В рубиновом сне

Особняк никуда не исчез. Он всё также стоял на отшибе, похожий на логово главного злодея, которым, видимо, брат Романа больше не являлся, по крайней мере, другой человек решил занять его место. Может ли у истории быть два главных злодея? Карета проехала через ворота и остановилась. Рома вышел и оглядел дом — тот выглядел точно так же, как и в тот день, когда он отправился в своё маленькое путешествие. На небе темнели облака, намечался небольшой дождик. Дверь распахнулась и из неё, запыхаясь, выбежала Анна. — Здравствуйте, господин, — женщина оперлась руками о колени и, отдышавшись, продолжила, — вы вернулись! — Здравствуй, Анна, ты в порядке? — обеспокоено спросил он. — Да, но о вас тут надо беспокоиться, я слышала, что вы снова пострадали. — Давай не будет об этом, я ужасно устал с дороги и не прочь перекусить. — Пойдёмте, скорее пойдёмте. Родион не вышел встретить его, конечно, он до сих пор дулся. Рома поел, принял ванну и направился в кабинет. Он долго отсутствовал, срочных дел накопилось много и чем раньше Рома начнёт разбирать документы, тем лучше. В кабинете он первым делом открыл окно и впустил чистый, свежий воздух, Анна не проветривала кабинет, боялась, что бумаги, которыми заставлены стол и стулья, сдует ветром, и они затеряются. Роман освободил кресло и сел. Дождь барабанил по подоконнику, пахло свежей листвой, вдалеке гремела гроза, кабинет погрузился в полумрак, Рома почувствовал тоску и щемящую ностальгию почему-то далекому, почему-то, что он забыл. Роман стал пролистывать бумаги и решил просто отсортировать их по важности, а уже завтра разобраться с теми, которые не терпят отлагательств. В дверь постучали. — Войдите. Зашёл Родион. Он, как всегда, выглядел опрятно, но при этом по детски наивно. Эта его черта останется с ним даже во взрослом возрасте. Мальчик загорел, его и так светлые волосы выцвели, веснушек на лице прибавилось. — Здравствуй, брат, я пришёл поприветствовать вас, — поздоровался он. — Здравствуй, как твои дела? Как учёба? — Хорошо, учителя меня хвалят. — Родя солнечно улыбнулся, так, как улыбаются люди, гордые своими достижениями. — Молодец. Он не знал, о чём ещё говорить с братом, тот до сих пор обижался на него за то, что Рома уехал. — Тебе ещё что-то нужно? — Нет, пожалуй, это всё. — Спасибо, Родион, — сказал Рома, пока брат не успел уйти. — Я не знаю, за что вы меня благодарите, — мальчик быстро взглянул на него и поспешно вышел. *** Жизнь потекла своим чередом. Рома крутился как белка в колесе и недоумевал с того, что должен так много работать. «Разве я не аристократ, почему я просто не могу лежать на диване и отдыхать, что за несправедливость, — сокрушался он». Как бы Роман не хотел съездить с братом на море, но из-за его незапланированного отпуска и из-за кучи дел, которые навалились на него, он мог только мечтать об отдыхе. Рома нанял бухгалтера и секретаря, но работы, казалось, становилось всё больше и больше. Он уладил проблемы с приютом и нашёл туда новую воспитательницу, за которой периодически присматривал, ему не хотелось, чтобы дети оказались в опасности. Самое главное — Рома старался больше не впутываться в неприятности и спокойно жить в особняке. *** Стояла ужасная жара. Рома даже на секунду подумал, что всё-таки попал в ад. Сам он отсиживался в прохладном кабинете, но вот Родиону приходилось заниматься фехтованием на улице. В такое то пекло! Рома предлагал ему отдохнуть, но тот отказался, мальчик благоразумно (по его мнения) решил, что если он хочет преуспеть в учёбе и фехтовании, то должен приложить больше усилий, чем тогда, когда учился в пансионе. Но этот день превзошёл предыдущие, так как духота была невыносима. Анна приготовила лимонад и легкие закуски, Роман сам вызвался позвать брата к столу. Солнце ярко светило на безоблачном небе, пели птицы и шумели деревья. Он шёл, обмахивая кожаной папкой с документов, что не очень-то помогало. — То есть тут есть амулеты от всего и для всего, но зашиты от жары нет, — ворчал он. Рома приблизился к площадке, которая