Задача трëх тел

У Минхо прекрасная жизнь, нет, правда, многие о такой только мечтают. Он успешный и хорошо зарабатывает, а ещё невероятно красивый и привлекательный. Только у него есть одна… Особенность. Эта особенность называется расщеплением личности. Минхо научился с этим жить, просто зная, что в его теле живёт ещё один человек, типа его брата-близнеца. Сам он работает в офисе и предпочитает скучный досуг типа поездки на рыбалку и спокойных выходных на диване с геймпадом или аниме. Но другая его часть, которая даже не захотела придумать себе свое имя, ведёт более экстравагантный образ жизни. Второй Минхо любит танцы и работает танцором в стрип-клубе посменно. Впрочем, они неплохо уживаются, сменяя друг друга в одном теле. Да и физическая активность на шесте как ни странно идёт мышцам Минхо только на пользу. Загвоздка только в том, что у этих двух личностей разные предпочтения в сексе и вкусы на мужчин, и это несмотря на то, что оба Минхо геи. Минхо оставляет небольшие записки на холодильнике — таким образом он общается со своим альтер-эго. «Сегодня у меня сильно болит анус, не мог бы ты воздержаться от анального секса хотя бы на пару недель, а лучше навечно». Минхо, конечно, понимания от того развратного и ебанутого Минхо не ищет — там с эмпатией плохо. В лучшем случае ему оставят записку «Пошёл нахуй», в худшем засунут в его жопу что-нибудь побольше члена. Минхо надеется, что хотя бы не два. Вообще сексуальная жизнь второго Минхо слишком уж активная, точнее активно пассивная. Сам Минхо, — ну настоящим, коим он себя считает, потому что второй появился в подростковом возрасте, — уже и забыл когда трахался в последний раз. Его так заебала его работа в офисе, что на свиданки нет никаких сил. Хотя Минхо нравится их новый стажёр — немного артистичный и даже истеричный выскочка Хван Хёнджин. Его бы он сам нагнул с превеликим удовольствием во всех позах прямо на рабочем столе или где-нибудь у принтеров. Тот так и напрашивается, чтобы его схватили за его шикарные патлы и хорошенько выебали. Но пока что тот шугается Минхо и его слишком откровенных хватаний за задницу. Охуенную задницу, надо заметить. Такой жамкательный антистресс ещё поискать. Сегодня Хёнджин опять крутит ей перед носом Минхо и провоцирует на пошлые мысли. Он орёт чайкой на весь офис от тупых шуток Чанбина, но каким-то образом остаётся в глазах Минхо очаровательно-притягательным. — Сегодня у нас попойка, — сообщает Джисон. — Зачем ты ему рассказал? — бесится Сынмин, бросая убийственный взгляд на Джисона. — У нас дружный коллектив, а хён тоже его часть, — оправдывается Джисон. — А тот красавчик Бан Чан из соседнего отдела будет? — спрашивает их коллега Мина, выныривая из-за перегородки. — Кажется, он гей и тебе ничего не светит, — едко бросает Сынмин. — Как минимум би, — не отступает Мина. — У женских сисек тоже есть шанс. — Она поправляет свои груди, и Сынмин закатывает глаза, а Джисон залипает — вот кому всегда есть дело до женских прелестей, хоть и они ему не всегда легко достаются. Но Минхо мысленно желает ему удачи, потому что ещё одни выходные с ноющим Джисоном он не выдержит. — А Хёнджин? — бросает Минхо между делом. — Хён, не будь таким очевидным, — тут же влезает Чонин. Эта мелкая язва! И поджидает же нужный момент, чтобы уколоть. — Чонинни, это же твой шанс сохранить свою невинность! Я возьму Хёнджина на себя, и ты сможешь весь вечер пережить без его тисканий. И даже без моих лапаний. — По рукам, — легко соглашается Чонин. — Я на твоей стороне, хён! Они пожимают руки, скрепляя свой крысиный союз против Хван Хёнджина. Сынмин на это морщится, а Джисон смотрит недоуменно — хоть кто-то ещё в этом офисе не понял, что Минхо хочет завалить Хёнджина. Хотя, возможно, Джисон хочет того же, но его мотивация не кажется достаточно сильной. В его глазах задница Хёнджина несправедливо проигрывает сиськам Мины. В баре, где они собираются за большим столом всем своим офисом, становится невозможно шумно. Минхо такие посиделки не особо любит — напиваться лучше в одиночестве, ну или с парочкой близких друзей, чтобы было как можно меньше свидетелей твоего позора. Так проще их ликвидировать. — Ну, так что? Уже подкатил к нему яйца? — шепчет Чонин, толкая Минхо локтем. Сам он наконец-то наслаждается спокойствием, сидя между Минхо и Сынмином. Хёнджин пялится в их сторону явно неодобрительно — конечно, отжали его любимую игрушку — милашку донсена. — Мышку нужно заманить в