Каждый рулон на счету

Ноги затекли, ботинки промокли. Холодная зима, которая не прекращалась уже который год, давила на плечи Дмитрия, пока он плелся домой после смены. Уже было около часу ночи, сегодня, точнее уже вчера, ему пришлось провести в офисе весь вечер в поисках нужного варианта партии туалетной бумаги. Бюджет на закупку у него был ограничен, да и интернет в офисе очень тормозил, поэтому ему удалось оформить заказ лишь спустя три часа, приподняв телефон как можно выше к потолку. Ведь роутер находился в отделе Сергея Сергеевича этажом выше. Окоченевшими от холода пальцами Дмитрий полез в карман и, с трудом нащупав ключи, достал их, судорожно перебирая каждый: "почтовый ящик, сейф, чемодан..." На последнем Дмитрий слегка поморщился, задержав ненадолго на нём руку, после чего взял нужный ключ и кое-как вставил его в замочную скважину. Чтобы открыть дверь, Дмитрий приложил все оставшиеся силы, и как только дверь отворилась, он упал на пол прихожей, позволяя снегу начать образовывать сугробы прямо в его квартире. — Второй раз за день на полу… Достижение. Горько усмехнулся Дмитрий, уткнувшись лицом в старый затхлый ковёр. Наконец, оперевшись руками о холодный пол, он поднялся, шатаясь, и захлопнул дверь, вложив в этот жест всю свою усталость и горечь. — Блять. Он стукнул кулаком по двери. Постояв так пару минут, словно мраморная статуя, мужчина сбросил с себя куртку, оставив её валяться прямо на полу в луже воды, которая осталась от налетевшего снега. Каждый шаг Дмитрия отдавался эхом, отталкиваясь от стен и возвращаясь обратно к мужчине. Казалось, с каждым шагом ноги передвигать было всё труднее. Дмитрий плелся, потупив взгляд в пол, который был покрыт слоем пыли. Даже воздух в стенах этого помещения, спустя много месяцев, впитал в себя эту пыль. Коридор казался длиннее, чем обычно: пустые стены, на которых не было ни намёка на ремонт или же картину, отсутствие освещения, не считая маленькой лампочки в прихожей, свет которой еле доставал до самого коридора, — всё это выглядело жалко, включая самого Дмитрия. В глазах Дмитрия слегка потемнело, а сердце без причины забилось учащённо. — Ну вот опять… Дмитрий навалился плечом на стену, стараясь смотреть прямо и дышать равномерно. Ему на мгновение показалось, что его кто-то душит или же медленно давит на плечи. Сбитый взгляд мужчины искал в пространстве то, за что можно было бы зацепиться, чтобы убедиться, что он здесь и сейчас. Невидимые руки медленно сжимали его горло и плечи, пока сердце отчаянно пыталось справиться с внезапно появившейся тревогой. — Я в квартире один… Здесь только я, я один… Тихо повторял Дмитрий, пытаясь убедить самого себя. Казалось, прошла вечность, но вот наконец его начало отпускать. Дыхание выровнялось, а сердце больше не стучало так быстро. Ощущение рук тоже пропало, хотя в горле оставался противный ком, как будто он мгновение назад чем-то подавился. Отойдя от стены, Дмитрий поднял голову. Взгляд его упёрся в лестницу, которая вела на второй этаж. Мужчина, глубоко вздохнув, начал подниматься. Каждая ступенька угрожающе скрипела, хотя Дмитрий уже не обращал на это внимания. Всё, что его сейчас волновало, — это чистка зубов перед сном и пыльная подушка в спальне. В голове его промелькнула мысль, что он похож на животное, которое заперли в клетке и держали без света настолько долго, что всё, что ему оставалось, — это есть, как только он чуял еду, и спать, когда терялось понимание времени. Дойдя до ванной, Дмитрий провёл по пыльному зеркалу рукой, оставляя след отражения, в котором он мог увидеть себя. Слабое, жалкое существо. Дмитрий с разочарованием на лице перевёл взгляд на ванну рядом, протянул руку, чтобы повернуть кран, но это ничего не дало. Одна лишь капля с характерным звуком ударилась о дно ванны. — Хоть почку продавай… Сокрушённо пробубнил Дмитрий. Денег на оплату воды у него не осталось, вся зарплата уходила на электричество и хоть какое-то пропитание. Почистив зубы старой жёсткой щёткой, он сполоснул рот водой из стаканчика и выплюнул эту воду обратно. Вернув стакан на прежнее место на раковине — до следующей чистки зубов. Выключив свет в коридоре, Дмитрий, стягивая брюки по пути, бросил их на пол рядом с кроватью и натянул на себя порванные шорты. Рубашку он переодевать не стал, так как она была чуть чище, чем все его футболки. Мужчина рухнул на кровать, подняв этим действием волну пыли, перевернулся на бок и, свернувшись калачиком, провалился в беспокойный сон.