Лифт

      Лёгким движением стряхнув с мокрых от дождя волос лишнюю влагу, Саша, стянув с головы промокший насквозь капюшон, покручивал в руке связку ключей от новой, только что снятой квартиры.       Медленно шагая по подъезду, он кривится оттого, как противно скрипят промокшие от злосчастного дождя кроссовки, одновременно разглядывая окружающую обстановку. Когда он приезжал, чтобы посмотреть квартиру, на разглядывание горшков с цветами в подъезде времени не было, зато сейчас — хоть отбавляй.       Громко шмыгнув носом, парень наконец подошёл к лифту. Ткнул кнопку и поднял взгляд — на небольшом экране ярко горела красная восьмёрка. «Иронично» — усмехнулся про себя Саша, ведь это именно тот этаж, что был нужен ему.       Когда число наконец сменилось семёркой, а рядом с ним появилась маленькая стрелка вниз Парадеев, нетерпеливо вздохнув, вновь осмотрелся. Подъезд выглядел уж слишком новым для дома, который сдали ещё несколько лет назад. Но он и не жаловался — было бы на что.       Толстовка неприятно липла к спине, и парень, крепко сжимавший ключи от нетерпения, уже представлял, как наконец вернётся домой и часа на полтора зависнет в горячей ванне, когда лифт наконец остановился на первом этаже. Двери медленно распахнулись, и Саша нетерпеливо влетел внутрь, тут же врезаясь в кого-то.       Тихо ойкнув, девушка, что, оказывается, всё это время была внутри, отшатнулась, раздражённо глянув на Сашу. Парень, опустив голову, удивился и, чуть прищурившись, принялся извиняться, на что девушка лишь отмахнулась, чуть улыбнувшись, а после пулей вылетела из тесной для них двоих кабины.       Саша смотрел ей вслед до тех пор, пока подъездная дверь не хлопнула за её торопливо удаляющейся спиной.

***

      Ночью Саша не мог уснуть. Из головы всё не шла девушка с лифта — её возмущённый взгляд и хмурый вид, которые слишком уж сильно отпечатались в памяти. Он успел сто раз пожалеть о том, что в то мгновение завис и даже не спросил её номера, не говоря уже об имени. Но судьба оказалась благосклонна к нему.       Утром этого же дня Парадеев узнал, что Лера — так звали девушку с лифта — была его соседкой. Они снова столкнулись, когда выходили из квартиры, она — на работу, а он, так и не уснувший этой ночью — на съёмки к Илье. Девушка чуть смутилась при виде него, а он же, поймав девушку за локоть прежде, чем она бы скрылась на лестничной клетке, всё-таки выудил её имя и номер.       Вечером, вернувшись домой, Саша, уставший и голодный, уселся в гостиной новенькой квартиры с телефоном в руках. На экране — новый контакт, а в голове — пустота. Он совершенно не знал, что можно ей написать.       А вдруг она спит?       Вдруг дала неправильный номер?       Вдруг пошлёт его и заблокирует?       Вдруг, вдруг, вдруг…       Тяжело выдохнув, написал простое «Привет». Палец несколько секунд висел над кнопкой, прежде чем сообщение улетело девушке, а Саша, вдруг почувствовавший себя жутко неуверенным, погасил экран и отбросил телефон на диван. Теперь, по крайней мере, он не увидит сообщений в духе «Не пиши мне» прежде, чем Лера заблокирует его и удалит чат у обоих.       Он успел поесть и даже помыть посуду, когда услышал, как в подъезде громко хлопнула чья-то дверь. Одна из двух, что находились рядом с его — хлопки этажами ниже или выше он бы вряд ли услышал.       А потом телефон, всё ещё лежащий на диване, тихо завибрировал. Парадеев едва не выронил чистую тарелку из рук. Осторожно отложив посудину на столешницу, медленно двинулся в гостиную. Слишком резко подцепил мобильник с дивана и уставился в чёрный экран, где было видно его отражение.             Бессонная ночь давала о себе знать — тёмные круги под глазами стали чуть заметнее, лицо выглядело слишком уставшим и даже немного отталкивающим. О гнезде вместо привычных кудрей говорить и вовсе не хотелось.       На месте Леры он бы, увидев что-то подобное перед собой, не то что отказался номер давать — сразу бы на хуй слал, чтобы неповадно было.       Поджав губы от злости на самого себя, Саша схватил с кофейного столика недопитый энергетик и снова уселся на диван, держа палец на кнопке включения. Мозг твердил — не Лера. Лёша забыл рассказать что-то днём, Илья хотел напомнить о втором съёмочном дне, да просто спам какой-то. Но точно не Лера. Ну не могла она написать ему!       А затем телефон вдруг снова завибрировал и экран загорелся сам, а Саша снова чуть не выронил мобильник из рук. Лера ответила. «Привет»       Он смотрел на это «привет» и даже не верил. Может, она не поняла, кто ей писа?       Второе сообщение говорило об обратном. «Ты же Саша? Сосед, да?»              Телефон с глухим стуком упал на грудь, Парадеев одновременно с этим откинулся на мягкую спинку дивана, удивлённо глядя в потолок.       Не послала. Пока.