мышеловку, — бросает Минхо, разглядывая Хёнджина. Из сложностей — сидящие рядом Чанбин и Чан. Те ещё прилипчивые идиоты. — Минхо-я, — мягко тянет немного захмелевший Чан, поймав на себе взгляд Минхо. Чёрт, этот придурок такой навязчивый, что теперь, когда Минхо обратил на него внимание по пьяной лавочке, полезет обниматься. Та ещё глупая псина. Минхо выскальзывает из-за стола, просчитывая заранее манёвр Чана, который хочет его затискать до смерти. Трезвый он себе таких вольностей не позволяет, обычно ограничивается поглаживанием плечей, и на том спасибо. — Эй, ты куда? Минхо не учёл, что у Чана невозможно длинные и загребущие ручища, и теперь оказывается зажатым как в тисках в его объятиях. Он бросает умоляющий взгляд на Джисона, но тот увлечен Миной и её сиськами — контакт с реальностью уже потерян. На помощь как ни странно приходит Хёнджин, который вызывается проводить Чана, хотя сам по ощущениям пьянее их всех вместе взятых. На его лице играет такая глупая улыбка, что Минхо готов поспорить на свою почку, у Хёнджина есть какой-то блядский план. — А ну-ка быстро колись, какого хрена ты решил мне помогать? — Я просто хочу погулять со своими хёнами, что здесь такого? Чан довольно обнимает Хёнджина и прижимается к его щеке. Минхо не так наивен, как Чан, и пытается просчитать мысли этого дурачка Хёнджина, если они вообще водятся в его прелестной голове. — Ты что, запал на Чана? — шипит Минхо. Хёнджин громко икает и подносит палец к губам. — Ш-ш-ш, разве ты не хотел потрахаться со мной? — усмехается Хёнджин. — Глупо отрицать очевидное, — замечает Минхо без всякого стеснения. — Как это связано? — Я тут подумал, а каково это будет, если вы оба… — Хёнджин густо краснеет и закусывает губу. Минхо боится додумывать эту мысль у себя в голове. Нет, Хёнджин же не настолько ебанут, что хочет потрахаться втроём? Хотя эта абсурдная на первый взгляд идея вполне достойна мозга пьяного Хёнджина. — Ты больной извращенец. — Не хочу это слушать от того, кто облапал все задницы в нашем коллективе, — парирует Хёнджин. Минхо нечего на это возразить, он только разводит руки в полном бессилии. Чан за их спиной наконец справляется со своим пиджаком. Выглядит он, конечно, развратно — влажные пухлые губы, расстёгнутые верхние пуговицы рубашки, растрëпанная шевелюра. Не то чтобы до этого Минхо не считал его привлекательным, но просто старался об этом не думать, потому что все знали, что Чан любит сверху, к тому же ещё и би. Это точно не вариант Минхо. Да и сам Чан не проявлял к Минхо никаких сексуальных поползновений, всегда думал о работе и романов с коллегами не крутил. Но земля слухами полнится: многие видели его в гей-клубах. — Что скажешь, Чанни-хён? — хищно улыбается Минхо. — Не хочешь с нами потрахаться в качестве сексуального эксперимента? Чан часто моргает, а потом глупо хихикает — что за идиот? — Не шутите так со мной, — бормочет он, изображая стесняшку. Минхо начинает сомневаться в его доминантности. — А то что? — Минхо внезапно нравится такой Чан. Он нагло шлёпает его по большой накачанной заднице. — Минхо-я, вы же такие красивые, я могу и согласиться. Тут включается Хёнджин и тянет Чана в тëмный коридор, по пути увлекая в горячий засос. Минхо кажется, что он сожрёт ему пол лица, но все равно это выглядит горячо. Потому что они оба сексуальные и красивые. Минхо не против посмотреть, как они будут трахаться или даже немного поучаствовать… Идея Хёнджина больше не кажется ему глупой. Она кажется ему особенно охуенной, когда Хёнджин стоит перед Чаном на коленях и сосет его член, а тот весь красный со спущенными штанами издает какие-то блядские звуки, от который у Минхо сносит крышу. А ещё больше у него сносит крышу от тесной задницы Хёнджина, которую, похоже, давно не трахали — большое упущение. Хёнджин давится членом, когда Минхо резко вбивается в него, удерживая сзади за бока. Его сильная спина красиво прогибается в пояснице, заставляя Минхо поддаться эстетическому наслаждению. Он не удерживается и шлепает по ягодице. Комната дешёвого лав-отеля наполняется подобающими ей звуками и запахами. Потолок кружится на головой, оргазм опьяняет похлеще соджу с пивом. — Это было охуенно, — хрипло шепчет Хёнджин, валяясь между Чаном и Минхо после всего этого безумия, которое и нормальным словом не назовешь. Блядская оргия. Минхо с ним согласен — ему тоже понравилось и он не прочь повторить. Только вот для этого скорее всего придётся снова напоить Чана.

