Между ссорой

Первая ссора между Костей и Андреем прошлась по ним как удар током, также внезапно и неожиданно. По началу, это была мелкая бытовая, где парни начали спорить о том, кто виноват в том, что недавно их едва ли не спалили за поцелуями в туалете на третьем этаже. Уже потом это переросло в переход на личности и ссора обрела серьёзный смысл. Закончилось это всё скандальным расходом по домам, а потом и вовсе бойкотом друг для друга. Ни разговоров на перемене, ни встреч в их привычном туалете. Они делали вид, что не замечают друг друга, будто стали невидимками. Казалось, что их отношениям пришёл конец. Но так как никто не сказал «мы расстаемся», формально они всё ещё были парой. Эта неопределённость висела в воздухе и мешала обоим. Несколько дней подряд они бегали друг от друга и при случайной встрече взглядов закатывали глаза с таким театральным презрением, что аж скулы сводило. В ссоре не особо кто-то был виноват, наверное они оба, но каждый думал на другого и не хотел извиняться первым.  Андрей, обычно такой невозмутимый и ко всему равнодушный, тогда, наверное, впервые чувствовал себя так отчаянно. Может он и выглядел так, что даже не вспоминает о Косте, но на самом деле он думал о нём каждый день. Да что там день, каждый час, особенно на уроках или перед сном. Он не признался бы в этом ни за что, но эти мысли не отпускали его ни на секунду. Он, как и Костя, был в обиде из-за ссоры и не собирался извиняться первым, но отсутствие их частой близости по туалетам и дефицит поцелуев заставляли нервничать как никогда. Они постоянно сталкивались в школьных коридорах, но упорно делали вид, что не видят друг друга. Хотя это был всего лишь спектакль, ведь это было так изматывающе  — не смотреть. Андрей украдкой, жадно ловил взглядом Костину фигуру, когда тот был к нему спиной или когда никто не мог заметить этот взгляд, полный тоски. Костя же смотрел реже, расчётливо, ему нужна была реакция. А реакция у Андрея была бурная. Совсем недавно Костя начал всё своё время проводить с девчонкой Алисой из параллельного класса. Она была довольно симпатичной и милой, и если бы он не встречался с Дюшей, то, возможно, и правда мог бы ею заинтересоваться. Но даже в ссоре Костя всё-таки оставался верен своему парню. Он общался с Алисой лишь с одной целью — заставить Андрея ревновать и вывести его из равновесия. Теперь Костя после каждого урока прибегал к классу, где был урок у Алисы и проводил все перемены с ней. Она сама была не против и с удовольствием разделяла весь учебный день с этим парнем.  Они вместе бродили по коридорам, смеялись, разговаривали, каждую четвертую перемену ходили в столовую на обед и после школы тоже уходили вместе, где доходили до парка и там уже расходились в разные стороны. Если бы Алиса знала, что Костя изначально начал общаться с ней только ради того, чтобы вывести своего парня на эмоции…  Андрей сразу заметил излишнее внимание Кости к Алисе и ему это очень не нравилось. Слишком много времени эта «парочка» проводили вместе. Да и эта Алиса явно испытывает симпатию к его Косте. Нет, Андрей его ей точно не отдаст. Они хоть и в ссоре, но всё ещё в отношениях и вроде не планируют расставаться.

