречу пулемётным стволам. Без щитов. Чистая авантюра. Смертельная. Что я сделал? — упрёк самому себе. Что она сделала?! — уже гневно, обращаясь к её призраку в собственном сознании. Это был инстинкт, столь же слепой, как и его собственный. И это пугало больше всего. Они оба, два ветерана, поддались ему. Из-за чего? Из-за этой новой, хрупкой и нелепой связи, которая вместо того чтобы делать их сильнее, выбила из-под ног профессиональную почву? Глупость. Глупость. Шепард скучающе откинулась на спинку дивана, разглядывая мерцающий неон за окном. Затем её взгляд скользнул к Гаррусу. Её бровь чуть дрогнула. Она медленно протянула руку и кончиками пальцев коснулась его тыльной стороны ладони. Внезапное прикосновение оказалось обжигающим. В нём вспыхнула ярость, которую он так старательно подавлял. Ярость на её геройский рывок, на её способность отвечать на его глупость ещё большей глупостью. Гаррус резче, чем планировал, убрал руку, делая вид, что ему срочно понадобилось пиво. Он так и не посмотрел на неё. Шепард замерла. Её пальцы всё ещё лежали на пустом месте, где только что была его рука. Она смерила его профиль долгим, изучающим взглядом, пытаясь прочесть хоть что-то в отстранённом выражении лица. Не найдя ответа, она медленно перевела взгляд на Касуми и теперь смиренно ждала, скрестив руки на груди. Вскоре Касуми, наконец, оторвалась от экрана. Она свернула все лишние окна и подняла на ребят сияющий взгляд, довольная, как кошка, пригретая лучами тёплого солнышка. — У нас есть идеальный канал доставки, — сказала она. Все смотрели на неё с интересом. Заид перевёл взгляд с Касуми на остальных, не понимая. — О чём… — начал было он. — Она про Нормандию, — тихо, глядя куда-то в окно, ответил Гаррус. — Призрак не доверяет нам, — кивнула Касуми, её глаза горели. — Если Нормандия истыкана жучками, значит, у неё есть скрытые буферы, куда сливаются данные для последующего анализа. Используем их же систему слежки против них. — И что? Мы просто оставим им записку «проваливайте с Омеги»? — фыркнул Заид, но в его голосе уже не было прежнего скепсиса, лишь любопытство. — Почти, — быстро согласилась Касуми. — Создадим один единственный файл. Передача турианской разведки. В ней будет говориться, что они вышли на их базу на астероиде и готовят спецоперацию по её ликвидации. — Стоп, — Гаррус поднял руку. — Почему турианская служебка оказалась в нашем буфере? Они же не дураки. — Нормандия обладает мощными сенсорами и бесконечно сканирует пространство, — улыбнулась Касуми ещё шире. — Мы могли бы слетать к Омеге официально, с какой-нибудь целью. И вернуться со случайно перехваченными данными. Оформим всё красиво, частично дешифруем. Нормандия просто сольёт копию этого перехвата к себе домой. Цербер не увидит подлога. Они увидят свою же идеальную, эффективную шпионскую систему. — Надо сделать всё максимально правдоподобно, — сказала Шепард. — Да. В связи с этим у меня вопрос, — Касуми посмотрела прямо на Шепард. — Насколько ты доверяешь Миранде? Выдержав её долгий взгляд, Шепард ответила: — Достаточно. Она… готовит план своего побега вне зависимости от того, как закончится эпопея с Коллекционерами. В части Призрака она с нами. — То есть, я могу обратиться к ней для обработки данных так, чтобы Призрак точно не заподозрил нас в подлоге? Шепард думала какое-то время, затем кивнула: — Да. Обсудим всё втроём. Я организую. Заид поднялся, разминая плечи, и фыркнул: — Скукота. Я предлагал взрыв — ты предлагаешь гигабайты ерунды. Где драма? — Идея отличная, — заметила Шепард. — В части турианцев Цербер уже давно параноик. Подкинем масла в огонь — они сами свернут лагерь. — Как скажете, — он достал четыре новые банки пива. Три