***

— Больше никогда не буду пить, — едва справляясь с дыханием произносит Чан. Чанбин бегущий рядом и выбивающийся из последних сил одними губами посылает его на хуй. Чану чертовски стыдно, просто невозможно стыдно за свои пьяные выходки. Он, конечно, не всё помнит о пятничной ночи, но некоторые воспоминания очень свежи и не отпускают. Чан даже несколько раз на них подрочил — на лицо Хёнджина, измазанное спермой. Ну и, конечно же, на то, как Минхо жёстко и грубо брал Хёнджина сзади, а потом и на столе. Сам Чан был не особо в кондиции, поэтому ему достался только член Минхо во рту и минет от Хёнджина. Что тоже можно считать успехом. Но Чан предпочёл бы все же такое забыть, потому что долбанный стыд теперь не отпустит его в офисе, где ему придётся встретиться лицом к лицу с Минхо и Хёнджином. Чан уже твёрдо решил, что такого больше никогда не повторится. Как ни странно Минхо вообще ведёт себя слишком обычно и невозмутимо, а Хёнджин лишь немного краснеет, поздоровавшись с Чаном в лифте. И начинает казаться, что случившийся тройничок лишь плод воображения Чана. Чан мается целую неделю: ему снится Минхо и Хёнджин, как они трахаются у него на глазах. Эта картинка никак не выходит у него из головы, а утренний стояк становится почти мучительным. А дрочка не исцеляет от сладострастных желаний. И Чан не придумывает ничего лучше, чем отправиться в гей-клуб. В этом Чан впервые — красивый интерьер в тёмно-бордовых тонах, приглушённый свет, запах дорогих сигар и красивые, даже слишком одетые танцоры. Чану нравится атмосфера этого клуба — никакой излишне шумной музыки и пьяных подкатывающих парней. Все ведут себя на удивление прилично, да и вход сюда не дешёвый. Чан устраивается за столиком около сцены, чтобы лучше рассмотреть понравившегося парня — красивый и похож на Минхо. Слишком похож. Это немного пугает, но Чан не может отвести взгляд от его изгибающегося сильного тела с аппетитным рельефом большого члена, заключённого в тесные кожаные штаны. Он достаточно одет, но это только распаляет фантазию Чана ещё больше. На голом теле ошейник и портупея, невыносимо хочется схватиться за них и потянуть на себя. Парень ловит взгляд Чана и дьявольски улыбается, ввергая в искушение. Он и правда копия Минхо. Чан мог бы подумать, что это и есть Минхо, если бы его не знал — Минхо лучше сдохнет, чем будет танцевать для других мужиков, да и зарплата в офисе у него приличная, чтобы нуждаться в такого рода подработках. Но когда парень подходит к Чану и садится ему на колени, сомнений становится больше. Он елозит на его бëдрах своей задницей, и Чан завороженно запихивает ему несколько купюр за пояс. И тут же замечает маленький едва заметный шрам на боку. Как у настоящего Минхо, которого ему совсем недавно удалось лицезреть совершенно голым. — Минхо? — срывается у Чана. Парень хмурится и в одно мгновение становится тем самым Минхо, которого Чан так хорошо знает: его коллегу, почти друга, с которым они часто выпивают в компании. — После выступления жду тебя у служебного выхода, — шепчет он и слезает с колен Чана. Сердце колотится как бешеное — такого не может быть! Это в голове не укладывается! Минхо танцует стриптиз в гей-клубе? Чану кажется происходящее чем-то нереальным, невозможным, безумным. Может, он оказался в какой-то параллельной реальности, другого объяснения не придумаешь. Чан послушно на ватных ногах отправляется к служебному выходу — дорогу ему подсказывает бармен. Минхо в обычной одежде уже ждёт его на месте. — Ты же Бан Чан? — говорит он, внимательно разглядывая Чана, словно и правда не узнаёт. — Надеюсь, ты не будешь трепаться о моем хобби на работе? — Эм, хобби? — Чан теряется и не знает, что сказать. Минхо хмурится ещё сильнее. — Нет, конечно, нет… Просто не понимаю… — Хочешь объясню доходчиво? — говорит Минхо и подходит ближе. Совсем близко. Так близко, что нарушает все возможные личные границы. Чан ощущает его дыхание на своих губах и прикрывает глаза. — Пойдем! Минхо ныряет в одну из комнат, Чан торопится следом. Это что-то вроде небольшого кабинета, но людей тут нет. Минхо уверенно толкает Чана на кожаный диван и тут же опускается на колени перед ним. Чан не успевает толком сообразить, что происходит, а ловкие чужие пальцы уже наскоро справляются с молнией на ширинке. — Обычно я не трахаюсь с клиентами, но раз мы не чужие люди, то сделаю тебе подарок взамен на молчание. — Минхо улыбается и облизывается, когда берëт в руку ещё вялый член Чана. Но он уверен, если Минхо продолжит в том же духе, эрекция не заставит себя ждать. — Вау, а у тебя хороший член, Бан Чан! Минхо довольно облизывает головку языком, глядя на Чана из-под трепещущих ресниц. И Чан невольно вздрагивает от слишком острых ощущений. — Такой чувствительный… А это будет веселее, чем я думал. Он толкается кончиком языка в уретру, Чан выдыхает и закусывает губу. А после берёт в рот сразу глубоко и правильно. Минхо явно хорош в этом, но Чан и представить не мог, что когда-нибудь он будет ему сосать. Скорее заставит всех вокруг сосать ему. Это куда больше, чем сладкие фантазии Чана. Минхо насаживается на член своим горячим ртом, втягивает щёки и издает такие нежные звуки, что Чан умирает на грани умиления и желания схватить его за волосы и самому оттрахать его рот. — Выглядишь потрясающе, — шепчет Чан и протяжно стонет. Он осторожно поглаживает шею Минхо, скользя пальцами за уши, а после зарываясь в мягкие волосы на затылке. Минхо мычит и сжимает свой собственный член сквозь брюки, и Чан кончает в это же мгновение. Неожиданно Минхо забирается на него сверху и тянется к губам. Чан послушно открывает рот и получает свою собственную солоновато-горькую сперму. Минхо не позволяет ему отстраниться и приходится проглотить. — Вот и молодец, не люблю глотать, — шепчет Минхо, стискивая пальцами подбородок Чана. — А ты? — Чан скользит рукой вниз и обхватывает стояк Минхо. — Можешь мне помочь или хочешь посмотреть? — Минхо хитро прищуривается и расстёгивает джинсы. Чан следит за тем, как он ласкает себя и сладко стонет на всю комнату. Минхо откидывает голову назад и медленно, но уверенно водит по стволу, точно зная, что ему нужно для удовольствия. Чан залипает на его моляще вскинутые брови, трепещущие ресницы и припухлые красные губы, как заворожённый. Он, не в силах сдержать искушение, припадает к его влажному рту и помогает ему рукой. — Такой красивый, очаровательный и горячий одновременно. Хочу тебя трахнуть, тебе бы понравилось на моем члене, Минхо-я? — Чан вглядывается в его лицо, которое становится ещё более умоляющим. — Да, блядь, хочу твой член внутри, — всхлипывает Минхо и тут же кончает. Он утыкается лицом в плечо Чана, пытаясь как следует отдышаться после оргазма. Чан утешающе гладит его по голове. Они расстаются без всяких обещаний, но Чан уверен, что это точно не последний раз, когда они трахаются.