***

Недели разлуки висели между ними тяжелым, невыносимым грузом. Каждый день был похож на предыдущий — пустой и беззвучный. Андрей больше не мог это всё терпеть. Когда во время урока его уставший взгляд, скользя по коридору, который был виден в открытой двери класса, поймал знакомый профиль и увидел Костю, проходящего мимо, в нём что-то сломалось. Сердце сжалось от острой, животной боли. Хватит. Он резко поднял руку, перебивая учителя: — можно выйти? Не особо дождавшись ответа, он выскочил в коридор. Адреналин звенел в ушах. Он знал, куда Костя пойдет. Ноги сами понесли его к мужскому туалету на третьем этаже, к их месту. Его сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Он ворвался внутрь. Пустота. Горло сжалось от разочарования. Но тут дверь скрипнула, и в проёме показался Костя. Увидев Андрея, он замер, и его улыбка мгновенно исчезла, сменившись холодной маской. — дорогу, — бросил он сквозь зубы, пытаясь пройти к раковине. Андрей шагнул вперёд, перекрывая путь. Его тело напряглось, дрожь пробегала по рукам. — Нет. Мы поговорим. Сейчас же. — я сказал, что нам не о чём говорить, — Костя отвернулся, включая воду, но Андрей в зеркале видел, как напряжена его шея, как сжаты его руки. — не о чём?! — что тебе нужно? — перебил его Костя, даже не обернувшись. — что мне? — голос дрогнул от нахлынувших эмоций, — Кость, серьёзно? Недели молчания, а у тебя только «что тебе»? — я не знаю, о чём ты. И вообще, это не твоё дело, — парень звучал твёрдо, но в голосе слышалась удачно скрытая неуверенность. Андрей шагнул ближе, его терпение лопнуло. — не моё дело? А чьё тогда? Мы что, всё? Ты решил, что всё кончено, даже не потрудившись мне сказать? Просто заменил меня на первую попавшуюся девчонку? Додолев резко повернулся, его глаза полыхали обидой и болью. — а что ты хотел? Чтобы я бежал к тебе с цветами и слезами? Ты первый не подошел! А теперь прибежал, как будто ничего и не было? — потому что я сходил с ума! — выкрикнул Андрей, и в его голосе послышалось отчаяние, — я каждый день думал о тебе! На каждом уроке! Я смотрел на тебя и ждал, ждал, что ты хотя бы взглянешь! А ты... ты с Алисой! Вы вместе везде! В столовой, в коридорах, после школы! Как ты думаешь, мне было легко это видеть? — а какая тебе вообще разница, с кем я!? — крикнул Костя, и его голос, наконец, прорвался, сломанный и влажный, — ты сам от меня отказался! Ты решил, что твоя гордость важнее! Так и живи с ней!  Кудрявый замер. Он увидел всё, дрожащий подбородок Кости, и влажный блеск в его упрямых глазах, и то, как тот безнадёжно сжал кулаки. И вся его злость, все обиды разом ушли, оставив после себя только щемящую, пронзительную нежность и понимание. — какая разница? — почти прошептал Андрей, его голос стал мягким и глубоким. Он медленно приблизился, заглядывая в глаза Косте, которые тот отчаянно пытался отвести, и заставляя парня встретиться с ним взглядом, — Додошка... Ты же знаешь. Ты всегда знал. Его рука поднялась и дрожащими пальцами коснулась щеки Кости. Тот резко вздохнул, но не отстранился. Его ресницы дрогнули. — я не мог дышать без тебя, — тихо сказал Андрей, его большой палец трепетно провёл по мокрой дорожке на щеке, — я просыпался и засыпал с мыслью о тебе. Наша глупая ссора в моей голове превращалась в кошмар. Но хуже всего было знать, что я не могу просто дотронуться до тебя. Не могу поцеловать. Я тосковал по тебе каждый час. Каждую секунду. Костя закрыл глаза, и новые слёзы покатились по его щекам. Его защита рухнула под тяжестью искренности. — Дюш... — его голос был хриплым шёпотом, — перестань, пожалуйста... — нет, — настаивал Андрей, мягко, но настойчиво, — я не перестану. Потому что я люблю тебя. И я знаю, что ты не забыл меня. Что происходит? Скажи мне правду. Прошу тебя. Костя сдался. Его тело обмякло, и он бессильно опустил голову на плечо Андрею. — это была игра... — он выдохнул слова в ткань пиджака парня и его плечи слегка тряслись, — тупая, детская игра. Я думал... если ты увидишь, что у меня всё хорошо без тебя... что я кому-то нужен кроме тебя... ты... ты вернёшься. Ты появишься. Ты что-нибудь скажешь. Напишешь. А ты молчал. И с каждым