Dispatch: Павший ангел

Аманда откинулась на шёлковые простыни, разглядывая фотографию Итана в полумраке своей спальни. Её пальцы нежно скользили по контуру его лица, обводя резкие скулы и тот самый левый глаз, который он так старательно скрывал от всего мира. Но не от неё. Она знала каждую деталь, каждую тень, каждый шрам. Тяжёлый стук в дверь вырвал её из задумчивости. — Войдите, — произнесла она, нехотя убирая фотографию под подушку. Макс вошёл в комнату размеренным шагом, остановившись в нескольких метрах от кровати и склонив свою тяжёлую бульдожью голову в знак почтения. — Мисс Пирс, у нас проблемы с “Вознесением”, — хриплый голос телохранителя казался ещё ниже в ночной тишине. — Они начинают объединять точки. Ищейки становятся настойчивее. Даже увеличенные суммы не особо их сдерживают. Аманда резко села на кровати, сон окончательно слетел с неё. — Блядь, эти психованные ублюдки не успокоятся, да? — она потёрла виски. — Сколько мы уже выявили их агентов? Двадцать? Тридцать? — Тридцать семь, если считать последнего, которого мы перехватили возле дома Итана вчера, — уточнил Макс. — Ёбаные фанатики, — процедила Аманда, её идеальный светский лоск всегда исчезал, когда речь заходила о безопасности Итана. — Что им нужно от него? Зачем этой древней хуйне понадобился именно Итан? У них же целая ебаная религия вокруг Павших… Она замолчала, задумавшись. Макс переступил с ноги на ногу, его массивная фигура отбрасывала причудливую тень на стену. — Позволю себе вопрос, мисс Пирс, — осторожно начал он. — Почему вы не рассказали мистеру Коупу о “Вознесении”? Если бы он знал, что вы защищаете его все это время… как ангел-хранитель… думаю, он бы отнесся к вам с большей… благосклонностью. Аманда одарила его холодным взглядом, от которого даже верный Макс немного съёжился. — Ты предлагаешь мне использовать страх и благодарность, чтобы манипулировать им? — её голос стал опасно тихим. — Я не настолько отчаялась, чтобы опуститься до такого дерьма, Макс. Это… — она скривилась, словно от зубной боли, — это было бы так мерзко. Я хочу, чтобы он выбрал меня сам, а не из-за того, что я его якобы “спасаю”. Она встала с кровати и подошла к окну, глядя на огни города внизу. — Он заслуживает хоть немного сраного покоя, понимаешь? После всего, через что прошёл… Я защищу его, но он никогда не должен узнать об этом. Никогда. Её тонкая рука сжалась в кулак, когда она прислонилась лбом к прохладному стеклу. — Но есть ещё одна загадка, которую я не могу разгадать, — пробормотала она скорее себе, чем Максу. — Эта чёртова демоница. Малевола. Что между ними происходит? Почему он… Она замолчала, глубоко вздохнув, и внезапно её глаза загорелись. — Завтра, — решительно произнесла Аманда, поворачиваясь к Максу. — Завтра я познакомлюсь с ней поближе. Макс поднял брови, насколько позволяла его собакоподобная физиономия. — С демоницей, мисс? Вы уверены, что это разумно? Губы Аманды изогнулись в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. — Если я хочу понять Итана, мне нужно понять всех, кто ему дорог. А особенно тех, кто может стать… конкуренцией, — она задумчиво накрутила прядь волос на палец. — В конце концов, может, мы не так уж и отличаемся с этой Малеволой. Она вернулась к кровати и снова достала фотографию Итана, смотря на неё с нежностью, медленно переходящей в одержимость. — Подготовь встречу. И усильте наблюдение за “Вознесением”, — приказала она, не отрывая взгляда от фотографии. — Никто не заберёт его у меня. Особенно сейчас, когда я так близко. На следующее утро Итан ввалился в штаб-квартиру SDN с таким видом, будто не пропадал оттуда никогда, с гордо поднятой головой и фирменным раздраженным взглядом. Как только появился в общей комнате, все сразу поняли — Итан здесь не для дружеских объятий. — О, смотрите кто явился! Наши алкаши ебаные! — громко объявил он, разводя руки в стороны. — Выспались? Головка не бо-бо? Надеюсь, вы все страдаете от адской блядской мигрени после моих настоек! Члены Z-команды дружно поморщились — и от громкого голоса Итана, и от воспоминаний о вчерашних подвигах. Даже Громила, со своей внушительной комплекцией, смиренно отвел взгляд, как школьник, пойманный с сигаретой. — Слушай, Итан, мы правда… — начал было Фламбе, но Итан поднял руку, останавливая его. — Я ещё не закончил нахуй! Вы хоть знаете, что такое «Лунная роса»? Я ради неё в полнолуние собирал хуеву тучу компонентов! Мне дракон-дилер эти травы доставал из Тибета, сука! — он швырнул свою сумку на стол так, что все подскочили. — А «Красная вдова»? Её пьют по каплям, бараны вы ебаные, а не стаканами! Роберт вошел в комнату и, увидев разгорающийся конфликт, закатил глаза: — Итан, может, хватит уже? Они выпили твое пойло, ты обматерил их вусмерть. Квиты. — Квиты?! — Итан развернулся к другу. — Да я, блядь, ещё даже не начинал! Я ещё и Мэнди не жаловался! По комнате прокатился испуганный шепот. Никто не хотел, чтобы директор SDN узнала о том, как сотрудники нарезались в хлам на выходных. Некоторые из присутствующих незаметно отодвинулись от Итана. Они могли быть героями, могли сражаться с чудовищами и суперзлодеями, но разъярённый Павший Ангел мог напугать даже самых смелых. Все, кроме стоящей у окна Малеволы, которая хмуро наблюдала за сценой, скрестив руки на груди. В её взгляде читалось что-то, выходящее за рамки обычного раздражения. Когда наконец-то наступил обеденный перерыв, Z-команда с видимым облегчением разбрелась по лабиринту коридоров штаб-квартиры, спасаясь от продолжающегося бубнежа Итана. Роберт убежал на совещание по планированию, оставив друга наедине с его негодованием. Итан устроился за дальним столиком в кафетерии, заказав себе двойную порцию стейка — его регенерация требовала постоянного поступления белка. Он как раз вонзил вилку в сочное мясо, когда рядом материализовалась Малевола, грациозно опустившись на стул напротив. — Не думала, что явишься сегодня, — холодно произнесла она, подперев подбородок ладонью. — А чего мне не явиться? — Итан невозмутимо продолжил жевать. — Работа есть работа. — Дело не в работе, — демоница наклонилась ближе, её желтые глаза опасно сузились. — А в твоей богатенькой поклоннице. Итан замер с вилкой на полпути ко рту и внимательно посмотрел на Малеволу. — Блядь, только не начинай, — протянул он, откладывая столовые приборы. — Что с тобой вообще такое? — Со мной? — Малевола фыркнула, выпуская из ноздрей маленькие струйки дыма. — Эта девица появляется из ниоткуда, зная о тебе больше, чем положено, дарит подарки стоимостью в целое состояние, смотрит на тебя как на божество, и ты спрашиваешь, что со