***

      Прошло два месяца, а они виделись каждый день, и всё благодаря Саше — тот специально каждый день выходил одновременно с ней, чтобы специально столкнуться с ней лицом к лицу. Перекидывания сообщениями ему было мало — настолько мало, что ночью, когда Лера смеялась над очередной его шуткой и предлагала поговорить по телефону, Парадеев был готов на стену лезть, лишь бы увидеть её в живую. Услышать, как она смеётся, прикрывая рот ладонью, посмотреть, как будет хмуриться, когда не согласна с его мнением.       И, казалось бы, чего мучиться и изводить себя — выйди на площадку, да постучись в соседнюю дверь. Но она не приглашала, а он не напрашивался. Хотя язык, а точнее пальцы, иногда чесались написать что-то в духе «Я зайду?».       Он знал, что она много работала — не хотела просить помощи у родителей, хотя сама только институт заканчивала, поэтому не хотел вечером, после работы напрашиваться и мешать ей отдыхать. И пусть совесть немного мучила из-за того, что ночью, переписываясь с ней, отвлекал ото сна, отказаться от этого не мог.       Поэтому Саша очень обрадовался, когда вечером одного дня они, оба уставшие, случайно столкнулись в лифте. В этот раз ехали в одном направлении — вверх. Саша стоял ровно, но глаза всё равно косились в её сторону — по белокурым волосам, по чуть подрагивающим ресницам, по приоткрытым пухлым губам, накрашенным каким-то прозрачным блеском. Казалось, он впервые мог так долго разглядывать её, и при этом не быть пойманным.       Когда лифт остановился на восьмом этаже, девушка подалась к дверям первая, отчего на мгновение оказалась слишком рядом с ним. Саша смог уловить тонкий запах её духов, и тот, кажется, навечно отложился на подкорке. Он был искренне уверен в том, что в момент собственной смерти будет вспоминать именно этот запах.       Когда оба оказались у своих дверей, Саша, всё ещё бросая в её сторону осторожные взгляды, начал нарочно возиться с ключом в замке, лишь бы задержаться подольше. Какого же было его удивление, когда Лера, кажется, пыталась делать то же самое, а потом неожиданно выпалила тихое «Зайдёшь?».       Парадеев был чуть ли не на седьмом небе от счастья, когда разувался на пороге её квартиры. Мельком осматривая интерьер несильно обставленной небольшой квартирки, он медленно следовал вслед за девушкой, пока они не оказались в гостиной.       В ту ночь оба не сомкнули глаз и разошлись только под утро, когда солнце лучами заиграло на её веснушчатом лице. Саша, наконец попрощавшись, вышел на лестничную клетку и ещё долго смотрел на её дверь, отговаривая себя от идеи вернуться и наконец поцеловать.       Эти мысли преследовали его всю ночь — один раз он даже нашёл в себе смелости и придвинулся чуть ближе, отчего их локти и колени, лежащие на мягком диване, начали соприкасаться. Парадеев очень надеялся, что Лера не заметила, как его передёрнуло от одного этого касания.       Эти ночёвки стали частыми — теперь девушка не боялась звать его к себе домой, а Саша не боялся навязываться. Наоборот, сам не раз появлялся на пороге её квартиры, предлагая провести время вместе. Но было одно — никогда он не оставался там спать. Всегда, когда первые солнечные лучи появлялись на горизонте, они расходились, и Саше приходилось возвращаться домой ни с чем.       А потом однажды они, не в силах больше держаться, отключились прямо на диване. Саша проснулся первым, и удивился, обнаружив себя в чужой квартире, на чужом неудобном диване. А потом чуть повернул голову, и в таком положении и застыл — прямо перед ним, чуть приоткрыв рот и положив руки себе под голову, спала Лера. Блондинистые волосы разметались по подушке, колени были подогнуты к груди, но самое главное, что она была слишком близко к нему.       Возвращаться домой и оставлять её было равносильно тому, чтобы собственными руками всадить нож себе под рёбра. Но Саша всё-таки ушёл, стараясь успеть до тех пор, пока она не проснётся.

