Первый снег

За окном управления с самого утра шумела метель. В помещении стояла какая-то непривычная тишина: то ли сонливость передалась всем находящимся в здании, то ли из-за непогоды не было слышно обычного гула в коридорах. Сергей второй час сидел над отчётами и другими важными бумагами. С новой должностью дел стало в разы больше, но он не жаловался и выполнял всё в назначенные сроки, без единой ошибки. В этом, конечно, была заслуга Владимира, который то и дело помогал советом и не кривил душой, проверяя бумаги, в которых Сергей был не до конца уверен. Несмотря на плотный график, Владимир всегда находил время — то во время обеденного перерыва, то в один из спокойных вечеров. Сейчас же Владимир пропадал где-то на вызове, и Сергей даже посочувствовал сослуживцу. В такую метель последнее, чего хотелось, — разгуливать по улицам в поисках улик. А если учесть, что дивы по природе своей не любили холод — после пустоши он казался им настоящим ледяным адом, — так и вовсе хотелось лично притянуть бедолагу в тепло и отогреть. Но Сергей знал: Владимир такой жест не оценит и лишь покрутит пальцем у виска. Вздохнув и перевернув очередную важную страницу, Сергей наконец посмотрел на часы. Время перевалило за восемь вечера — рабочий день был давно закончен, а он опять засиделся. Поднявшись с насиженного места, он неторопливо собрался домой, когда заметил в окне мерцающие фары. Кто-то из управления вернулся с задания. Сергей почему-то не сомневался — а если точнее, был уверен: это Владимир. Накинув тёплый шарф, он вышел из кабинета, закрыл дверь и спустился вниз. Стоило выйти на улицу, как он застыл, увидев странную картину. Владимир стоял под фонарём, который будто нарочно выделял его из окружающей темноты. Див, запрокинув голову, смотрел вверх — на крупные, тяжёлые хлопья снега, казалось, он не замечал ничего, кроме них. Сергей, заметив, что див стоит всего в одном пальто, невольно поёжился и направился к нему. Он приблизился и коснулся руки Владимира своей — ещё тёплой, но уже прохладной от морозного воздуха руки Владимира. Див перевёл на него взгляд. — Снова засиживаетесь до поздна? — поинтересовался он, прерывая созерцание неба. — Как и ты, — заметил Сергей, но тут же добавил: — Тебе не холодно?— Не дожидаясь ответа, он протянул руки и застегнул пальто Владимира на последнюю пуговицу. — Дивы не болеют, как люди. Холод для нас не имеет значения, — будто читая по бумажке, ответил Владимир. — Ты же знаешь, что я не об этом… — мягко укорил Сергей. И, пока див не успел возразить, стянул с себя шарф и закутал Владимира до самых щёк. Тот замер. На мгновение Сергею показалось, что его щеки стали чуть розовее, а зрачки сузились — но он списал это на игру света. — Не хочешь прогуляться? Тут неподалёку, если не ошибаюсь, продают глинтвейн, — предложил Сергей, тепло улыбнувшись. Конечно же, Владимир согласился. Он бы согласился на любую авантюру, будь у него возможность смотреть на эту тёплую улыбку хоть немного дольше. Сергей взял его под локоть и повёл вглубь улиц, туда, где только начинали собираться шумные компании гуляк и студентов.

***

Дойдя до главной улицы, где, к удивлению, оказалось гораздо меньше народу, Сергей быстро нашёл нужный киоск. Купив два напитка, он протянул один Владимиру. див уже успел согреться — от близости Сергея и от тёплого шарфа, который грел не только тело, но и его ледяную душу. Приняв стакан, Владимир некоторое время рассматривал его, затем сделал глоток. Приятное тепло разлилось по всему телу. Он перевёл взгляд на Сергея. Тот смотрел вдаль — на залив, понял Владимир. Там уже начал замерзать лёд, а под фонарями набережной на глазах формировались маленькие сугробы. Зрелище было завораживающим. Владимир снова посмотрел на Сергея. В полумраке его скулы казались острее, глаза — почти угольно-чёрными, лишь мягкие кудри смягчали «чертячью» внешность, которую придавал ему свет фонаря. Из ступора его вывел неприятный холодный удар по щеке. Он инстинктивно поднял руку — на ладони прилипший снег. Снежок. Владимир повернул голову в сторону, откуда он прилетел, но услышал лишь виноватое «ой» и удаляющийся детский смех. Он тихо прошипел, собираясь выразить недовольство вслух, но услышав тихий, до боли знакомый смех — совсем рядом замер забыв обо всех неудобствах, он перевел взгляд на Сергея, Он, прикрыв рот кулаком, будто кашляя, едва сдерживал хихиканье. Владимир даже заметил слезинки в уголках его глаз. И тут же вся злоба и раздражение испарились когда Сергей покачав головой, улыбнулся и подошёл ближе. Тёплыми от напитка руками коснувшись его щеки. — Давай помогу, — тихо сказал он и стряхнул оставшийся снег. Владимир чуть наклонился… и в следующее мгновение Сергей, быстро и уверенно сократив расстояние до нескольких миллиметров, поцеловал его. Робко. Почти невесомо. Отстранившись, он поправил намокшую прядь волос дива и неловко улыбнулся, заметив полную растерянность Владимира. диву показалось, что внутри всё гремело, пылало и кружилось. Губы дрогнули, складываясь в едва заметную улыбку. Дети, метель, усталость — всё исчезло. Остался только Сергей. Тот и пикнуть не успел, как Владимир притянул его для нового поцелуя — горячего, нежного, глубокого. Его пальцы вплелись в кудрявые локоны Сергея, а тот провёл рукой по загривку, скользнул к открытой шее и слегка сжал, поймав равновесие — ноги внезапно стали ватными. Владимир был только за — пусть делает что хочет. Разорвав поцелуй, он на мгновение задумался — мысль была безумной, но слишком заманчивой. Не дав себе времени передумать, он поставил их напитки на ближайшую лавочку и толкнул Сергея в мягкий сугроб под елью. Сам тут же рухнул рядом, навис над ним, недолго рассматривая, а потом перекатился под бок и обнял, глядя на снегопад. Сергей положил руку ему на грудь — туда, где, по мнению дива, у людей находится душа. Владимир накрыл её своей, встретился с Сергеем взглядом и повернул голову. — Спасибо за этот вечер, — пробормотал Сергей. — Это вам спасибо, — тихо ответил Владимир. Они умолкли, глядя в тёмное зимнее небо.