***

— Знаешь же, что Минхо и Хёнджин типа встречаются, хотя по факту просто ебутся как кролики прямо в офисе на столе. Охранник рассказал, по камерам видел… Чан обычно к сплетням не прислушивается, но эти заставляют его напрячь слух. Он до сих пор вспоминает о Минхо и каким он был в клубе — совсем на себя непохожим, нуждающимся и податливым. Эта загадка мучает Чана. Минхо пишет ему сам — приглашает на свидание в какой-то бар. Чан не собирается отказываться, как ни странно, то, что он встречается или спит с Хёнджином, Чана не отталкивает. А даже наоборот почему-то заводит сильнее. Может, потому что эти двое вместе выглядят как две порнозвезды, и Чан ловит себя на желании смотреть на них обоих. И не только смотреть. То, что он конченный извращенец, Чан принимает спокойно. Почти. Теперь он не собирается отказываться от своих желаний. Не после того, как увидел другого Минхо — нуждающегося, умоляющего и блядски сексуального. Теперь этот Минхо его римская империя. В баре Чан решает приглядеться к Минхо, обращая внимание на любые мелочи. И находит то, что ему нужно. Минхо выглядит потрясающе сексуально с шёлковой рубашке с чокером на шее, который так и хочется подцепить пальцем и притянуть к себе. Чан сходит с ума от этого головокружительного желания, всеми силами пытаясь держать себя в руках. Ещё не время. И не место. — Слышал, вы трахаетесь с Хëнджином, — начинает Чан с места в карьер, чтобы в этот раз игра уже шла по его правилам. Минхо выгибает брови, уголок рта капризно изгибается — это выражение новое, такого Чан у него ещё не видел. — Хëнджинни… — Минхо задумчиво растягивает его имя, словно пытаясь вспомнить, кто такой этот Хëнджин. — У тебя с этим какие-то проблемы? Чан немного теряется, но не собирается отступать. — Ему ты тоже так божественно сосешь? — Он мне не настолько нравится, — фыркает Минхо. — А я настолько? Минхо смеряет Чана скучающим взглядом. — Моя симпатия зависит от того, насколько хорошо ты меня трахнешь. Так что не упусти свой шанс… — Минхо улыбается, играя пальцами с чокером. Через полчаса Чан тянет его за этот блядский чокер и вбивается так, что Минхо кричит до хрипоты. Он задыхается, но позволяет Чану с собой это делать. Делать такие грязные вещи, на которые Чан раньше не был способен. Или ему так казалось. Минхо пробуждает в нём самые низменные животные инстинкты и это потрясающе. Так хорошо, что он кончает в него раз за разом, целует, гладит, вылизывает его затраханное тело, ни в чем себе не отказывая. — Ты такая развратная шлюха, Минхо-я, — шепчет Чан ему на ухо, когда трахает его, усадив к себе на колени. Минхо упирается лопатками ему в грудь и слабо постанывает на каждом точке. Это их третий заход за сегодняшний вечер. И Чан пытается растянуть эти мгновения, потому что находиться в тесной заднице Минхо нереально приятно. — Не знал, что ты любишь шлюх, Чанни-хён, — хрипит Минхо, и сам насаживается на член Чана. — Обычно нет, но ты… Блядь, ты в офисе и сейчас, как два разных человека. — И какой тебе нравится больше? — нежно тянет Минхо. Чан вряд ли способен думать в этот момент, потому что его бёдра начинают подрагивать, а Минхо на нём ускоряет темп. — Оба, — выдыхает Чан наконец и кусает Минхо в плечо. — Хочу тебя всего полностью. — Ты больной, — выдыхает Минхо, а потом начинает скакать на члене Чана и хныкать при каждом толчке. Чан прижимает его к себе, обездвиживая и грубо толкается сам — Минхо тут же кончает. А потом Чан его целует, срываясь в новый оргазм. *** — Тебе не кажется, что это уже слишком? — недовольно тянет Чонин, пытаясь вырваться из крепких объятий Хëнджина. — Ну, что тебе стоит, мне просто нужно снять стресс… — Иди к Чанни-хëну! Он тебе точно не откажет! Ещё и спасибо скажет! — Нет, это неправильно… После всего что между нами было, я не смогу спокойно с ним обниматься. — Твоя логика немного… ебанутая? Чонин всë-таки делает усилие и оттолкивает Хëнджина, и тот трагично падает лицом в кипу офисных бумаг на письменном столе. — Что такое? — лицо Джисона внезапно появляется из-за загородки. Хëнджин едва вскрикивает от испуга! — Ты меня напугал, — бубнит он. — Ой, не драматизируй! Я очень милый, — Джисон мнëт ладонями свои щëки, и Хëнджин не находит, что ему возразить. — В чём проблема? Выглядишь вполне себе неплохо, да и засосы свежие на шее. Хëнджин подтягивает воротник рубашки, пытаясь скрыть засосы, которые ему совсем недавно в туалете оставил Минхо. — Кажется, хëн влюбился в нашего Минхо, хотя я предупреждал, что не стоит с ним связываться. А