мной не так? Её хвост нервно подрагивал, царапая пол острым наконечником. Итан откинулся на стуле и устало потер переносицу. — Аманда просто… благодарна мне, ясно? Я спас её от той хуйни с проклятием. Забрал ебучий камень себе, — он пожал плечами. — Ничего больше. — Я видела, как она на тебя смотрит, Итан, — процедила Малевола. — Это не благодарность. Это чистейшее помешательство. — Да ей двадцать один, Мэл! — Итан закатил глаза. — Она младше меня на десять лет. Какая, нахуй, любовь? Это… подростковая влюбленность в того, кто её спас. Как в кино, понимаешь? Пройдет через месяц. — Ты не веришь в свои слова, — Малевола изучающе наклонила голову. — Я чувствую ложь, забыл? Итан выдохнул, и его голос стал серьезнее: — Слушай, даже если она действительно… увлечена. Это ёбаный абсурд. Какая нормальная миллиардерша выберет себе в мужья алкаша-писателя с суицидальными наклонностями? Да ещё и такого мудака, как я? — он горько усмехнулся. — Она просто не понимает, чего хочет на самом деле. Встретит какого-нибудь перспективного бизнесмена своего круга и забудет обо мне. Малевола внимательно изучала его лицо, затем её плечи заметно расслабились. — И это всё? — спросила она, всё ещё не до конца убежденная. — Больше ничего нет? — А что ещё может быть? — Итан снова взялся за вилку. — Главное, чтобы она на рожон не лезла. Мне сейчас только проблем с богатенькой наследницей не хватало. Малевола облегченно выдохнула, и уголки её губ медленно поползли вверх. — Тогда, может, продолжим то, на чём остановились в прошлый раз? — в её голосе появились бархатистые нотки, когда она наклонилась близко-близко к нему. — Это на каком таком месте, демоница? — Итан прищурился, но в его глазах плясали искорки интереса. — На том, где ты обещала показать мне свою коллекцию проклятых артефактов или на том, где мы обсуждали особенности адской анатомии? — На том, — Малевола провела острым ногтем по тыльной стороне его руки, оставляя тонкую красную линию, которая тут же затянулась, — где ты сказал, что хочешь узнать, правда ли моя кожа такая горячая… везде. Итан наклонился вперед, их лица оказались в опасной близости: — А я-то думал, у тебя, как у всех демонов, вместо сердца кусок раскаленной лавы. — Зато, — её голос стал почти шепотом, — другие части моего тела могут быть гораздо… интереснее, чем ты можешь представить. — Например? — Итан поднял бровь, его пальцы едва заметно коснулись её запястья. Малевола улыбнулась, обнажая острые клыки: — Например, мой язык может удлиняться… и не только для разговоров. — Святое дерьмо, — хрипло выдохнул Итан. — И как далеко он может… достать? — Достаточно, чтобы ты забыл все свои грязные словечки и стонал только моё имя, — промурлыкала она, и на кончике её языка мелькнул раздвоенный кончик. Итан сглотнул, его зрачки расширились: — Звучит как вызов, на который я бы хотел ответить… экспериментально. — Сегодня вечером? — Малевола провела кончиком хвоста по его ноге под столом. — Твоя квартира? Или моё логово в Седьмом Круге? — Логово звучит заманчиво, — усмехнулся Итан, — но я как-то не готов объяснять Роберту, почему от меня несёт адской серой и кровью грешников. Так что моя берлога. — Принести огненное вино? — Малевола наклонила голову, её глаза искрились дьявольским огнём. — Оно поможет тебе выдержать то, что я запланировала. — Я, блядь, пережил сорок попыток суицида, — Итан ухмыльнулся, глядя на неё с нескрываемым вожделением. — Думаю, с твоим “планом” как-нибудь справлюсь. — Ты такой самоуверенный, смертный, — промурлыкала Малевола, проводя кончиком когтя по его подбородку. — Это так… возбуждающе. — А ты слишком дразнишься, демоница, — парировал он, перехватывая её руку. — И, знаешь, я начинаю ненавидеть обеденные перерывы за то, что они такие короткие. Малевола тихо рассмеялась, и этот звук вызвал дрожь у всех, кто находился поблизости. Все, кроме Итана, который лишь ухмыльнулся ещё шире, предвкушая вечер, полный адского пламени совсем другого рода. Малевола ждала Итана возле входа в штаб-квартиру SDN, раздражённо постукивая хвостом по асфальту. Время шло, а он всё не появлялся. «Наверное, опять строчит свои кровавые истории в тишине серверной», — подумала она, вспоминая привычку Итана запираться с ноутбуком в самых неожиданных местах здания. Демоница чуть ли не мурлыкала от предвкушения, представляя, как они проведут вечер. Резкий рёв двигателя заставил её обернуться. К обочине подкатил ослепительно-серебристый Pininfarina B95 — машина настолько редкая и дорогая, что Малевола, хоть и демон, не могла не оценить её красоту. Таких было всего десять во всём мире, и одну из них она видела прямо перед собой. Тонированное стекло плавно опустилось, открывая лицо Аманды Пирс. Она сидела за рулём, выглядя безупречно в своём белом костюме, который, казалось, стоил как годовая аренда квартиры Итана. — Нам нужно поговорить, — просто сказала Аманда, не тратя время на приветствия. Малевола скрестила руки на груди, ухмыляясь: — Иди-ка нахуй, деточка. У меня на сегодня уже есть планы. С Итаном, — она специально выделила его имя, наслаждаясь тем, как дёрнулась бровь Аманды. Аманда медленно выдохнула, сохраняя идеальное выражение лица. — Это важно, — спокойно продолжила она. — Особенно для Итана. Малевола прищурилась, заметив на заднем сиденье массивную фигуру Макса. Интересно, что за игру ведёт эта богатая сучка? — Что ж, — демоница расправила плечи, — тогда давай расставим все точки над ёбаным «и» раз и навсегда. Она грациозно скользнула на переднее сиденье рядом с Амандой, даже не потрудившись открыть дверь — просто материализовалась внутри. Аманда, не выказав ни малейшего удивления, нажала на газ. Машина рванула с места так, что даже Малеволу вжало в сиденье. — Решила замочить меня, богатенькая девочка? — усмехнулась демоница, разглядывая безупречный интерьер автомобиля. — Увезти подальше и избавиться от конкурентки? — Твоя смерть мне ни к чему, — Аманда ловко маневрировала в вечернем потоке. — Итан расстроится, а я этого не хочу. Через пятнадцать минут они остановились перед «Лазурным», самым дорогим и эксклюзивным баром Лос-Анджелеса. Рядом с входом стояли два охранника в костюмах, которые почтительно кивнули, узнав Аманду. — Сегодня здесь никого нет, — сказала Аманда, выходя из машины. — Я забронировала всё заведение для нас двоих. Макс остался сторожить машину, грозно оглядывая улицу своими бульдожьими глазами. Внутри бара царил полумрак, подсвеченный мягким синим светом. Огромная барная стойка, выполненная из цельного куска редкого мрамора, сверкала хрусталём бокалов и тяжёлыми бутылками редких напитков. Бармен в