днём я умирал всё больше. Мне было так пусто и холодно без тебя... Андрей вскоре крепко обнял его, зарывшись лицом в его волосы, вдыхая знакомый, такой родной запах. Он прижимал парня к себе так сильно, как будто хотел вобрать в себя всю его боль. — прости, — тихо сказал он, — прости, что заставил тебя так страдать. Я просто... я боялся. Боялся, что ты скажешь, что всё кончено. — я тоже боялся, — признался Костя, и его руки наконец обвили тело Андрея, вцепились в спину, словно он боялся, что это мираж, — я скучал по тебе так, что у меня всё болело. Каждый раз, когда я смеялся с Алисой, внутри всё было не так, потому что это был не твой смех и рядом были не твои руки. Он отстранился, чтобы посмотреть Андрею в лицо, его глаза блестели от слёз, но в них уже светилась надежда. —  мы с ней просто дружили… Я не мог по-другому. Потому что это было бы предательством по отношению к тебе. Потому что ты... ты мой парень. Эти слова стали ключом, отпиравшим последний замок. Андрей улыбнулся, смахивая влагу с лица Кости. — твой... И я больше никогда не позволю такой ерунде разлучить нас. Никаких бойкотов. Обещаешь? — обещаю, — выдохнул Костя, и его улыбка, наконец, стала настоящей, — просто... не отпускай. — ни за что, — прошептал Андрей. Их губы встретились в первом, за последние время, долгом, бесконечно нежном поцелуе. Это было как глоток воздуха после долгого удушья. Но нежности быстро стало мало, ведь недели разлуки требовали выхода. Поцелуй стал глубже, страстнее, отчаяннее. Андрей прижимал Костю к себе, а тот в ответ вцепился пальцами в его тёмные кудрявые волосы, тянул его ближе, как будто хотел стереть всё расстояние, что было между ними. — я так по тебе скучал, — бормотал Андрей между жадными, влажными поцелуями, чередуя слова ласками, — каждый день... каждую ночь... — я тоже, — стонал Костя в ответ, запрокидывая голову, давая Андрею доступ к своей шее, которая моментально не осталась без следов, — думал, сойду с ума... Андрей, не разрывая объятий, толкнул парня к большому подоконнику. Он легко подхватил Костю под бедра и посадил его на холодный кафель, встав перед ним, между его расставленных ног. Теперь их глаза были на одном уровне. — я должен был сделать это раньше, — говорил Андрей и его руки скользнули по бедрам Кости, сжимая их, — должен был прекратить это безумие. Он снова поцеловал его, и в этом поцелуе была вся накопившаяся за недели тоска, злость на самих себя, облегчение и яростная, всепоглощающая страсть. Их языки встречались, их дыхание сбивалось, сливаясь в единое прерывистое. Руки Андрея скользили под толстовкой Кости, ощупывая знакомые изгибы спины, прижимая его ближе, ещё ближе, стирая последние следы разлуки. Они целовались снова и снова, как будто пытались наверстать каждый потерянный день. Короткие, быстрые поцелуи, переходящие в долгие, глубокие; поцелуи в губы, в уголки рта, в щёки, в лоб, в шею… Когда они наконец разъединились, чтобы перевести дух, их лица были горячими и красными, а губы опухшими и чувствительными, груди тяжело вздымались. — больше никогда, — тяжело дыша, повторил Андрей, глядя в расплавленные, тёмные от страсти глаза Кости. — никогда, — согласился Костя, его пальцы аккуратно перебирали волосы Андрея. Они ещё какое-то время просто стояли так, прижавшись друг к другу, слушая, как их сердца успокаиваются, выстукивая новый, общий ритм. Пустота была заполнена. Боль ушла. Они снова были вместе.

***

С того дня всё наконец встало на свои места, но стало только крепче. Возобновились их ежедневные встречи, смех и общение, но теперь в нём не было места для недомолвок и гордости. Они снова проводили вместе каждую свободную минуту, и их поцелуи в уединении туалетной кабинки стали ещё более страстными и осознанными, напоминая о том, как легко потерять друг друга.  С Алисой Костя поговорил честно и извинился за своё поведение. Ей даже пришлось узнать про Андрея. Но не смотря на всё, они вроде бы остались друзьями, только теперь реже стали видеться в коридорах. Зато теперь почти всё время и все мысли Кости снова принадлежали Дюше. И это было единственным местом, где они оба по-настоящему хотели быть.