Минхо видели в баре с Чаном. — Чонин ловко проясняет ситуацию. — Да, не, Минхо не стал бы связываться с Чаном… Он любит сверху, а Чанни-хëн вообще би. Так что там без вариантов. Они просто физически не совместимы. — Джисон говорит убедительно, но факт есть факт. — Любовь зла, — Хëнджин отчаянно хнычет. — Зачем я только связался с этим тупым Минхо! Мне всё сложнее делать вид, что он меня не интересует и я просто так с ним трахаюсь. — Поверь мне, хëн, ты изначально был не слишком убедителен, — говорит Чонин с кривой улыбкой, на что Хëнджину хочется заплакать от обиды. Когда Минхо появляется в офисе — все дружно замолкают. Хëнджин невольно залипает на его ключицах в вырезе небрежно расстёгнутой рубашки. Он бросает папку с документами на свой стол, падает на кресло и снимает галстук и без того висевший на добром слове. — Ебанутые заказчики! — стонет он, откидываясь на спинку. Хëнджин огромным усилием воли старается на него не пялиться, но всё равно пялится исподтишка. — Ничего нового, — комментирует Чонин. — Но от этого не легче, знаешь ли! — Минхо ноет и возмущается как обычно, но всё равно кажется Хëнджину милым. Он точно ебнулся, точнее сказать, влюбился. И угораздило же в самого известного ловеласа и факбоя этой компании. Хëнджин знал заранее, что так будет, но от судьбы не уйдёшь. Теперь ему остаётся только страдать и ждать, пока Минхо уйдёт к Чану. Писать его портреты и страдать по этому бесчувственному мерзавцу. Или… — А что если я отобью у него Чана? — озвучивает Хёнджин свою гениальную идею на их омежьем совете, как назвал его Джисон. Хотя Чонин просил себя не вписывать, ибо считает себя асексуалом, но это не так и важно. — А это довольно свежо, — комментирует Чонин, отпивая свой капучино. — Отбить парня у своего парня. — Гениально, — восхищается Джисон, и внезапно всё больше и больше начинает нравиться Хëнджину. Может, у них гораздо большего общего, чем он думал. Чонин прикрывает лицо рукой. — У вас одна клеточка мозга на двоих. — Но ты сам сказал, что идея свежая! — Если ты не влюбишься ещё и в Чана! — Чонин смотрит на Хëнджина испытывающе. Тот утыкается в свой стакан с американо, размешивая лёд трубочкой. — Ну, Чанни-хëн очень даже секси и вообще… Такой вариант не исключён, — вздыхает Хëнджин, очень хорошо себя зная. — Может, это и к лучшему, будете трахаться втроём! — Джисон звучит довольно оптимистично. — До первого приступа ревности, — осаживает Чонин. Хëнджин не знает, что ему делать. Но на всякий случай не отметает вариант с Чаном. После работы Минхо предлагает подвезти его на машине до дома. Хëнджин хочет отказаться, но соглашается, потому что дурак. Он думает, что Минхо начнёт к нему приставать в машине, но тот как ни странно ведёт себя довольно прилично, ограничиваясь нежным поцелуем на прощание. Хëнджин собирается выйти, но потом останавливается и поворачивается к Минхо. — Хëн, скажи, что у тебя с Чаном? — смело спрашивает он. Минхо смотрит на него удивлённо и часто моргает. — Ну мы коллеги, иногда вместе выпиваем, — пространно отвечает он. — Он тебе нравится? Как парень? — Хëнджину стыдно, но он не может не спросить, пока у него есть немного храбрости вести этот диалог. — Хëнджинни, что за вопросы? — Минхо гладит его по голове, а после поддевает подбородок и снова целует — на этот раз глубоко и страстно. — Если хочешь пригласить Чана к нам в постель, то так и скажи, я не против экспериментов. Ну, ты знаешь. — Хëн, а ты был снизу? В смысле в пассивной роли? — не сдаётся Хëнджин. Минхо глупо ухмыляется: — Вот таких экспериментов ты хочешь?! Если это будешь ты, то я могу немного поступиться своими принципами. Он сладко улыбается, а потом убирает прядь с лица Хëнджина ему за ухо. Тот млеет и теряется — трудно поверить, что Минхо готов на всё ради него. Он краснеет и уже готов предложить Минхо зайти к нему на чай, но вовремя берёт себя в руки, вспоминая что не должен быть таким доступным. Хотя они и трахались в офисе, домой к себе Хëнджин Минхо ещё не приглашал. Они прощаются после глубокого поцелуя, и Хëнджин успокоенный идёт домой. Но на следующий день ему присылают фото Минхо с Чаном — они держат друг друга за задницы и страстно целуются на парковке. — Это же было вчера ночью после того как мы попрощались! — бесится Хëнджин. — Он и правда настоящий демон. Демон искуситель. Даже Чанни-хëн повёлся! Джисон, тот кому он теперь изливает душу, выглядит обеспокоенно. — Хëнджинни, тебе не стоит так убиваться по Минхо. Ты можешь замутить с кем-нибудь другим, например, со мной. Хëнджин