Новая эра школы чародейства и волшебства Хогвартс

За следующие три года случилось многое. Алексия провела переаттестацию всего преподавательского состава Хогвартса. Тем или нужно было подтвердить письмом работу в ещё каком-нибудь учебном заведении до Хогвартса — сюда же относилась и подготовка личных учеников на степень Подмастерья или Мастера. Или пройти тесты и собеседование по педагогике и основам психологии. К счастью, проверку выдержали все, и не пришлось искать им замену. На должность профессора ЗоТИ приходил устраиваться Том Реддл, с которым Алексия училась примерно в одно время. Выглядел Реддл, конечно, очень странно: поверх маггловского костюма волшебный дорожный плащ, глаза с красной радужкой, кожа бледнее положенного едва ли не в два раза. Как будто не по миру путешествовал, а сидел все эти года в Румынии у вампиров. Причём в подвале на цепи. — Том, я помню твою нелюбовь к окружающим, особенно младшим. — Я изменился, — голос тоже стал странным, выдавая змеино-шипащие нотки. — Я много путешествовал, где приходилось сталкиваться с очень разными ситуациями. — Ты только путешествовал, не пытаясь даже остановиться на год-два в какой-нибудь провинциальной школе или сдать экзамен на степень Подмастерья по твоим любимым Тёмным Искусствам или Зельям. Все действующие профессора прошли проверку, большинство из них имеют степень в своих гильдиях, нескольких учеников, или рекомендации от разных директоров. — Зачем такие сложности? Я был Префектом Хогвартса. Мне кажется, этого достаточно. — Нет. Хогвартс должен стать идеальной школой, чтобы на него равнялось всё мировое магическое сообщество. Случайных людей в профессорах я не допущу! — В таком случае, пока я жив, никто и никогда больше не сможет удержаться на должности профессора ЗоТИ! — разъярённо прошипел Реддл и стремительно покинул кабинет Алексии. Как выяснилось через год, это было настоящее проклятие — никто не мог преподавать ЗоТИ больше года. Качество знаний сразу упало. То и дело в Больничное крыло попадали жертвы неудачных попыток учиться самим. На СОВ и ЖАБА количество оценок «Превосходно» уменьшилось почти в два раза. Алексия, совместно с профессорами, пыталась снять проклятие, но ничего не смогла сделать с формулировкой. Нужно было убить Реддла, чтобы снять проклятие. — Уважаемый Попечительский совет. В связи с неснимаемым проклятием на должности профессора Защиты от Тёмных Искусств, предлагаю убрать этот предмет из программы, и вместо него ввести два новых: Основы Безопасного Существования на первых пяти курсах и Основы Боевых Искусств со второго по седьмой курс. Преподаватели уже найдены, это Альфард Блэк и Генри Бруствер. Осталось только получить ваше согласие… — Дорогие ученики, я рада вновь видеть вас в стенах нашей любимой школы! В этом году вас вновь ждёт изменение расписания. Вместо Защиты от Тёмных Искусств первые пять курсов вы будете изучать Основы Безопасного Существования под руководством профессора Альфарда Блэка, а начиная со второго курса — Основы Боевых Искусств под руководством профессора Генри Бруствера. Поприветствуем новых профессоров!.. — Дорогие коллеги, до меня доходят слухи о неком противостоянии двух факультетов, Слизерина и Гриффиндора. Вы можете сообщить мне что-нибудь на этот счёт? — Представители Слизерина, в основном древнейших фамилий, следуя идеологии Реддла, нападают на магглорожденных представителей Гриффиндора и Пуффендуя, которые придерживаются противоположных или нейтральных взглядов, — вздохнул Лестрейндж. — В ответ им достаётся от чистокровных магов всех трёх факультетов. Противостояние подогревают профессора, в основном МакГоннагал, Дамблдор и Слизнорт. Алексия вздохнула. Реддл, отличавшийся магглоненавистничеством со школы, раздражал. Не нравятся магглы — ну так не смотри на них. Займись изучением магии. Получи степень, набери учеников, займись хоть чем-то полезным. Но нет же, надо забивать умы чистокровок идеей превосходства крови, и так достаточно распространенной среди них, преследовать магглорожденных и пытаться прорваться в