Dispatch: Павший ангел

Смех прокатился по кинозалу, когда Итан, с видом дающего помилование короля, убрал «позорную» флешку обратно в карман: — Ладно, сегодня я добрый. Эту сохраним на потом, когда нам всем будет очень грустно. Роберт театрально выдохнул с облегчением, а Кортни тихо шепнула ему: — Теперь мне очень интересно, что там на той флешке. Итан вытащил другой накопитель, подмигнул собравшимся: — Зато у меня есть ещё три шедевра кинематографа. Начнём с «А судьи кто». Он коварно взглянул на Кольта: — Пожалуйста, уберите детей от экрана. Особенно метровых. Кольт Ханниган расхохотался так, что его огромное тело затряслось: — Засчитано, писака! Давай уже, показывай свою хрень! Итан, словно отпраздновав маленькую победу, опустошил очередную бутылку пива и вставил флешку. На этот раз ракурс изменился — камера была у Роберта, и он старательно копался в каких-то технических приспособлениях, бормоча под нос перечень деталей. На заднем плане слышались нарастающие голоса — Итан с кем-то яростно спорил в соседней комнате. — ТЫ ДОЛБОЁБ! — раздался вопль Итана. — А СУДЬИ КТО? — ответил незнакомый голос. А затем, как по команде, оба голоса слились в едином: — ТЕБЕ ПИЗДЕЦ! — Я БУДУ АКТЁРОМ! — прокричал неизвестный. — ДАВАЙ, У ТЕБЯ ОТЛИЧНО ПОЛУЧАЕТСЯ ИГРАТЬ ДОЛБОЁБА! — парировал Итан с такой ядовитостью, что даже Малевола слегка приподняла брови. Перепалка продолжилась с нарастающей громкостью — что-то про перспективы, которых нет, про талант, который есть только в воображении, и ещё какие-то изощрённые образные оскорбления, которые можно было бы издавать отдельной книгой. Роберт на видео, явно забавляясь ситуацией, внезапно прокричал полным пафоса голосом: — ОНИ СОШЛИСЬ! ВОЛНА И КАМЕНЬ! СТИХИ И ПРОЗА! ЛЁД И ПЛАМЯ! Эллис в кинозале тихо хихикнула, узнав цитату, а Джанель слегка скривилась от такой театральщины. Дверь на записи с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Итан — уже заметно старше, чем в первом видео, с тенями под глазами и слегка отросшими волосами, делавшими его гораздо больше похожим на современную версию. — ДА ЗАВАЛИ ТЫ ЕБАЛО УЖЕ! — проорал он Роберту, который разразился хохотом. — Итак, — торжественно произнёс молодой Роберт, поворачивая камеру к себе, — сегодня мы наблюдаем редкое явление природы — Итан Коуп выясняет отношения со своим литературным агентом. — Бывшим агентом, — поправил Итан, плюхаясь на диван и хватая бутылку пива. — Этот мудак только что сказал мне, что моя новая книга — «неформатная хуйня для узкого круга ебанутых». — И как ты ему ответил? — с деланным интересом спросил Роберт. — Я ответил, что его голова — тоже неформатная хуйня для узкого круга таких же еблоидов, как он, — Итан сделал большой глоток. — И что мне нахрен не сдался агент, который считает успехом только книги про вампиров с сиськами. В кинозале современный Итан ухмыльнулся: — Как видите, мой литературный путь был непрост. Это было до того, как я написал «Кровавую Мессу» и прочно занял свою нишу. — А кто в итоге оказался прав? — поинтересовалась Кортни. — Мы оба, — признался Итан. — Та книга действительно была неформатной хуйнёй. Но она нашла своих читателей… правда, пять лет спустя, когда я уже написал четыре другие. На экране молодой Итан, раздражённо потирая шею, внезапно заметил камеру: — А ты чего записываешь? Думаешь, когда-нибудь кому-то будет интересно наблюдать, как два придурка спорят о литературе? — Может быть, — философски отозвался Роберт. — Может, однажды мы станем известными, и это будут показывать как исторические архивы. Итан разразился смехом: — Ага, конечно. «Смотрите, дети, так начиналась великая карьера Итана Коупа — с посылания нахуй своего агента и распития пива в десять утра». — Для полноты картины тебе не хватает повязки на глазу, — заметил молодой Роберт. — И трости, — добавил Итан. — Каждый уважающий себя писатель должен быть