Дар

      Она видит как ломает Меглина, знает про таблетки с психиатром и лично видела того в приступах острого психоза. Он не говорил ей ни разу что видит во время своих "приходов", но у нее красный диплом в университете не просто так, как и ученичество у гения среди следаков. Они почти постоянно вместе на работе и вне. Поэтому она наблюдает. Всегда наблюдает, чтобы понять, заметить, проанализировать и разложить по полочкам в разуме этот замудренный метод расследований, который вызывает зависть и восхищение у всех остальных. Поэтому она замечает, что тот говорит слишком четко о прошлом маньяков, слишком точно угадывает события детства, слишком правдоподобно прогоняет через себя сцены минувшего. Почти в любом поступке Меглина прослеживается чертово "слишком". Слишком точно и слишком неосязаемо, слишком мягко и слишком радикально, слишком поучительно и без информации совсем. В начале не слишком бросалось в глаза, но потом был переломный момент. Это стало заметно по делу того душителя, который чуть не убил ее. Это были не просто галлюцинации психоза. Меглин проживал в роли убийцы избиения одноклассницами в начальной школе и последующее удушение с пожирающей ненавистью. Тогда они не знали про издевательства и не имели никаких намеков о детстве маньяка. Да, можно было предположить, что детство было не очень и над мальчиком издевались, но где, кто, когда и почему - нет. А тот как с цепи сорвался, побежал в глубь парка на ходу анализируя все и собирая портрет маньяка будто бы пазл с готовой картинкой, чтобы следом начать задыхаться в кустах и замереть взглядом на выцаранных именах. Не знал, не видел, не строил догадок. Но нашел. Утверждал. Был уверен.       Есеня не думала про это в таком ключе. Жила в заблуждениях, что это метод, что это внимательный взгляд, что это чутье, что это опыт, что угодно ещё. Но тогда в психушке поняла отчётливо, что это такое. Нет, это не врождённое и не приобретенное человеком. Сниспосланное. Она смотрела в глаза Ольги и терялась во времени, ловила приступы мигрени и видела, видела, видела без лекарств. Знакомые синие глаза чудились ей отрывками видений днём и приходил ночью кошмарами рука об руку с болью и слабостью. Так похоже на приступы Меглина. И тогда она поняла в один момент все. Не было никакого чертова метода и учил он ее не ему, а вкладывал в разум этот проклятый дар видеть незримые связи и учил им пользоваться, развивал его, тренировал. Каждой опасной ситуацией, каждым жестом доверия, каждый раз когда отталкивал или не считался. Таким образом он закалял ее разум, тренировал тело и подготавливал психику, обучал самоконтролю и вкладывал моральный компас обратного, чтобы она смогла справиться в будущем самостоятельно. Постепенно, аккуратно и незаметно ставил ее в такие ситуации, что приходилось скорее выживать, чем расследовать. И тогда ей оставалось только полагаться на навообретенные навыки чувствовать связь через прошлое, чтобы добраться до истины и найти ответы. Ведь именно оно может многое рассказать о настоящем и даже о будущем, которое уже не случится. Не зря многих тот убивал. Некоторых между делом, как Белых, некоторых чужими руками, как Головко, но многих лично. Даровал смерть как искупление, спасение или карму. Лишь редкий процент оставался в живых. Пленителя девушек тот пожалел, потому что тот просто поехавший крышей псих, а врача уколол его же составом и утопил, как тот сам топил своих жертв. Он платил убийцам той же разменной монетой.       И отплатит ей тоже.       Когда ее дар полностью раскроется, то тот умрет. Она уверенна в этом. На нем слишком много смертей, слишком много убийств, чтобы его метод не сработал на нем же. Есеня уверена, что тот попытается убить ее, но к тому времени она будет уже готова. Он уже дал ей оружие, в котором она уверена, научил использовать метод и закалил. И тогда уберут ее тоже. Меглин существует без телефона, принимает зарплату только наличкой и никто не знает о нем правды. Человек-призрак, человек-ветер. Он появился тут, а потом там, чтобы следом появиться где-то ещё, всегда неуловимый и плоский для окружающих, несуществующий, а из документов только удостоверение следака. Словно это последнее, что удерживает его в душу в этом мире. Предназначение. Мстительный дух по души убийц, карающий меч правосудия, а не закона. И он кует из нее меч уже по свою голову. Она чувствует это, чувствует приближение конца. И совершенно постыдно боится. Боится конца, боится убийства, боится прощания. Это будет уже конец. Точка. Финал. Не будет совместных расследований, не будет подколов, не будет тихих вечеров под треск камина, не будет даже этих дурацких кактусов и неудобных сидушек в машине. Ничего не будет. Не будет, не будет, не будет. Будет только она и сжигающий ее разум метод, который они взрастили в ней. И другие ученики. У Меглина их много, она чертовски уверена в этом, хоть и видела только четверых. А ещё "коллеги", которые тоже подсели на эту адреналиновую иглу обояния метода. Глухой тот же самый. Сколько лет за бесплатно пашет на майора без зарплаты и даже не возникает. Любой запрос направь, а он тут же с радостью возьмётся за дело. Нет, тот, конечно, работает на полицию, но запросы Меглина всегда в приоритете, первоочередные. Она тоже скоро будет. Она тоже будет жить в этой же дыре где-то в заднице города, кататься на этой же же развалюхе, жить такой же развалюхой от запоя к запою без друзей, телефона и личности.       Только папа сказал, что под Меглина копают, а значит после оплаты передачи дара вцепятся зубами уже в нее. УСБшники вцепятся в нее мертвой хваткой. У нее есть прошлое, есть настоящее, есть близкое окружение, а расстрел отметили, таким образом из системы учёта людей не выйти. Ее будут допрашивать в попытках узнать о том каким был Меглин, чтобы разобраться в причинно-следственной связи его поступков и в том как работает метод. Допрашивать будут мягко, делая уступки, чтобы получить то, что не может дать никто - правду. Откровения, которые Меглин оберегал всю свою жизнь и которые нельзя получить после его смерти без ее согласия. Такое выпытать после закалки майором не удастся. Это сформировало ее, дало основу, которая позволила стать вторым Меглином. Такие люди нужны в полиции, таких людей берегут. Не всегда закон на стороне морали, чтобы назакать преступника по заслугам. И тогда приходит на выручку волшебный майор, который решит все проблемы. Громкие дела - его, тяжёлые - тоже.       А потом будут ее.