Червовый туз

Его окружает толпа зевак, то тут то там слышны восторженные возгласы. Парни неверующе показывали на него руками, а девушки восхищённо кричали при очередном взмахе карты. Но несмотря на такое пристальное внимание, ни один из них не мог уловить суть. Ведь весь секрет был как раз-таки в том, чтобы перестать следить за деталями. – Подходите ближе, не стесняйтесь, – Макс чувствовал себя абсолютно уверенно, как рыба в воде, пока в его руках была колода карт и он мог ею управлять. Он абсолютно автоматически, практически на рефлексе, перекидывал их из ладони в ладонь, они порхали в руках искусного мастера, словно бабочки, беспрекословно слушаясь его. И даже огромная толпа людей, окружившая его, не тревожила, пока он занимался любимым делом. Так исторически сложилось, что в этом клубе ему позволяли выступать и не выгоняли, если Макс отваливал часть заработка. Это были копейки, но все были довольны. Вот и сейчас, в очередной вечер пятницы, Макс стоял в окружении очарованной толпы, внутренне усмехаясь. Страбоскопы слепили всеми оттенками фиолетового и синего, но Ферстаппен видел перед собой только свои руки и 54 карты. Музыка долбила в уши, диджеи крутили хиты 2010-х, по типу LMFAO и Pitbull, отчего толпа раскачивалась ещё активнее. – А сейчас мне понадобится один доброволец… – Макс поднимает глаза, отрываясь от драгоценной колоды, начиная обводить взглядом толпу. Сначала он планировал выбрать какую-нибудь горячую девушку, но как только подумал об этом, его голубые глаза столкнулись с пронзительными зелёными, внимательно глядящими прямо на него. – Вот вы, молодой человек, да-да, вы. Не стесняйтесь, подходите. Зеленоглазый очаровашка в очках, скромно улыбнувшись, под громкое улюлюканье толпы вышел вперёд, встав посреди расступившихся зевак. У парня было острые черты лица, шоколадного цвета вьющиеся волосы и пленительные губы, сейчас изгибающиеся в милой улыбке. Впрочем, Макс не позволял себе отвлекаться, пока он «на работе». – Выбери одну карту… Не против, что я на ты? - Макс обворожительно улыбнулся, стараясь расположить к себе «жертву». Очаровашка кивнул. – Супер. Давайте тогда по классике, народ. Макс выбрал несколько карт, поворачивая их лицевой стороной к парню, рубашкой к себе. – Выбери одну карту. – Выбрал, – Ответил тот с акцентом через несколько секунд. – Запомнил? – Ага, – усмехнулся зеленоглазый. – Тогда, – Ферстаппен вернул карты в колоду, эффектно тусуя её и отвлекая внимание, переводя акцент зрителей совсем не на то, что нужно, через несколько мгновений снова обращаясь к собеседнику. Толпа даже затихла, ожидая. – Проверь карманы. Парень засуетился, ощупывая карманы широких светлых джинс, неверяще доставая из левого заднего игральную карту. Толпа ахнула. – Это - твоя карта? – Усмехнувшись, спросил Ферстаппен. – Да… Да это моя карта! – Очаровашка восторженно поднял карту червовый туз, демонстрируя её остальным, пока публика взрывалась аплодисментами и овациями. Макс скромно улыбнулся, опустив голову, поднимая раскрытые ладони, как бы демонстрируя свою непричастность к этой «магии». *** Проведя ещё несколько фокусов и трюков, Макс стал потихоньку закругляться и в конце концов окончил шоу, всех поблагодарив и собрав неплохой «улов» за сегодня. Такая вот подработка не была его единственным заработком, но всё равно являлась приятным бонусом, ещё и позволяла расслабится и заняться любимым делом. Он не ушёл сразу, решив, что может позволить себе продолжить вечер пятницы в атмосфере забытья и алкоголя. Заказав себе Кольт-45, Макс расслабил напряжённые плечи, отпуская прошедшую неделю, неспешно потягивая коктейль и покачивая головой под бит. – Что же такая звезда сидит здесь в одиночестве? – Спросил уже знакомый голос, и чёрная толстовка с надписью «Monaco» замаячила перед глазами. Очаровашка облокотился на стойку, вопросительно приподнимая брови, глядя прямо на Макса. – Звезда отдыхает от овации и внимания поклонников, – Усмехается Ферстаппен на такое бесстыдное вторжение в его личное пространство, впрочем, не сильно возмущаясь. – Тогда не против, если один из фанатов наберётся наглости и присоединится? – Парень обворожительно сверкнул глазами из-под модной оправы и Максу даже не захотелось