человеческих, одну турианскую, и неспешно направился обратно к столику в центре гостиной. — Так что я буду делать? — Будешь красивым и страшным мордоворотом по левое плечо от меня, — улыбнулась Шепард. — Что ж… это мне подходит. — И мне нужен каменный мальчик, — посмотрела на Гарруса Касуми. — Ты знаешь коды взаимодействия, стандартные шифровки Иерархии. Поможешь мне создать безупречный отчёт разведки? Гаррус на секунду замер, его взгляд наконец встретился с Шепард, и поспешил перевести его на воровку. — Конечно, Касуми, — он кивнул. — Сделаем. Шепард вдруг усмехнулась, и на её лице на мгновение появилось привычное выражение — озорное и уверенное. Она потянулась за пивом, и рукав её толстовки сполз, обнажив царапины — след от дроби батарианского дробовика. — Ладно. Если всех устраивает эта концепция, считайте, что план готов. Если Ария свяжется с нами в течение двух суток, перейдём к действию. Нет — летим домой. А сейчас давайте сходим в магазин за текилой, умоляю… # Они стояли у входа в магазин, пока Заид ушёл за алкоголем. Ловя на лету каждое эхо, каждый подозрительный силуэт, Гаррус вполоборота сканировал поток прохожих взглядом, пока Шепард и Касуми, уперевшись в стену, болтали о какой-то чуши. В соседнем переулке уже трещали силовые щиты и слышалась ругань. Обычный вечер Омеги. — Я завидую тебе в одном, — говорила Касуми своим медовым голосом. — Ты можешь есть всё подряд и не думать о фигуре. У меня и приблизительно не так, хотя я тоже биотик. — Это проклятие, — фыркнула Шепард. — Я годами приучала организм к классике штурмовика-биотика — семи тысячам калорий в сутки. А теперь Церберовские навороты требуют ещё больше. Просто жри и жри, жри и жри. — Что будет, если меньше? — Становлюсь похожей на спичку. И злюсь. Особенно без сладкого… — Я бы убила за такой метаболизм… — мечтательно вздохнула Касуми. — А сколько ты весишь? — Шестьдесят пять, примерно. Сразу после горячего боя могу и до пятидесяти сбросить. — За десяток часов?! Это же такой удар по организму… — Ещё бы. Не просто так военные раньше уходят на пенсию, а биотики-военные уходят ещё раньше… Женщины-биотики-военные — совсем раньше. Эх, — мечтательно произнесла она, — мне ещё пять лет до официальной альянсовской пенсии… а ты сколько весишь? — Пятьдесят один… — Божечки, как твой вес так идеально распределился на эти прекрасные бёдра?.. Гаррус пропустил этот абсурдный диалог мимо ушей. Его внимание привлекла слишком медленная группа батарианцев на другом конце улицы. Он сместил вес тела, готовый в любой момент расчехлить Фестон, если вдруг придётся. — А ещё, — голос Касуми привлёк его внимание, — у тебя волосы отрастают так быстро. Я бы, конечно, такую структуру не хотела, но эта скорость… Шепард скривилась. — После воскрешения они так лезут, мрак. Я не умею с ними жить. — Джейн, это преступление. Ты просто не умеешь за ними ухаживать. Не стриги в следующий раз — я покажу пару причёсок. Они идеально подчеркнут форму твоего лица. — А сейчас они что, недостаточно длинные? — Шепард скептически подняла бровь. — Да откуда мне знать? Ты их вечно скомкиваешь в этот ужасный пучок, будто собираешься мыть полы… — Лесть — твоё второе имя. — А покажи! Давай я тебя вечером причешу и накрашу?! — восхищённо заявила Касуми. И прежде чем Гаррус успел мысленно выругаться, Шепард стянула капюшон и сразу за ним — резинку. Волосы, действительно длинные, тяжёлой волной упали ей на плечи и спину. Она встряхнула головой, и Касуми тут же принялась мягкими движениями распутывать непослушные пряди. — Какие они длинные! — произнесла воровка с придыханием. — Почти как мои… Именно в этот момент мимо проходила парочка — парень с девушкой. Парень замер. Его