В новом кошмаре мы встретимся снова

      Глаз дëргался, руки дрожали, а ладони нервно сжимали и разжимали кинжал. Это же ради Спавна... ведь так? Иначе Спавн не будет гордится. Губы растянулись в нездоровой улыбке, разрывая только зажившую нежную кожу и заставляя недавние раны закровоточить вновь, окрашивая губы в красноватый цвет. Ту Тайм, не торопясь, подошёл к запылившемуся столу. Неосознанно вырезав на деревесине восьми-конечную звезду, он взял нечто, похожее на записную книжку. Тайм небрежно открыл еë, тем самым надорвав пару страничек. Неуспев записать пару фраз про дорогого, он заметил, как что-то выпало из книги. Культист нагнулся, задев стол локтëм, и поднял упавший предмет. Это была маленькая фотография, с размером с ладошку. Снова он, снова его лицо.       Спавнист прерывисто задышал, влага подступала к глазам. Он должен это сделать, это не обсуждается. Но какие-то остатки разума всë ещё кричали остановиться, эти слова неприятно ударялись об стенки черепа, разносясь всë громче и громче. Но затем вспомнились слова наставника Амараха о том как важен Спавн, и жертвоприношение обязательно. Брюнет кое-как выровнял дыхание и, сжав фотографию в кулаке, пихнул еë в карман.       Ноги поплелись к двери. Культист постарался придать себе спокойный вид, натянув на себя спокойную улыбку, не вселяющую страха. Не забыв спрятать холодное оружие подальше, чтобы лезвие не красовалось на виду, Ту тайм вышел из своего домишки и направился оранжерею. –––       Юнец подтянутого телосложения пользуясь лупой рассматривал дивные листочки гейхеры. Поправив съехавшую шляпу на голове, Азур поднялся с колена и подтянулся, нарушая тишину тихим хрустом от резкого выпрямления спины. Вдохнув свежий воздух, смешавшийся с ароматом зелени, ботаник удовлетворëнно улыбнулся. Растения сейчас хоть как-то его успокаивали. Неразговорчивость и отстранённость партнëра весьма настораживали парня, заставляя того сильно волноваться и накручиваться. Иногда ему даже казалось, что милейший Ту тайм его разлюбил. –Хоть бы сегодня мы смогли встретиться и поболтать... –Тихо пробормотал себе шляпник и склонил голову, сложив ладони друг к другу.       И кажется сам спавн решил исполнить его желание. Робкий голосок послышался за спиной. –Азур?..эм...Ты сейчас занят? Сердце забилось чаще от счастья. Парень воодушевлëнно ответил.– Нет конечно! Совсем не занят! Как же я рад тебя видеть, Тайми. Ты чего-то хотел? –А.. Ну... Сейчас всë равно вечер.. Может прогуляемся до нашей любимой поляны..? Мне нужно сказать тебе кое-что важное... –Что-то важное? Ну.. Хорошо, пойдëм... –Азураф заметил какую-то неуверенность в голосе возлюбленного, но решил не придавать тому значения.       Они отправились на любимую поляну паслëнов. Она не была слишком далеко, но за их путь Азур успел столько всего рассказать, даже несколько раз успевал вставлять слова по типу "люблю тебя", тем самым заставляя идущего рядом обеспокоенно отводить взгляд.       Когда парни наконец прибыли на место для "разговора", то повисла тишина. Но после того, как Тайм попросил садовника продолжать говорить, уточнив, что своë скажет чуть позже, тишина прекратилась и вновь заполнилась любовными признаниями, смешанными с интересными фактами про те или иные растения. Азур шëл дальше, вперëд, а Тайм неуверенно шагал позади, поглядывая то на фотографию, лежащую в кармане, то на в руке, который он периодически прятал за спиной.       Ботаник остановился всë также глядя куда-то вперëд, ища за какое растение вцепится взглядом. Но кроме паслëнов вокруг и не было других ярко заметных чудес природы. –Всё-таки паслëны такие красивые, правда? Прям как ты, мой дорогой паслен... В ответ лишь тишина, даже тихого "угу" не было слышно Азур обеспокоенно оглянулся.– Ту Та-... йм? . . .       Одна секунда и леденящий холод пронзил грудь. По подбородку потекла кровь. Ботаник медленно опустил взгляд, не до конца осознавая, что сейчас произошло. В груди был воткнут кинжал, руктять которого сжимали дрожащие бледные руки. Тайм повалил всë ещё шокированного Азура на землю, заставляя траву под ними промяться. Азураф попытался аккуратно вздохнуть, но резкая пронзящая боль не позволила тому это сделать по-нормальному. Он вскрикнул и болезненно поморщился. –Тайми?... Что.. Что происходит?... –Прости –Больно... –Прости –Я не виню тебя.. Но просто...что.. –Прости. –Тайм- –ПРОСТИПРОСТИПРОСТИПРОСТИПРОСТИ –Всë хорошо... –Я в-всë исправлю!.. С-сейчас.. –Рука брюнета потянулась к кинжалу. –Ту тайм! Не достава-       Неприятный и склизкий звук. Кровь брызнула слегка испачкав лицо сидячего убийцы. Азур выдохнул и зажмурил глаза. –П-прости.. Тебе больно.. Я.. Я сейчас верну обратно!.. прости... –Пожалуйста... просто воткни уже в сердце... . . .       Удар ножом, мимо. Второй удар, тоже мимо. Руки дрожали сильнее чем земля во время землетрясения. На третий раз уже вышло попасть в жизненно важный орган. Но перед этим юнец с кровоточащими ранами успел сказать свои последние слова. –Я люблю тебя... мой паслëн...       В глазах остался блик, но не из-за того, что в них осталась жизнь. В них остались слëзы, которые уже стекли по щекам. Ту Тайм задрожал ещё сильнее. Зрачки уменьшились, стали почти не видимыми. В панике, культист схватился за кинжал и стал беспрерывно пронзать тело под ним, словно это чему-то поможет, а не сделает только хуже. Но когда тот понял, что ничего уже не вернуть, оставил кинжал в месте, где должно быть сердце. По щекам текли горькие слëзы. Он обнял ещё тëплое тело и крепко сжал в объятиях, заляпывая себя кровью ещё сильнее. Из глотки вырвался пронзительный крик, который, наверное, слышали все вокруг.

Простипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипрости

Простипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипрости

Это ради Спавна. Всë ради Спавна.