белоснежной рубашке ждал у стойки, но Аманда жестом отослала его — видимо, инструкции были даны заранее. Они сели за столик в дальнем углу. Перед ними уже стояла откупоренная бутылка вина, которое в магазине стоило бы как подержанный автомобиль. — Итан объяснил мне, что ничего к тебе не испытывает, — спокойно сказала Малевола, откидываясь на спинку кресла. — Так что этот разговор, вероятно, пустая трата времени. — Это пока, — так же спокойно ответила Аманда, наполняя бокалы тёмно-красной жидкостью. Малевола почувствовала, как внутри неё поднимается волна ярости, но сдержалась. Она была демоницей, но теперь — частью Z-команды, героиней. Нельзя просто взять и разорвать человека на куски, каким бы раздражающим он ни был. — Я отчасти понимаю, почему он заинтересовался тобой, — продолжила Аманда, рассматривая Малеволу оценивающим взглядом. — Ты красива, сексуальна, держишься в драке. К тому же, ты приняла его таким, какой он есть, когда он раскрыл свою сущность. — А ты не думаешь, богатая сучка, — Малевола наклонилась вперёд, её глаза опасно сверкнули, — что пора бы включить мозги? Ты помешалась на своём “герое”, как школьница на рок-звезде. Аманда отпила глоток вина и холодно улыбнулась: — Я ненавижу героев, — её голос звучал как лёд. — Презираю сверхлюдей. Они все мне противны. Малевола выгнула бровь, не ожидав такого поворота. — Итан — антигерой, — продолжила Аманда. — Это первое. Второе — он гораздо глубже, чем кажется. Демоница фыркнула, отпивая вино (которое, к её досаде, было идеальным): — Ну да, всё-то ты, блядь, знаешь. Аманда отставила бокал и заговорила деловым тоном: — У меня есть предложение. Простое и понятное. Я выхожу замуж за Итана, а ты становишься его любовницей. Всем хорошо. Бокал в руке Малеволы треснул, вино полилось на скатерть, но демоница даже не заметила этого. Её глаза полыхнули ярко-жёлтым пламенем, а из ноздрей повалил дым. — Ты охуела?! — прошипела она, вскакивая. — Я не собираюсь делить его ни с кем, особенно с богатенькой сукой, у которой крыша поехала! Аманда даже не дрогнула: — А ты уверена, что сможешь его защитить? — её голос стал резче. — Что у вас будут “прекрасные отношения”? Это полная херня, и ты это знаешь. — Да что ты можешь знать о защите? — Малевола наклонилась над столом. — Ты, с твоими шелковыми простынями и телохранителями? Я из, блядь, ада! Я живу защитой и выживанием! — И что? — Аманда тоже поднялась. — Думаешь, деньги делают меня слабой? Я руковожу империей с пятнадцати лет! Пережила три попытки убийства и два корпоративных переворота! — Поздравляю! — саркастически рявкнула Малевола. — Хочешь медальку за то, что научилась считать деньги папочки? — А ты хочешь медальку за то, что научилась раздвигать ноги перед Итаном? — парировала Аманда, её идеальное самообладание начало трещать по швам. — Ах ты сука! — Малевола схватилась за край стола, её когти оставили глубокие борозды в дорогой древесине. — Ты даже не знаешь его по-настоящему! — Я знаю о нём то, чего не знаешь ты! — повысила голос Аманда. — Например, что он ходит в приют для бездомных раз в месяц! Или что он платит за лечение детей с онкологией! Или что он… Внезапно Аманда вскочила, схватив Малеволу за рога и притянув к себе через стол. Несмотря на то, что демоница была выше неё почти на голову, в этот момент Малевола почувствовала странное превосходство Аманды — не физическое, а какое-то иное, почти мистическое. — Сможешь защитить его? — зло прошипела Аманда прямо в лицо демонице. — А спасти от самого себя ты сможешь? Ты хоть представляешь, как глубоко он ненавидит себя? Как сильно он лжёт сам себе каждый чёртов день? Малевола отшатнулась, сбрасывая руки Аманды: — Пока Итан счастлив, ничего больше не имеет значения, — сказала она, но в её голосе прозвучала нотка неуверенности. Аманда вдруг оскалилась, и в этой улыбке было что-то настолько жуткое, что даже демоница на секунду оторопела. — Ты можешь умереть, — тихо произнесла Аманда. — А Итану может быть уготована судьба гораздо страшнее смерти. Ты об этом думала? Малевола восприняла это как прямую угрозу. Она молниеносно схватила Аманду за волосы, притянув к себе: — Слушай меня внимательно, сучара, — прошипела она, обнажив клыки. — Даже не думай угрожать мне или Итану. Я разорву твоё милое личико на куски прежде, чем твой песик-телохранитель успеет сказать “гав”. Аманда глубоко вздохнула, как будто не чувствуя боли от захвата, и внезапно её лицо приобрело усталое, почти меланхоличное выражение. — Это не угроза, — тихо сказала она, не пытаясь вырваться. — Я говорю о «Вознесении». — О чём? — Малевола ослабила хватку, сбитая с толку сменой тона. Аманда осторожно освободилась и вернулась на своё место, аккуратно поправив волосы, как будто ничего не произошло. — «Вознесение» — древняя организация, которая охотится за Итаном, — она налила себе новый бокал вина, её руки слегка дрожали. — Они называют его «Ключом» и хотят использовать для какого-то ритуала. Я плачу огромные деньги, чтобы держать их ищеек подальше от него, но они становятся настойчивее. Малевола застыла, переваривая информацию: — Почему я должна верить тебе? — Потому что я люблю его, — просто ответила Аманда, сжимая бокал так сильно, что её костяшки побелели. — И в отличие от тебя, я знаю, что ему угрожает. Малевола усмехнулась, её жёлтые глаза сверкнули насмешкой. — Что может угрожать Итану? — она откинулась на спинку стула. — Ты вообще видела, на что он способен? Он может, блядь, устроить армагеддон, если захочет. Он пытался убить себя сорок раз — и не смог. Аманда спокойно отпила вино, не отводя взгляд от демоницы. — “Вознесение” — не просто очередная группа кретинов с плакатами, — её голос стал тише, почти шепотом. — Это древняя организация, существующая во всех уголках мира. Оккультисты, фанатики, убийцы, охотники за сверхъестественным. Она поставила бокал и сцепила пальцы перед собой. — Они свято верят, что Павший Ангел — существо, несущее в мир разрушение и смерть. Что-то вроде предвестника апокалипсиса. И знаешь, что самое интересное? — Аманда наклонилась вперёд. — Они уверены, что если уничтожить Павшего, на земле наступит вечный мир. Рай на земле, если можно так выразиться. Малевола фыркнула, но Аманда продолжила: — Их главная цель — маска, которую Итан использовал, чтобы высвободить Павшего. Хоть сейчас она ему и не нужна, поскольку они слились воедино, для “Вознесения” это ключевой артефакт. Она отвела взгляд, её пальцы нервно постукивали по столу. — Я не хочу потерять его, — тихо сказала она. — И я знаю, что никто из нас не хочет. Малевола резко рассмеялась: — Нахуя ты мне это