слепым хромым алкоголиком с душевной травмой. Только так можно создать настоящее искусство. В кинозале Малевола наклонилась к Итану: — Повязку ты заимел. С алкоголизмом справляешься. Осталось добавить трость и хромоту. — И сменить душевную травму на что-то более… творческое, — тихо добавил Итан, бессознательно поправляя повязку. На экране молодые Роберт и Итан сидели посреди квартиры, заваленной чертежами и техническими журналами. Итан, с уже заметными кругами под глазами от недосыпа (или запоя — судя по количеству пустых бутылок вокруг), лениво перелистывал какие-то документы. — Слушай, — начал Роберт, задумчиво вертя в руках какую-то деталь, — а что насчет той атомной станции на западной окраине? У них должны быть компоненты для реактивного двигателя. Есть соображения, как туда проникнуть? На лице Итана медленно расплылась ухмылка — та самая, что предвещала неприятности от начала времён. Коварный блеск в глазах и приподнятый уголок рта заставили Роберта мгновенно насторожиться. — Ну-у-у, — протянул Итан с нескрываемым злорадством. — На самом деле, у меня есть отличный план. — Не нравится мне твоё лицо, — мгновенно отреагировал Роберт. — Я тоже от твоей рожи не в восторге, но ничего, терплю, — парировал Итан. — Так вот, я провёл некоторое исследование. Оказывается, глава охраны этой станции, некий мистер Джонсон, имеет весьма… пикантное хобби. — Какое же? — с опаской спросил Роберт. Итан прищурился и с наслаждением выдал: — Он тащится по трансвеститам-блондинкам. Просто слетает с катушек. В кинозале Герм подавился напитком, а Сонар тихо выдал: “Ну-ка, ну-ка, это становится интересно”. На экране Роберт медленно покачал головой: — Нет. Итан злобно улыбнулся, выуживая откуда-то из-под дивана ярко-белый блондинистый парик: — Да-а-а… — НЕТ! — вскочил Роберт. — ДА-А-А! — Итан поднялся ему навстречу, угрожающе размахивая париком. И тут началось нечто, что даже Z-команда, повидавшая многое, смотрела с открытыми ртами. Двое взрослых мужчин кружили по комнате, опрокидывая мебель и снося книжные полки, — Роберт отчаянно пытался избежать участи стать блондинкой, а Итан с неожиданной для своего обычно вялого состояния прытью преследовал его с париком наперевес. — МНЕ ЭТО НЕ ИДЁТ! — орал Роберт, перепрыгивая через журнальный столик. — ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ, ЕСЛИ НЕ ПРОБОВАЛ? — парировал Итан, делая обманный манёвр влево. В кинозале Кольт хохотал так, что едва не задыхался, а Бруно, обычно невозмутимый, тряс своей каменной головой от смеха. — Это… это отвлекающая херня, — пыхтел Роберт, забаррикадировавшись за диваном. — Нет, это ПЛАН, — Итан сделал прыжок, достойный олимпийского спортсмена, и приземлился на Роберта. — ТАКТИЧЕСКИЙ, БЛЯДЬ, ПЛАН! То, что последовало дальше, и вправду напоминало какое-то гачи-мучи — они катались по полу, Роберт отбивался как мог, но Итан, казалось, обладал восемью руками, каждая из которых стремилась нацепить на друга этот проклятый парик. — ПОБЕДА! — наконец провозгласил Итан, восседая на груди поверженного Роберта и торжественно разглаживая парик на его голове. — ДАМЫ И ГОСПОДА, ВСТРЕЧАЙТЕ РОБЕРТУ РОБЕРТСОН! В кинозале Невидива тихо смеялась, прикрыв рот рукой: — Роберта? Серьёзно? — Заткнись, — простонал современный Роберт, закрывая лицо ладонями. На экране Итан поднялся, отряхнул руки и начал вышагивать вокруг лежащего друга с видом модельера, оценивающего свою работу: — М-м-м, детка, ты выглядишь просто о-о-очаровательно, — он томно понизил голос, начиная изображать флирт. — Такие сильные руки… такие мужественные плечи… и эти пухлые губки, созданные для… — ПОШЁЛ НАХУЙ! — Роберт подскочил, срывая парик и швыряя его в Итана. — ТЫ КОНЧЕНЫЙ ДОЛБОЁБ! — А компоненты для реактивного двигателя тебе нужны или нет? — внезапно строго спросил Итан, мгновенно перестав паясничать. Роберт замер, парик в руке, выражение