***

      Спустя несколько дней, когда их чат, обычно всегда пестрящий сообщениями затих, Парадеев поймал себя на мысли, что хотел бы видеть спящую рядом с собой Леру каждый день. Он готов был отдать всё за это, но мог лишь трусливо прятаться от девушки, чтобы это наваждение не снесло ему голову ещё сильнее. Хотя, казалось, что сильнее некуда.       Как выяснилось, он бы неправ. Саша понял, что его одержимости ещё было куда расти, когда поздним вечером субботы в его дверь кто-то коротко постучал. На пороге он увидел Леру, уставшую, явно только вернувшуюся со смены, и его сердце на секунду замерло оттого, каким сильным было желание поцеловать её.       Девушка молча вошла в квартиру, опустила на пол пакет с продуктами.       — Я заметила, что ты всю неделю не выходил из дома, — пояснила она, раскладывая продукты из пакета по пустым полкам его холодильника двумя минутами позже. — Не хотелось бы, чтобы ты умер от голода.       Это было правдой. Он действительно всю неделю сидел дома, просто пытаясь собраться с мыслями и не свихнуться. Но он уж точно не думал, что Лера действительно следила за его перемещениями и стала переживать настолько, что сама принесла продукты.       — Я переведу, — хрипло сказал Саша, стоя позади неё; руки пытались незаметно привести волосы в хоть какой-то порядок. — И… Спасибо. За заботу.       Саша не был уверен в том, что это было заботой. Может, его отвратительный вид вызвал в ней какой-то материнский инстинкт и она тупо пожалела его? Верить во второй вариант хотелось меньше, но он больше походил на правду.       — Пожалуйста, — тихо сказала она, замерев на секунду оттого, как близко он стоял. — Может, расскажешь, что произошло?       Саша хотел уйти. Прямо сейчас выйти в открытое окно, провалиться сквозь землю. Что угодно, лишь бы не нужно было объясняться перед ней. Но пронзительный взгляд голубых глаз, впившийся в него, стоило ей развернуться, заставил Сашу затолкать все свои желания об исчезновении куда подальше. Тяжело вздохнув, он попытался отмахнуться:       — Ничего особенного, просто устал.       Это казалось таким фальшивым, что Саша едва сдержался, чтобы не скривиться, как от зубной боли. Лера же, кажется, очень быстро его раскусила, а потому надавила:       — Это не похоже на усталость, Саш.       Парадеев был готов драть на себе волосы, лишь бы она ещё раз произнесла его имя. Зелёные глаза чуть прищурились, пока он рассматривал её сосредоточенное лицо. Он отметил едва заметную складку меж бровей, прищуренные глаза, поджатые губы — и снова пришлось собрать всю свою волю, чтобы не плюнуть на все приличия и не обхватить бледное лицо ладонями, только чтобы прижаться к пухлым губам своими.       Саша с трудом, но открестился от девушки, даже попытался выпроводить её за порог квартиры, чтобы собраться с мыслями и не наделать глупостей оттого, как близко она стояла к нему, как впивалась своим взглядом в его, как наклоняла голову и волосы беспорядочно скатывались ей на лицо — Парадееву всех усилий стоило не протянуть руку, чтобы не поправить выбившиеся пряди.       А потом Лера, когда Саше почти удалось чуть ли не силой вытолкнуть её на лестничную клетку, вдруг остановилась и, глядя ему прямо в глаза, спросила:       — У тебя что, появилась девушка?       Парадеев тогда опешил — с чего она, блять, вообще это взяла? Это первое о чём он подумал. Второе было — её что, беспокоит это?       Сердце пропустило удар, а вместе с тем тонкая нить мнимой надежды обвилась вокруг его шеи. Казалось, ещё один неверный шаг, и она затянется узлом, перекроет доступ к кислороду окончательно и с каждой секундой будет сжиматься ещё сильнее, пока он не упадёт замертво.       Саша сделал короткий шаг вперёд — на пробу. Девушка не отшатнулась, наоборот — Саше показалось, что она тоже подалась чуть ближе. Тогда он несмело протянул руку, одними кончиками пальцев убрал мешающиеся пряди за ухо, чувствуя, как вслед за его касанием её кожа покрывается мурашками. И тогда он решился.       