Найди на моём сердце живое место

Рико ненавидел Кевина. Первый же день, и тот уже приносил неприятности. После смерти Кейли Дей, Тетсудзи Морияма взял Кевина под свою опеку. Похороны провели поспешно — исключительно ради формальности. Сразу после этого тренер отправил обоих мальчиков в Западную Вирджинию. Там он провел тренировку для детей. Как и ожидалось от сына Кейли Дэй, Кевин показал себя хорошо , несмотря на растерянность и подавленность после смерти матери. Для себя, Кевин отметил пару важных вещей в новом месте его прибывания. В Эверморе был установлен график, которого следовали все — без исключения. Любое отклонение приводили к наказанию. Слёзы, боль, усталость — не имели значения. Проявление слабости равнялось позору и большой ошибке, которой другие с удовольствием готовы были воспользоваться. В замке никто не обсуждал тренера, ему подчинялись безоговорочно.

***

День начинался с завтрака, затем — утренняя тренировка. Рико уже был на ногах, когда Кевин всё ещё спал. Чтобы разбудить его, японцу пришлось потратить немало времени. Прошлой ночью он не переставал плакать. Тетсудзи скомандовал забыть мать и взять себя в руки — траура на год он не потерпит. Когда Кевин отказался, тренер влепил ему пощёчину и поручил Рико. Это явно было не тем , в чём нуждался маленький мальчик потерявший мать. И всё же , тренер Морияма изначально не давал мальчику никакую надежду на другой исход события. Так что, после удара, мальчик хоть и стал тише, но теперь стал трястись и молча паниковать. "Теперь вы работаете в паре", — сказал Тетсудзи. "Это обозначает что, ошибки и успехи одного — прямиком оказывают влияние на партнёра. Так что если не хотите подвести друг друга — старайтесь больше чем обычно." — хоть мужчина и говорил это обоим, смотрел он только на Кевина. И этот взгляд прожигал его насквозь. "В любом случае, всё это Рико уже знает" – он перевёл взгляд на мальчика что стоял рядом, который в свою очередь не отрываясь смотрел на тренера. "Так что, Рико, объясни всё остальное Кевину, завтра начинаем тренировку. Свободны." Рико кивнул и схватив своего партнёра под локоть , увёл его из кабинета хозяина.

***

Мальчики легли спать, но Кевин дрожал всю ночь, не давая Рико покоя. Эти всхлипы и тихий плачь в тишине комнаты оказались слишком громким звуком. Прежде Рико не делил эту комнату ни с кем и присутствие ещё одного человека казалось неправильным и странным одновременно. Так что он лежал, стискивая зубы и ждал пока тот успокоиться. Прошло некоторое время, а Дэй всё так же плакал. Терпение японца было на пределе, они лежали в темноте комнаты и каждый думал о своём, пока всхлипы не прекратились и оба не погрузились в такой необходимый для них сон.

***

Когда Рико всё же смог разбудить Кевина, он отправил его в ванную приводить себя в порядок. Под шум воды Морияма следил за неуклюжими движениями Дея и пытался себя успокоить. Они опоздывают уже на целых 10 минут. Пока они дойдут до столовой и позавтракают, тренировка уже начнётся. Хозяин будет в бешенстве.. Рико громко вздохнул сквозь стиснутые зубы. Это был не просто стресс — это была ярость, которую нельзя было выплеснуть. Как и ожидалось, они опоздали и на завтрак, и на тренировку. Последовал выговор. Это продолжалось неделями. Кевин всё не мог понять: Экси это не просто игра, это доказательство права на существование. Рико знал это с детства. Его учили этому. Измученный наказаниями, унижениями, холодным молчанием, он не выдержал. В один из таких дней он ударил Кевина в живот. "Из-за тебя наказывают нас обоих. Когда ты уже поймёшь, что не пуп земли? Умерла мать? И что? Неважно что было, важно что сейчас. Ты хоть понимаешь где ты находишься? В Эверморе ты находишься чтобы доказать свою значимость и что ты достоин жизни. Сейчас ты не то что не справляешься с этой задачей, ты подставляешь и меня! Ещё раз так сделаешь, поверь, я сам превращу твою жизнь в ад"– Рико протаранил всё то, что хотел сказать за то время пока терпел наказания и побои. И тогда Кевин начал понимать правила. Не уважение, не доброта — только страх и подчинение. Ему срочно нужно было взять себя в руки. Прошел год. День за днем проводились тренировки. К ним теперь так же присоединились съёмки, показуха перед камерами. Образ идеальной семьи, идеальных игроков. На самом деле, они с Кевином были одни против всех. Никто не знал всей правды о гнилости Тетсудзи и замка Эвермор. Наоборот, всем нравилось смотреть на детей что играют в экси на корте. Они были талантливыми детьми. Рико верил: его отец однажды поймёт, как он ошибался. Ведь взрослые вокруг умилялись его манерам, трудолюбию, а сверстники завидовали. Всё это лишь укрепляло его в мысли: он — выше. Он — лучший. Он — незаменимый. И как только отец это поймёт, он заберёт его к себе. Он заберёт его из этого ада. Только вот, этот день всё никак не наступал...