взгляд, тупой и прилипчивый, впился в Шепард, в её внезапно рассыпавшиеся по плечам волосы, в неприкрытое, слишком узнаваемое лицо. Парень буквально уставился, забыв обо всём на свете. В груди Гарруса что-то холодно сжалось. — Шепард, — произнёс он, передавая голосом напряжение. Она обернулась как раз в момент, когда ошеломлённый юноша сделал шаг вперёд. — Вы… это ж вы! — выпалил он, округлив глаза от изумления. — Кто? — спокойно спросила Шепард, держа в руке резинку для волос. — Вы! — А ты кто? — Я… я тот парень! — Образцовый диалог, — высокопарно констатировала Шепард. — Вы! Вы не дали мне присоединиться к Светилам! Тогда, с тем злющим турианцем! Я… извините, — вдруг оклемался парень. — Я — Джон Уитсон, а это моя сестра, Луиза. — Здрасьте, — учтиво кивнула Шепард. — Здравствуйте, коммандер Шепард, — тихо сказала девушка, сделав шаг вперёд и осторожно положила руку на локоть брата, вся похожая на испуганную птичку. Гаррус покосился на них троих, и Шепард по наклону его головы прочла всё осуждение за отсутствие шлема. — Мой брат тогда не знал, — продолжила девушка, — кто вы. А потом мы смотрели репортаж с Цитадели… — Я просто охренел! — перебил Джон, энергично жестикулируя рукой, в которой замерла бутылка с дешёвым пивом. — Когда понял, что меня спасла долбанная… то есть, легендарная Шепард! — Джон! — вспыхнула сестра. — Не позорь меня!.. Шепард рассмеялась — открыто, громко, и хлопнула парня по плечу. — Рада, что ты живой, балбес. Напомни-ка, сколько тебе предлагали за ту задачу? — На месяц еды бы хватило, — он смущённо пожал плечами. — А что-нибудь съестное ты бы купил? — недобро покосился Гаррус на явно далеко не первое пиво в руке юноши, и осёкся, внезапно поняв, что лезет не в своё дело. Его злило, что Шепард заметили. Его злило, что Шепард без шлема. Его злила её вечная, неприкрытая уязвимость, которую она то демонстрировала, то прятала за бронёй бравады. Он знал, почему она сняла капюшон — потому что хотела просто побыть человеком, а не иконой. Но на Омеге такой роскоши нет. Так же, как не было роскоши бросаться на ИМИРа без щитов. А ещё его злило, что рядом с ней он сам — полный идиот. Идиот, который заражает её своим идиотизмом, провоцируя на ответные, ещё более сумасшедшие поступки. — Угомонись, злющий турианец, — легко усмехнулась Шепард, оглянувшись на него лишь на долю секунды. — Злишься на кого-то — скажи ему об этом. Не можешь — злись на себя, а не огрызайся. — Как всё просто… — процедил Гаррус, отвернувшись к толпе, но краем глаза продолжая следить за ситуацией. — Как обычно, — заметила Шепард и снова обратилась к паре. — Так на кой ради пары тысяч кредитов лезть под пули? Работы нет? — Будь у него работа, он бы не лез, — сорвалось у Луизы, и она тут же покраснела, будто желая провалиться сквозь всю Омегу. — Простите, коммандер, мы не… — Да куда тут! — оживился Джон. — Или к Светилам, или к Стае, или… — Переехать? — просто спросила Шепард. — Куда? — в голосе парня прозвучала горькая, привычная безнадёга. — Здесь наш дом. Отец говорил, когда-нибудь эти шахты всё равно кому-нибудь понадобятся, и это перспективное место… — Он был шахтёром, — тихо добавила сестра. — То есть, вариантов нет? Родственников? — Шепард скрестила руки на груди. Её поза изменилась — из расслабленной она стала собранной, сконцентрированной. — Коммандер, мы не хотим вас беспокоить… — начала Луиза. — Тётка на Земле есть, да она нас в гробу видела! Обоих, — буркнул Джон, отхлёбывая пива. — Да к чёрту всё… Из магазина вышел Заид с увесистым пакетом. Он оценил ситуацию одним взглядом, вопросительно кивнул Гаррусу, получил в ответ сдержанный жест «не наше дело», невозмутимо прикурил и прислонился к стене, превратившись