лица как у человека, решающего сложнейшую моральную дилемму. — Блядь, — наконец выдохнул он, медленно надевая парик обратно. — Продолжай. — Значит так, — Итан моментально перешёл к деловому тону, словно предыдущие пять минут не валял друга по полу. — План прост. Ты отвлекаешь внимание охраны, изображая заблудившуюся блондинку в поисках туалета. Пока Джонсон пускает слюни и размышляет, не нарушить ли ему десять служебных инструкций сразу, я проскальзываю в хранилище и пиздю необходимые компоненты. — А если меня всё-таки попытаются облапать? — мрачно спросил Роберт, поправляя парик. — Ты же у нас мастер боевых искусств, нет? — пожал плечами Итан. — Вот и применишь свои навыки. Только не убивай никого, ладно? Нам не нужны лишние проблемы. — Единственная проблема в моей жизни — это ты, — простонал Роберт, но было видно, что он уже смирился со своей судьбой. Итан схватил бутылку пива, которая каким-то чудом уцелела во время их борьбы, и осушил её одним глотком. — Когда ты уже откинешься от бухла, гандон? — без особой злобы поинтересовался Роберт, наблюдая за этим спектаклем. Итан отставил бутылку и ухмыльнулся: — У меня ещё четырнадцать почек в запасе, дружище. Хотя, может, я уже спустился до десяти, надо будет проверить при следующей медитации. В кинозале Малевола повернулась к Итану: — И всё-таки, сколько у тебя почек на самом деле? — На этот вопрос я отвечаю только после третьего свидания, — подмигнул ей Итан, — или пятой бутылки виски — смотря что наступит раньше. — Я помню эту операцию, — задумчиво произнёс современный Роберт. — Удивительно, но план этого алкоголика сработал. Я отвлёк охрану, а он действительно добыл компоненты. — И никто не пострадал? — с сомнением спросил Герман. — Только моя гордость, — вздохнул Роберт. — И три охранника, которые пытались ухватить меня за задницу. Но они просто… немного поспали. — Кто бы мог подумать, что великий Мехамен начинал с переодеваний в блондинку, — усмехнулся Сонар. — И не только в блондинку, — добавил Итан с загадочной улыбкой. — У нас есть ещё видео с рыжим париком и веснушками… но это уже совсем другая история. На экране молодой Роберт, или, точнее, «Роберта», в блондинистом парике неуверенно шагал к машине Итана. Парик был слегка перекошен, но в остальном преображение выглядело… неожиданно убедительно. Роберт был гладко выбрит, губы подкрашены, а его атлетическое телосложение скрывалось под объёмным пальто. — Садись, принцесса, карета подана! — крикнул Итан, уже устроившийся за рулем. Роберт сел, нервно одергивая импровизированную юбку, и мрачно произнёс: — Если ты хоть раз кому-нибудь расскажешь об этом, я засуну тебе этот долбаный парик так глубоко, что он вылезет у тебя из… Не дав ему договорить, Итан включил музыку. Из динамиков полилась мелодичная композиция Чёзауродынасцене “Smell like Cherry”. Итан сразу подхватил припев, напевая с невероятным воодушевлением: “You can try to hide from me But you smell like cherry…” — Smell like cherry, — невольно подпел Роберт, на секунду забыв о своем положении. “I will find you anywhere And I’ll make you marry Make you marry me!” В кинозале Малевола, слегка наклонившись к Итану, произнесла: — У тебя был довольно симпатичный голос. Куда он делся? — Утонул в виски и сигаретном дыме, — усмехнулся Итан. — Как и многие другие мои таланты. На экране машина остановилась в сотне метров от атомной станции — массивного серого комплекса, обнесенного высоким забором с колючей проволокой. Итан открыл бардачок и достал два предмета: черную марлевую маску, которую протянул Роберту, и противогаз для себя. — Зачем это? — настороженно спросил Роберт. — Маска тебе — чтобы не испортить макияж, — невозмутимо ответил Итан, натягивая противогаз. — А это мне — потому что я полезу туда, где вполне может быть радиация. — Какая, на хрен, радиация? Ты же говорил, что там безопасно! — Я