Эдем

      — Тебя подвезти?       — Спасибо, но нет. Пешком дойду, — покататься на школьном лимузине Уэйнов — это, конечно, здорово. Комфорт, качество и скорость, особенно в сравнении с пешим ходом, и куда удобнее, чем на общественном транспорте, но не хочется быть под прицельными взглядами родственников Дэмиена, что будут добираться до дома вместе с нами.       А смотреть на меня будут так, будто я лягушка, которую надо препарировать.       Ещё с начала нашего общения с Дэмиеном, когда ему поручили надо мной, новичком, шефство, как самому ответственному в классе, а потом и совместным проектом по биологии загрузили, за нами постоянно наблюдали. Кассандра и Дюк — его старшие брат и сестра. Эти двое даже не скрывали своей слежки, да и, в отличие от остального семейства Уэйнов, им было проще, они так же, как и Дэмиен, учились в Академии. И потому на каждой перемене я замечала их поблизости. И сейчас тоже замечаю.       Дюка вообще сложно не заметить — у него яркий цвет кожи. Если бы мы были в Магиксе, то я бы искренне считала, что он родом с Андроса, так как такая тёмная кожа по большей степени присуща именно этому голубому миру, покрытому водой.       Но когда мы были в городской библиотеке, я увидела и даже познакомилась с самым старшим сыном мистера Уэйна — Диком, что работал в полиции; плюс промелькнул ещё один его родич, с выбеленной чёлкой и хмурым взглядом, даже мистер Уэйн специально проехал мимо окон библиотеки, настолько медленно, что становилось понятно, почему он выбрал именно этот маршрут и такую скорость.       Возможно, были и другие, но эти запомнились очень сильно, потому что смотрели так, будто сканером просвечивали, особенно тот, с выбеленной чёлкой, но имени его я не узнала. Дэмиен не сказал, только поморщился на его появлении, а я сама не стала интересоваться — в тот момент слоны, которые были темой нашего доклада, казались куда интереснее.       Нет, с моей стороны тоже наблюдатели были, но они мирно росли в горшочках и кайфовали от обилия света и воды, всем естеством погружённые в фотосинтез. Пусть и наблюдали, но на нервы не действовали.       — Митленд тебя толкнула плечом, именно поэтому ты не хочешь ехать, да?       Я как бы всегда не хочу, но ты вынуждаешь. А насчёт Митленд… Почему из всех детей в Академии я сошлась именно с самым умным? Он уже сопоставил всё. И да, он прав. В прошлый раз толчок плечом закончился дракой за школой. Хорошо, что до вызова родителей дело не дошло, разобрались на месте, в кабинете у директора.       И сегодня, возвращаясь с обеда в класс, Митленд вновь вызвала меня «на бой». И не побоялась на глазах у Дэмиена. Одноклассницы в этом мире у меня какие-то тупые, и, глядя на них, я всё больше вспоминаю девчонок из Колледжа Линфеи. Как они там? Отбили атаку древантов?       Лучше не думать. Не травить себе душу.       — Дэмиен, мне неудобно.       И так все думают, что я на прикорме у Уэйнов, что на самом деле отчасти правда, пусть и не совсем так, как думают остальные. В любом случае не хочется привлекать к себе лишний раз внимание.       По легенде, мой погибший отец получил повышение и перевод из дочерней заграничной компании Уэйн Корпорейшн в главный офис и только оформил все документы, как погиб. Ну а мы, я, моя мать и ещё не родившиеся близнецы остались без кормильца, и потому нам выплачивалось пособие по потере кормильца, ну и мистер Уэйн добавил от себя пару тысяч долларов. Видимо, считал себя виновным.       Мне даже порой кажется, что и моё одобрение в приёмной комиссии Готэмской Академии — тоже дело рук отца Дэмиена.       — Как ты сказала в прошлый раз, неудобно штаны через голову надевать, поэтому пошли, подвезём тебя до Старого Готэма.       — Ты меня ещё к двери дома подвези, — сдаюсь и иду за ним следом по школьному двору, к воротам.       — Не против, но лимузин не проедет по вашим узким улочкам, — и никто не знает, как я благодарна за это тем, кто когда-то жил в моём районе, века так два назад, и строил самые узкие улочки.       