рассказываешь? Чтобы я проникалась твоей трагичной историей любви? — Чтобы ты поняла, тупица, — Аманда подняла на неё холодный взгляд, — что одна ты не сможешь его защитить. И ему об этом знать не обязательно. Она сделала глоток вина. — Я в любом случае продолжу его защищать. Надеюсь, ты поможешь мне в этом… если действительно заботишься о нём. Малевола прищурилась, скрестив руки на груди: — Ты видела Z-Команду в действии? Мы разнесли половину Лос-Анджелеса, сражаясь с Пологом. Думаешь, мы не справимся с кучкой суеверных мудаков? Аманда медленно покачала головой: — В том-то и проблема, что это не “кучка мудаков”, — она провела рукой по экрану телефона, что-то открывая. — Это организация со сверх-людьми, обладающими крайне специфическими и смертельно опасными способностями. Она подняла взгляд на демоницу: — Сейчас их возглавляют двое — Старик Сагуко и его внучка Сакура, родом из Японии. Они довели свои способности и владение мечом до почти божественного уровня. И они абсолютно уверены в своей правоте. — Пиздишь, — коротко бросила Малевола, но в её глазах мелькнула тень беспокойства. Аманда развернула телефон экраном к Малеволе и нажала на воспроизведение. На видео пожилой японец, казавшийся совершенно обычным стариком, внезапно двигался с такой скоростью, что невооружённым глазом невозможно было уследить за его движениями. Его меч разрезал бронированную машину как масло, а затем… он останавливал пули голыми руками. Рядом с ним девушка, не старше двадцати, с длинными волосами, собранными в высокий хвост, одним движением руки создавала что-то похожее на пространственный разрыв, который разрезал здание пополам. — Это записи с последней операции, — тихо сказала Аманда. — В Киото. Там они убрали местного супергероя, который, как они считали, мешал им в поисках Павшего. Малевола пристально смотрела на экран, её лицо становилось всё более серьезным. — Даже всего штаба SDN не хватит, чтобы справиться с ними, — наконец признала она. — Но зачем тебе вся эта херня? Зачем защищать того, кто может за себя постоять? Аманда улыбнулась, и в этой улыбке было что-то такое, от чего даже Малеволе стало не по себе. — Для меня нет ничего важнее безопасности Итана, — просто ответила она. — Ничего. — А если он узнает? — спросила Малевола, внимательно изучая Аманду. — Узнает, что ты скрывала от него опасность? Что платила людям, чтобы они держались от него подальше? — Пусть лучше он ненавидит меня за это, — Аманда пожала плечами, — чем окажется в лапах “Вознесения”. Малевола молчала долгую минуту, обдумывая услышанное. Наконец она выдохнула: — Предположим, я тебе верю. Что ты предлагаешь? — Перемирие, — твёрдо сказала Аманда. — И сотрудничество. Ты следишь за ним, когда он в SDN или на заданиях. Я — когда он дома или на публике. Мы обмениваемся информацией. — А наши… личные отношения с ним? — осторожно спросила демоница. — Это его выбор, — Аманда стиснула зубы, но сохранила спокойное выражение лица. — Я не собираюсь играть грязно, если ты об этом. — А что насчёт этой твоей… яндере-истории с замужеством? — Малевола приподняла бровь. — Ты собираешься отступить? — Нет, — твёрдо ответила Аманда. — Я буду бороться за него честно. Но защита Итана важнее наших личных разборок. Малевола слегка улыбнулась, показывая клыки: — Знаешь, для человека ты удивительно… настойчива. Почти как демон. — Я выросла в мире, где выживает сильнейший, — Аманда пожала плечами. — Просто мои когти и клыки другого рода. Они смотрели друг на друга через стол, две хищницы, оценивающие потенциал и опасность друг друга. — Что ж, — наконец сказала Малевола, поднимая свой бокал, — за странный союз. Аманда подняла свой: — За Итана. Их бокалы тихо звякнули, и в этом звуке было больше перемирия, чем в любых словах или обещаниях. Итан сидел на диване, нетерпеливо барабаня пальцами по подлокотнику, когда Малевола наконец появилась в его квартире. Чёрный дым её прибытия растворился в воздухе, заполняя комнату лёгким запахом серы и горячего металла. — Опаздываешь, демоница, — заметил он, откладывая ноутбук. На экране виднелся недописанный абзац очередной кровавой истории. — Уже думал, что придётся удовлетворять свои низменные потребности в одиночестве. Малевола окинула его внимательным взглядом. Итан выглядел как обычно — потрёпанная футболка, щетина, чуть усталые глаза. Но что-то неуловимое в его позе, в том, как он держал плечи, заставляло её насторожиться. — Встретила твою богатенькую поклонницу, — она небрежно бросила свою кожаную куртку на спинку стула. — Аманду. Итан поднял брови: — Серьёзно? И где ж вы пересеклись? — Она подкараулила меня у выхода из SDN, — Малевола подошла к бару в углу квартиры и налила себе виски. — Забрала в какой-то пафосный бар. — И о чём же вы беседовали? — в голосе Итана появились любопытные нотки. Малевола сделала глоток, наслаждаясь тем, как алкоголь обжигает горло: — В основном о тебе, — она повернулась к нему. — И о том, как она собирается строить с тобой отношения. Предложила мне стать твоей официальной любовницей, пока она будет твоей женой. Итан тихо усмехнулся, покачав головой: — Ебанутая, — просто сказал он. — Реально сука ебанутая. Малевола подошла ближе, её хвост нервно подёргивался: — Ответь мне честно, Итан, — она смотрела ему прямо в глаза. — Если бы она… действительно смогла влюбить тебя в себя… ты бы забыл обо мне? Или был бы таким типичным мудаком, бегающим между двумя? Итан замер, его лицо стало задумчивым. Он раскрыл рот, как будто собираясь что-то сказать, но слова не приходили. Секунды тишины растягивались в минуты. Малевола почувствовала, как внутри неё что-то сжимается. Его молчание говорило громче любых слов. Она вдруг поняла, что знает об Итане лишь верхушку айсберга. Его шутки, его гнев, его страсть… но что скрывалось глубже? Аманда же, похоже, изучила своего “будущего муженька” досконально — каждую складку его тёмной души, каждый потаённый уголок сознания. От этой мысли стало болезненно тесно в груди. Итан, словно почувствовав её смятение, поднялся с дивана и подошёл к ней. Без слов он просто обнял её, зарывшись лицом в шею. — Эй, — его голос стал ниже, с хрипотцой, — давай не будем тратить наш вечер на разговоры о какой-то богатой сучке с комплексом спасённой принцессы? Его руки скользнули ниже, обхватывая её талию: — Помнится, ты что-то говорила про свой особенный язык… и я всё ещё жду демонстрации, — он слегка прикусил её ключицу. Малевола позволила себе раствориться в его прикосновениях, отбрасывая тревожные мысли. Пока он целовал её шею, спускаясь всё ниже, она не замечала самого главного — Итан не улыбался глазами. И