Белая тень лагеря

Школьная жизнь, подобно бурному потоку, не терпит пустоты. Спустя неделю траура по Джессике гнетущая тишина начала рассеиваться. Освободился трон — место королевы школы и её свиты, и началась невидимая, но ожесточённая битва. Победила в ней не старожил, а новенькая. Рейвен, пятнадцати лет, почти сверхчеловек в глазах учителей: вундеркинд в науках, виртуоз на кухне, эксперт в единоборствах и механике. Её происхождение говорило само за себя — отец из ФБР, родословная, переплетённая с высшими эшелонами власти. Её охрана — спортсмены с правом носить оружие — уже наводила новый, железный порядок. Началась новая эра. Тони узнал об этих переменах лишь спустя две недели, будучи внезапно вызванным на съёмки в Коннектикут. Вернувшись, он даже не заехал домой: переоделся в аэропорту и направился прямиком в школу. По дороге пришло сообщение от Вероники: «Будь готов. Новые уроды в школе — гораздо хуже прежних. Возьми с собой что-нибудь… на всякий случай». От этих слов в висках застучала ярость. Не сдержавшись, Тони в порыве бессильного гнева ударил кулаком по дверце такси. Удар был настолько силён, что в тонком металле осталась не вмятина, а сквозная дыра, за которой замелькала проезжающая дорога. В салоне воцарилась гробовая тишина, нарушаемая теперь свистом ветра. Тони мгновенно пришёл в себя. Он тут же, с искренним раскаянием, извинился перед бледным таксистом, выложил круглую сумму на ремонт и щедрые чаевые. Всю оставшуюся дорогу он молча смотрел в зияющую пробоину. Старая истина снова подтвердилась: избавившись от одной своры, ты просто расчищаешь территорию для новой. Цикл бесконечен. Но с этим было покончено. Теперь у него была одна цель — узнать, с кем он имеет дело на этот раз. Он шагнул на школьное крыльцо, сжимая кулак, на костяшках которого лишь чуть проступила краска с чужой машины. В холле Тони спокойно сбросил пальто — даже не потрудившись снять ботинки — и этот небрежный жест тут же стал магнитом. К нему нахлынула волна девушек, узнавших в нём лицо с обложки Vogue и из рекламы Toyota. Эту же славу заметили и новые «хозяева» школы. Среди них была и Рейвен. Её аналитичный, холодный взгляд зацепился за Тони, и в её глазах вспыхнула смесь любопытства и внезапной, едкой горечи. Перед ней стоял парень-альбинос с тревожными глазами — абсолютно чёрными, с яркими жёлтыми зрачками, словно у хищной птицы. И этот странный, не похожий ни на кого парень... был лицом всего, чего она не могла добиться. Она сама — умная, влиятельная, безупречная — месяцами штурмовала модельные агентства и глянцевые журналы, используя все свои связи. Получала лишь вежливые отказы. А он? Он просто существовал в своей странности. И этого оказалось достаточно. Это была вопиющая несправедливость. Глухая, холодная ярость начала закипать где-то глубоко внутри, под идеальной маской королевы. Внешне она оставалась непроницаемой, но её разум уже работал, оценивая нового игрока на своей территории. Он был не просто очередным старшеклассником. Он был символом — символом мира, куда её не пускали, и живым напоминанием, что её власти здесь есть предел. Тони почувствовал на себе этот тяжёлый, изучающий взгляд. Он медленно обернулся. Их глаза встретились через шумный холл — жёлто-чёрные зрачки столкнулись с ледяным, оценивающим взором. Воздух между ними, казалось, наэлектризовался тишиной, в которой уже звенело будущее противостояние. Игра началась.Рейвен стремительно подошла к Тони и, собрав всю свою злость, со всей дури врезала ему в живот. Удар пришелся впустую — будто она била по каменной глыбе. Тони даже не дрогнул, лишь медленно выпрямился в полный рост, и его тень накрыла ее. «У-у, смотрите, кто тут у нас? — его голос прозвучал тихо и язвительно. — Похоже, ты перепутала не только корпуса, Малышка, но и понятие о субординации. В старшей школе свои правила. Меня зовут Энтони Клотхерн». Он протянул руку — жест формальный, холодно-вежливый. Рейвен, сжав губы, с явным недовольством пожала ее. «Рейвен Миллер», — буркнула она. Энтони наклонился так близко, что его дыхание коснулось ее уха, и прошептал с мнимой дружелюбностью: «Слушай внимательно, мисс Миллер. Пусть ты и твоя… свита ведут себя хорошо. А то в нашем городе имеют привычку исчезать те, кто плохо себя ведет. Непредсказуемо, правда?» Тем временем, в другом конце коридора, Вероника перебирала вещи в своем шкафчике, полностью погруженная в мысли. Закончив устрашающую беседу, Тони направился к ней. Его шаги были бесшумны. Подкравшись сзади, он мягко положил ладонь на ее глаза. «Угадай, кто?» — спросил он, меняя голос на шутливо-таинственный. Она на миг замерла, а потом рассмеялась — узнала его с полуслова. «Тони!» — обернувшись, она сияла искренней радостью. «И тебе привет. А я тебе сувенир привез», — с улыбкой сказал он, протягивая маленькую бархатную коробочку. В ней лежали изящные серьги, удивительным образом сочетавшиеся с медным отливом ее волос и зеленью глаз. «Они прекрасны! Спасибо тебе огромное! — Вероника impulsively обняла его. — Приходи сегодня после школы в гости, приготовлю что-нибудь вкусненькое в благодарность». Тони с готовностью кивнул, и они вместе пошли на урок, легко болтая. Этот момент не ускользнул от зоркого взгляда Рейвен. Она наблюдала, как одна из самых популярных и неприступных девушек школы, окруженная ореолом внимания, выбрала из всех именно его. И не просто выбрала — между ними вилась та самая, незримая нить легкости и понимания, которая возникает лишь с течением времени. Стало ясно: они знакомы давно и близко. В уме Рейвен, честолюбивой и расчетливой, тут же щелкнул переключатель. Если Вероника — негласная королева этой школы, то именно с ней теперь предстояло иметь дело. Игра начиналась заново, и на кону был трон, который Рейвен намеревалась занять любой ценой.