Dispatch: Павший ангел

Итан и Аманда, все еще в свадебных нарядах, сидели в полумраке роскошной спальни пентхауса. Огни ночного города мерцали за панорамными окнами, как созвездия в личной вселенной новобрачных. Аманда не могла оторвать взгляд от золотого кольца на своем пальце, периодически поднося руку к свету, чтобы убедиться — не сон. — Не могу поверить, что этот день наконец настал, — прошептала она, прижимаясь к плечу Итана. — Мы действительно семья. Я твоя жена. Аманда Коуп… Итан усмехнулся, наблюдая за ее зачарованным выражением лица. Его правый глаз, абсолютно черный, поглощал свет, как миниатюрная черная дыра. Тонкие черные вены, пульсирующие на шее и виске, стали заметнее от усталости после длинного дня. — Как тебе звучит? Аманда Коуп? — он провел пальцем по ее щеке. — Непривычно, наверное, после стольких лет с фамилией Пирс. — Такого экстаза я не испытывала никогда, — она прижала его руку к своей щеке. — Хотя компанию переименовывать, конечно, не буду. PirsIndustriz звучит лучше, чем KoupIndustriz. Итан рассмеялся, поглаживая ее волосы свободной рукой. — Прагматичная даже в день свадьбы. Моя бизнес-леди. Аманда внезапно выпрямилась, ее глаза сверкнули той же решительностью, с которой она обычно проводила совещания совета директоров. — Прежде чем мы… приступим к нашей брачной ночи, я хочу кое-что сказать. Итан вопросительно поднял бровь. — Я настаиваю, чтобы Малевола переехала к нам, — твердо сказала Аманда, нервно теребя край подола. — Я не прощу себе, если с ребенком что-то случится. И тебе не прощу, если будешь возражать. В ее голосе промелькнула та особая интонация, которую Итан за полтора года близости научился распознавать — обсессивная забота с оттенком ревнивой собственности. Аманда не желала делиться даже с Малеволой, но беременность полудемоницы создавала исключение из правила. — Ты будешь прекрасной тетей, — усмехнулся Итан, целуя ее в висок. Аманда надулась, слегка ударив его кулачком в грудь. — Вообще-то, я тоже беременеть собираюсь. Прямо сегодня, — она многозначительно посмотрела на него. — У нас будет своя семья. — Дай угадаю, — Итан откинулся на подушки, не скрывая ироничной улыбки. — Ты уже все распланировала? Двое детей плюс ребенок Малеволы… трое получается? — Вообще-то, я хотела пятерых, — с обезоруживающей серьезностью ответила Аманда. — Но для начала двое тоже неплохо. Не дав ему шанса ответить, она поднялась на колени и одним плавным движением оказалась сверху. Ее каштановые волосы, освобожденные от свадебной прически, рассыпались по плечам. Аманда наклонилась, медленно провела языком по его губам, а затем с неожиданной хищной грацией начала лихорадочно расстегивать пуговицы его рубашки. Когда она распахнула ткань, открывая его грудь, ее взгляд мгновенно прикипел к черным венам, змеящимся под кожей, словно угольные реки. Аманда не смогла сдержать улыбку — она любила эти отметины, принятые им ради нее. — А ведь все началось с простого предложения помочь друг другу, — ее пальцы нежно прослеживали путь вен вниз к животу. — Я хотела избавиться от проклятия, ты — от вечной боли… и вот к чему мы пришли. Ее взгляд упал на кольцо из черного обсидиана с вкраплением черного алмаза на руке Итана — ее подарок на шестое признание в любви. Она добивалась его всего полтора месяца, но с той настойчивостью, что казалось — прошла вечность. — Знаешь, я ведь поставила себе крайний срок, — прошептала она, двигаясь ниже. — Десятое предложение было бы последним. Потом я просто похитила бы тебя. — Я ни минуты в этом не сомневаюсь, — хрипло отозвался Итан, ощущая, как ее руки скользят по его телу. Аманда наклонилась к его уху, ее дыхание обжигало: — Я хочу, чтобы ты отодрал меня как последнюю шлюху, — прошептала она с той же интонацией, с которой обычно отдавала распоряжения о многомиллионных сделках. Итан улыбнулся и одним резким движением разорвал ее свадебное платье — драгоценный шедевр, созданный лучшими дизайнерами, превратился в белые лоскуты. Звук рвущейся ткани заставил Аманду чувственно