даже не моргал. Они двигались к спальне, обмениваясь колкостями и пошлыми обещаниями, но где-то глубоко внутри Малевола чувствовала неуловимую фальшь. Словно перед ней был не совсем тот Итан, которого она знала. Словно часть его осталась где-то далеко, погребённая под маской привычных слов и жестов. Но желание и страсть затуманивали разум, и она позволила себе не думать об этом. По крайней мере, сегодня. Аманда вошла в свой пентхаус, чувствуя необычную усталость — не физическую, а ту глубокую эмоциональную опустошённость, которая наступает после интенсивного противостояния. Её мысли вращались вокруг Итана: как стать ближе, как защитить, как заставить его увидеть, насколько она идеально ему подходит. Щёлкнув выключателем, она прошла через гостиную, на ходу сбрасывая туфли. Всё, чего она хотела сейчас — принять душ и погрузиться в размышления о следующем шаге. Дверь в спальню была приоткрыта. Странно, она всегда оставляла её закрытой. Аманда замерла на пороге, её рука автоматически потянулась к скрытому карману, где лежал миниатюрный пистолет. Но она так и не успела его достать. В её спальне, безмятежно сидя в антикварном кресле возле окна, находился пожилой японец с абсолютно лысой головой. Он был одет в традиционное тёмно-синее кимоно, а на коленях покоился меч в простых деревянных ножнах. — Добрый вечер, мисс Пирс, — произнёс он на безупречном английском с лёгким акцентом. — Прошу прощения за вторжение. Его голос звучал мягко и почтительно, словно он был гостем, которого пригласили на чай, а не незваным чужаком в её доме. — Сагуко, — процедила Аманда, мгновенно распознав его по фотографиям из своего досье. — Какого хрена ты делаешь в моём доме? Она стояла прямо, расправив плечи, несмотря на бушевавший внутри страх. Где Макс? Что с охраной? Как этот старик обошёл все её системы безопасности? Сагуко слегка наклонил голову, выражая уважение: — Ваша охрана в полном порядке, мисс Пирс. Просто спит. Я не люблю ненужное насилие. Он жестом предложил ей сесть на край собственной кровати: — Думаю, нам пора поговорить открыто, не находите? Нам надоело притворяться, что мы не знаем о том, как вы подкупаете наших ищеек. Аманда не двинулась с места: — Не понимаю, о чём ты говоришь, — её голос был холоден, как арктический лёд. — Но если ты думаешь, что можешь просто вломиться в мой дом… — Разумеется, не могу, — Сагуко улыбнулся, и в этой улыбке было что-то пугающе доброе. — Поэтому я и не вламывался. Я просто… переместился. Он провёл рукой по ножнам меча: — Вы очень умная молодая женщина, мисс Пирс. И очень упорная. Полтора года защищать Павшего… Впечатляет. — Защищать? Я просто филантроп, — Аманда скрестила руки на груди. — И если ты думаешь, что я имею какое-то отношение к мифическим существам… Сагуко тихо рассмеялся: — Оставьте это, мисс Пирс. Я видел ваш вертолёт возле дома мистера Коупа. Я видел, как вы сражались с моими людьми, когда они подобрались слишком близко к нему. Вы делаете всё, чтобы защитить его… Он наклонил голову: — …потому что любите его. Это благородно. Аманда стиснула зубы, отбросив притворство: — Чего ты хочешь, старик? — Простого понимания, — Сагуко поднялся на ноги с изяществом, несвойственным его возрасту. — Нас не интересует мальчишка. Нам нужна только маска. — Маска? — Аманда изобразила непонимание. — Та самая, которая помогла ему принять свою сущность, — пояснил Сагуко. — Освободить Павшего. Она нам нужна для баланса мира. После этого мы оставим его в покое. Пусть занимается своими писательскими делами. Он сделал паузу: — Но если он посмеет нам помешать… он умрёт. Аманда молчала, её кулаки сжались так сильно, что ногти впились в ладони. — Где он сейчас? — вежливо спросил Сагуко. — Будет проще, если мы просто заберём то, что нам нужно, и уйдём. — Пошёл нахуй, — спокойно ответила Аманда. Движение было настолько быстрым, что она даже не успела его увидеть. Просто внезапно почувствовала острую боль в ноге и увидела, как по её дизайнерским брюкам расползается тёмное пятно крови. Сагуко при этом даже не вынул меч из ножен — использовал только их край. Аманда не шелохнулась, продолжая смотреть ему прямо в глаза. — Какая дрянная девчонка, — старик покачал головой, словно был разочарованным учителем. — Так и не научились манерам, несмотря на всё ваше богатство. Следующий удар пришёлся по руке — быстрый и точный, рассекая кожу до кости. Аманда прикусила губу, но не издала ни звука. — Где Павший? — спокойно повторил Сагуко. — Тебе придётся убить меня, — прошипела Аманда. Старик вздохнул, и его движения превратились в размытую вспышку. Удары сыпались один за другим — методичные, точные, рассчитанные причинить максимальную боль, но минимальные повреждения жизненно важным органам. Кровь брызнула на стены, на шёлковые простыни, на идеальный белый ковёр. Аманда упала на колени, но продолжала смотреть вверх, на своего мучителя. — Уже двенадцать ран, — задумчиво произнёс Сагуко, разглядывая её. — Большинство людей ломаются на четвёртой. Вы удивительно упрямы, мисс Пирс. Даже перед лицом смерти. В этот момент телефон в его кармане издал тихую мелодию. Старик достал его, не сводя глаз с Аманды. — Да, — ответил он. — Понятно. Вы уверены? Хорошо, выдвигаемся. Он убрал телефон и слегка поклонился Аманде: — Похоже, ваше упрямство было вознаграждено. Мои люди обнаружили Павшего самостоятельно. Аманда почувствовала, как леденящий ужас сковал её сердце. Нет. Только не это. — Повторяю, мисс Пирс, — Сагуко направился к центру комнаты, — нас интересует только маска. Если он не будет сопротивляться, никто не пострадает. Он сделал резкое движение мечом, рассекая пространство перед собой. В воздухе появилась мерцающая щель, сияющая неестественным голубым светом. — До скорой встречи, мисс Пирс, — старик шагнул в разрыв, который тут же закрылся за ним, оставив после себя только запах озона и тишину. Аманда рухнула на пол, чувствуя, как из множества ран сочится кровь. Тело горело от боли, но это было ничто по сравнению с агонией в её душе. — Итан, — прошептала она. — Нет… Дверь в апартаменты с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Макс, видимо очнувшийся от вынужденного сна. — Мисс Пирс! — он бросился к ней, бережно поднимая на руки. — Господи, что произошло?! — К инфаркта! — скомандовала она, превозмогая боль. — Быстрее! Они… они нашли его, Макс. Они идут за Итаном… Верный телохранитель без лишних вопросов подхватил её и понёс к лифту, ведущему к медицинскому блоку в подвале здания. Пока их окружали дежурные врачи, Аманда лежала на каталке, чувствуя, как иглы капельниц впиваются в её руки, а по щекам текут