в часть пейзажа. — Резюмирую, — голос Шепард стал твёрже, чётче, будто бы перекрывая собой уличный гам. — Работы нет. Перспектив нет. Денег нет. Переехать некуда. Вы оба этим недовольны. Я права? Сестра потупила взгляд. Брат мрачно кивнул. — Тогда выход есть. И он лежит на поверхности. — Какой? — Джон смотрел на неё, будто загипнотизированный. — Армия. — Вы… это шутка? — сдавленно выдохнула Луиза. — Альянс?.. — с недоверием уточнил Джон. — Альянс, — подтвердила Шепард. — Крыша над головой. Еда. Обучение. Пара лет службы — и вам гарантировано жильё на приличной колонии. А в чём, собственно, проблема? — Да кому я в армии нужен? — Джон с горькой усмешкой развёл руками. — Я не супербиотик и не сынок какого-нибудь адмирала… — Тогда слушай сюда, — Шепард сократила дистанцию в один шаг. Её глаза, казалось, выжгли всё лишнее вокруг. Голос упал до опасного, проникающего шёпота. — Ты либо берёшь себя в руки и вытаскиваешь себя и её из этого дерьма, либо пьёшь бутылку за бутылку, жалуясь на такую гадкую суку-жизнь, пока какая-нибудь шлюшка не пожалеет тебя за пару сотен кредитов. Ты старший брат? — Да, — прошептал Джон. — Ты за неё в ответе? — резко перевела взгляд на Луизу Шепард. — Коммандер, мы не хотели… — девушка потянула брата за рукав, но он не шелохнулся, прикованный к месту. — Ты от него зависишь? — спросила она у сестры. — Это не важно, коммандер… — Луиза вновь потянула брата за руку, но брат стоял столбом. — Д-да, — протянул Джон. — Если по-настоящему хочешь — то берёшь, и делаешь. А не прёшься за копейки наниматься пушечным мясом для ублюдков. Давай иначе! Какие в этом чудесном, — улыбнулась она жутковатой улыбкой, — прекрасном месте варианты ждут твою сестру, если ты двинешь ноги? Ну, честно? — Я… — Коммандер… — Мы оба знаем — какие, — заявила Шепард уже без тени улыбки. — Вопрос только — у кого. У Светил. Или у Стаи. В Стае правда не очень ценятся человеческие женщины, — проговорила она, задумчиво оглядев оживлённую улицу. Наступила тягостная пауза. Ветер, пропахший химикатами, поиграл распущенными прядями Шепард, и Гаррус заметил, что Касуми была права по поводу их длины — волосы спадали сильно ниже лопаток. Гаррус смотрел на неё, чувствуя, как сквозь раздражение пробивалась гордость. Её лёгкая способность ставить окружающих в условия, в которых они могут без мишуры заглянуть в болото, в котором так давно погрязли, что уже и не замечают, вызывала в Гаррусе уважение. — Впрочем, это не моё дело, — Шепард отступила на шаг, вновь упираясь в стену, и её голос снова стал обычным, даже слегка усталым. — А только твоё — поступать как мужчина или нет. Ладно… не хочу на такой ноте заканчивать. Поэтому вот вам комплимент для поднятия настроения, — она вдруг пристально взглянула на Луизу. — У тебя, знаешь ли, совершенно охренительные губы. — Серьёзно, — тут же поддержала Касуми, выглянув из-под капюшона. — Форма — просто идеальное сердечко. Натуральные? Девушка, до этого заворожённо смотревшая на Шепард, смущённо попятилась, кивнув. — Я рада, что спасла тебе жизнь, — Шепард снова обратилась к Джону, и в её глазах на миг мелькнула неподдельная теплота. — Не проеби её, ладно? Джон несколько раз подряд кивнул, и Шепард оттолкнулась от стены, двигаясь к их дому. Вслед за ней пошла Касуми, затем Заид и Гаррус. Не каждый день первый человек СПЕКТР, персона, по популярности почти сравнимая с Гриссомом, отчитывает тебя, мотивирует и выдаёт комплимент за две минуты разговора. Уходя, Гаррус посмотрел на них, молча глядящих друг на друга в разделённом на двоих шоке, а затем перевёл взгляд на Шепард, натягивающую капюшон. Эх, Шепард… Она определённо изменила их жизни, не приложив и капли усилий. Как обычно.