хихикнуть. Она обхватила его руки и прижала их к своей груди. — Помни их хорошенько, — выдохнула она. — Они созданы для тебя. С неожиданной ловкостью она стянула его брюки. В ее глазах появилось выражение, знакомое Итану — смесь благоговения и жадности. Аманда обожала доставлять ему удовольствие таким способом, и за месяцы их отношений превратила это почти в искусство. Она опустила голову, и Итан почувствовал ее горячий рот. Его пальцы нежно перебирали ее волосы, наблюдая, как она самозабвенно занимается любимым делом. — Ты знаешь, что я не особый фанат минетов, — пробормотал Итан, закрывая глаза от удовольствия, — но у тебя выходит просто мастерски. Отросшие черные ногти зарылись в ее каштановые пряди, когда Аманда подняла лицо и с хитрой улыбкой сказала: — Это только разминка. Прежде чем Итан успел среагировать, она зажала его член между своих грудей, начав интенсивно двигаться, не отводя горящего взгляда от его лица. Когда он наконец не выдержал и излился, Аманда с явным удовольствием слизала все до последней капли. — Это только начало, — промурлыкала она, поднимаясь и глядя на него с таким выражением, от которого любой другой мужчина почувствовал бы смесь страха и возбуждения. — У нас впереди вся ночь. И вся жизнь. Итан притянул ее к себе за затылок и поцеловал — глубоко, властно, как она любила. Его черная кровь пульсировала в венах особенно сильно, когда он перевернулся, подминая ее под себя. — Тогда не будем терять времени, — прошептал он, глядя в ее зеленые глаза, в которых отражалась вся одержимость, приведшая их к этому моменту. — Миссис Коуп. Аманда неторопливо обхватила его ладонью, начав медленные, дразнящие движения. Внезапно она остановилась, прикусив нижнюю губу. Румянец, не имеющий ничего общего с возбуждением, окрасил ее щеки. — Итан, я… — она опустила взгляд, и эта внезапная застенчивость казалась почти чужеродной для властной миллиардерши. — Я хочу попросить кое о чем особенном. Итан приподнялся на локте, внимательно вглядываясь в ее лицо. — О чем? — Я хочу… взаимных покусываний, — почти шепотом произнесла она, прослеживая пальцем черную вену на его шее. — До крови. Итан усмехнулся, приподняв бровь: — С каких пор ты стала мазохисткой? — он провел костяшками пальцев по ее щеке. — Откуда такие желания? Аманда подняла на него глаза, в которых смешались решимость и нежность. — Я хочу, чтобы ты оставил на мне свою метку, — сказала она с неожиданной серьезностью. — А укус — лучшая метка, какую только можно оставить. Итан тяжело вздохнул, проводя ладонью по ее обнаженному плечу. — Мало тебя дважды чуть не убили? Сначала Сакуго из «Вознесения» искалечил, потом машина сбила… теперь я должен добавить к твоей коллекции шрамов? Аманда надулась, скрестив руки на груди. В этот момент она напоминала капризного ребенка, не получившего желаемую игрушку, а не руководителя многомиллиардной корпорации. Итан снова вздохнул и, не давая себе времени передумать, резко вцепился зубами в изгиб ее плеча. Аманда вскрикнула — звук, балансирующий на грани боли и экстаза. Ее тело дернулось, а между ног стало невыносимо влажно. Инстинктивно она вонзила ногти в его спину, раздирая кожу, чувствуя, как под подушечками пальцев собираются капли черной крови. Не останавливаясь, Аманда с каким-то первобытным голодом припала к его шее, прокусывая кожу. Во рту растекся металлический привкус — его черная кровь оказалась странно сладкой, почти пьянящей. Она слизывала ее, наблюдая, как ранка затягивается практически на глазах благодаря его регенерации. Целую минуту они жадно зализывали раны друг друга, словно дикие животные, соединенные кровавым ритуалом. Его кровь на ее губах, ее — на его. Идеальное смешение, такое, о котором Аманда грезила с первой их встречи. Она больше не могла терпеть. С гортанным звуком, больше похожим на рычание, она нашарила его член и приставила к себе, судорожно ерзая в попытках найти нужное положение. — Ты уверена, что хочешь, чтобы я обращался с тобой как со шлюхой? — Итан неожиданно остановил ее, удерживая за