была построена специально для тренировок Родиона — она располагалась за домом, в одном из уголков их необъятного сада. Родион тренировался — наносил точные быстрые удары по манекену и не выглядел уставшим. Роман подошёл ближе, учитель фехтования увидел его и поздоровался. — Жарко тут, — начал Роман, — Анна приготовила лимонад, пошли, на сегодня хватит. Вы тоже можете присоединиться, — обратился он к преподавателю, тот поблагодарил Рому, но отказался и быстро откланялся. — Я бы ещё позанимался, — весело сказал Родя. — Отдохни сегодня, если хочешь, можешь сходить с Анной в город. — Ладно, — без особого энтузиазма сказал Родя. — Если не хочешь, можешь не идти. — Да нет, схожу, как раз хотел купить книг. Родион шёл чуть впереди и Рома подивился, насколько брат вырос, а ведь прошло не так много времени с того момента, как Роман переселился, а младший брат уже ему по плечо. — Как быстро растут дети. — К чему вы это? — непонимающе спросил Родя. — Говорю, ты сильно вырос. — Ага, я думаю, что когда стану взрослым, буду высоким, намного выше вас брат. — Да, будешь, я уверен в этом. — Рома пожал плечами. — Как моя мать, да? — Родион остановился, нахмурился, повернулся к старшему брату и посмотрел на него с плохо скрываемой злобой, а потом рванул с места и убежал. «Переходный возраст? — спросил Рома». «Наверное, — неуверенно ответил Голос.» Мать Родиона была высокой, но Рома даже не задумывался об этом, когда говорил и не хотел обидеть брата. В книге Родя умел сдерживаться и оставался хладнокровным даже тогда, когда задевали его гордость, поэтому, возможно, такое поведение даже хорошо? Рома решил извиниться, брат нашёлся на кухне, он пил лимонад и, вроде, успокоился, но Рома чувствовал, что должен объясниться. — Я не имел ввиду твою мать, ты сильный маг, сильные маги часто высокие. Родион вздрогнул и посмотрел на него, на несколько секунд в его глазах промелькнуло что-то темное и ужасное, что-то, что сулило миру и людям катастрофой, но потом он снова стал просто ребёнком. — Да, я знаю, простите брат за моё поведение. — Ничего, но я настаиваю, чтобы ты отдохнул хотя бы неделю, пока не спадёт жара! — Хорошо, брат. *** — Красиво тут! — сказал Илья, сорвал одуванчик и подул на него, белые парашютики разлетелись, ветер подхватил их и отправил в путешествие. — Да, не плохо. — У меня дом с небольшим садиком, но у тебя тут целый парк. — Ага, там дальше есть беседка, её недавно починили, можем прогуляться до неё. — Пошли. После событий в тёмном мире Рома и Илья стали друзьями, вроде как, Роман не знал, что значит дружба и друг, тем более, что он плохо помнил прошлую жизнь. Были ли у него друзья? Вроде бы он вёл затворнический образ жизни, но даже в этом он не уверен. — Как твоя рука? — Зажила, только небольшой шрам остался. -Это хорошо, точнее, плохо, — замялся Рома. — Ты до сих пор винишь себя? Не переживай, я же сам туда попёрся, да и теперь, когда прошло время, я даже благодарен тебе, это было самое захватывающее приключение в моей жизни. Кстати, что стало с приютом? Роман тяжело вздохнул. Ему пришлось проделать много работы, чтобы наладить жизнь в приюте после того, как владелица погибла. Вспомнив о женщине, Рома помрачнел, она могла сделать много добра, но погибла, да и не только она умерла из-за его вмешательства, Рома вспомнил Марфу, которая, конечно, была виновата в смерти другого человека, но ему её жаль. — Сейчас я все уладил, но из-за моих действий погибло несколько человек, я не могу перестать думать об этом. — Рома. — Что? — Они погибли не из-за тебя и не ты их убил, в их смерти виноваты их убийцы, понимаешь? — Да, но не могу перестать винить себя. «Какая глупость, — с раздражением сказал Голос». — Ты любишь чувствовать себя виноватым, да? — Возможно, я не уверен, что я вообще полноценная личность, у меня нет части воспоминаний из прошлого мира, и вообще нет воспоминаний из этого, только сухой текст книги и какие-то обрывки информации. Илья тяжело вздохнул, в отличие от Ромы он хорошо помнил прошлую жизнь, поэтому понять его в полной