сказал, что план безопасный, — голос Итана звучал глухо через фильтры противогаза. — Про саму станцию я ничего не обещал. В кинозале современный Роберт покачал головой: — Ты тогда «забыл» упомянуть, что собираешься лезть в зону с повышенным фоном. — Ты бы не отпустил меня, если бы знал, — пожал плечами Итан. — А компоненты нам были нужны. На экране операция началась. «Роберта» неуверенной походкой приблизилась к главному входу, где её тут же заметила охрана. Глава службы безопасности, Джонсон — крупный мужчина с усами и животом, обтянутым форменной рубашкой — буквально вытаращил глаза, увидев «девушку», неуверенно озирающуюся у забора. — Простите, я… кажется, заблудилась, — пролепетал Роберт фальцетом, от которого у Z-команды в зале начался приступ сдавленного смеха. — Мне бы… туалет найти? Джонсон моментально преобразился — расправил плечи, втянул живот и расплылся в улыбке: — Конечно, мисс… э… — Рита, — импровизировал Роберт, нервно поправляя парик. — Просто Рита. — Рита, — повторил Джонсон с таким придыханием, словно это было имя богини. — Проходите, я вас провожу. В кинозале Невидива тихо фыркнула: — «Просто Рита»? Серьёзно? Ты не мог придумать ничего более оригинального? — Я нервничал! — оправдывался Роберт. — Попробуй сохранить креативность, когда тебя пожирают глазами пять здоровенных охранников! На экране Джонсон галантно предложил «Рите» руку, и Роберт, скрывая отвращение, позволил вести себя через проходную. Пока глава охраны увлечённо рассказывал о том, какая у них важная работа, камера мельком выхватила тень, скользнувшую вдоль забора — Итан в противогазе пробирался к служебному входу. — А вы здесь работаете? — кокетливо спросил Роберт, видя, как Итан исчезает за углом здания. — Я здесь главный! — гордо заявил Джонсон, выпячивая грудь. — Вся безопасность объекта — моя ответственность! В этот момент все остальные охранники, заметив «девушку», тоже начали проявлять повышенное внимание, бросая свои посты и подтягиваясь ближе. Камера перескочила — теперь она показывала Итана, пробирающегося по какому-то техническому коридору. Его движения были осторожными, но уверенными. Он остановился возле массивной двери с радиационным знаком, помедлил мгновение, а затем решительно открыл её. Следующие несколько минут видео показывало параллельный монтаж: Роберт, отчаянно флиртующий с охраной и отвлекающий их всё дальше от постов, и Итан, быстро собирающий какие-то компоненты в техническом отсеке, где счётчик Гейгера на его поясе тревожно потрескивал. Наконец, Итан закончил и начал обратный путь. В какой-то момент камера поймала его отражение в металлической поверхности — лицо за стеклом противогаза было бледным, а из носа сочилась тонкая струйка крови. Тем временем Роберт, заметив возвращающегося друга, начал прощаться: — Спасибо за экскурсию, но мне пора… моя мама будет волноваться. — Может, оставите номер телефона? — не сдавался Джонсон, явно не желая отпускать такую «красотку». В этот момент, словно по заказу, сработала пожарная сигнализация — несомненно, дело рук Итана. — Оставайтесь здесь, — серьёзно приказал Джонсон, мгновенно переключаясь в рабочий режим. — Я должен проверить, что случилось. Едва он скрылся, Роберт бросился прочь, на ходу срывая парик. Сцена сменилась — оба уже в машине, отъезжающей от комплекса. Роберт стягивал остатки «маскировки», а Итан снимал противогаз трясущимися руками. — Чёрт, ты в порядке? — встревоженно спросил Роберт, заметив бледность друга. — Ты какой-то… вялый. Вместо ответа Итан вдруг согнулся пополам и его вырвало — прямо на пол машины. Но это была не обычная рвота — в ней отчётливо виднелись сгустки крови. — БЛЯДЬ! — в панике выкрикнул Роберт. — Что с тобой?! Итан выпрямился, с его глаз текли слёзы, но он попытался улыбнуться: — Кажется… я немного… подхватил радиации, — голос его был слабым и хриплым. — «НЕМНОГО»?! — заорал