утыкается лицом в сложенные ладони и заходится рыданиями. — Никогда не буду больше спать с мужиками! — ноет он. Они сидят в подсобке прямо на полу, рядом работает принтер. Джисон протягивает Хëнджину бумажный платок. — Понимаешь, я не могу тебе всего рассказать, но у хëна есть проблема… Думаю, он не изменяет тебе в привычном смысле слова и ты ему реально очень нравишься. Ему давно никто так сильно не нравился — он мне сам говорил. Понятно, что он повёлся на твою внешность как и все. Но потом, когда мы выпивали, он говорил, что ты очень милый и беспомощный как бездомный котёнок, и он хочет о тебе заботиться. — Он назвал меня бездомным котёнком? — Для хëна коты как божества, так что прими за комплимент! — Но он был с Чаном! Вряд ли это монтаж или нейросеть. — Был конечно, но не он. — У хëна есть брат близнец??? — Ну, можно и так сказать. Только не физический, а ментальный. — Это слишком сложно, говори прямо! — У Хëнджина взрывалась голова от услышанного. То, что ему рассказывает Джисон, кажется настоящим абсурдом: у Минхо раздвоение личности. Хëнджин встречал такое только в дорамах. Но его жизнь совсем не похожа на дораму. Как его только угораздило влюбиться в парня с психическим отклонением? Хëнджин решает сам во всём убедиться и проследить за Минхо. Он надевает чёрное худи, солнцезащитные очки и чёрную бейсболку — так его точно никто не узнает. И едет к дому Минхо. Он каким-то чудом проникает на территорию жилого комплекса, а потом не может вспомнить номер дома и квартиры. Приходится написать Джисону, но тот тоже не помнит. Хëнджин разочарован в своей идее, но тут он замечает на территории машину Чана. Он несколько раз подвозил Хëнджина. Она ныряет на подземную парковку, и Хëнджин теперь на сто процентов уверен, что здесь квартира Минхо. В конце концов он убедился, что эти двое трахаются. Вряд ли Чан приехал сюда по работе в выходной день. Хëнджин звонит Минхо, но тот ожидаемо не отвечает. Раньше Хëнджин сам никогда ему не звонил, но теперь ему нужно разобраться со всем этим дерьмом. Он названивает Чану, тот всё же берёт трубку. — Хëн, мне нужно поговорить с Минхо. Это срочно! — выпаливает он. — Если он рядом, дай ему трубку. — Ладно, — растерянно говорит Чан. — Минхо-я, это Хëнджинни… — Блядь, только этого мне не хватало! — слышится на фоне голос Минхо. Потом в трубке раздаётся треск. — Да, чего тебе? — Звучит грубо и совсем не похоже на то, как Минхо обычно общается с ним. — Нам срочно нужно поговорить, прямо сейчас! — чуть не кричит на него Хëнджин. — Ладно, Чанни должен починить мне стояк… Можешь приехать ко мне. Хëнджин не ожил, что Минхо так легко согласится с ним встретиться. Он высылает адрес и номер квартиры. Но явно не ждал, что Хëнджин появится на его пороге буквально через пять минут после звонка. — Ты однако быстро, — говорит он, смеряя Хëнджина изучающим взглядом. — Был неподалёку, — почти не врëт Хëнджин. — Проходи тогда. Чанни на кухне возится с краном… Так что пока можем поговорить, а потом потрахаться! Ты же здесь за этим? Хëнджин часто моргает — все происходящее в голове не укладывается. Они усаживаются в гостинной, на кухне Чан и правда что-то чинит в тонкой майке, подчеркивающей рельеф его мышц. Выглядит при этом довольно секси, Хëнджин не может этого отрицать. Чан машет Хëнджину рукой со счастливой улыбкой. Он точно идиот, если ещё не распознал, что с Минхо какая-то проблема. — Не пялься так на Чанни, он мой! — говорит Минхо с кривой улыбкой. — Ты не Минхо… — срывается у Хëнджина. — Не тот Минхо, которого я знаю. — Не надо этих мелодрам, — Минхо хмурится и машет рукой. — Чанни-хëн знает, что ты и его друг Минхо из офиса – два разных человека? — не сдаётся Хëнджин. Теперь он уверен в своей правоте. — Ну, юридически и физически один, — Минхо недовольно поджимает губы. Даже мимика у них разная. Этот Минхо настоящая сучка, Хëнджина он начинает подбешивать. — Но даже если и так, что в этом плохого? Каждый из вас получает свою порцию любви и внимания, разве кто-то обделён? Не вижу большой проблемы… — Тогда, хëн, тебе нужно хотя бы быть честным с нами обоими. Минхо вздыхает и фыркает. — Чан-а, хватит мучить стояк, иди сюда! Чан послушно идёт к Минхо и тот хлопает по дивану, предлагая усесться. Чан вытирает руки об штаны и садится, растерянно глядя то на Хëнджина, то на Минхо. — Блядь, я даже не знаю, как об этом сказать… Может, лучше утром поговорим? Пусть это станет проблемой другого Минхо… — Хëн, у Минхо раздвоение личности, — берёт на себя смелость Хëнджин. — Одна личность