Мы спасём...

В квартире Макса стояла густая тишина, такая, что даже звук шагов казался бы слишком громким. За окном уже начинал сгущаться вечер, и слабый свет пробивался сквозь жалюзи, полосами ложась на стены. Макс сидел на полу у холодной батареи, сжав руки в кулаки. Голова гудела от мыслей, которые давили, будто тяжёлый камень. — «Никому я не нужен…» — пронеслось у него в голове. Телефон, брошенный на диван, резко загудел. Сначала один раз. Потом второй. Потом третий — будто кто-то настойчиво требовал ответа. Макс не собирался брать трубку, но экран снова засветился: Саня: "Бро, ты где? Ты мне не нравишься сегодня. Я еду к тебе." Макс зажмурился. — Не надо… не приезжай… Но через несколько минут в дверь раздался громкий стук. — Макс! Открой! — голос Сани был встревоженным, почти сорванным. Ни ответа. — Макс, я серьёзно! Тишина. Саня ещё раз ударил по двери, уже сильнее — и, не выдержав, толкнул её плечом. Замок поддался — Макс не закрыл его до конца. Ворвавшись внутрь, Саня увидел друга возле него на потолке болталась петл. Саня понял всё сразу. — Чёрт… Макс… Он кинулся к нему, схватил за плечи, почти встряхнул. — Ты что творишь?.. Ты зачем так?.. И только тогда Макс поднял глаза. В них стояли слёзы — тяжёлые, солёные, настоящие. — Сань… я… я просто больше не мог… Саня притянул его к себе, обнял крепко, так, будто пытается удержать от падения в бездну. — Ты слышишь меня? — его голос дрожал. — Ты мне нужен. Ты ЕГОРУ нужен. Ты Аслану нужен. Да мы все с ума сойдём, если что-то с тобой случится! Ты не один, слышишь? Не один. Макс уткнулся лбом ему в плечо. Плечи дрогнули, и он тихо всхлипнул. Потом громче. И ещё. В этот момент дверь снова распахнулась, и в квартиру влетели Егор и Аслан — запыхавшиеся, взволнованные. — Он тут?! — Егор замер, увидев их двоих на полу. — Слава богу… Аслан опустился рядом и осторожно положил руку Максу на спину. — Брат… мы тут. Мы с тобой. Всегда. Макс попытался что-то сказать, но новый приступ рыданий оборвал слова. И все трое — Саня, Егор и Аслан — обняли его, окружив теплом, которое тот давно не чувствовал. — Ты не обязан быть сильным один, — тихо сказал Саня. — Мы рядом. И никуда не денемся. Слёзы катились у всех. Но вместе с ними уходило и что-то тяжёлое, давившее на грудь Макса. Он впервые за долгое время почувствовал: он нужен. Он важен. Его любят. И в эту ночь в маленькой квартире не было ни темноты, ни одиночества — только друзья, тихие слова поддержки и дрожащие, но крепкие объятия, которые возвращали к жизни.