Роберт, одной рукой удерживая руль, а другой пытаясь дотянуться до друга. — Ты блюёшь кровью! — В бардачке… ампула… — прохрипел Итан. Роберт рванул бардачок, и действительно — там лежал шприц с какой-то жидкостью. Не задавая вопросов, он схватил его и протянул Итану. Тот с усилием взял шприц, снял колпачок и вонзил иглу прямо себе в шею. Пару секунд ничего не происходило, а затем его тело сильно дёрнулось, глаза закатились, но уже через мгновение он выдохнул с облегчением: — Полегчало… Давай уматываем отсюда подальше. В кинозале повисла тяжёлая тишина. Малевола медленно повернулась к сидящему рядом Итану: — И сколько ты тогда на самом деле получил? — тихо спросила она, видимо, понимая больше, чем остальные. Итан долго смотрел на экран, где его младшая версия, бледная и измученная, слабо улыбалась Роберту, уверяя, что всё в порядке: — Я сказал ему, что подхватил около 40 миллизивертов, — наконец ответил он. — На самом деле… это было около 4 зивертов. Смертельная доза. — Но… — начал Герман, явно не понимая. — Как ты…? — У меня… — Итан запнулся, затем пожал плечами. — Скажем так, мне очень повезло. То средство, которое я ввёл, помогло достаточно, чтобы я выкарабкался. Он не упомянул ни о своих скрытых способностях, ни о Павшем Ангеле, просто отвёл взгляд, словно тема была закрыта. Кортни слегка наклонилась вперёд: — А что было в ампуле? Итан усмехнулся: — Экспериментальный антирадиационный коктейль. Я… позаимствовал его у одного знакомого учёного. Он помог, но по всем правилам я должен был умереть в течение нескольких дней. — Он покачал головой. — В общем, мне очень, очень повезло. На экране молодые Роберт и Итан уже были далеко от станции. Роберт всё ещё бросал обеспокоенные взгляды на друга, но тот, казалось, действительно приходил в себя. — Ради деталей, — тихо проговорил современный Роберт, не отводя глаз от экрана. — Ты чуть не убился ради деталей для моего костюма. — А ты надел парик и юбку, — парировал Итан. — Мы оба шли на жертвы ради общего дела. И хотя шутка вызвала смешки в зале, атмосфера оставалась напряжённой — Z-команда только что увидела, какова была настоящая цена дружбы этих двух людей. На экране Итан и Роберт вернулись в свою квартиру. Итан уже выглядел лучше — цвет вернулся на его лицо, хотя движения всё ещё были слегка скованными. — Нам надо ехать в больницу, — настойчиво произнес Роберт, следуя за другом по пятам. — Лучевая болезнь — это не шутки. Тебя нужно обследовать! Итан лишь отмахнулся, как от назойливой мухи: — Да расслабься, Роб. Сорок миллизивертов — это полная хуйня. Это как… — он задумался, подбирая сравнение, — как загорать в Чернобыле часа два. Неприятно, но не смертельно. — Ты блевал кровью! — не унимался Роберт. — Это от противогаза, — Итан подмигнул. — Старый, резина воняла так, что я чуть не задохнулся. Сейчас запью всё это дело, и буду как новенький. Не дожидаясь ответа, он распахнул холодильник, извлек оттуда четыре бутылки пива и с видимым удовольствием начал опустошать первую. — Ну хоть поделись, гандон, — вздохнул Роберт, понимая, что спор о больнице проигран. — Ни-за-что, — отрезал Итан, осушая первую бутылку в несколько жадных глотков. — Это медицинское пиво. Только для пострадавших от радиации. В кинозале Герман тихо спросил: — Помогло? — Не поверишь, но да, — ответил современный Итан. — Алкоголь расширяет сосуды, выводит токсины… ну и душу греет, что немаловажно. Малевола скептически посмотрела на него, явно подозревая, что он недоговаривает, но ничего не сказала. На экране тем временем Роберт взял добытые компоненты и подошел к рабочему столу, где был разложен первый прототип костюма Мехамена — тогда ещё громоздкий, с торчащими проводами и незакрытыми схемами. — С этими деталями, — пробормотал он, работая над интеграцией новых компонентов, — Мехамен сможет летать столько, сколько потребуется. Никаких больше