слёзы. «Я не смогла защитить его», — мысль жгла сильнее любой раны. — «Не смогла спасти своего возлюбленного. Какая я после этого невеста?» Медики суетились вокруг, вводили лекарства, накладывали швы, но Аманда этого не замечала. Её разум был далеко — с человеком, которого она поклялась защищать любой ценой. И которого подвела. Старик Сагуко и его внучка Сакура материализовались на пустынной улице у дома Итана. Ночь была безлунной, только тусклые уличные фонари разбавляли темноту своим желтоватым светом. — Уверена, что он здесь, дедушка? — Сакура поправила катану на поясе. В отличие от традиционного одеяния деда, она предпочитала современную одежду — чёрные обтягивающие брюки, водолазку и кожаную куртку, позволявшую свободно двигаться. Старик кивнул: — Наши ищейки не ошибаются. Павший внутри. Они направились к подъезду, но не успели дойти до него. Входная дверь распахнулась, и на крыльцо вышел сам Итан. Без футболки, в одних домашних штанах, с растрёпанными волосами. Глаза его странно поблескивали в темноте. — Какого хуя вам нужно? — спросил он без предисловий. Сагуко слегка поклонился, демонстрируя уважение: — Мистер Коуп. Признаюсь, приятно удивлен вашей встречей. Не ожидал, что вы выйдете к нам сами. — Вежливость можешь себе в жопу засунуть, старик, — процедил Итан, скрестив руки на груди. — Я вышел только потому, что не хочу будить свою гостью. Она и так сегодня была… утомлена. Сакура выступила вперёд, её лицо исказилось от презрения: — Отдай нам маску, Павший, — её голос звучал резко. — И никто не пострадает. По крайней мере, сегодня. Итан смерил её холодным взглядом: — А ты, я смотрю, не такая вежливая, как дедуля, — он ухмыльнулся. — Маска, значит? Вот из-за этой хрени весь сыр-бор? Он повернулся к дверям: — Подождите-ка. Через минуту он вернулся, держа в руках странный предмет — искусно вырезанную маску из тёмного дерева, исписанную древними символами. Итан задумчиво поворачивал её в руках, разглядывая так, словно видел впервые. — Так, значит, эту херню вы ищете? — он посмотрел на них, а потом просто бросил маску в их сторону. — Забирайте и проваливайте. Сакура метнулась вперёд с нечеловеческой скоростью, поймав маску в воздухе. Её руки заметно дрожали, когда она бережно держала артефакт. — Наконец-то, — прошептала она, глядя на маску с благоговением. — После стольких лет… Сагуко снова поклонился: — Благодарю за понимание, мистер Коуп. Должен сказать, вы оказались более разумным, чем мисс Пирс. Она зря так упрямилась… могла бы обойтись и без всех этих ран. Итан, уже повернувшийся к двери, замер. Медленно, очень медленно, он обернулся к старику. Его левый глаз внезапно стал полностью чёрным, без зрачка и радужки. — Что вы сделали с этой девчонкой? — его голос упал до угрожающего шёпота. Сагуко чуть наклонил голову: — Ничего фатального. Просто небольшая беседа с применением… убедительных аргументов. Она оказалась очень преданной вам, даже под пытками не выдала места вашего пребывания. Итан смотрел на них, не моргая. Воздух вокруг него словно сгустился. — Мы уходим, мистер Коуп, — быстро сказал старик, заметив перемену. — Благодарим за сотрудничество. Он сделал жест рукой, и пространство перед ними разорвалось, образуя знакомый голубой проход. Через мгновение они с внучкой исчезли в нём. Итан стоял ещё несколько секунд, глядя в никуда. Затем его лицо исказилось. — Блядь! — выругался он, бросаясь обратно в квартиру. Он даже не стал одеваться, лишь схватил ключи от машины, телефон и выбежал на улицу. Двигатель его старого Мустанга ревел, когда Итан гнал через ночной город. Он понятия не имел, где живёт Аманда, но, зная её любовь к роскоши, направился в район самых дорогих пентхаусов города. После нескольких звонков и грубых угроз портье одного из элитных домов, он наконец узнал адрес. Паркуясь у сверкающего небоскрёба, он увидел, как из главного входа выходит она — Аманда, с забинтованной шеей, руками, еле переставляя ноги в сопровождении Макса. Итан выскочил из машины и пересёк расстояние между ними за несколько широких шагов. Аманда заметила его и замерла. Её зелёные глаза расширились, а затем наполнились слезами. — Итан, — выдохнула она, и вдруг разрыдалась, бросившись к нему с такой силой, что он едва удержался на ногах. — Прости меня! Прости, прости, я не смогла тебя защитить! Я подвела тебя! Я… Итан неловко, но крепко обнял её, стараясь не задевать многочисленные повязки. — Тише, блядь, тише, — бормотал он, неожиданно для самого себя гладя её по голове. — Успокойся, ну. Всё нормально. Я цел, никто не умер. Он отстранил её, чтобы лучше рассмотреть повреждения. Его челюсть напряглась, когда он увидел, насколько серьёзны раны. — Что эти два еблоида вообще от тебя хотели? — спросил он, когда Аманда немного успокоилась. Она судорожно вдохнула, стирая слёзы: — Ты… ты цел? Они не тронули тебя? — её глаза лихорадочно оглядывали его, словно пытаясь убедиться, что он не ранен. — Я в порядке, — он пожал плечами. — Они просто забрали эту ёбаную маску и свалили. А теперь объясни мне, какого хрена происходит? Аманда глубоко вздохнула, собираясь с силами: — Это культ “Вознесение”. Они охотились за тобой… всё это время. Полтора года. Я… я пыталась тебя защитить. Подкупала их ищеек, устраняла следы… Она говорила быстро, боясь, что Итан перебьет её. Рассказала всё, что знала о культе, о Сагуко и его внучке, об их одержимости маской и верой в то, что Павший Ангел — предвестник апокалипсиса. — Они верят, что маска — ключ к мировому балансу, — закончила она. — Что с её помощью можно… я не знаю… предотвратить конец света или что-то в этом роде. Итан слушал её, и по мере рассказа его лицо всё больше искажалось. Сначала недоверием, потом пониманием, а затем… он начал смеяться. Не своим обычным саркастичным смехом, а тем жутким хохотом, который был присущ его демонической сущности — Павшему Ангелу. — Ёбаные косорылые кретины, — выдавил он между приступами хохота. — Просто невероятные тупорылые долбоёбы! Аманда смотрела на него в замешательстве: — Итан? — Маска! — он указал в сторону, словно артефакт всё ещё был перед ним. — Эта хуйня — пустышка! Она не имеет никакого значения! — Что? — Аманда моргнула. — Это был просто… “ключ” к моей сущности, — объяснил Итан, его чёрный глаз сверкал. — Костыль, чтобы я мог принять себя. После того, как мы с Павшим слились, она превратилась в обычный кусок резного дерева. Никакой магии, никакой силы. Его губы растянулись в хищной ухмылке: — И теперь, когда эти два неудачника думают, что получили своё сокровище… Он облизнул губы, и в этом жесте было столько кровожадного предвкушения, что даже