***

Их держали рядом. Всегда. Психологическая зависимость стала неизбежной. Да, Кевин был рядом, но не потому что хотел — он должен был быть. Ошибка одного — наказание для обоих. Рико не чувствовал теплоты, но знал: он не один. Они оба были под контролем одного человека. Для тренера, как и для отца, Рико был инструментом. Бесполезный — выбрасывается. После одной из особенно изматывающих тренировок, когда мышцы дрожали от усталости, а в голове звенело от крика тренера, Рико сорвался. В их комнате он начал истерику. Это была не просто злость — это была паническая, мучительная, захлёстывающая волна агонии. Он взревел и скинул с полок всё, что мог. Срывал одежду с вешалок, переворачивал мебель, разбивал стекло. Его крики срывались на визг, он не контролировал себя. Грудь будто сжимало чьими-то руками. Он упал на колени, ударяя кулаками в пол, пока не ободрал кожу. — "Почему?! "— заорал он, захлёбываясь слюной. — "Почему он хвалит тебя?! Ты даже не стараешься! Это я рву себя на части, я тренируюсь, я заслуживаю всё! А он видит тебя! ТЕБЯ!" Он подполз к Кевину, лицо которого застыло в страхе. Рико навис над ним, глаза налились кровью, дыхание сбивалось, руки дрожали. Он рассмеялся — высоким, надтреснутым, звериным смехом. В этот момент он был не мальчиком. Он был куском сломанного яростного мяса, которое только и знало, как разрушать. Подняв с пола маркер, он схватил Кевина за подбородок и прошипел: — "Не смей смотреть на меня свысока, Дэй. Думаешь, ты лучше, раз тебе кинули пару ласковых слов? Нет. Ты — мой." Он нарисовал на своей щеке римскую цифру I. На щеке Кевина появилась II. Рико посмотрел в зеркало и прошептал: — "Член моей свиты. Свиты Короля." На следующий день тренер заметил цифры. Прищурился: — "Что это?" И Рико, не колеблясь, соврал. Сказал про дисциплину, порядок, систему. Тренер усмехнулся. Ему понравилось. Он решил превратить это в пиар-ход. Так цифры стали частью их образа. Никто не знал, что за ними стояло. С тех пор Кевин начал подавлять свои способности, чтобы не раздражать Рико. Он балансировал между монстром в костюме тренера и монстром в обличии мальчика. Спустя год в замке появился рыжеволосый мальчик с холодными голубыми глазами. Он приходил несколько раз с отцом, не поднимая взгляда. Такой тихий, исчезающий. Но однажды он появился на поле без него — только с тренером. Когда мальчики пришли на ежедневную тренировку, тренер представил: — "Это Натаниель. С этого момента он будет играть в экси вместе с вами. И возможно даже будет вашим новым игроком в команде. А пока что, Рико, Кевин, покажите Веснински корт, раздевалки и где что расположено. " Пока шли, Рико чувствовал внутреннее напряжение. В мальчике было что-то тревожное. Что-то... опасное , но не такое как у всех. Что-то уникальное. Мальчики как раз закончили с ознакомлением всего что надо, когда Рико усмехнулся, взглянул на него, как на новый объект, и произнёс: — "Ты бы отлично смотрелся в моей свите. Да Кевин? " он обернулся на второго номера что изучал взглядом Натаниеля. Кевин кивнул , потокая партнёру. — " Вот и отлично. Вводя в курс дела Натаниель, я король. Король и номер один в экси. Кевин — член моей свиты. Так как он вступил в неё первым, второй номер достался ему. А ты-" — он указал на рыжего мальчика, "будешь номером III. Я уже дал тебе большую честь, так что вставай на колени и преми свою цифру с почтением" . Натаниель промолчал, потом взглянул, как будто впервые по-настоящему, и не сразу, тихо, но отчётливо сказал: — " Знаешь, звучит как бред. Только неуверенные в себе люди нуждаются в цифрах. Лучшего выберут сами. " Вспышка. Удар. Рико врезал ему. Слишком резко. Натаниель упал, моргнул, покачнулся. Несколько мгновений — и он встал. Медленно. Отряхнулся, посмотрел в глаза Рико и произнёс с ледяной ясностью: —" Я понял. Ты — брошенный ребёнок, который уже знает, что он — никто. В ином случае зачем бить? Признавать тебя или нет, это моё дело. " Их разнял старшеклассник. Тренер сделал вид, что не видел. Позже Рико сорвался на Кевине. Его злость искала выход.