десятиминутных ограничений. Итан, опустошивший уже третью бутылку, поднял вторую в воображаемом тосте: — За Мехамена! Героя, который никогда… блядь, никогда… — он заплетающимся языком искал правильные слова, — никогда не будет говорить, что у меня проблемы с алкоголем! — У тебя нет проблем с алкоголем, — усмехнулся Роберт, не отрываясь от работы. — У тебя проблемы с его отсутствием. — Вот! — торжествующе воскликнул Итан, тыча пальцем в друга. — За это я тебя и люблю! И-де-аль-ное понимание сути! Он лениво завалился на кровать и, закинув руки за голову, уставился в потолок. — Знаешь, Роб, — вдруг серьезно произнес он, хотя глаза его уже начали закрываться, — я рад, что мы это делаем. Весь этот супергеройский бред… Ты будешь охуенным героем. Лучше всех этих мудаков в трико. — Ты пьян, — улыбнулся Роберт, но в его голосе звучала теплота. — Я всегда пьян, — согласился Итан, уже засыпая. — Но искренен только в этом состоянии. Камера показала, как Роберт продолжил работать, пока Итан тихо посапывал на кровати. Спустя час, когда ночь уже подошла к рассвету, Роберт покрыл последние швы новой системы, затянул болты, и откинулся на спинку стула с выражением глубокого удовлетворения. Затем он встал, подошел к спящему другу и аккуратно положил руку ему на плечо: — Спасибо, дружище, — тихо произнес он. В кинозале Невидива, глядя на это, тихо сжала руку Роберта. Бруно задумчиво кивал, словно видел в этих двух людях что-то узнаваемое, понятное только ему. Малевола же изучала задумчивое лицо сидящего рядом Итана — человека, который, похоже, скрывал гораздо больше, чем позволял кому-либо увидеть. Экран потемнел, и надпись “КОНЕЦ” появилась в центре. — Вот так мы и начинали, — произнес Роберт, когда в зале зажегся свет. — Два идиота с большими мечтами и сомнительными методами их достижения. Итан потянулся, разминая затекшую шею: — Всему, чему можно научиться на этих видео, — это как НЕ надо делать вещи, — он усмехнулся. — Или как проникнуть в атомную станцию с помощью блондинистого парика. — И это был далеко не единственный ваш подвиг такого рода? — спросил Катон-Ур, впервые подав голос за всё это время. Роберт и Итан переглянулись, и на их лицах появились идентичные усмешки: — О, мы только начали показ, — ответил Итан. — Впереди ещё тонна идиотских решений, жалких провалов и случайных побед. — И если нам повезет, — добавил Роберт, — мы до них дойдем. А пока… думаю, всем нам не помешало бы перекусить. После киносеанса Z-команда дружно переместилась в закусочную при кинотеатре — уютное ретро-заведение с клетчатыми скатертями и неоновыми вывесками на стенах. Итан, как заведено, расплачивался за всех, не моргнув глазом открывая кошелек, который стремительно худел. — Что? — отмахнулся он, когда Кортни деликатно предложила разделить счет. — Во-первых, это всё мои идиотские видео. Во-вторых, у писателей, знаете ли, бывают светлые периоды — когда деньги текут рекой, а потом наступает тьма и безденежье. — И сейчас светлый период? — поинтересовался Герман, уплетая уже третий бургер. — Ослепительный, — хмыкнул Итан. — За сегодня я уже выложил около двадцати тысяч, но это нормально. Роберт приподнял бровь: — Новая книга так хорошо идет? — Я выучил закономерность, — Итан жестом фокусника изобразил растущий график. — После таких затрат следующие отчисления будут в два-три, а то и в пять раз больше. Рука дающего не оскудеет и всё такое. Он не стал упоминать, что раньше половину этих «отчислений судьбы» переводил Роберту на ремонт и улучшение костюма Мехамена. Но теперь, когда этим занимался Ройд, Итан нашел другие каналы для своей щедрости — негласные пожертвования программе «Феникс», анонимные переводы семьям пострадавших от супергеройских разборок. — То есть твои книги настолько хорошо продаются? — с любопытством спросила Эллис, чьи переливающиеся волосы сейчас были почти полностью синими, что