его посылать куда подальше. – Что ж, от внимания от одного конкретного фаната не откажусь, – Произнёс фокусник, наблюдая, как очаровашка, довольный собой, запрыгивает на барный стул, заказывая в баре Лонг-Айленд. – Шарль, – Представился незнакомец, протянув руку. – Макс, – Ферстаппен пожал её в ответ. – Я знаю, - Шарль сделал паузу, делая освежающий глоток коктейля. – Некоторые местные называют тебя «Mad Max». Знаешь, у тебя есть определённая репутация и она бежит впереди тебя. – О, и какая же у меня репутация? – С наигранным интересом спросил Макс. Он прекрасно знал какая у него слава. – Ты тот самый холоднокровный иллюзионист из клубов, проворачивающий умопомрачительные трюки с картами и не только, – В красках описал парень, вскоре продолжив. – Одного не пойму: почему ты довольствуешься какими-то клубами и пабами. Я бы с твоим талантом пошёл намного дальше. – Совершенно не понимаю на что ты намекаешь, – Строя из себя дурачка, усмехнулся Макс, пряча улыбку в стакане с алкоголем. – Но спешу тебя разочаровать: я занимаюсь этим не ради денег или той же славы. Мне это просто приносит удовольствие. Вот и весь секрет. Шарль задумался, обдумывая ответ. – Впервые встречаю такого честного иллюзиониста. – А ты многих встречал? – М-м-м, если честно, нет, – Рассмеялся тот и Макс вместе с ним. Диалог шёл легко и непринуждённо. Между молодыми людьми прямо таким искрил воздух, но напряжения, как такого, не было. Так он узнал, что Шарль - монегаск, ему 22, как и самому Максу, он работает архитектором здесь, в Лас-Вегасе и что сейчас на личном у него пусто. Ферстаппен искренне наслаждался вечером. В какой-то момент градус повысился, а воздух между ними стал горячее. Алкоголь ударил в голову, заставляя развязать языки. – И всё же, – Шарль активно жестикулировал, кольца на его пальцах игриво блестели в свете софитов. – Даже зная суть трюка, я не понимаю как вы, фокусники, их выполняете. Это уму не постижимо. – Ловкость рук и многолетний опыт, – Макс действительно говорил правду: всё дело в многочисленных тренировках и сноровке, которую он отрабатывал ещё со школьной скамьи. – Если это так… Может продемонстрируешь, что ещё могут эти ловкие пальцы? – Шарль стрельнул в него глазками, кокетливо приподняв брови. Макс не мог упустить такой шанс. *** Горячие губы прижимались к его собственным в головокружительном поцелуе. Шарль практически повис на нём, закинув руки на его плечи, пока Макс держал его за талию и был, в общем-то, не против такого расклада. Они отрывались друг от друга, только чтобы сделать глоток воздуха и снова погрузиться в этот сумасшедший танец с головой. Макс почувствовал, как нетерпеливые руки закрались под его футболку, ощупывая бока и живот, поднимаясь выше и выше, задирая ткань, пока жаркие губы переместились с его собственных, ниже - на шею, оставляя на ней беспорядочные пылкие поцелуи, кое-где даже прикусывая. Макс резко откинул голову назад, давая Шарлю больше пространства для творчества, не сильно стукнувшись затылком о стену, что несколько отрезвило его. Так, надо бы потихоньку ретироваться куда-нибудь, пока их не застали. Он начал аккуратно двигаться по стеночке, утягивая за собой парня, пока рукой не нащупал дверной косяк. Повертев головой, он увидел на двери табличку со знаком мужского туалета. – Так, нам сюда, – Весело сказал он, хватая такого же довольного Шарля за руку, утягивая его в помещение. Здесь стоял полумрак, но глаза уже не слепили бешеные страбоскопы, а басы не били в уши, оглушая, теперь звуча лишь отдалённо, отдавая вибрацией по стенам. Похоже, здесь они были одни. Макс только повернулся к Шарлю, чтобы что-то ещё сказать, как все мысли вылетели из головы, когда его буквально впихнули в кабинку, и он снова почувствовал на своих губах чужие, а на коже под футболкой горячие пальцы рук, которые поднимались всё выше, в какой-то момент касаясь сосков и сжимая их, заставляя Макса удовлетворённо застонать и выгнуться. Ферстаппен в свою очередь тоже не стал стоять бревном, перехватывая инициативу, опускаясь страстными, быстрыми поцелуями к шее и ключицам Шарля, позволив себе шалость, в виде оставленного яркого засоса. Ему показалось, что Шарль не будет против. Его собственный член