министерское кресло. — Я поговорю с названными профессорами. Политизация школы недопустима. Так же я хотела бы побеседовать с самыми ярыми борцами среди студентов. И, надеюсь, среди факультетов будет проведена беседа о недопустимости подобных действий. Если к концу семестра нападения не прекратятся — я начну применять меры. Порка, временное отстранение от занятий, в особо серьёзных случаях отчисление. Это я попрошу передать студентам обязательно. Думаю, не многие чистокровные захотят демонстрировать свой зад в Большом зале. Деканы серьёзно покивали. Набирающее обороты противостояние никому было не нужно. Юные волшебники могут думать об окружающих что угодно, но соблюдать вежливость должны в любом случае… — Господа студенты, я требую объяснения ваших действий, — Алексия сердито смотрела на стоящих перед ней студентов. Беллатриса Блэк надменно кривила лицо, Люциус Малфой пытался презрительно смотреть на директора, Нарцисса Блэк делала вид, что не понимает, за что её ругают, Корбан Яксли выглядел совершенно равнодушным. Представители другой стороны: Френк Лонгботтом, Биллиус Уизли и Эния МакМиллан, с тревогой поглядывали на директора и то и дело косились на слизеринцев. — Мистер Малфой, мисс Блэк, мисс Блэк и мистер Яксли, я требую объяснения вашим действиям. По какой причине вы нападаете на магглорожденных студентов? — Я не обязан отчитываться о том, что случилось с какими-то грязнокровками, — скривил рот Малфой. — Я — представитель «Священных двадцати восьми» и должен показать грязи её место. — Мистер Малфой, думайте, что говорите! Происхождение студентов — это не повод для травли. — Предатели крови говорят точно так же, — процедила Беллатриса. — А они ещё хуже маггловских выродков. — Мисс Блэк, я уведомлю ваших родителей о вашем недопустимом поведении. Мистер Лонгботтом, мистер Уизли, мисс МакМиллан, теперь вы. По какой причине вы вызывали на дуэли отдельных студентов и нарушали устав? — Дело в том, госпожа директор, что эти студенты позволяют себе нападать на тех, кто слабее, — вскинулся Биллиус. — Первокурсников, девушек. И часто нападают толпой и со спины. Например, на прошлой неделе трое семикурсников и двое шестикурсников Слизерина напали на первокурсницу и двух второкурсниц моего факультета, трёх первокурсниц Пуффендуя и студента Когтеврана, когда он застрял в исчезнувшей ступеньке. — Значит, всё ещё хуже, чем я думала? Что стало с означенными студентами? — Все оказались в Больничном крыле, с разными средними проклятиями и весьма тяжёлыми травмами, мэм. — Был ли среди нападавших кто-то из тех, кто находится сейчас в этом кабинете? — Да, мэм. Мистер Малфой и мисс Беллатриса Блэк. — А что вы можете сказать о поведении мисс Нарциссы Блэк и мистера Яксли? — Мисс Нарцисса Блэк делает всякие пакости, вроде мелких проклятий в спину и заманиванием в ловушки… — Какие ловушки? — Запирающиеся классы и кладовки в малопосещаемых коридорах замка, мэм. Мистер Яксли тоже часто участвует в так называемых «рейдах против грязи», — Биллиус наконец закончил доклад. Если судить по выражениям лиц слизеринцев, то в больничное крыло в скором времени попадет и мистер Уизли. Однако у Алексии было другое мнение. — Мисс Беллатриса Блэк и мистер Малфой — отстранение от занятий на год, отработка в больнице Святого Мунго. Мисс Нарцисса Блэк и мистер Яксли — отстранение от занятий на полгода, отработка так же в больнице Святого Мунго. И минус триста баллов со Слизерина. Вы, господа, за нарушение устава будете помогать своим деканам в течении недели и по двадцать баллов каждому за отстаивание чести чистокровных волшебников… Наказание слизеринцев принесло плоды: в отсутствие главных зачинщиков остальные притихли и занялись восстановлением потерянных баллов. А за полгода отстранения от занятий серьёзно изменились и Нарцисса с Яксли. Что уж говорить о Беллатрисе и Люциусе!

***

К концу семидесятого года Попечители приняли и утвердили все новые программы обучения с предложенными кандидатурами профессоров. Школа, наконец, стала такой, какой хотела её видеть Алексия Диппет.