Самопожертвование

Версо бежит. Бежит туда, где захлебывается криком Алисия. Версо бежит и чувствует, как на нем начинает гореть одежда. Он прикрывает нос ладонью и вламывается в спальню. Алисия здесь, он видит ее сквозь дым и огонь, она зовет его. Путь перекрывают горящие остатки того, что раньше было шкафом и столом. Алисия сидит на полу возле закрытого окна, на единственном пятачке не охваченном пожаром, она задыхается, прижимая руку к лицу. Версо бросается к ней, продираясь сквозь препятствия, протягивая руки, зовя по имени. Алисия поднимает полные ужаса глаза. Ее волосы тлеют, а половина лица превращена в сожженную, изувеченую маску. Версо ее обнимает, кажется говорит что-то успокаивающее. Он не слышит себя, не осознает, что горит сам, он понимает только, что Алисия прижимается к нему в отчаянной попытке найти защиту, что она, кажется, все еще что-то кричит сквозь рыдания, что вокруг них огонь и треск рушащегося здания. Версо знает только одно. Он должен спасти Алисию. Любой ценой. За окном тучи сползают с луны, обнажая ее полумесяц. Версо бьется плечом в окно. Затем еще. И еще. И еще. Бьется, пока не трескается и не осыпается дождем стекло. Бьется, пока ночной ветер не врывается в спертый обжигащий воздух пожара. Версо подхватывает Алисию на руки, чувствуя, как подламываются колени, как дрожат и слабеют пальцы. Алисия смотрит в глаза и кричит срывающимся голосом. Версо выкидывает ее из окна. Второй этаж, все будет хорошо. Версо падает, его облизывает огонь, глаза слезятся, дым будто выжигает легкие. Он слышит хриплый крик Алисии. Она зовет его по имени. А еще там суетятся люди, воют сирены. Версо закрывает глаза и улыбается, прежде чем огонь поглощает его окончательно. С его сестрёнкой все будет хорошо.

***

Версо не любит воспоминания. Версо не любит не_свои воспоминания. Тот, другой Версо, отдал жизнь за свою сестру. Погиб, самоотверженно, самозабвенно. Версо помнит. Помнит не_свою смерть, не_свой страх, не_свою боль. Хотя и он сам умирал множество раз, боялся и корчился от боли множество раз. Но не_его воспоминания все равно сильней. Не_его чувства сильней. Любовь к не_его сестре, к не_его матери перевешивает его любовь к его, пускай ненастоящей, как и он сам, но всё-таки его, семье. Версо ненавидит себя за это. За то, что он слишком хорошая подделка. Но все еще подделка. Ненавидит за то, что стоит на пути отца, который пусть и такая же подделка, как и он сам, но всё-таки ближе настоящего живого, ненавидит за то, что причиняет боль своей, своей, а не навязанной, сестренке. Ненавидит себя за то, что выбирает не их. А тех, настоящих. Которые не его, которые любят не его, которые помнят не его. Версо ненавидит себя. Он пытается себя переубедить, говорит себе, что это его мир. Его люди. Для него настоящие. Что сам он настоящий. Версо не может в это поверить. Версо не может себя убедить, что его реальность важнее жизней не_его семьи. Версо пытается забыть не_свои воспоминания, перебить чужую боль своей. Версо не может. Он погибал столько раз, но та, не_его смерть, все равно ближе, реальнее, страшнее. Версо ненавидит себя за то, что не может стать ни заменой, ни другим человеком. Версо ненавидит себя за свою ненависть. Гюстав погибает героически. Заслоняя собой Маэль, до последнего не опуская оружия. Гюстав знает, что ему не победить, знает, что все бесполезно, но не сдается до конца. Гюстав погибает с честью. Версо хочет отвернуться. И не может. Версо не хочет смотреть как погибает не_его воплощение, как бьется в защитном куполе не_его сестра, как усмехается его отец. Версо не хочет смотреть на то, как старший брат отдает жизнь за сестру. Версо не может отвести вгляд. Он впитывает в этот раз по-настоящему чужую смерть, он позволяет ей произойти. Это к лучшему, говорит себе он. Но перед глазами все равно вспыхивает огнем. Версо сжимает зубы, разглядывая умирающего. Одна из не_его версий, каким-то причудливым образом преобразившаяся в такого Гюстава. Версо думает, что тот был лучшим братом для Алисии-Маэль. Версо заставляет себя не сожалеть о его смерти. Версо вырастает перед не_Ренуаром, отражая удар, который должен был стать последним для девочки. Версо немного ненавидит себя за то, что позволил отдать жизнь за Маэль. Кажется, это превращается в нехорошую тенденцию. Версо сидит над Алисией. Она вспомнила все. Она выбрала эту, ненастоящую жизнь. Эту, ненастоящую реальность. Его, Версо, реальность. Он вспомнила и выбрала бороться за то единственное, как ей кажется, что у нее есть. За единственную, по ее мнению, жизнь, за которую стоит держаться. Версо с ней не согласен. Версо знает, что весь его мир фальшь. Не более, чем рисунок на холсте. Не более, чем фантазия мальчишки, чем горечь матери, чем тоска сестры. Версо не может им помочь, как хотят они. Поэтому он поможет им по-своему. Даже если они возненавидят его. Пускай. Он ведь тоже фальш. Настоящий Версо мертв. И его не вернут никакие портреты. Даже если они тоже могут чувствовать. Любить и ненавидеть. Версо ненавидит себя за эту любовь. Но она, пусть даже она ложная, не_его, она все равно кажется правильной. И его выбор кажется единственным правильным. Версо сидит над растворяющейся Алисией. Она плачет, она шепчет, она умоляет. Версо смотрит на дыру в ее груди, на свой окрававленный меч. И единственный раз за свою долгую жизнь, чувствует, что все правильно. Что все искренне. Он спас ее. Даже если пришлось пожертвовать миром. И собой.