Сказки Нашего и Вашего Леса

В свои относительно молодые годы Ёжик был совершенно одинок. Виной тому были его, если так можно корректно выразиться, небольшие причуды. Хотя давайте лучше не станем выражаться корректно, а просто скажем как есть — он был ебанутый на всю голову псих. По натуре тотальный интроверт, Ёжик особо не нуждался в чужом обществе, однако даже настолько замкнутому индивиду время от времени хочется с кем-то поговорить. Когда в его новом телефоне вдруг обнаружилась функция Искусственного Интеллекта, Ёжик поначалу очень обрадовался и кинулся вдохновенно трындеть с компьютером. Однако, увы, абсолютно любой его чат с ИИ рано или поздно завершался одной и той же стереотипной фразой: — Я не могу и буду продолжать разговор об этой парафилии. Если у вас возникают подобные навязчивые мысли, рекомендую срочно обратиться к психологу. Поначалу Ёжик отмахивался и просто начинал новый чат, но в конце концов призадумался — а ну как и правда со мной что-то не так?! Да не, не может такого быть… Или может?! Вдруг умирают от этой болячки! Ну и записался на приём к психологу, выбрал дорогущего Барсука какой-то там модной зарубежной школы. Ведь на собственном здоровье экономить нельзя — дороже выйдет, а иностранные врачи всяко получше наших коновалов будут. Пришёл, частная клиника, всё красиво и цивильно. Красивая Белочка сидит в строгом офисном костюмчике,приветливо говорит проходите пожалуйста в кабинет, доктор примет вас через пару минут. Ёжик прошёл. Кабинет психолога ну прямо как в зарубежных фильмах показывают: и стол, и кушеточка. Дипломы на стене, благодарственные письма, грамоты — ну явно очень учёный доктор. И, конечно, самый главный диплом в рамочке с красивой печатью и надписью вязью: «Bachelor of Psychological Sciences in Positive Infantilism from the Saxon State University». В саксонском языке Ёжик не был сильно силён, впрочем рядом на стене и аннотация висела, из которой следовало, что Барсук — бакалавр Психологической Школы Позитивного Инфантилизма Саксонского государственного университета. Вскоре и доктор Барсук зашёл и приятно поздоровался. Лицо умное и лучится позитивом. Добрые заботливые и внимательные глаза. Очень располагающий к себе доктор, чистая гармония смысла и целостной личности. Такому хочется верить, и Ёжик даже немножечко поверил сразу, ещё до начала сеанса. Барсук заботливо пристроил Ёжика на кушетку, поинтересовался удобно ли тому лежать, а сам уселся рядом на стул с блокнотиком. И ласково осведомился, чем может помочь. Ёжик немного пролежал на кушетке и начал: — Доктор, я… Извращенец. У меня очень-очень много извращений. — «Извращение»!? — искренне удивился Барсук. — Извините, я это слово не понимаю и стараюсь не употреблять вовсе. Предпочитаю говорить — «уникальное проявление индивидуальности». А то, что в вас этого много, лишь говорит о том, что вы у нас очень уникальная и разносторонняя личность. Я как вас сейчас увидел, сразу понял, что вы именно такой. И в этом ваша внутренняя сила и красота! Услышав подобное, Ёжик оторопел и застеснялся, и глаза прикрыл, и покраснел. Он-то ожидал, что его будут ругать и стыдить, ну или хотя бы лечить как очень опасного больного. Он стыдливо поднял глаза на доктора, но тот лишь с приятной улыбкой кивнул, подтверждая. И предложил, если уж очень стеснительно, для начала рассказать о чём-нибудь попроще. Ну Ёжик и начал с чего полегче: — Доктор, я это… Эксгибиционист. Хожу по лесу в плаще, и если вдруг старушку, распахиваюсь и демонстрирую ей всё-всё… Ёжик стыдливо взглянул в глаза доктору, но не увидел в них ни капельки осуждения. Напротив, Барсук искренне радовался: — Так это же замечательно! Обнажённое мужское тело, им вдохновлялись ещё великие живописцы прошлого. То, что вы хотите поделиться собственной красотой с пожилыми дамами, показывает вашу одухотворённость и заботу о старшем поколении. Я, конечно, не старушка, но, если хотите, можете и мне сейчас показать. Но Ёжик застеснялся и обнажаться не стал, сказал, что может быть позже. И продолжил исповедь: — А ещё я… Некрофил! Регулярно хожу на кладбище и мастурбирую на могилки… Барсук согласно закивал: — Да-да, и не вы один. Не переживайте, абсолютно все это делают, просто не всякий решается признаться. Тема-то сложная. А