~ 𝙼𝚢 𝙻𝚘𝚝𝚞𝚜

«Лотос… Красивый белый лотос…» Единственное приятное воспоминание Осириса…

𑁍

𑁍

𑁍

Столько раз страдал Осирис! Но его никто не слышал! Особенно пустыня Египта! Сегодня не понаслышке этот день стал роковым для бога Дуата. Как когда-то несколько тысяч назад для бога жизни. Он знал… Что правда сплывет на поверхность. И даже Исида перестанет любить его. Хотя часто Осирис сам себе напоминал, зачем женился на сестре. Ему нужна была власть, а Исида идеальное решение проблемы. Осирис знал, что это не любовь. Это была злостная манипуляция. Всегда знал, какая плата будет за ложь! Но власть передавалась через женскую линию. Деваться было некуда. Осирис жаждал власть как воздух. И он этого добился. Осирис первый бог кто сломал этот закон, став фараоном. Но вместе с садами… Пришла и пустыня… Ра была зла на детей Геба и Нут. Но ничего не могла сделать… Это судьба! Горькая судьба! За душой Осириса пряталась тьма! И тьма создала Дуат! Жизнь и смерть были связаны на века, но даже Тот не знал всю тьму Осириса! Осирис приносил разрушения за фальшью жизни! Он принёс боль Сету. Осирис сделал его богом войны и пустыни. И выбора не давал никогда! Бог пустыни страдал из-за бога жизни! Сет сражался и был героем. Был… Но пески все унесли… И после Осириса, второй сын Геба и Нут впал во тьму. Великая четвёрка постепенно очернялась и убивала Египет. Как и было в предсказаниях великого бога знаний. Шу был ветром и всё видел… Он видел страдания старшего внука. Как воздуху хотелось утешить Осириса. Но законы Маат не давали делать это. Шу был лишь наблюдателем тихих слез старшего из четвёрки. Лотосы часто расцветали в комнате бога жизни, а мягкий ветерок ластил их лепестки. Но царь был в горе и никогда не замечал присутствие Шу рядом с ним и молчаливую поддержу.

❃❃❃

Миновало свыше двух тысяч лет. Осирис сидит на коленях. Его изгнали из Дуата. — Я… Просто хотел… Чтобы Сет вспомнил меня… Но. — впервые голос бога мертвых ломается. Но судья была непреклонна и стояла тенью перед ним. Его сердце уже было на весах и пало ко дну. Каждый бог осуждал бывшего царя Египта. Даже его жена… Исида теперь смотрела с презрением и ненавистью. — ТЫ! КАК ТЫ МОГ! — богиня исцеления чуть не плюнула в лицо мужу. — Матушка, спокойнее… — Гор заметил изменения в настроении Исиды и остановил её. Маат посмотрела на всех молча и грозно. От чего все замолкли на время. Было очень мало богов. Поэтому судили Осириса быстро. Зелёный бог был на коленях перед ними. Никто его не жалел… Кроме? Шу? Бог воздуха выглядит расстроенным. Он хотел утешить Осириса, как когда-то очень давно в детстве… Но не сейчас… Не при Маат… — Я выношу приговор! — строгий голос порезал тишину. Здесь Шу почувствовал, что никогда не ощущал. Жажду спасти родную душу от гибели. — ПОСТОЙ, СЕСТРА! — Шу взвылся. Маат в недоумении посмотрела на брата. Шу плакал? От чего? — Не. Убивай его… Прошу… — тихий голос разрезал гробовую тишину. Исида открыла рот и ничего не смогла сказать. — Сделай так… Оставь мне Осириса… Я его перевоспитаю… — Шу сглотнул. Маат сто раз пожалела, что бог воздуха был без Тефнут. Она бы точно его оговорила и дала пощёчину. К сожалению и Тота при ней не было. Бог знаний точно мог сказать умную мысль. Хотя какой толк от пугливого божества, который прятался за её спиной? Богиня истины томно вздохнула и начала реплику: — Хорошо… И как ты думаешь перевоспитать этого преступника?! Его душе нет места в мире! — Маат грозно посмотрела на брата. Но Шу не дали вставить слово. Исида перебила в истеричном смехе. — ЧТО?! ТЫ ТАМ СОВСЕМ ТРЕХНУЛСЯ?!! ЭТОГО ИДИОТА НАДО КАЗНИТЬ! — Исида сильно орала и кидалась на бога воздуха. Гор сдерживал пылкую мать и успокаивал. Он знал какая она бывает вспыльчивая. — Матушка, успокойтесь, дышите глубже… Я не хочу вашего очередного обморока… — полубог тихо и нежно шептал на ухо Исиде. Маат всегда удивлялась насколько сыновья могут быть нежны. Как будто это не мать и сын. А любовники. Но богиня правды на столько устала, что решила не влезать в их отношения, зная что все отношения Эннеады это кромешный мрак. Что ж сказать о её родной матери… Которую она несколько тысяч лет назад уговаривала, что Хатхор не её пара… Маат потерла лоб и решила навести в импровизированном зале суда тишину. — ТИХО! — крик богини истины всех напугал. — Шу, говори! Бог ветра вздохнул и начал. — Я считаю, что у моего внука должен быть второй шанс! — Шу сказал спокойно, но твёрдо. Даже Маат испугалась, не ожидав такое от брата. — Хорошо и как ты его перевоспитаешь? — богиня правды приподняла бровь. Шу ухмыльнулся и посмеялся и ещё больше напугал богов. — Я обещаю, что больше Осирис не сделает преступления, но без концепции жизни, никто не выживет… У нас не выбора! — бог воздуха говорит в точку. — Что… — Осирис единственный раз проронил слово. Маат странно посмотрела на брата. — Хорошо, я отпускаю Осириса под присмотром Шу. Но если что-то пойдёт не так, то вы оба пострадаете! Поняли? Бог ветра молча и довольно смотрит на Маат без искры сомнения. А Исида истерично смеётся и заливается слезами. Осирис молча встаёт с коленей и идёт за Шу. Гор лишь вздыхает наблюдая за матерью и тяжёлой обстановкой…