спит с тобой, другая со мной. — Эм, это шутка такая? — смеётся Чан. — Лучше бы ты и дальше думал, что я просто шлюха, — тяжело вздыхает Минхо. — Минхо-я, это какой-то розыгрыш? — Чан выглядит растерянным. — Нет, Чан-а, он прав. А ещё я сам скрутил стояк, чтобы позвать тебя к себе… — Об этом я догадался, — прыскает Чан. — Но раздвоение личности? Я думал, у тебя что-то вроде биполярки. Теперь очередь Хëнджина засмеяться. Это какой-то сюр. — Просто мы разные: ему нравится горький кофе, мне сладкий латте, он любит сверху, я снизу… Он втюрился вот в этого Хëнджина, а я… Ну, в общем ты мне нравишься, Чанни. Правда, впервые за долгое время я несколько недель подряд сплю с одним и тем же парнем и мне не надоедает. — Такой себе комплимент, — встревает Хëнджин, на что получает злой взгляд Минхо. — Если ещё раз вставишь свой комментарий, я зажарю тебя в микроволновке, — раздражённо цедит Минхо. — Ладно, допустим я в это поверю… Но мы тогда не сможем встречаться. — Почему? — Минхо округляет глаза и хлопает ресницами. — Потому что тот Минхо будет против… Это как-то неправильно. А ты что думаешь, Хëнджинни? — неожиданно Чан обращается к Хëнджину. — Если честно, я вообще в ахуе и ничего не думаю, — честно отвечает он. Минхо совсем сникает, становясь меньше. Хëнджин думает, что он должен разозлиться, но вместо этого он сдаётся. — Наверное, мы никогда не найдём общий язык. С Минхо. — А что если начать лечиться? — предлагает Хëнджин. — Тогда я перестану существовать совсем, — выдаёт Минхо. И Хëнджину становится его жаль. — Мы так долго сосуществовали вместе, это было довольно выгодно и полезно. Но, может, я больше ему не нужен. Чан неожиданно обнимает Минхо, поглаживая его по спине. Хëнджин тоже его утешающе гладит. Потом их ладони с Чаном сталкиваются. А через несколько минут они оказываются втроём в одной постели. Этот Минхо целуется потрясающе – грязно, мокро, развратно. У Хëнджина сносит крышу. Возможно, это в какой-то степени предательство. Но почему ему нельзя любить обоих, а может даже троих, если включить в это уравнение Чана. Который тоже умеет горячо целоваться. — Только не говори, что это был твой хитрый план, заполучить обоих, — загнанно шепчет Хëнджин на ухо Минхо, избавляя его от одежды. Тот усмехается, но ничего не отвечает. Он быстро раздевает Чана, усаживаясь к нему на колени, иногда прерываясь на поцелуи с Хëнджином. — Ну, ты вполне себе симпатичный, Хëнджинни. Если будешь знать своё место в иерархии, то у нас получится великолепный тройничок. — Ладно, Чанни-хëн твой, я усвоил, — сдаётся Хëнджин. Чан откровенно смеётся. — Ты не такой уж и тупой, каким я тебя представлял. Минхо стягивает с Чана брюки, а потом помогает Хëнджину, задевая пальцами его член. — М, неплохо, — выдаёт Минхо, запуская руку под резинку белья. — Сгодится, чтобы меня как следует трахнуть. Ты же сможешь? Хëнджин отчаянно кивает, будто больше всего на свете боится разочаровать Минхо. Он позволяет ему сжимать свой член и жалобно стонет в ответ на грубую ласку. — Чанни, ты не поможешь мне? — Минхо поворачивается к Чану спиной и приподнимается на бёдрах. — Смазка в тумбочке, ты знаешь, что делать. Чан ухмыляется, его взгляд тëмный и голодный. Хëнджин подаётся вперёд и целует Минхо, сразу вылизывая его рот языком. А потом доведя Минхо до отчаяния, увлекает в поцелуй Чана, зажимая Минхо между их телами. — Хëнджинни, пососи мне, — Минхо не просит, он приказывает, сразу хватая Хëнджина за шею и опуская вниз. Хëнджин не сопротивляется, он ещё ни разу не сосал Минхо, хотя и много об этом думал. Они несколько раз занимались сексом в офисе, но у них никогда не было времени на долгие прелюдии и ласки. Он опускается ниже, тут же обхватывая губами влажную головку Минхо. Тот сразу же стонет. Пальцы Чана растягивают Минхо торопливыми движениями, отчего тот невольно толкается в рот Хëнджина до самого горла. Это возбуждает и распаляет так, что у него самого тяжелеет в паху. Хёнджин отчаянно обхватывает свой член, открывая рот и позволяя Минхо толкаться самому так глубоко, как ему нравится. Горло саднит, слюни, смешиваясь со смазкой, пачкают щëки и подбородок. Хёнджин хрипит от возбуждения, когда Минхо стискивает его волосы на затылке и коротко трахает рот. Хëнджин готов кончить прямо сейчас, когда Минхо изливается ему в рот. И он глотает. Но осознание, что главное блюдо ещё впереди, его останавливает. Он толкает Минхо на Чана, разводя его колени. Тот совершенно мягкий и размазанный оргазмом выглядит так потрясающе горячо, что Хëнджину