Вскрытие покажет

Как упоминалось ранее, многие люди, в том числе и врачи, считают, что патологоанатомы на «ты» с «зелёным змеем» по той причине, что психика не выдерживает такого обилия смерти в их будничной жизни. Сами же работники морга в шутку отвечают, что клиентура их отделения самая благодарная и ни один ещё пациент не пошёл жаловаться на того же самого патологоанатома или санитара за то, что от доктора чутка веет спиртным духом. Так-то оно так. Пациенты морга действительно не ходят жаловаться и даже не показывают своих капризов, но и выпивают здешние доктора не только потому что у них есть возможность этим заниматься. Порой приходится рассматривать такие случаи, что и в длительный запой уйти не долго. Подобные моменты случаются редко, но метко. Вот как сейчас. Не станем даже брать в расчёт Северуса Снейпа. Да, доктор Снейп заведует отделением судебной экспертизы при больнице уже много лет. На своём веку повидал много жути, от которой порой хотелось залить себе кислоты в глаза и выблевать не только все свои внутренности, но и вообще… вообще… А что там ещё можно сделать в таком случае? Он и по локоть в гнили был, и с обуглившимися головешками работал, у которых даже верхние и нижние конечности рассмотреть трудно, и вообще много всего. Но в нынешнем случае даже не сыграло роли даже то, что много лет назад Северус принадлежал к отряду Пожирателей Смерти, где происходили ситуации куда более устрашающие, нежели он занимается сейчас. Там ему приходилось творить непристойности с живыми людьми, тут-то хоть клиентура ничего не чувствует, по крайней мере к моменту попадания на секционный стол к Северусу. Однако, бывают истории, как говорится, до дрожи… Авиакатастрофа. Только одно это слово способно вывернуться наизнанку душу. В СМИ, когда такое случается, обычно рассказывают, сколько человек было на борту самолёта, сколько погибло, где произошло крушение, выражают соболезнования родственникам пострадавших. Но что остаётся за кадром и не доходит до общественности? Да самое «сладкое»! Начни слабонервного человека посвящать во все пикантные подробности произошедшего, как новых смертей точно не избежать. Разрыв сердца обеспечен. И, кстати, не метаморфоза вышесказанное, а патологоанатомическое явление. Когда, в случае инфаркта, в зоне, где произошёл некроз и погиб миокард, в буквальном смысле происходит разрыв. Ну, это так сказано, с целью повышения образованности. Авиакатастрофа. Самолёт упал в море, естественно, из выживших никого. Более чем, пригодными для опознания, из пары сотен, спасатели выловили около десятка «цельных» трупов, а остальное – мозаика. Нечеловеческая сила вырвала кости и внутренние органы, превратив тела в… представьте пустой полиэтиленовый пакетик, который решили постирать! Вот, примерно тоже самое, только из этого «пакетика» ещё лохмотьями свисают мышцы. Отслоены мышцы от костей, кожа вывернута наизнанку, словно капроновый чулок. Эта же неведомая сила сумела вырвать из позвоночника спинной мозг, а образовавшиеся пустоты заполнились песком и галькой, как панцири ракушек, жители которой умерли от старости или ещё от чего. Была и рука с ободранным маникюром, нанесённым красным лаком, ещё – кисть мужской руки со впечатавшимся в палец обручальным кольцом и свисающими кусками кожи. Отдельно валялось ухо, осколки костей, определить анатомическую принадлежность которых не представлялось совершенно никакой возможности. Вот и разбирай это всё, как хочешь! Работа патологоанатома и судмедэксперта – эта та отрасль, где нет места эмоциям. Лыжню профессионалам! И никак иначе. А в противном случае велик шанс встретиться со всё тем же разрывом сердца. – Северус, ну это в пизду! – Не парясь о том, чтобы подобрать цензурные слова, выдал коллега Снейпа, патологоанатом, глядя на материал, который привезли в их морг для исследования. Его за столь некультурные высказывания мужчину никто не стал осуждать. Северус Снейп же слушал коллег в пол-уха. Он задумчиво посасывал