мере не мог. — Только это тебя беспокоит? Рома покачал головой и сказал то, о чем думал долгими, бессонными ночами: — Я много думаю о мире, о том, о чём я знаю и помню из прошлой жизни. Например, что всё состоит из атомов и подвластно гравитации, но люди в этом мире всегда полагались на магию и не вывели законы физики, которые, в этом мире работают точно так же, ведь так? Ведь Земля до сих пор вращается вокруг Солнца, я прав? Или тут Земля центр Вселенной, а Звезды, Солнце и Луна лишь декорации-пустышки? Атомов нет и всё состоит из огня или воды, или ещё чего, например, той же магии, потому что зачем необъятное пространство космоса и другие галактики? Зачем так заморачиваться с атомами, если это просто книжка про борьбу геройского героя со злым злодеем, я… — Не думай об этом слишком много, — прервал шизофренический монолог Романа Илья. Доктор положил руку на плечо Ромы и легонько сжал. — Если думать об этом, то можно сойти с ума или потерять волю к жизни. — Понимаю, понимаю, но знаешь, что меня радует? Что мы с тобой своим перерождением опровергли теорию квантового бессмертия и доказали существование души одновременно, — Рома произнес это бесцветным, спокойным голос. Шумели деревья, пахло лесом и мокрой травой, мир продолжал существовать дальше. Они пошли дальше. На самом деле Илья хотел поговорить с Ромой о "Легенде о герое" и узнать, что Роман знает такого, чего нет в книге, но видя его ментальное состояние, не стал загружать собрата по перерождению ещё больше, и решил сменить тему. — Как дела у Родиона? — Учиться, ведет себя как обычный подросток. — Это хорошо? Рома неуверенно кивнул. — Я до сих пор не уверен, правильно ли поступил, что забрал его из пансиона, но дома ему лучше. — Так у вас все нормально? — Думаю да, — Рома набрался смелости и спросил, — Всегда хотел спросить, как ты попал сюда, я имею ввиду… — Как я умер? а ты очень любопытный молодой человек, — Илья усмехнулся, — довольно глупо, на самом деле, я упал. — Упал? — С лестнице, споткнулся, я тогда был после тяжёлой смены, пошел домой никакущий, ну и упал, до сих пор помню хруст черепа, — Илья поёжился. — Прости. Доктор лишь махнул рукой, ему не хотелось вспоминать об этом, но и скрывать, как он умер, не видел смысла. — И всё равно прости, не только за вопрос, я загрузил тебя сегодня своими странными проблемами. — Про гравитацию, атомы и устройство солнечной системы? Если ты автор, а я почти уверен в этом, то должен знать, если вселенная этого мира устроена по другому, но раз ты не знаешь, то тут всё так же, как и было у нас на земле. — Думаешь? — с недоверием спросил Рома, — а как же магия? — Магия, она на то и магия, не думаю, что она так фундаментально влияет на устройство мира, — философски ответил Илья. — Наверное, ты прав. Беседка была в форме шестиугольника, белая, обвитая плющом по краям крыши, окон и входа, со столом и стульями по середине. Рома сел на один из стульев, а Илья наколдовал чайник с чашками. — А я так не умею, не понимаю, как правильно это сделать. — Нужно просто захотеть, да и я позаимствовал их у тебя на кухне, — усмехнулся доктор и сел напротив Ромы. — Говорю же, всё другое. — Представляй это, — Илья задумался на секунду, — как способность человека влиять на законы физики, но без их изменения, понимаешь. — Стоп, ты их телепортировал с моей кухни? — спохватился Роман, — у меня защита на доме стоит. — Ну, я ваш семейный врач, у меня есть разрешения на использование магии в вашем особняке. — Другой Роман разрешил тебе? Ты ведь знал его, да? До того, как я очнулся, каким он был? — Не думай об этом, — пресек его вопросы Илья, — незачем тебе знать и вообще я назначу тебе успокоительную настойку, типа нашей валерьянки, только магическая, будешь принимать её утром и вечером. — Зачем? — Рома отпил чай из фарфоровой кружки, чай оказался свежезаваренным, но не сладкий, Рома скривился. — Для успокоения. Илья наколдовал сахарницу. Дальше диалог пошел непринужденно и на обыденны темы, Рома лишь надеялся, что это спокойное время не затишье перед бурей.