Появление лимузина в Старом Готэме привлекло бы внимание наших соседей с Аллеи преступлений, а вот этого совсем не хочется. Нам и полицейских патрулей на мотоциклах хватает. И людей Красного Колпака, чьи мотивы неизвестны, но выглядят они пугающе, когда я просто Миэли, а не Папилон.       — Здравствуйте, мистер Пенниуорт.       — Здравствуйте, мисс Штейн.       Единственный, кто никогда меня не напрягал из семьи Дэмиена, так это их дворецкий. Чем-то на папу моего похож, не сильно, но сходство есть, как внешнее, так и в поведении.       Пятнадцать минут езды по удивительно свободным дорогам — пробки рассосались, видимо, чтобы снизить градус моего напряжения под любопытными взглядами родственников друга, и вот мой поворот, слишком резкий, лимузин не войдёт в него.       — Спасибо, мистер Пенниуорт. Пока, Дэмиен, Дюк, Кассандра, — двое последних попрощались лишь кивком головы.       — Завтра мы тебя отсюда заберём, — чистейший приказ, — будь на этом повороте в восемь, — спорить с Уэйном-младшим, когда он говорит таким тоном, всё равно что бетон удобрениями поливать — бессмысленно и бесполезно.       — До свидания, мисс Штейн.       — До свидания, — помахала рукой, — спасибо ещё раз.       Машина Уэйнов поехала дальше, а я, поправив лямки портфеля, пошла к своему дому — он находился в середине улицы. Такой же неприметный, как и все здания нашего района.       Не отказала себе в удовольствии полюбоваться преображённой улицей. Старые постройки удивительно гармонично сочетались с растениями, некоторые заброшенные здания, которые по-хорошему и вовсе следовало бы снести, а на их месте построить новые, можно сказать, вздохнули с облегчением, так как их теперь поддерживали мощные и сильные стволы деревьев.       Как и сказал ранее Дэмиан, улицы слишком узкие, дома вплотную прилегали друг к другу, поэтому не только лимузин не проедет, но и большая строительная техника. А ручками реставрировать или же полностью разбирать здания никто не будет. Лучше отсутствующими средствами в бюджете отмахаются, чем работать будут.       Я была права — даже дышать стало легче. Не зря два месяца готовилась к тому, чтобы приблизить Готэм к библейскому саду хоть немного. Уверена, что и Айви понравится. К тому же она в последнее время была слишком вялой из-за загрязнённого воздуха, а выехать на природу мы не можем: у меня школа и ассимиляция в этом мире и обществе, а у неё — шлейф славы эко-террористки, а лицо известно правоохранительным органам и Бэтмену с его семейством. Поэтому пришлось выкручиваться.       Да и отвлечение внимания получилось что надо. Все думают, что это Плющ и Папилон. И правильно думают, вот только никому и в голову не придёт соотнести беременную вдову-иностранку и Айви. Уверена, что все законники прочёсывают старые лёжки Айви, которые далеки от нашего нынешнего места проживания.       — Привет, Фрэнк, — скинула уличную обувь и, повесив портфель на вешалку, сообщила о своём прибытии, что удивительно, Фрэнк не вышел меня встречать, видимо, решил заныкаться в своём горшке, придумывая саркастические шутки про беременных или про фей, что забыли про важность опыления и тратят пыльцу на всякую фигню.       Но главное, чтобы этот мутировавший из венериной мухоловки и лозы цветочек не нашёл травку. Хотя запаха нет.       — Мэл, детка, дорогая, у нас ЧП, — Фрэнк мог и не предупреждать, ЧП сидело на моём любимом кресле из разных видов мхов и сердито на меня смотрело, пока Айви, расположившись на диване в позе лотоса, с удовольствием уминала фрукты и овощи с большого листа лозы.       — Привет, Харли, — теперь понятно, почему Фрэнк сидит в горшке — оттачивает своё остроумие на гостье.       — Это всё ты виновата! — её визгливый голос сильно резанул по ушам, и я мысленно поблагодарила Великого Дракона за то, что являюсь феей природы, а не звуков или мелодий, иначе подобная атака была бы намного. Намного. Больнее.       — В чём? — Фрэнк машет мне одним стеблем в знак приветствия, а вторым пытается спереть сливу с листа лозы. Выходило плохо, Айви бдила.       — В том, что Айви похожа на бегемота, — сразу же высказала суть своих претензий Харли.       — Если ты не заметила, я девочка, я не смогла бы оплодотворить Айви даже путём опыления.       — Мэл, детка, это очень чёрный юмор.       — Учусь у лучших, — Фрэнк довольно оскалился, показывая свои костяные наросты, что заменяли ему зубы, до нашего с ним знакомства они были коричневыми и мягкими, но, как фея природы, я избавила его от дефекта, теперь он может ими перемалывать кости, сам себе создавая минеральную подкормку.       — Айви, зачем тебе эта соплячка, от неё у тебя одни проблемы, — забыв обо мне, обратилась к моей приёмной матери арлекина.       — А зачем тебе Джокер? — прожевав и проглотив красную помидорку черри, вопросом на вопрос ответила Айви.       Я же спокойно поднялась на второй этаж, где сняла с себя школьную форму, жутко неудобную и тёмную, и переоделась в домашнее. Пижама из чистейшего хлопка, без всяких примесей и красителей, что уже становится мала, но так удобно! После пришлось спуститься вниз.       Как оказалось, я ничего не пропустила. Харли описывала, какой мистер Джей прекрасный и вообще недопонятый гений, — я не удержала постную мину, благо, что подруга Айви этого не заметила.       Флора так же описывала мне своего Гелию, почти слово в слово. Гелия мне не нравился в её рассказах, при встрече, когда она привела его знакомиться с родителями, впечатление о нём не стало лучше. Высказывать своё фи ни при всех, ни наедине с Флорой не стала. Её всё устраивало. И сестра искренне его любила. А он… он сволочь и плесень. За столько лет отношений с моей сестрой ничего не добился и даже ни разу не намекнул на супружество, при этом зная, что тем самым позорит фею-хранительницу Линфеи.       Вот и Харли так же описывает своего мистера Джея. Видела я его по телевизору, который мы завели, чтобы Фрэнк мог смотреть свою любимую передачу «Клуб нянь». В новостях показывали, когда Бэтмен его поймал и конвоировал в Аркхем. Отдам должное, Гелия был куда симпатичнее Джокера, но оба лохи. И как бы меня ни убеждали в обратном, ничего не изменится.       — Малышка, спаси меня, — видимо, даже Фрэнк устал слушать о том, какой классный Джокер, и сбежал из гостиной ко мне на кухню, где я решила приготовить фруктовый салат, к несчастью, кашу из злаков, что я сварила утром, съела Айви, хотя… учитывая, что об этом мне сказал Фрэнк, вполне возможно, что Айви здесь ни при чём.       Первый друг Айви, а также её первый сын и как бы мой старший брат пересказывал мне, что произошло до моего возвращения из школы. Харли была недовольна. Даже хотела выбросить мои вещи, но Айви заставила ту сидеть и не рыпаться. Ничего нового в общем-то я не узнала.       К моменту моего появления в гостиной с тарелкой салата Харли наконец закончила свою оду прекрасному мудаку. По лицу Айви становилось видно, что она услышанному не рада.       — Маленькая мерзкая тварь, — почти плюнула в мою сторону она.       — Харли, — предупреждающе проговорила Айви.       — А что сразу Харли? — и столько искреннего недоумения, что, кажется, даже наш маленький сарказм в цветочном горшке пробрало, а не, показалось, это просто Фрэнк пытается умостить увеличившуюся задницу в свой горшок. Движение пальцем, и спальное место говорящей мухоловки стало больше.       — Люблю тебя, детка, — и лианы в форме сердечка сложил.       — И я тебя, — отправила ему воздушный поцелуй, к несчастью без пыльцы. Я сейчас в магическом плане почти на нуле. Даже такое простое действие, как увеличение горшка, даётся с трудом.       — Ну вот скажи мне, Айви, эта мерзавка стоила того, что с тобой сейчас происходит?       С самой первой встречи мы друг другу не понравились. Да, то обоюдно, но… Видимо, у Квинн в последнее время крыша потекла ещё сильнее, раз она пытается самоутвердиться за мой счёт. Или думает, что, оскорбляя меня, получит плюс к карме?       Не понимаю я местных психов. И понимать не собираюсь.       