***

После нескольких совместных тренировок, троих парней позвали старшие. Рико теплил надежду что увидит там хотя бы брата. Но, как оказалось, позвавшим их был Натан. Люди Мориямы и их потенциальные клиенты уже ушли. Но отец Ниэля остался там со своими людьми и одной несчастной жертвой, которого он разрезал на части. Мальчики которых насильно заставили наблюдать за всем этим , стало плохо и страшно. Не такого себе представлял Рико , когда шёл сюда. Да и Натаниель ведь является сыном этого монстра... Так почему он выглядил так, словно увидел подобное впервые? Как никак это ведь его отец. В конечном счёте их отпустили, но это событие осталось в их памяти навсегда. А своё действие мясник обосновал тем что воспитывает сына и детей. Но странное случилось позже. После этого случая, Натаниель вдруг перестал появляться на тренировках. А ведь до отбора в малую лигу оставалось всего ничего. Мальчик несмотря на свой длинный язык, в игре был хорош. Тренер уже заметил в нём потенциал. К тому же, по его глазам читалось как ему всё нравится. Начиная от формы, которая была сшита специально для него и клюшкой с его номером, заканчивая самой игрой. Он должен был попасть в тройку — играть с Рико и Кевином. Но он исчез. Только потом, спустя несколько недель, Рико узнал: Натаниель сбежал. Вместе с матерью. Сбежал от отца — Балтиморского мясника и правой руки Кенго Морияма. Это было предательством. Побегом. И в сердце Рико что-то треснуло. Член его свиты. Его. Посмел не просто отвернуться — он сбежал. Так просто. Без истерик, без драк, без разрешения. Просто ушёл. Они с Кевином оставались в клетке, исполняли приказы, ломались и строились, чтобы быть нужными. А он — он сбежал. Свободный. С матерью. Вольны делать что хотят. И вдобавок они оставили их в дураках. Увезли с собой не только свободу, но и деньги Мориямы. Пять миллионов долларов. Просто исчезли. И всё. Рико завидовал. Яростно. Он не успел его даже сломать, не успел прижать к себе, как тот уже был вне досягаемости. Натаниель получил то, чего Рико никогда не получит. Свободу. Любовь. Заботу. Мать, которая увезёт, если станет плохо. Мать, которая не боится. Правда такова: Рико — не любимый племянник, не сын. Он — актив. Инструмент. Брошенный отцом и братом, он с детства знал: доброта не спасёт. Только совершенство. Цифра I на его щеке — это не знак первенства. Это клеймо. Проклятие. Она значит: «Я лучший, потому что иначе я никому не нужен». Если он не лучший — он исчезает. Он один. А одиночество пугает сильнее боли. Поэтому он кричит, ранит, контролирует. Лучше быть ненавидимым королём, чем ничем. А значит — он всегда будет один.