уже упирался в ширинку, требуя уделить внимание и ему. – М-м-м, – Шарлю явно приносили удовольствие все эти прелюдия, но Макс решил, что пора переходить непосредственно к делу. Он одним резким движением повернул их обоих, прижимая второго к стенке, перемещая ладони с талии Шарля, на его джинсы. Стоило ему только провести по уже вставшему члену рукой через плотную ткань, парень подавился воздухом. – Ещё… – Всё что пожелаешь, – Усмехнулся в ответ Макс. Он резво расстегнул молнию на широких джинсах, припуская их на бёдра вместе с боксёрами. Берёт член в ладонь, проводит сразу по всей длине, мгновенно получая в награду удовлетворённый стон. Макс проделывает эти махинации ещё пару раз, но не останавливается на простой дрочке и, напоследок целуя Шарля, который отвечает на поцелуй так, будто находится уже не здесь, опускается на колени. Шарль удивлённо смотрит своими очаровательными зелёными глазками на него сверху вниз, пока Макс, не разрывая зрительный контакт, берёт чужой член в рот сразу наполовину и Шарль, не зная куда деть себя, зарывается пальцами в его русые волосы. Ферстаппен мычит и начинает двигаться, задавая свой собственный темп. Постепенно он берёт всё больше длины и в какой-то момент кончик плоти упирается ему в глотку, и Шарль снова громко стонет. Напряжение в собственных штанах становится невыносимым и Макс одной рукой вслепую расстёгивает ширинку, доставая уже больно пульсирующий член и начиная надрачивать себе, пытаясь подстроиться под этот беспорядочный темп, не в силах его контролировать. Росинки слёз скапливаются в уголках голубых глаз, впоследствии скатываясь по красным щекам, вязкая слюна течёт по подбородку, но он продолжает с дикой отдачей сосать, чтобы наблюдать, как Шарль задыхается собственными стонами. Его пальцы всё ещё в волосах Макса, но он ни черта не контролирует ситуацию. В какой-то момент он пытается что-то сказать Максу: – Хей, я-я сейчас… Макс понимает, начиная сосать интенсивнее, к тому же помогая себе пальцами у основания, надрачивая Шарлю. От таких манипуляции он кончает со стоном на губах. Макс же всё послушно проглатывает, самостоятельно помогая себе до конца рукой. Кончив с удовлетворённым мычанием, он начал подниматься с колен, пытаясь вслепую найти туалетную бумагу, чтобы вытереть руки, как его резко, в какой раз за вечер, притянули для поцелуя. – Ты был охуенен, – Произнёс Шарль, когда они разорвали поцелуй, расслабленно и кокетливо смотря на него из-под стёкол очков, поигрывая бровями. – Ты тоже ничего, фанат, – Посмеялся Макс. На самом деле этот парень ему чертовски понравился, но раскрывать сразу все карты - не в его стиле. *** Шарль скучающе смотрел в окно, за которым светило солнце. Кажется, сегодняшний день улыбался всем, кроме него. Он провёл охеренный вечер в клубе в компании чертовски классного парня и даже получил самый восхитительный минет в своей жизни, но на этом всё. Они скромно разошлись и разъехались на такси кто куда. В пылу разговоров и поцелуев Шарль ни на секунду не задумался о том, что у него нет никаких контактов этого Макса. В следствии, он чувствовал себя отшитым и униженным. Чёртовы фокусники. Вообще-то, он искренне заинтересовался этим парнем. Помимо внешних данных, а этот трюкач был необычайно красив, не сомневайтесь, он был интересным собеседником и по-настоящему вникал в разговор, был начитанным и забавным, несмотря на свою репутацию. А о ней Шарль был наслышан, Ландо часто твердил о неком фокуснике Максе, который периодически выступает то в клубах, то на улочках Лас-Вегаса. Леклер целенаправленно его не искал, но нечаянно попав на его шоу, попал в плен этих ледяных глаз и не смог выбраться. Шарль оторвался от созерцания погоды и вернулся к своему занятию. Методично складывая одежду, он заметил те самые широкие светлые джинсы, в которых он был вчера в клубе. Перед тем как кинуть их в стирку, Леклер обыскал карманы и на секунду его постигло чувство дежавю. Он почувствовал какую-то картонку в левом заднем кармане и достав её, оказалось, что это была игральная карта - червовый туз. А на ней от руки написан номер. Без подписи. – Вот же чёрт… – Раскрыв глаза от шока, прошептал Шарль. И правда: ловкость рук и никакого мошенничества.