Решительно обхватил впалую щёку ладонью, резко — чтобы не передумать — подался вперёд. Прерывисто выдохнул, когда тёплые губы попытались подстроиться под его бешеный темп — словно он пытался выразить всё, что чувствовал, но слов был не в состоянии найти. Он чувствовал, как Лера тянулась ему навстречу, как тонкие пальцы медленно и обходительно зарылись в волосы, чуть оттягивая их у корней, чем вызвала его тёплый рваный вздох. Одной рукой крепко обхватил талию, только чтобы прижать к себе в попытке не оставить ни сантиметра пространства между ними.       Саше крышу сносило оттого, что Лера, такая податливая в его руках, на всё отвечала — тянулась ближе, прижималась крепче, губы в обжигающем поцелуе кусала сильнее. Отстраняться было всё равно что петлю вокруг своей шеи затягивать, но пришлось — иначе поцелуями дело бы не ограничилось.       Смотря на то, как тяжело она дышала в его руках, Саша не смог сдержать лёгкого изгиба губ — почти облегчённого. Лера тоже улыбнулась — чуть застенчиво, пытаясь скрыть проявившийся на щеках румянец. Парадеев тогда едва устоял на ногах — настолько картина была долгожданной.       — У меня не появилось девушки, — зачем-то сказал он. Будто она и без него этого не поняла. — Пока что.       Намёк был считан мгновенно — девушка подалась вперёд, вновь утягивая его в поцелуй. И когда он чуть сильнее сжал податливое тело в руках, Лера не смогла сдержать тихого стона, Саше крышу снесло вместе с остатками самообладания — а вслед за ними слетела с тел одежда.       Саша её стонами упивался, впитывал в себя вместе с запахом её духов, который в память въелся так сильно, что ночами ему казалось, что он слышит его рядом с собой. Он на нежной коже поцелуи и укусы оставлял, лишь бы с её губ ещё больше прерывистых вздохов слетало, растворяясь в глуши его спальни.       Он пытался запомнить всё — как она в чистом отчаянии в его плечи впивалась короткими ногтями, как голову запрокидывала, как пухлые губы приоткрывались в попытке воздуха заполучить, чтобы не задохнуться от нахлынувших чувств.       И запоминал не зря — спустя несколько месяцев, когда вещи для переезда собирал, вспоминал каждое мгновение, проведённое с ней. Каждую ночь, в какую с её тела одежду мягко срывал, чтобы собственными руками ту заменить. Каждый её взгляд, направленный на него и этот блядский запах её духов, что действительно на подкорке остался, а теперь ночами ему спать не давал, пока он, от воспоминаний задыхаясь, пытался вспомнить, как дышать.       Он хотел бы, чтобы это продлилось дольше. Но всё хорошее быстро кончалось в его жизни — закончилась и она, оставив за собой лишь быстро начирканную записку и лёгкий шлейф духов, от которых у него теперь кружилась голова.       Соседняя квартира, которая раньше считалась вторым домом, вторую неделю пустовала. Хозяйка новых квартирантов ещё не нашла, может, и к лучшему. Ведь видеть там кого-то другого Саша бы физически не смог.       Когда Парадеев последнюю коробку с вещами в злосчастный лифт занёс, он подумал о том, как могло бы всё сложиться, если бы он в тот день чуть позже приехал и с Лерой бы и вовсе не пересёкся? Может, до сих пор жил бы здесь, совершенно ничего не зная о девушке, что по соседству с ним квартиру снимала.       Хотя Саше отчего-то казалось, что они бы так или иначе встретились, от судьбы не убежишь же? Если бы не лифт, столкнулись бы с утра на выходе из квартир, пока оба сонные пытались бы ключом в замок попасть. И всё равно бы общаться начали, и спать в одной кровати — тоже. Потому что предначертано.       И даже сейчас Саша запах её духов ни на что бы не променял бы. Особенно сейчас, когда двери лифта медленно закрылись и его вновь с головой окутал этот запах, словно она всё ещё здесь — рядом стоит, и в плечо ему дышит.       Когда вещи в машину были загружены, а сам Парадеев за рулём оказался, его мысли вновь куда-то унеслись. Проснулся он лишь тогда, когда ключи в дверь новой квартиры вставлял.       Когда ручка соседней двери опустилась, Саша чуть раздражённо вздохнул — знакомиться с соседями совсем не хотелось. Но почему-то он почти не удивился, когда в нос ударил запах до боли знакомых духов, а из-за двери показалась блондинистая макушка.

Может, и правда предначертано?