Аманда, влюблённая в него, почувствовала холодок по спине. — Я буду убивать их медленно, — прошептал он. — Очень, очень медленно. Со вкусом. Начну с пальцев, потом перейду к… Аманда положила свою забинтованную руку на его предплечье, прерывая жуткий монолог: — Итан, — тихо сказала она. — Ты не обязан этого делать. — Они пытали тебя, — его голос внезапно стал холодным, как лёд. — Из-за меня. — Я бы сделала это снова, — просто ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Без колебаний. Итан смотрел на неё долго, словно видел впервые. — Почему? — наконец спросил он. — Почему ты… просто отдай им меня, и ты была бы цела. Аманда улыбнулась, и в этой улыбке, несмотря на кровоподтёки и ссадины на лице, была удивительная нежность: — Потому что я люблю тебя, идиот. Разве не очевидно? Итан моргнул, застигнутый врасплох её прямотой. — Поехали, — вдруг сказал он, отводя взгляд. — Тебе нужен нормальный врач, а не эти шарлатаны, которые даже повязки нормально наложить не могут. Аманда позволила ему помочь ей сесть в машину, скрывая улыбку. Она знала его достаточно хорошо, чтобы понять: его забота значила гораздо больше любых слов. — Кстати, — вдруг спросил Итан, заводя двигатель, — где твоя бешеная машина? — В гараже, — ответила Аманда. — Я собиралась ехать к тебе. — Зачем? — Чтобы спасти тебя, идиот, — она закатила глаза. — Явно не для того, чтобы в очередной раз услышать твоё “нет” на моё предложение замужества. Итан хмыкнул: — За мной не заржавеет. При следующей встрече обязательно снова откажу тебе. Несмотря на боль, Аманда тихо рассмеялась. Может, он и не любил её. Пока. Но он был здесь, рядом с ней, заботился по-своему. А остальное… остальное было лишь вопросом времени. Итан вырулил на главную дорогу, время от времени бросая взгляды на Аманду. Девушка полулежала на пассажирском сиденье, её лицо блестело от пота, а глаза лихорадочно блестели. Похоже, у неё поднималась температура. — Скоро приедем, — буркнул он, переключая передачу. — Только не отключайся тут мне, понятно? — Я в порядке, — Аманда попыталась сесть прямее, но поморщилась от боли. — Правда. Бывало и хуже. — Хуже, чем быть исполосованной психованным японцем с мечом? — Итан приподнял бровь. — Сомневаюсь. Аманда внезапно хихикнула, что совершенно не вязалось с ситуацией: — Ты такой милый, когда волнуешься. — Я не волнуюсь, блядь, — отрезал Итан, сильнее сжимая руль. — Просто не люблю, когда из-за меня страдают невинные люди. — Я знаешь… каждое утро… репетирую перед зеркалом, — вдруг сказала Аманда, её речь стала слегка заплетающейся. — Приветствия. Всякие разные. Итан бросил на неё озадаченный взгляд: — Что? — Ну знаешь, — она сделала неопределённый жест рукой, — “Доброе утро, дорогой!”, “Привет, любимый!”, “Выспался, Итан?”. Она смотрела в лобовое стекло немного расфокусированным взглядом: — Думаю, какое тебе больше понравится. Каждый день тренируюсь… разными интонациями. Он сглотнул: — Аманда, у тебя, похоже, жар. Ты бредишь. — И ещё я мастурбирую, — продолжила она как ни в чём не бывало. — Три раза в день. Это как ритуал такой. С детства. Итан чуть не врезался в идущую впереди машину и резко затормозил: — Что? — Утром, сразу после душа, — Аманда загибала пальцы на руке, словно перечисляя покупки. — Потом днём перед обедом… и вечером перед сном. Обязательно. Её голова слегка покачивалась, как у тряпичной куклы: — Я даже когда совсем занята, всё равно нахожу время. Даже в туалете офиса делаю это, если нужно. Итан попытался сосредоточиться на дороге, но её слова просто не давали ему сконцентрироваться: — Слушай, тебе не обязательно рассказывать мне… — Я, знаешь, учусь, — перебила его Аманда, её голос был неожиданно серьёзным, хотя она явно находилась в бреду. — Учусь как быть хорошей женой. Делать минет, например. Она посмотрела на него с таким выражением лица, словно делилась важным научным открытием: — На огурцах пробую. Разные техники. Есть специальное порно… обучающее. Я всё изучила. Итан моргнул, не зная, что сказать. Он понимал, что девушка не осознаёт, что говорит, но от этого ситуация становилась только более неловкой. — Но я всё ещё девственница, — вдруг сообщила она с гордостью. — Даже пальцы… внутрь не вставляю. Только снаружи… ласкаю. И вибратор не использую. Хочу, чтобы первым был ты. Итан сделал глубокий вдох, пытаясь сохранять спокойствие: — Блядь, это самая странная поездка в моей жизни. — Я выучила три языка, чтобы тебе было интереснее, — Аманда вдруг положила забинтованную ладонь ему на колено. — И освоила кулинарию. Я могу готовить твои любимые блюда. Знаю, что ты любишь острый рамен с телятиной и маринованные артишоки. И жареное мороженое. И еду с соусом табаско. Она замолчала, словно задумавшись, а потом добавила с улыбкой: — А ещё я знаю, что ты переводишь деньги на счёт той маленькой девочки с лейкемией. И что каждое полнолуние ходишь на кладбище, к могиле своей матери. Итан бросил на неё быстрый взгляд: — Откуда ты… — Я хочу запомнить всё о тебе, — прошептала она, её глаза начали закрываться. — Всё-всё. Что тебе нравится, что не нравится… как ты любишь, когда тебя ласкают… какие книги читаешь перед сном… Она положила голову на подголовник: — Я буду идеальной женой… выучу все позы из Камасутры, если захочешь… буду носить то бельё, которое тебе нравится… я уже купила сто комплектов разных… Её голос становился всё тише, пока не превратился в едва слышный шепот. Итан наконец-то увидел вывеску больницы и резко свернул на парковку. — Держись, — буркнул он, выбираясь из машины и обходя её, чтобы открыть дверь со стороны Аманды. — Сейчас тебя подлатают. Через час Аманда уже лежала в отдельной палате, подключенная к мониторам и капельницам. Врач-метаморф с уникальной способностью ускорять регенерацию тканей обработал её раны, а телепат успокоил нервную систему. Итан сидел на стуле рядом с её кроватью, молча глядя на бледное лицо девушки. Аманда открыла глаза и слабо улыбнулась, увидев его: — Ты не ушёл. — Нет, — коротко ответил он. — Я… — она нахмурилась, пытаясь вспомнить. — О боже. Я что-то говорила в машине? Итан усмехнулся: — Не беспокойся об этом. — Я несла какую-то чушь, да? — её щёки слегка покраснели. — Прости, это, наверное, лекарства, которые мне вкололи дома. — Ты была… откровенной, — Итан пожал плечами. — Но ничего такого, о чём стоит жалеть. Аманда внимательно посмотрела на него: — Почему? — Что “почему”? — Почему ты такой? — она чуть приподнялась на локтях. — Ты знаешь, что я делала для тебя все это время. Ты знаешь, что я люблю тебя. Но ты всё равно… держишь меня на расстоянии. Почему? Итан отвёл взгляд, глядя в окно