Гарантия безопасности

Натаниэль выключает телевизор, когда не выносит больше ни единой секунды в напряжённом ожидании новостей, которые должны перевернуть его мир с ног на голову. Напряжёнными пальцами он сжимает бокал с виски и делает медленный глоток, смотря через стекло на яркие огни вечернего города. Его взгляд тяжёлый, напряжённый. Прожигает стеклянные небоскрёбы так, словно те виноваты в том, что он совершил. Совершает прямо сейчас. Накопить деньги на киллера для своего супруга было не так сложно, как решиться сделать финальный шаг к своему освобождению от брачных оков. Развод с этим альфой был невозможен — он уничтожил бы его самого и его репутацию в ту самую секунду, как Натаниэль вернул бы ему кольцо. У него не оставалось другого выбора, но сейчас, ожидая объявления о том, что кандидат в мэры Рико Морияма был расстрелян во время своего выступления, Натаниэль чувствует, как от его рук несёт фантомной кровью. Отец пообещал его клану Морияма сразу же после рождения. Не стояло вопроса, кому он достанется — Натаниэль должен был оказаться избранником наследника компании, — но никто не мог предположить, что Ичиро Морияма вдруг решит сделать иной выбор. А Натаниэль достанется младшему ублюдку из этой безумной семейки. Он ожидал подвоха. Натаниэля готовили к жизни с кланом, предупреждали, что их деньги получены за счёт чужой крови, рассказывали, что ему нужно научиться прикусывать свой длинный язык и покорно опускать голову, но характер матери пробивался сквозь фальшивую покорность. Натаниэль получал за каждое непослушание сполна и только и успевал, что придумывать новые оправдания для прессы. «Упал с лестницы, так неловко вышло, кто бы мог подумать» «Обжёгся совершенно случайно о прикуриватель. Курение вредит здоровью, вы знали?» «Неудачно напоролся на нож» Едва заметное шевеление за спиной в отражении стекла заставляет напрячься. Натаниэль не дёргается и не оборачивается — лишь проводит взглядом тень, которая абсолютно беззвучно спускается по лестнице со второго этажа пентхауса. Ни звука, ни шороха, ни запаха — хотя Натаниэль мог бы поспорить, что это альфа. Он вообще человек?.. — Твой заказ выполнен. Голос наёмника вызывает невольный холодок по спине. То, с каким спокойствием он оповещает о том, что хладнокровно застрелил человека, заставляет чувствовать холодный ужас. Натаниэль был знаком с жестокостью, потому что вход в семью Морияма сам собой подразумевал близость к бессмысленным жертвам ради собственной выгоды, но равнодушие Эндрю (так он называется, когда впервые выходит на связь) всё равно заставляет собственное сердце пропустить удар. — Деньги в чемодане, — произносит Натаниэль, и Эндрю медленно делает шаг ниже на ступень. — На втором этаже. Останавливается. Вторая часть денег, если говорить начистоту. Аванс был огромным, но на основную выплату можно было жить без дополнительных заработков до конца своей жизни, если не сильно разбрасываться банкнотами. — Проводи меня. — Что? — невольно переспрашивает Натаниэль, находя взглядом чужие глаза в отражении. Нижняя часть лица затянута тканевой чёрной маской, но и верхней достаточно, чтобы почувствовать, что с этим человеком лучше не связываться в лишний раз. — Мне нужна гарантия безопасности. Натаниэль медленно разворачивается и встречается взглядом с наёмником. Тот едва заметно усмехается, когда он невольно делает шаг назад и упирается спиной в стекло. Чужих губ не видно, но тихий звук смешка и шевеление повязки выдаёт Эндрю с головой. — Я тоже не отказался бы от такой гарантии, так что убери свою… игрушку, — напряжённо произносит Натаниэль, кидая взгляд на пистолет в руках, затянутых чёрными перчатками. Эндрю весь в чёрном — сливался бы с тенью, если бы не светлые волосы, виднеющиеся из-под кепки. — Отсутствие оружия в моих руках не гарантирует безопасность, — отвечает Эндрю так спокойно, что Натаниэль верит — именно так оно и есть. Когда он опускает взгляд с его лица на руки снова, они уже пусты. Натаниэль знает, что наёмник достанет его сразу же, как почувствует угрозу или получит за это деньги. — Я провожу. Эндрю не сдвигается с места до тех пор, пока Натаниэль не подходит к нему, огибая по лестнице, а после беззвучно направляется за ним наверх. У Натаниэля и мысли не было о том, чтобы организовать засаду для наёмника или оформить подставное убийство, поэтому он входит в спальню первым и проходит в темноте к чемодану, лежащему на кровати. Он ненавидит эту спальню всей душой и сейчас, смотря на бывшее брачное ложе, чувствует подступающую тошноту. Отворачивается и тут же ловит на себе внимательный взгляд Эндрю. Он смотрит так, словно знает больше, хотя Натаниэль уверен, что никто во всём мире даже не представлял, насколько огромным мудаком был Рико Морияма. — Я промазал. — Что?.. Сердце пропускает удар, потому что даже мысль о том, что Рико выжил, заставляет дыхание сорваться. Эндрю едва заметно разводит руками, пересекая порог комнаты, и подходит ближе, притормаживая напротив Натаниэля. Тот только сейчас чувствует едва заметный густой запах пороха, который исходит от него, но не может понять, к чему это относится — к отпечатку его деятельности или же всё-таки к личному запаху, который неуловимо щекочет рецепторы и оседает на языке горячим железом. — Я не попал с первого раза, поэтому прежде, чем умереть, — Эндрю склоняет голову набок в лукавом жесте, — Рико Морияма мучился от боли. В янтарных глазах мелькает удовлетворение. Жуткое, пробирающее насквозь и, что наиболее страшно, находящее отражение в глазах самого Натаниэля. — Очень жаль, — произносит он сдержанно. Даже не сдерживает фальшь в ответе, и, судя по усмешке в глазах Эндрю, он считывает его благодарность между слов. Если бы Натаниэль знал об этой опции заранее, заплатил бы в два раза больше.