кончик шариковой ручки, глядя в блокнот для черновых записей, в котором уже сделал пару пометок. Патологоанатом тяжело вздохнул и посмотрел на заведующего, взгляд которого метался от трупа к трупу и застревал на какое-то время на горе останков. – Э, малой, какой-то ты бледный, даже синий. В обморок не бахнешься? Вопрос прозвучал с сарказмом и никак уж патологоанатом, да и все остальные здесь присутствующие, не ожидал, что в тот же миг, интерн, так же находящейся в секционной комнате, в этот момент отключится и расстелится на кафельном полу. – Да ёбаный в рот… – Так, ну, минус одна пара рук на сегодня, – санитар прям капитан Очевидность, его как будто прёт. – Ночуем сегодня тут втроём? – Ага. Втроём с половиной. – Опять вздохнул патологоанатом. – Очухается наш интерн – пойдёт нам за едой, а потом пусть валит домой. Ну его на фиг! Ещё упадёт в следующий раз неудачно и радом с трупами ляжет. Ну, что верно, то верно. Такого же мнения придерживался и Северус, поглядывая на распластавшееся по полу тело слишком впечатлительного интерна. Эх, а лишние руки сейчас не помешали бы. Ну ничего! Кому-кому, а лично ему, Северусу, не привыкать к большим объёмам сложной работы. – Ничего, справимся втроём. Но тут, словно по щелчку пальцев, ну, или по взмаху волшебной палочки, в помещении нарисовалась Гермиона Грейнджер-Снейп. Весёлая, улыбающаяся. Пришла и принесла с собой запах свежезаваренного кофе из кафетерия при больнице. – Так, что тут у вас новенького? Смотрю, тела есть, – а вот, собственно, и дополнительные руки. – О, да много! А вы справитесь? У меня затишье в отделении, могу помочь. Гермиона прошлась мимо каталок с телами, осматривая масштабы трагедии. Улыбка с её лица в миг пропала, после того, как до девушки дошло, что к чему. Ей стало даже как-то жутко. Нет, в отличии от уже пришедшего в себя интерна она не расстелилась по полу безвольным мешком, но стаканчик с кофе отставила в сторону, ощутив подступающее к горлу содержимое желудка, а через секунду уже склонилась над пустым мусорным ведром для бытовых отходов. Пока Гермиона опорожняла желудок, Северус присел на корточки рядом с женой, придерживая её. А как девушке стало чуть легче, помог ей умыться, при этом не выпуская её из крепких объятий. – Может не надо тебе сегодня участвовать во вскрытии? Тут не просто зрелище не для слабонервных, а самый настоящий ужас. Интерн наш, вон, вообще сознание потерял. – Тихо говорил Северус, поглаживая девушку по спине. – Ваш интерн – ребёнок, – утвердительно заявила Гермиона. – Не удивительно, что в какой-то момент ему может стать дурно. Это морг, а не терапевтическое отделение. Мои интерны тоже иногда сознание в родильном зале теряют. Северус понял, что интерн не авторитет его жене, хотя, того и следовало ожидать, потому пошёл дальше, откровенно не желая её присутствия сегодня в секционном зале. – Ну, я понимаю, да. Но при подробном осмотре останков нас всех передёрнуло. Даже мне было не по себе, а ты знаешь, насколько я устойчив к жутким зрелищам. – Ну, вы же неделю тут ночевать будете с таким количеством работы. Сложной, хочу заметить, работы, – подметила Гермиона, вставая на ноги и поправляя на себе халат. – А я всяко вам облегчу ваши нелёгкие труды. Поверь, мне нормально. Я просто была не готова вот так вот резко увидеть нечто подобное, но это всё психология. Я уже совладала с собой, справлюсь, обещаю. Если мне станет не хорошо, то сразу же уйду, честно. Северус тяжело вздохнул, глядя на жену. Ну не получается у него переспорить девушку. Мужчине вообще показалось, что в последнее время Гермиона вьёт из него верёвки. И ведь он ничего с этим не делает и даже не собирается. Любит её, а потому и согласен, так сказать, сидеть под каблуком. Патологоанатом подошёл к санитару и взял его под локоть, потянув куда-то за собой. По пути они ещё и интерна прихватили. «Малой» в непонятках, он ещё не до конца пришёл в себя после обморока, потому вопросительно посмотрел на старшего