❃❃❃

Осирис в кандалах со склоненной головой заходит в воздушную обитель. А Шу лишь молча с сочувствием смотрит на внука. Он подходит к богу жизни и снимает кандалы. — Ты свободен. Я не могу тебя здесь держать взаперти… — Шу вздыхает. Осирис смотрит на, руки удивлённо. Из глаз выходит живительная влага. — Что… Что… — слезы залили лицо Осириса. Бог воздуха лишь нежно улыбнулся и аккуратно снял с Осириса атеф. Шу молча вспоминал о тёплых временах. Как раньше расчесывал чёрные волосики внука. Как обнимал ребёнка и гладил. Он вечностью клялся уберечь Осириса от боли и дать всё. Но не уберег… — Мой малыш… Ты теперь лысый… — Шу тихонечко погладил Осириса по голове. — Да… Я… Облысел… Дедушка… — Осирис через слезы пытается что-то сказать. Но бог ветра лишь прислонил палец к губам Осириса заставив того помолчать. — Шш! Молчи! И я тебе не дедушка. Любимый… — бог с красивой голубой кожей улыбнулся. — Зови меня Шу… Шуу… Как воздух, как ветерок. — Что. Эм… Аа… — бог Дуата с трудом пропищал. — Молчи мальчик мой… Ты мой лотос, моя любовь! — Шу тихо и шёпотом говорил Осирису. Он наклонился над зелёным богом и тихо улыбнулся. — Мой мальчик стал таким взрослым и потерянным… — Шу нежно шепчет Осирису на ухо тёплые слова. — Да… Сет. Он… Не слышит меня… — Осирис сильнее заплакал и вцепился в бога воздуха. Шу лишь покачал головой и тронул Осириса пальцем за губу. — Не плачь. Зачем тебе этот Сет? — Шу хитро улыбается. — Но… Но… Я его люблю! Шу! — Осирис начал чуть не орать. -Шш тише! — Шу лишь посмеялся. — Послушай меня! Тебя Сет не любит, тебе он не нужен. — Но. Но! И Исида! Меня все не любят! Я не получу трон! Я хочу править Египтом и Дуатом! Меня никто не слышит! — Осирис пришёл в сильный гнев. Не успев что-то сломать Осирис почувствовал чьи-то губы. Это были губы Шу. Он целовал Осириса так нежно и томно. — Мой малыш? Тебе понравилось? — Бог воздуха отстранился и посмотрел в глаза Осириса. — Да… Да… — Осирис сильнее возбудился. Бога жизни было легко возбудить. Осирис желал похоти как цветущий лотос, который тянулся к солнышку Ра. — Я это… Прости… Ухх… — Шш! Не надо прятать, Осирис! Шу резко дёрнул с бога жизни и смерти шендит. Оголив у Осириса набухший член. — Какой ты сочный! У меня тоже встаёт на тебя, моя зелень! — Бог ветра лишь ухмыльнулся. Шу снял с себя все украшения и одежду и нежно начал раздевать Осириса осыпая поцелуями. С каждым вздохом поцелуи становились сильнее и оставляли на коже мертвеца красные засосы. — Малыш, я думал ты мертв… — Не совсем… Я жив… Просто царь Дуата… Был… — Осирис на эмоциях начинает ещё сильнее плакать. Шу лишь рассмеялся и начал нагло целовать своего внука залезая языком внутрь. Он хозяйничал у Осириса ловко и просто. Бог жизни не привык, что был под чьей-то властью. Обычно Осирис заводил всю эту похоть. Так как был самой жизнью, а жизни надо размножаться. Он знал, что его будут презирать. Но Осирису от своей судьбы некуда было деться. А Шу был лишь молчаливым наблюдателем и тайным поклонником своего внука. Их члены пересеклись между собой и Осирис резко дрогнул, словно это был не бывший царь Дуата, а тростинка. — Что? Осирис? Что случилось, милый? — Шу нежно ласкал руками член своего возлюбленного. — Это… Всё неправильно… Я не могу… Аххх! — бог Дуата уже стонал и выгибался, в спине. — Можешь. Не тебе это говорить… Ты спал почти со всеми, я все видел. От воздуха не скроешь. — Шу мило посмеялся. Осирис лишь сильнее покраснел… -Но это же с братом… И Сёстрами… А тут другое… — Что другое? Я тебя любил целую вечность! Я хочу тебя! Осирис! Как тебе не понять, что