Зря я, наверное, в своей эко-кампании захватила Аркхем. Но в оправдание скажу, что у меня в том месте контроль был очень слабым, поэтому я не думала, что из всех ненормальных сбежит именно эта психопатка. А не, она же сама как-то упомянула, что она социопатка. А впрочем, разницы не вижу.       — Стоила, Харли.       — Я не понимаю, — арлекина опустила голову на руки, — как ты из борца за природу и её господство над планетой скатилась в это, — руки Харли указывали на большой живот, из-за которого Айви своими силами перемещалась с трудом в последнее время, только с помощью растений.       — Очень просто, Харли, — они мои семена в этом мире, — Айви улыбнулась, положив руку на живот, — если чего-то не смогу я, смогут они.       — А если дефектные, в папашку своего? А кстати, папаша-то кто?       Этот вопрос не только меня интересовал, но и Фрэнка, что перестал таскать из моей тарелки кусочки фруктов. Напрямую я Айви не спрашивала, но точно знаю, что дети появились сразу после того, как та отправилась за деньгами для нашей легализации.       Легализация прошла успешно, потому что я учусь в Готэмской Академии и общаюсь с Уэйном-младшим. Уверена, что мистер Брюс пробил меня по всем базам и не нашёл к чему придраться, потому и не запрещает сыну общаться со мной.       — Не важно. Важно, что я жду их появления больше всего на свете. — Когда арлекина свалит, спрошу ещё раз, есть вероятность, что Айви не хочет говорить про отца детей именно из-за Квинн. Всё же Харли частенько её кидала ради своего ненаглядного мистера Джея. Фу. Да даже наша встреча произошла как раз таки после очередного возвращения Харли к Джокеру.       — Кстати, Харли, — ой как нехорошо улыбается Айви, но, кажется, её подруга не поняла смысла этой улыбки. Тем приятнее будет видеть, как маман раздавит её. Уверена в этом.       — Да?       — У вас с Джокером всё серьёзно, так ведь?       — Конечно, мистер Джей такой!.. — и даже глаза закатила, щас ещё слюни пустит, наверное, нет, не пустила, и хорошо. — Правда, ты ему планы немного подпортила, превратив Готэм в дендрарий… Или это была не ты?       — Я это была, я. Миэли мне помогала.       — Пф… Ни на что не способна, — прям как ты, но этого я не сказала, не стоит расстраивать Айви мордобоем, да и обозлённая Харли может запросто сдать нас властям, а вот это ни к чему, по крайней мере пока Айви не родит и малыши не подрастут.       — Может, вам уже тоже пора?       — Что пора? — кажется, Харли не поняла, но зато мы с Френком всё поняли и потому активно жевали фрукты, о которых забыла Айви, — мой салат слишком быстро закончился.       — Стать родителями. Тебе и Джею. Уверена, у вас будут очень милые детки… — Айви расписывала о том, какими чудесными родителями будут два психопата, а Харли лишь ловила ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, и круглыми глазами смотрела на беременную подругу.       Я почти уверена в том, что Харли считает Айви поехавшей окончательно. И это к лучшему. Меньше доставать будет. И кстати! А как она узнала, где мы живём?       — Ты и вправду считаешь, что мы с мистером Джеем будем прекрасными родителями?..       Нет. Не считает. Она реально поверила в эту ахинею? Или же где-то глубоко в душе мечтала о чём-то таком?       — Конечно, Харли. Думаю, что тебе надо всё обсудить с Джокером. Кстати, ты у нас останешься?       — Нет, не хочу, — ясно-понятно из-за кого, — да и мне надо спешить, столько дел! Готовься увидеть репортаж о грандиозной подлянке для Бэтмена.       Квинн достаточно быстро умотала от нас, попрощавшись с Айви поцелуем в щёку, — мне достался презрительный взгляд. И слава Великому Дракону, я с этой психопаткой целоваться ни в щёку, ни в засос не горю желанием.       — Айви.       — Да? — возвращая себе листок лозы.       — Откуда она узнала наш адрес?       — Не знаю, — судя по интонации, Айви подумала о том же, о чём и я. О проблемах. Больших проблемах.       — Юху! Мы переезжаем! Мэл, детка, горшок опять жмёт.       — Завтра куплю тебе новый, — сегодня мне не до горшков.