коллегу. – Пошли покурим! – Ответил патологоанатом. – Так я ж не курю, – чуть слышно возразил интерн. – Значит, пойдём учиться курить. Что это за патологоанатом, который не курит? Естественно, принуждать курить мальчишку никто не собирался. Нужно было просто удалиться всем лишним из помещения, дать возможность супругам поговорить наедине и бывалые коллеги Северуса это поняли раньше, наверное, даже чем сам заведующий. Гермиона похлопала глазками, совершенно не понимая, что за такая чудная картина сейчас перед ней развернулась. Куда это эти бывалые «хирурги» повели несчастного ребёнка? А Снейп всё понял, понял намёк мужчин и моментально собрался. Он встал позади любимой жены, положил ладони ей на плечи и страстно зашептал ей на ухо: – Я так соскучился по тебе, – прошептал Северус, опаляя нежную кожу шеи своим дыханием. – Мне так не хватает твоих рук. И так кстати все ушли сейчас, оставили нас. Может я не буду отвергнут, если попрошу тебя сделать эротический массаж? У Гермионы от этого голоса мужа аж сердце вздрогнуло. Глаза девушки расширились, лицо озарила сияющая улыбка, а вдобавок ещё и в животе не то что бабочки запорхали – бобры зашкреблись. Влюблённые уединились, если так можно сказать, в небольшой комнатушке, где стояли невостребованные каталки для перевозки тел. Северус на одной из них расстелил принесенный из его кабинета плед и принялся раздеваться, при этом не разрывая зрительного контакта с женой. Гермиона тем временем, так же избавившись от халата и распахнув рубашку, обильно смазывала руки вазелиновым маслом. В технике выполнения эротического массажа Гермионе равных не было. К слову, был момент в её жизни, когда она действительно обучалась этому у профессионалов. И нет ничего удивительного и странного: хороший гинеколог-репродуктолог обязан уметь делать массаж интимных мест. Как не крути, а подобное дело немаловажно для института семьи. Почти всем мужчинам понравится, если жена порадует чем-то подобным. Собственно, как и женщины пребудут в состояние неописуемого восторга, если мужчина их порадует массажем интимных мест. И оттачивала своё мастерство Гермиона исключительно на муже. Причём как технику для мужчин, так и для женщин. Северус удобно устроился на животе. Голову он повернул на бок, руки вдоль туловища. Единственное что неприятно – холодный воздух в помещении. Тело моментально покрылось мурашками, как только Снейп остался без одежды. Но это не что, по сравнению с предвкушением тех приятных ощущений, которые подарят ему руки жены. Но Гермиона будто прочла мысли возлюбленного. А может дело в профессионализме: якобы температура воздуха в помещении при массаже должна быть комфортной. В общем, девушка наложила на помещение согревающее заклинание. Массаж начался с расслабления. Сначала Гермиона принялась массировать икроножные мышцы, потом постепенно поднялась вверх и уже стала водить ладонями по бёдрам. Помяла бёдра, уделила внимание пояснично-кресцовому отделу спины, то есть, помассировала поясницу, помяла ягодицы. Это обеспечивает ускорения кровотока к половым органам. Ягодицам, конечно же, было уделено особое внимание, сама Грейнджер балдела, когда прикасался к упругой попке Северуса, а так же она не забыла помассировать и внутреннюю часть бёдер, даже анусу досталось внимание. Лежать спокойно Северус не мог, точнее, спокойно-то он лежал, не двигался, не шевелился, но вот делать это молча было невозможно. Сначала мужчина тихо мурлыкал, потом кошачье мурчание переросло в скулёжь, а там уже и откровенные стоны пошли. Но никто его успокаивать и одёргивать не собирался, по крайней мере не жена. Когда дело дошло до яичек, Северус чуть притих, стал наслаждаться ощущениями, такими нежными, заботливыми прикосновениями, которые дарили тонкие пальчики девушки. А яички мужа Гермиона очень любила трогать, это так же был одним из её фетишей. Они ведь, яички, такие нежные, так приятно перекатываются в мошонке, м-м-м. Постоянно хочется их трогать, гладить, чуть