сносит крышу. Он толкается сразу грубо и до конца, даже не позволяя Минхо перевести дух. Чан гладит его подбородок и проталкивает в рот пальцы — Минхо начинает послушно сосать, раскрываясь всё больше для Хëнджина. Комната наполняется хлюпающими звуками, отчаянно громкими стонами, криками и тяжёлыми вздохами. Хëнджин ускоряет темп, наслаждаясь теплотой и узостью Минхо, его шикарными напряжёнными бёдрами, которые так и хочется попробовать на вкус. Он до сих пор не может поверить, что Минхо способен быть таким развратным, податливым и жаждущим, чтобы его хорошенько оттрахали. Хëнджин не хочет его разочаровать. Он кончает в него, наполняя своей спермой. Его накрывает таким ярким оргазмом, что он едва может заставить себя выйти из Минхо. Чан тут же насаживает Минхо на свой член, и тот отчаянно догоняет оргазм. — Детка, покажи, Хëнджинни, какой шлюхой ты можешь быть только для нас. Минхо не отрывает взгляда от Хëнджина, продолжая отчаянно скакать на члене Чана. Если бы Хëнджин не кончил только что, то точно кончил бы от вида Минхо с припухшими губами, красными засосами на плечах и шее, яркими напряжёнными сосками. Глаза Минхо закатываются от удовольствия, и он снова кончает. Хëнджин поднимается, чтобы поймать стон с его распахнутых губ поцелуем. — Хëн, ты потрясший, — шепчет Хëнджин. Чан опрокидывает Минхо на свою грудь и быстро вбивается в него, доводя себя до разрядки. Тот стонет до хрипоты, но позволяет себя использовать как куклу.

***

На утро Минхо просыпается с болью в заднице — ничего нового. Кажется, ему пора устроить скандал этой блядской суке, которая всю ночь трахалась. Он разлепляет глаза и видит перед собой спящего Хëнджина. А потом ощущает как сзади к нему прижимается ещё одно горячее тело. Он в испуге оборачивается — это Чан. Минхо закрывает глаза, надеясь, что он не переебался прошлой ночью со всем офисом. Они вполне могли напиться и пустить Минхо по кругу, а тот блядский Минхо был бы и рад такому счастью. Во всяком случае, задница болит так, будто ему устроили жёсткую групповуху. Он осторожно сбрасывает с себя тяжёлую ручищу Чана, а потом и хëнджинову, которая покоилась на его груди. — Что же, блядь, вы со мной сделали? — шепчет Минхо, разглядывая себя в зеркало. Искусанные до крови губы, красные засосы по всему телу, синяки на боках и даже следы зубов на бедре. — Ну вы и извращенцы! — Минхо оглядывается на этих двоих, которые продолжают мирно спать. Через полчаса все трое собираются на кухне на утренний кофе и завтрак. Минхо готовит им тосты, на что-то более серьёзное у него нет сил. Но ни Хëнджин, ни Чан совсем не привередливы в еде. И, кажется, в кое-чём другом тоже. — Нам надо обсудить ту дичь, что творилась вчера, — начинает Минхо, намазывая на тост масло. — Мы вчера в процессе всё обсудили и пришли к выводу, что нас всех устраивает секс втроём, — поясняет Хëнджин. — Так, погодите, я согласился на это дерьмо? — раздражается Минхо. Какого чёрта его вторая личность так много на себя берёт! — Ну, прости, хён, у тебя нет выбора. Твоя вторая личность, кхм, была вполне удовлетворена таким положением вещей. Думаю, тебе тоже понравится. — Вы в курсе? — Минхо откладывает нож подальше, чтобы случайно им не воспользоваться. Слишком много событий для одного воскресного утра. Чан кивает, Хëнджин тоже. — Нас всё устраивает… — Но если ты против, — начинает Чан, — мы не будем этого делать. — Не будете встречаться за моей спиной и трахать меня как чёртову шлюху? — Тебе понравилось, всё было по обоюдному согласию сторон, – встревает Хёнджин. — Хëнджинни! Ты настоящий предатель! — возмущается Минхо. Хëнджин застенчиво улыбается и накрывает руку Минхо своей. — Хëн, ты для меня всё равно на первом месте. — А моя задница на втором, да? — усмехается Минхо. — Минхо-я, если тебя это расстраивает… Я знаю, что это неправильно трахать тебя без твоего согласия. Вернее, без согласия обеих заинтересованных сторон. — Тут уже четыре стороны получается, — влезает Хëнджин. — О, прекратите! Я вас ненавижу! — Минхо накрывает лицо ладонями, борясь со своими смешанными чувствами. С одной стороны и Хëнджин, и Чан ему очень даже нравятся. С другой, его задница этого всего не выдержит… — Хëн… — Минхо-я… — Не то чтобы я против, — наконец сдаётся Минхо. — Но давайте установим расписание кто когда снизу, иначе моё тело вашей плотской любви не выдержит. Мне не семнадцать, я и так разваливаюсь… — Наш милый аджосси, — картинно вздыхает Хëнджин. Чан потирается щекой о плечо Минхо, как собака. И Минхо окончательно сдаëтся.