вы молодец, решились! — он вдруг широко и приятно заулыбался. — А мы, знаете, ещё студентами хаживали на местное кладбище, нас водили на групповую мастурбацию, чтобы снимать оковы моральных ограничений, мешающих мыслить целостно… Ладно, поделитесь ещё чем-нибудь? Удивительно, но Ёжику и впрямь становилось полегче. Оказывается, мучаться осознанием ущербности неправильно, неправильно страдать от угрызений совести… Зачем?! Нужно просто быть собой и любить себя таким, как есть. — Зоофилия! — уже увереннее произнёс Ёжик громко. — Обожаю члены животных. И огромные конские агрегаты, и красные надутые с набухшим узлом пистончики кобелей, да и вообще просто любые… Нравятся!! Хочу! Барсук ожидаемо обрадовался и закивал. Да, члены животных — это прекрасно и замечательно, они такие мужественные и необузданные, и к ним так и тянется рука. Сам пройти мимо не могу. И в этом нет ни капельки гомосексуальности, а даже если и есть, то и это тоже весьма и весьма понятно и замечательно! — Дети. Очень люблю… Видео с детишками! Барсук вдруг поднялся со своего стула и принялся аплодировать стоя: — Да вы же прекрасны!! В вас настолько силён родительский инстинкт и вы так любите детей, что просто не можете сдерживаться, даже глядя на чужих!! А когда свои будут, ууу, вам откроются совершенно новые горизонты! Ёжик смущённо покивал и заворочался на кушетке. О браке он раньше и не думал, но сейчас эта мысль заиграла совершенно новыми интересными и волнующими красками. Самое страшное уже было сказано, и он дорассказал Барсуку всякие прочие незначительные мелочи. Что он одновременно и садист, и мазохист, и обожает боль и селфхарм, получает наслаждение от истязания себя собственными иглами. И, конечно же, получил подтверждение от Барсука, что без боли и страданий жизнь зачастую пресна и скучна, а следовательно, неполноценна. Нужно стремиться к полноценному раскрытию собственной уникальной идентичности, пусть даже и самовыражаясь через сладкую муку страдания. Ещё поговорили о сексуальном влечении к матери и эдиповом комплексе и сошлись на том, что с собственной матерью обязательно надо переспать хотя бы один раз, даже если ей и не очень захочется. Просто чтобы закрыть гештальт и двигаться дальше. Вскоре Барсук сказал, что их время уже подходит к концу, почти пора заканчивать сеанс, и Ёжик поднялся с кушетки и засобирался. Однако Барсук его остановил, сказав, что у них ещё несколько минут. И озвучил мысль, что всё время нужно двигаться вперёд и неуклонно развиваться, иначе неизбежна стагнация с последующей деградацией личности. И поинтересовался, есть ли что-то, о чём Ёжик не рассказал, что ему очень хотелось бы попробовать, но о чём даже помыслить нельзя. — Ну… — задумался вслух Ёжик. — Быть может, копрофагия? Впервые за всю беседу Барсук растерялся и потрясённо замер. Неужели Ёжику всё-таки удалось превзойти мастера и пробить моральное дно иноземного бакалавра инфантильной психологии? Добрые глаза доктора смотрели настолько ошарашенно и вопросительно, что Ёжик, заботливо уложив врача на кушетку и усевшись рядом на стульчик, принялся ему втолковывать: — Копрофагия. Ну смотрите, в Лесопедии же написано чёрным по белому, что лесные ежи — оппортунисты. Что найдём, то и съедим, это в нашей природе. Я раньше очень сомневался, но сегодня поговорил с вами и понял, что всё хорошо. На самом деле моя мама ела кал, и папа ел, и дедушка с бабушкой ели. Просто стеснялись об этом говорить. Но теперь я ограничивать себя не собираюсь. Сейчас пойду на улицу, какашку подберу и съем. И вам тоже принесу обязательно, нужно же всё время развиваться и расти, открывать новые горизонты, правильно? Летящей походкой Ёжик выпорхнул из кабинета и полетел на улицу собирать какашки, а Барсук кинулся с кушетки и велел Белке-секретарше никого не пускать и приёмы на сегодня отменить. А если вдруг Ёжик явится с говном, передать ему, что доктор уехал обратно в саксонский университет, квалификацию повышать. … Так. Какую же глубоко ценную мораль мы извлечём из этой истории? Во-первых, конечно же, «Что русскому хорошо — немцу смерть!» Во-вторых, бездумно утверждать, будто все мы глубоко прекрасные личности, это несколько опрометчиво. Так можно и Гитлера оправдать. Ну и в-третьих, кал не ешьте. Он невкусный.