надо выбрать истинный путь! — Бог воздуха покачал головой и грозно залез сверху на Осириса. — Я… Моё сердце признает только красную пустыню… — Бог жизни лишь мельтешил. — А пустыня тебя и не любит! Вместе мы будем счастливы, воздух и жизнь, как же не прекрасно?! Ты растишь сады, а я переношу потоки воздуха, зовя дождь моей жены? — Шу сладко шептал на ухо Осирису. Бог Дуата молча задумался о Тефнут. Вдруг она будет в гневе увидев это перед собой. Он собирался сказать и тут его перебил наглый поцелуй. — Не волнуйся, она об этом не узнает. — Шу начал массировать рукой член Осириса. — Аааххрр… Аххх! Да давай ещё! Нам точно попадёт от Тефнут! — Осирис получал небывалое первобытное наслаждение. Шу покачал головой видимо что-то скрывая от Осириса. Он видел и знал с кем его женушка потешается. Слышал голоса и томные наслаждения Солнца. Ра часто наслаждалась своей дочкой и называла её «Ты моя влага, я твое Солнце». По началу Шу обижался на это, но потом осознал, что тоже не совсем верен своей львице. И всю жизнь мечтал о садах Осириса под шендитом. — Ты мой сад, ты мой рай! Я тебя люблю всей душой! — Шу нежно осыпает поцелуями зелёного бога, — Я готов положить Иб на весы, если ты не веришь. — Нет! Не надо больше Маат! — Осирис в ужасе вскрикнул. — Я готов… Да. Шу продолжил. Он был настойчивым, но не грубым. Нежные ласки члена все больше вызывали стояк к Осириса. Он был хитер и нежен. И не давал своему внуку кончить так быстро. Шу нежно целовал живот бога жизни и лизал. Язык его был сух как сам ветер. Осирису ещё больше напоминало о Сете. Но он уже переставал чувствовать ту боль. Осирису было хорошо и приятно. Наконец бог жизни нашёл покой и вечное согласие. Наконец кто-то понял и разделял его чувства. Нет больше осуждения и сопротивления. Это вечная благодать. Бог воздуха приступил к главному, он ртом захватил атрибут Осириса и начала сосать. От чего послышались сильные всхлипы. Осирис был рад и хотел кончить. — Неет! Не сейчас! — Шу лизал член богу Дуата. Это было как наждачка. Боль приятно разливалось волной по телу зелёного бога. Красивая божественная кожа покрылась укусами и засосами. Белесая жидкость выходила из члена Осириса. А Шу лишь слизывал и глотал как нектар с небес. — Ты моя блажь! Ты мой нектар! Я буду хранить любовь вечность. — Резко Шу переворачивает Осириса задом к себе. Член бога с голубой кожей был уже готов. Не теряя времени, бог воздуха решил пристроиться сзади. Крупный член Шу ловко проник в очко бога жизни. От новых ощущений Осирис крикнул. Он никогда не ощущал такого. — АХХРРРРР! АААААА! — Как дикий зверь бог Дуата готов был бежать. Но ласки Шу его успокоили. — Шш! Малыш! — Шу аккуратно толкался внутри Осириса. — Арх… Это в новинку… — Осирис гортанно проорал. Шу лишь молча продолжил внутри Осириса. С каждым разом толчки становились интенсивнее и сильнее. У Шу уже появлялась живительная влага члена. Рывок. И поток спермы наполнил Осириса полностью. От наслаждения Шу обнял сзади Осириса, а зелёный бог стоял на четвереньках. Руки бога жизни дрожали. Член Осириса с силой прыснул заполняя комнату живительным семенем. Соприкасаясь с воздушными белыми сводами оно прорастало и давало жизнь. Шу вышел из внука и лёг рядом на воздухный мягкий пол. — Ты горяч, но в то же время и прохладен. — Бог воздуха улыбнулся. Осирис молча прилёг рядом с Шу и тихо заплакал. Но скорее от любви и счастья. Он молча обещал что будет вести себя хорошо и станет верным Шу. Бог ветра обнял лысую голову Осириса. От чего бог жизни и смерти начал успокаиваться. Оба бога мирно начали спать…