на ночной город: — Я… я у тебя в долгу, это правда, — он говорил медленно, словно взвешивая каждое слово. — И я благодарен за всё, что ты сделала. Он провёл рукой по волосам: — Но я уже не тот Итан, которого ты встретила полтора года назад. От прежнего меня осталось процентов сорок, не больше. Остальные шестьдесят — это Павший. Существо, которое… не очень хорошо понимает человеческие чувства. Аманда слушала его, не перебивая. — Я пытаюсь быть человеком, — продолжил Итан. — Но иногда это… сложно. Я не знаю, способен ли я на нормальные отношения. На любовь. На всё то дерьмо, что ты заслуживаешь. Аманда внезапно схватила его за руку, её глаза наполнились слезами: — Итан, послушай меня, — её голос дрожал от эмоций. — Я не влюбилась в того книжного автора, которым ты был раньше. Я полюбила тебя — того, кто забрал моё проклятие. Того, кто смотрел на меня своими разными глазами, и в котором я видела не чудовище, а человека, способного на самопожертвование. Слезы текли по её щекам, но она продолжала говорить: — Я люблю тебя таким, какой ты есть сейчас. Со всей твоей тьмой, со всеми демонами, со всеми “блядями” через каждое слово, — она слабо улыбнулась. — Я не ищу идеального человека. Я уже нашла того, кто идеален для меня. Она сжала его руку сильнее: — Когда Сагуко пытал меня… знаешь, о чём я думала? Не о том, что умру. А о том, что больше никогда не увижу твоей ухмылки. Не услышу, как ты материшься из-за пролитого кофе. Не почувствую… не почувствую, что это такое — быть любимой тобой. Итану стало не по себе. Он не привык к таким искренним признаниям. Часть его — человеческая часть — чувствовала жалость к этой девушке, вложившей столько в человека, который, возможно, никогда не сможет ответить ей тем же. Но какая-то другая, новая часть его существа, ощущала странное… тепло. — Я не знаю, — честно сказал он. — Не знаю, чувствую ли я любовь к тебе, Аманда. Даже после всего, что узнал сегодня. Он посмотрел ей прямо в глаза: — Но я точно не ненавижу тебя. И это уже что-то, поверь. Аманда рассмеялась сквозь слёзы: — “Не ненавижу” от тебя — это почти как предложение руки и сердца от обычного парня. Итан усмехнулся: — Не зарывайся, принцесса. — Останешься со мной? — тихо спросила она. — Хотя бы на ночь. Просто… посидеть рядом. Итан хотел отказаться. Хотел сказать, что ему нужно идти, что Малевола, вероятно, проснулась и беспокоится. Но вместо этого он кивнул: — Ладно. Только не вздумай опять бредить про огурцы и минеты. Аманда покраснела до кончиков ушей: — О боже… я правда такое говорила? Итан впервые за весь вечер искренне рассмеялся: — А ты не помнишь? Жаль. Это было… познавательно. Он устроился поудобнее на стуле, глядя на смущённое лицо Аманды. Возможно, он не любил её. Пока. Но он точно знал, что сделает всё, чтобы те, кто причинил ей боль, заплатили за это сполна. Итан сидел на неудобном больничном стуле, наблюдая, как Аманда беспокойно ворочается во сне. Её лицо, даже в полумраке палаты, выдавало боль — брови периодически сходились на переносице, а губы иногда кривились в безмолвном стоне. Несмотря на всю хвалёную регенерацию, раны были слишком глубокими, слишком… методичными. Профессионально нанесёнными, чтобы причинить максимум страданий. Он откинулся на спинку стула, потирая глаза. Усталость накатывала волнами, но сон не шёл. В голове крутились вопросы, не дававшие покоя. «Какого хера с ней не так?» — думал он, разглядывая спящую девушку. Было что-то странное в том, чтобы видеть вечно собранную, безупречную Аманду Пирс такой — уязвимой, растрёпанной, со следами крови на шее, которую медсёстры не до конца смыли. Итан не мог понять её. Эту необъяснимую, почти фанатичную одержимость им. Этого изнурительного марафона любви, который она устроила, преследуя его. «Зачем причинять себе такую боль? Ради кого? Ради меня?» Он мысленно перечислил все свои «достоинства»: алкоголик средних лет, психопат, убийца на счету которого двухзначное число трупов, социопат, не способный на нормальное человеческое общение, чёртов безумец в полном смысле этого слова. Букет достоинств, от которого любая здравомыслящая девушка сбежала бы без оглядки. Но не Аманда. Нет, она, блядь, любила его. И знала о нём больше, чем он сам был готов признать. Даже тот факт, что каждое полнолуние он приходил на могилу матери — женщины, которую при жизни он якобы ненавидел за предательство, но после смерти не мог отпустить. — Почему ты любишь меня? — тихо прошептал он, зная, что она не услышит. — Это просто благодарность за спасение от проклятия? Такой наивный синдром спасителя? Но в глубине души он знал, что это не так. Что-то в её глазах, в том, как она говорила о нём, выдавало более глубокое чувство. Словно она действительно видела его — во всей уродливой полноте, со всеми демонами и монстрами, живущими внутри, и всё равно… выбирала его. «Да бред какой-то», — Итан покачал головой. — «Она же совсем девчонка. Двадцать один. Что она может знать о настоящей любви? А мне, блядь, тридцать один. Десять лет разницы, целая пропасть жизненного опыта». И эта её жертвенность… Зачем всё это? Они же почти никто друг другу. Их связывал лишь один эпизод, одна случайная встреча, один момент слабости с его стороны. Чего она добивается? Неужели желание получить его любовь настолько сильно, что стоит всех этих увечий, всей этой боли? Словно уловив его мысли, Аманда вдруг слегка застонала и приоткрыла глаза. Они были мутными от лекарств, но на мгновение Итану показалось, что она полностью осознаёт его присутствие. — Хочешь моё сердце заполучить? — вдруг спросил он, не своим голосом. Это был голос Павшего — более глубокий, с едва заметным эхом, словно говорящий из глубины колодца. Аманда моргнула, её взгляд на мгновение стал ясным: — А у тебя оно есть? — спросила она тихо, сонно, словно разговор происходил во сне. — Ледяное, — ответил Павший устами Итана. Она слабо улыбнулась, её глаза закрывались: — Лёд… тоже тает… — прошептала Аманда, снова погружаясь в сон. Итан почувствовал, как его сущность отступает, возвращая ему контроль над телом. Он смотрел на спящую Аманду, и внутри него что-то сжалось. Странное, непривычное чувство, которое он не мог идентифицировать. Может быть, это была просто усталость. Может быть, благодарность. А может, первые микроскопические трещины на ледяной корке, о которых она говорила. Итан протянул руку и аккуратно, почти невесомо, убрал прядь волос с её лица. Затем резко отдёрнул ладонь, словно обжёгся, и вернулся в прежнюю позу — настороженный, отстранённый, закрытый. Но что-то внутри него изменилось. Что-то, чему он пока не был готов дать имя.