обычно означало спокойное, доверительное настроение. — Люди любят читать о монстрах, — пожал плечами Итан, опустошая уже девятую или десятую бутылку пива. — Особенно когда реальные монстры разносят их города. Это как… терапия. — Или катарсис, — тихо добавил Бруно, удивив всех своей эрудированностью. Итан поднялся из-за стола: — Извините, природа зовёт. Сейчас вернусь. Он направился в туалет, слегка покачиваясь — не столько от алкоголя (который, казалось, почти не действовал на него), сколько от усталости. Заперев за собой дверь, Итан подошёл к зеркалу и медленно снял повязку. То, что он увидел, заставило его сжать челюсти. Глаз полностью почернел — не просто радужка или белок, а вся глазница, словно наполненная чернильной тьмой. Если раньше Итан мог разглядеть в этой тьме хоть какие-то отголоски себя, то теперь там был только Он — Павший Ангел, существо, готовое вырваться наружу. «Возможно ещё два раза, — подумал Итан, сглатывая горький ком в горле. — Два раза я надену маску, и тогда всё кончено». Он прислонился лбом к прохладной поверхности зеркала, пытаясь собраться с мыслями. Пока это не случилось, он будет по максимуму выжимать из себя всё, что осталось от Итана Коупа — шутки, дружбу, поддержку… Всё, чем он дорожил и что скоро может исчезнуть навсегда. Итан аккуратно вернул повязку на место, завязывая её точными движениями — уже привычный ритуал. Но когда он снова поднял взгляд, то на мгновение увидел в отражении не себя — а Его. Тёмная фигура, окутанная тенями, с крыльями, словно вырезанными из ночного неба… В приступе ярости и страха Итан ударил кулаком по зеркалу, разбивая его вдребезги. Острые осколки впились в кожу, кровь потекла по пальцам… но спустя несколько секунд порезы начали затягиваться сами собой, не оставляя следов. — Сука, — прошептал Итан, глядя на свою руку. — Даже это я уже не контролирую. Он глубоко вздохнул, включил воду и тщательно смыл кровь с рук и раковины. Вытерев руки, он пригладил волосы и вышел, напустив на себя привычное выражение сарказма и безразличия. Когда Итан вернулся к столу, там, похоже, разгорался жаркий спор. — …нет, я же говорю, это однозначно был Подрывник! — убежденно доказывал Виктор, размахивая крыльями. — Всё сходится — бухло, взрывы, хаос! — А я ставлю на Снайпера, — возразила Джанель. — Выстрелы с дальней дистанции, расчетливость. — О чём спор? — поинтересовался Итан, плюхаясь обратно на своё место. Бруно повернул к нему свою массивную голову: — Мы поспорили, за какой класс ты играл в Team Fortress 2, — объяснил он. — Роберт отказался говорить, и мы начали выдвигать версии. — Большинство считает, что ты был Подрывником, — добавила Кортни. — Что-то о сходстве характеров и любви к разрушениям. Итан расхохотался, бросив взгляд на Роберта: — Что, правда не сказал им? — он покачал головой. — На самом деле я играл за Поджигателя. А наш дорогой Роберт… — Да-да, я был Инженером, — закатил глаза Роберт. — Самым скучным и методичным классом. — Который, однако, — заметил Итан, — всегда прикрывал мою задницу своими турелями, пока я бегал и поджигал всё, что движется. — Идеальная командная работа, — усмехнулся Катон-Ур, который, похоже, был знаком с игрой. — В точку, — кивнул Итан. — Я создавал хаос, он — порядок. Классическая схема. Кстати, — он внезапно переключил тему, — как насчёт еще одной порции начос для всех? Я угощаю. Пока остальные радостно поддержали эту идею, Малевола пристально наблюдала за Итаном. Было что-то в его движениях, в том, как он время от времени касался повязки, что заставляло её насторожиться. Её демоническая интуиция подсказывала: за этим человеческим фасадом скрывается нечто большее и гораздо более опасное, чем он позволяет увидеть. Но она промолчала, лишь тихо положив свою руку поверх его под столом — маленький жест поддержки, который Итан встретил с удивлённым и благодарным взглядом.