запястья. — С грубостями и… физическим насилием? Как-то это не очень. — Блядь, Итан! — почти закричала Аманда, ее зеленые глаза пылали. — Я до этого трижды в день дрочила, представляя, как ты меня грубо трахаешь! Я начальница в постели не хочу быть! Итан замер на мгновение, словно оценивая ситуацию, затем медленно кивнул. Его пальцы с силой впились в мягкую кожу ее бедер, оставляя красные отметины. — Ну так хули ты медлишь? — произнес он низким, не своим голосом. Хоть ему и не особенно хотелось играть эту роль, но он знал, что такое быть внимательным к желаниям партнерши. С резким рывком он вошел в нее до основания. Аманда вскрикнула от удовольствия, ее тело выгнулось дугой и тут же содрогнулось в оргазме. Итан отвесил ей легкую пощечину: — Кто тебе разрешал кончать первой, сука? — Пвостите, госфодин, — бормотала она, давясь слюной и судорожно двигая бедрами, пытаясь продлить удовольствие. Итан рывком перевернул ее на спину. — Медленно работаешь, сука, — процедил он и начал буквально вдалбливать ее в кровать мощными толчками. Любая другая женщина, вероятно, закричала бы от боли и ужаса, но Аманда была в экстазе. Ее глаза закатились, рот приоткрылся в беззвучном крике. В ее затуманенном мозгу билась только одна мысль:ее Итан принадлежит ей, и теперь он учит ее послушанию. Эта мысль сводила с ума, отправляя тело в новые волны наслаждения. Несколько минут Итан вел себя как последний мерзавец — любой, кто увидел бы их со стороны, немедленно отнес бы его к категории тех, кому место за решеткой. Он шлепал ее, дергал за волосы, сжимал горло. На последнем рывке, когда он обильно изливался в нее, его пальцы случайно слишком сильно сдавили ее шею. Как только все закончилось, его лицо мгновенно трансформировалось от наигранной жестокости к искренней тревоге. — Аманда, все хорошо? Я не перестарался? — он лихорадочно ощупывал ее шею. Аманда, все еще содрогаясь в отголосках оргазма, едва смогла кивнуть. Ее глаза были замутнены, но улыбка не оставляла сомнений — ей понравилось. — Нам нужно продолжать, — прохрипела она, обнимая его за шею. — Пока твои яйца не опустеют. Я даже думать не буду о том, что могла не забеременеть. … Полчаса спустя Итан лежал без сил, положив голову на грудь Аманды. Его дыхание постепенно выравнивалось. Аманда, каким-то чудом находя в себе силы, нежно перебирала его волосы. На ее теле виднелись следы хватки его пальцев и несколько синяков, но ее это, казалось, только радовало. — Пожалуйста, больше никаких таких ролевых игр, — слабо пробормотал Итан. — Мне и нашего тройничка с тобой и Малеволой достаточно. Аманда нежно поцеловала его в лоб, прижимая к себе, как самое драгоценное сокровище. — Ладно, больше избиений не будет, — пообещала она с легкой хитрецой в голосе. — Но БДСМ иногда будем устраивать. Она натянула одеяло на их разгоряченные тела и прижалась губами к его виску. — Доброй ночи, любовь моя. Итан что-то невнятно пробормотал в ответ, уже проваливаясь в сон. Аманда долго лежала без сна, практически не двигаясь, чтобы не потревожить его. Ее рука аккуратно скользнула на свой живот. Она была абсолютно уверена — там уже зарождается новая жизнь. Его и ее. Еще одна нить, которая навсегда свяжет их вместе. Аманда Коуп, урожденная Пирс, мягко улыбнулась в темноту и закрыла глаза, наслаждаясь звуком дыхания мужчины, за которого она буквально сражалась. И победила. Утро встретило их нежными лучами солнца, пробивающимися сквозь автоматически затемненные окна пентхауса. Итан проснулся первым, но не спешил подниматься. Он решил насладиться моментом — ее тепло, изгибы тела, приятный запах кожи. Странно, подумал он, как женщины умудряются так приятно пахнуть даже после бурной ночи? Что Малевола, что Аманда — обе сохраняли удивительный аромат даже после самого изнурительного секса. Хотя от Мэл, как он сокращенно называл Малеволу, всегда ощущался легкий запах серы, но это было вполне естественно для полудемоницы. Итан скользнул взглядом по спящей Аманде. Ее каштановые волосы разметались по подушке, дыхание