Служба Зависимости

Проснувшись в обед после ночного дежурства, я чувствовала лёгкую головную боль и сухость во рту. Я подошла к стене, где висел график дежурств на ближайший месяц, и, увидев, что почти каждую ночь мне предстоит дежурить на складе с Ксандром, закатила глаза. Несколько дней я избегала любого общения с ним. Он пытался задеть меня своими тупыми шуточками, на которые я не реагировала. До определённого момента — до тех, когда я просто посылала его куда подальше. Но всегда есть одно «но». Каким бы мудаком он ни был, я не могла сказать, что никогда ничего к нему не чувствовала. К сожалению, ещё во время нашей прошлой совместной работы я ловила себя на том, что слишком часто на него засматриваюсь. Будто женский мозг предпочитает вспыльчивых придурков, а стабильных и добрых пропускает мимо. Как бы тяжело мне ни было это признавать, но эта чёртова хаки-футболка в обтяжку ему действительно шла. От его случайных прикосновений по коже пробегали мурашки. Но принципы «не доверять мудакам» стояли выше всего. Очередная тупая попытка Ксандра завести разговор вывела меня из мыслей: — Мисс Райна, а ты любишь конфеты? — Боюсь представить, о каких конфетах речь. — О вкусных, шоколадных! — С чего вдруг интересуешься? — Ну, в общем… — протянул он, подходя ближе. — Это тебе. Он достал из-за спины маленькую коробку конфет, которые было очень сложно достать. Удивлённо посмотрев на него, я спросила: — В чём подвох? Что ты туда подсыпал? — Ну, Райна! Ты чего? Просто понял, что, возможно, был неправ, не предупредив, что было в той сигарете. Вообще-то о таком не предупреждать незаконно. Ты обижаешься… Я же вижу… Он протянул мне коробку, и я её взяла. — Так и скажи, что ты взорвёшься, если всю ночь будут некому тебе отвечать. А я — единственная жертва, которая может выдержать разговор с тобой. — Возможно, и так. Но вообще-то прими мои искренние извинения, мисс Рейн! — Ты опять накурился? Это что — что-то похожее на… вежливость? Он закатил глаза: — Да-да… именно она. Хочешь, чай заварю? — Не знаю, какая муха тебя укусила… но грех не воспользоваться моментом. Неси чай! Мы просидели за чаем около часа. Он знал, что у меня болят ноги от неудобных берцев, и, сидя напротив, предложил вытянуть их на его колени. Я так и сделала. Это неожиданное проявление доброты растревожило внутри то, что я давно похоронила. «Симпатия?» — подумала я. Проснувшись снова в обед после ночного дежурства, я услышала от сослуживцев, что Ксандра распределили в отряд, который отправляется за стену на спец-задание. Мы понимали: если что-то пойдёт не так, они могут не вернуться. В наших реалиях это происходило часто. «Да ну, Ксандр и не вернётся? Быть того не может. Этот мудак слишком везучий для такой нелепой смерти». И я оказалась права — весь его отряд вернулся, кроме одного, которого утащила гарпия. На следующую ночь мы снова дежурили вместе на складе. Но Ван Хейс был непривычно молчалив и мрачен. — С тобой всё в порядке? — нарушила я тишину. — Пока что да, — ответил он, глядя куда-то вдаль. — Пока что? Он встал, подходя ко мне ближе. — Ты никогда не задумывалась, насколько непредсказуема жизнь? — Понятно, — протянула я, закатив глаза. — Не отошёл от вылазки. — Если бы всё было так просто, Райна. Нашествия гарпий участились. Полковник Зейн сообщил, что нужно принимать меры. Уже формируют списки отрядов, и за стеной побывает каждый, кто служит здесь. Кто выживет — побывает несколько раз. Это точно. Для 80% солдат — это гарантированная смерть. — Ты уверен? — Уверен, — сказал он, затягиваясь. — Мария была с ним и сказала, что проект «Золотое руно» не может быть на первом месте. На него тратится слишком много средств, армия слабеет, а её нужно укреплять. А не жалеть тех, кто участвует в исследованиях крови. Не веря своим ушам, я присела рядом, достала из его кармана пачку обычных сигарет, взяла одну и прикурила от его. — Если всё так, то мы в дерьме. — Да-а… — протянул Ксандр. И тут же ошарашил: — А знаешь, Райна? Ты не такая уж тупая и плохая. Я удивлённо посмотрела на него: — Спасибо за «комплимент». А мои убеждения, что ты придурок, только укрепились. — Ну чего ты так? Если бы не ты, мой бизнес на контрабанде бы так долго не продержался. Благодаря твоей ловкости и хитрости всё доходило куда надо. — Я даже не знаю, что ответить… Спасибо, что признал. Когда пришло время есть, мы сидели и общались удивительно спокойно. Пока Ксандр внезапно не сказал: — А ещё знаешь, что я давно подметил? — Что? — спросила я, медленно отпивая чай. — Что ты ещё и красотка. Я чуть не поперхнулась. — Блять, тебе плохо? Температура? — подошла и потрогала его лоб. Он убрал мою руку: — Да нет же! — Ты пьян! Я не очень чувствительна к запахам, но опознала бы твою пьяную рожу. — Райна, я не пьян. Я, между прочим, искренним быть пытаюсь. Да и есть кое-что получше вонючего коньяка. — М-м, и что же? Он резко поднялся, подошёл к дальним полкам и достал коробку, полную зип-пакетов с белым мутным порошком. И пазл сложился: гиперактивность, флирт, расширенные зрачки, быстрая речь. — Жесть… Ксандр, ты под амфетамином? — А что мне терять? — спокойно ответил он. — Не боишься так это хранить? — Боялся. Теперь — как-то похрен. — Почему ты думаешь, что умрёшь, если снова пойдёшь за стену? — Не знаю… предчувствие? — Может, это просто паранойя? — Может. А может — и нет. Зато последние дни проживу без тревог благодаря какому-то порошку. Отговаривать его было бесполезно. Днём всех собрали и сообщили то же самое, что рассказал мне Ксандр. Он оказался прав. Полковник Зейн завершил речь: — Списки отправки за стену будут вывешены в течение часа в главном корпусе. Ознакомьтесь и постарайтесь пообщаться со своим будущим отрядом для лучшей сплочённости. Я стояла рядом с Ксандром, и мы вместе отправились смотреть списки. Мы были в разных отрядах. Разница — один день. Через 28 дней уходил отряд Ксандра. Через 29 — мой. Все сочувствовали солдатам, чья отправка была в течение недели — у них меньше всего времени на подготовку. Первый день: из 20 человек вернулось 14. Второй: из 20 вернулось 10. Третий: из 20 вернулось 12.