сминая, а потом прижаться к ним носом, вдохнув специфический, приятный запах мужчины, самой прекрасной части мужского тела. Только когда Гермиона вдоволь насладилась игрой с яичками, тогда-то она попросила мужа перевернуться на спину. Все касания, что дарила девушка возлюбленному до этого всё равно не пойдут ни в какое сравнение с тем, что последует далее. Ещё раз нанеся на руки масло и растерев его по ладоням, Гермиона стала водить ладонью по члену Северуса. Кто-то из мужчин на этом этапе массажа просит дать кончить. Но Северусу, проси – не проси, такого счастья не предвидится, об этом он и мечтать не смеет. – Твой член такой толстый и гладкий, такой красивый. Как он вырос у тебя таким большим, таким вкусным, м, Северус? Очень красивый, очень. Как и ты сам. Наверное, многие женщины пребывали в восторге при виде него. А внутри скольких женщин он бывал? На последний вопрос девушка ответа не ждала. Эти слова были произнесены лишь для того, чтобы сильнее завести мужчину. Гермиона крепко сжала налитый кровью ствол, на котором отчётливо просвечивалась каждая венка. Член отчаянно требовал разрядки, а мужчине и вовсе казалось, что орган вот-вот разорвёт от перенапряжения. А ещё и перед глазами всё потемнело, голову сносило напрочь. – Тебе нравится, Северус? То, что я делаю сейчас с тобой. Почему ты так похож на сучку, а? На грязную, продажную блядь, которая готова душу продать за то, чтоб её трахнули. Почему ты у меня такой? Обычно подобная похоть исходит от женщин, но никак не от таких солидных мужчин, как ты. Скажи, тебе когда-либо хотелось, чтобы тебя выебали? Девушка говорил и одновременно с этим не прекращала работать руками. Старалась, то быстро двигала ладонью, то наоборот очень медленно и ласково, что сводило с ума. Северус уже крутился и извивался на каталке как уж на сковородке. – Ты хочешь кончить? Залить своей спермой мои руки, а может и на пол что-то попадёт, а то и на стены, – теперь уже происходящее больше походило на пытку, чем на массаж. – У тебя такие огромные яйца, размером с кулак. Они у тебя так потвердели сейчас. Прямо как у коня! Вот, точно, как у добротного, крепкого коника. И на словах о сравнение его полового органа с лошадиным, из Северуса полилась сперма. Мужчина выстрелил несколько раз обильными порциями и белёсая жидкость правда залила руки его жены, а ещё и живот самого Снейпа. Попало и на пол, и на стены. Спермы действительно было много, будто бы мужчина дня четыре не кончал и она успела накопиться. Такое зрелище не оставило равнодушным и Гермиону. Она наклонилась и принялась водить языком по животу супруга, слизывая белёсую вязкую жидкость. Собрала всю без остатка. Извращенцы да и только. Один и второй. Идеальная парочка подобралась! И не стоит думать, что девушка в этот момент только мужу доставила удовольствие, а о себе забыла. Нет конечно! Доведя мужчину до оргазма, Гермиона запустила руку себе в трусики и, массируя клитор, довела до логического завершения мастурбации себя-любимую. Эти двое получили максимальное наслаждение. Северус от массажа, а его женщина от лицезрения того, как этот массаж делался и, собственно, от прикосновений к самым чувственным местам своей второй половинки. Может, ещё попытаться кончить по одному разу? А ведь у них ещё фронт работы по вскрытию трупов и написанию экспертного заключения о смерти, плюс, необходимо попытаться собрать что-то из тех останков, которые больше походят на гору ошмётков. Работы и правда очень много, тем более, что с этой смены явно придётся выпроводить интерна. Ладно уж, пусть его тогда заменит Гермиона, она и опытнее, и выносливее. Работа с ней и правда пойдёт в разы быстрее. У них в судмедэкспертизе вообще отличная команда подобралась. Ещё б санитар пореже уходил в запои – вообще б сказка была. – Ну, теперь можно возвращаться в зал? – Улыбнулась Гермиона, глядя на мужчину и облизываясь. – Быстрее начнём, быстрее закончим, так сказать. Северус лишь слабо кивнул, соглашаясь с женой.