было ровным и спокойным. Следы вчерашней страсти проступали на коже синяками и укусами, но даже они выглядели на ней как странные украшения. Он решил разбудить ее не классическим способом, а нежно сжимая ее грудь, ритмично надавливая, словно выполняя странный массаж. Внезапно он почувствовал что-то влажное на пальцах. Приподняв голову, Итан с удивлением увидел, как из ее сосков выступают мелкие капельки белесой жидкости. Он моргнул несколько раз, не веря своим глазам. Молоко? Это было… неожиданно. Итан медленно выдохнул, вспоминая медицинский термин: «Галакторея — патологическое выделение молока из молочных желёз вне периода лактации или беременности». Это могло быть следствием гормонального всплеска, вызванного всем происходящим за последние дни… или признаком того, что ее тело уже начало меняться из-за возможной беременности. Пока он размышлял над этим феноменом, Аманда проснулась. Ее зеленые глаза медленно открылись, мгновение фокусируясь, а затем она улыбнулась Итану самой нежной из своих улыбок. — Доброе утро, муж мой, — прошептала она. Итан наклонился и поцеловал ее, чувствуя, как она податливо отвечает, а затем сказал, указывая на ее грудь: — У тебя… молоко. Аманда проследила за его взглядом и на мгновение смутилась. Румянец окрасил ее щеки, но затем ее глаза заблестели озорно. Она привстала на локтях и слегка надавила на свою грудь. Тонкая струйка молока брызнула, попав на шею Итана. — Хочешь утреннего молочка? — игриво спросила она. — Совсем теплое! Дразня, она провела соском по его губам, оставляя на них следы белой жидкости. Итан, ощутивший легкое любопытство, аккуратно прикусил ее сосок. Аманда тихо вздохнула и обхватила его голову рукой, прижимая к своей груди. — Ну же, малыш, попробуй мамочку на вкус, — промурлыкала она. Итан, посасывая ее сосок, почувствовал, как тонкая струйка молока коснулась его языка. Вкус был сладковатым, с легкой горчинкой. — Не называй меня так, — пробубнил он, не отрываясь от своего занятия. Аманда хихикнула, нежно поглаживая его волосы. Есть что-то первобытное и в то же время успокаивающее в том, чтобы кормить мужчину своей грудью. Ее взгляд затуманился, когда она представила, как через несколько месяцев будет кормить их ребенка… но сейчас Итан нуждался в ласке ничуть не меньше. Закончив с одной грудью, Итан перешел ко второй. Аманда улыбнулась, наблюдая за ним. Ей невероятно нравилась эта картина — то, как Итан сосет ее грудь. Конечно, молоко предназначалось для их будущих детей, но и Итана стоило побаловать. Ему, с его бесконечной болью и постоянно борющимися внутри него сущностями, необходимо было это тепло, эта близость, это принятие. Наконец, он оторвался от ее груди. Преждевременное молоко закончилось. Аманда провела пальцами по соскам, проверяя. — Высосал меня досуха, — с удовлетворением сказала она, садясь в постели и позволяя простыне соскользнуть с ее обнаженного тела. — Сначала душ, а потом я приготовлю завтрак. Итан смотрел, как она грациозно поднимается с кровати, демонстрируя длинные ноги и изящную спину, украшенную следами его пальцев. Мало кто знал, что за маской безжалостной бизнес-леди скрывалась талантливая домохозяйка. Аманда прекрасно готовила, обучившись у лучших шеф-поваров мира. Она умела шить, играть на фортепиано, знала три языка в совершенстве и могла вести многомиллиардные переговоры, не моргнув глазом. Абсолютное совершенство в человеческом обличии — неудивительно, что дьявольские силы избрали ее своей целью полтора года назад. — Ты идешь? — Аманда обернулась в дверях, ведущих в роскошную ванную комнату. Итан поднялся с постели, почувствовав странную смесь домашнего комфорта и возбуждения. Возможно, в этой новой роли — роли мужа — было что-то, к чему он мог бы привыкнуть. Несмотря на всю тьму внутри него, на весь опыт Павшего Ангела, на все проклятия и боль, в этот момент он ощутил что-то подозрительно похожее на счастье. — Иду, — ответил он, следуя за женщиной, которая буквально вытащила его из объятий тьмы, чтобы заключить в свои собственные.