Болото

Болото, осень, день чудесный. Где-то гниёт мой труп прелестный, и вдалеке стоит оно — кроваво-чёрное пятно. Все улыбаясь и кружась, оно лишь разевает пасть; двумя рядами гнилых зубьев раскинулась ее напасть. Я вижу тело под собой, и тут я понял: голос мой звучал все громче в голове, но вдруг он позабылся мне. Вместо него — глухой и низкий, какой бывает у таксистов, чертовски злобный, нервный вой: «Здесь ты отправишься со мной». И я умолк, но лишь на миг, ко мне явилось озарение — я тут, я, все же, ещё жив! но монстр также не уходит... Я, опираясь на корягу, воткнувшись мордой в злой оскал, пытаюсь выбраться отсюда, иначе будет весть — «пропал». Но озарения радость долго не продержалась в голове, моя нога — лишь зубочистка поломанная на две. Мой лоб разбит и вера тоже, я чувствую, что обезвожен, но жажда жить не дает вспять — не будет время умирать. Я встал, бегу я без оглядки, я вижу выход! вот он, здесь! но гниль в груди — мое несчастье, она дает приказ пресесть. Я слышу сзади тихий шепот, я слышу сзади звонкий крик, и в нос ударился мне разом невыносимый трупный бриз. «Гнильцы в тебе, дружок, немало», — услышал звонко, громко, рвано. — «Ну что же, зайчик, ты бежишь? неужто позабыл свой приз?» — И я, сквозь боль и жуткий гул, лишь вспоминаю про отгул. Как я сижу с друзьями в баре, пью горячительный коктейль, и где-то вдалеке идет мой расточительный фурор. Что было дальше — я не знал, я помню девушку, бокал, и топь, впитавшую всю боль, и своей жизни злой оскал, и окровавленный топор, что намекает на фурор.