Aes Triplex

Дэннис прикусывает губу, чувствуя, как чужие руки скользят по его спине. Слышит, как воздух вырывается из его рта вместе с приглушённым стоном, разбиваясь меж лицом и дверью, к которой он был прижат. Времени на раздумья нет — руки поднимаются выше, ловко поднимая подол его формы и скользя по бокам, заставляя его сердце биться быстрее, а пальцы дрожать, словно заряженные молнией. — Как думаешь, он сможет быть тихим? — шепчет доктор Эббот сзади. Когда руки сжимаются под его рёбрами, Дэннис в отчаянии щурится и прижимается лбом к двери. Никакой разницы — в кладовке темно, как в поле ночью. — Просто послушай, как он старается, — эхом раздаётся хриплый голос доктора Робби. Дэннис хочет нашуметь, просто чтобы насолить им. Может, громко и ужасно застонать, как проститутка из старого фильма, или ударить ногой по двери. В конце концов, в этой переполненной больнице, где нет места даже яблоку упасть, кто-нибудь точно заметит подозрительный шум. Здесь все — параноики. — Конечно, он ведь такой хороший, — в голосе доктора Эббота слышится усмешка. Дэннис легко представляет себе его лицо — с прищуренными, как у лисы, глазами, и довольно растянутыми губами. Зубы блестят, словно отполированный кубок. Теперь этот рот прижимается прямо к его затылку, горячо дыша над воротником и шепча вещи, от которых монахини попадали бы в обморок. Неожиданно Дэннис чувствует, как чужое колено быстро раздвигает его бёдра, а затем резко толкается вперед, так, что почти ударяется о дверь. Искры пронзают его разум, как фейерверк, и Дэннис замирает прямо так — с открытым ртом и широко разведёнными ногами. Как бабочка, пригвождённая к доске, и ничего больше. — Ты это чувствуешь, Майк? — бормочет доктор Эббот. Он отходит в сторону, и тогда Дэннис понимает, что колено на самом деле принадлежит не ему, а доктору Робби. Тот задумчиво хмыкает, а затем, напоследок сжав его под рёбрами, резко ведёт руками вниз, вплоть до бёдер. Его пальцы скользят под пояс брюк, и Дэннис едва сдерживает стон. Он чувствует третью руку на затылке. Поддаётся движению и оказывается лицом к лицу с доктором Эбботом. — Так мило, когда он старается быть тихим, — говорит доктор Эббот. Тепло его дыхания разделяется между ними, как сигаретный дым. — Я прав, Уитакер? Ты стараешься, да? — Да, да… — едва слышно отвечает Дэннис. Его голос хриплый, язык — тяжёлый и вялый. Он хочет сказать больше, хочет кивнуть, но мир перед его глазами чернее бездны, и сознание затуманивается. Единственное, что держит его на ногах, — эти проклятые руки. — Он весь дрожит, — говорит доктор Робби со смешком. Его руки мягко обхватывают бёдра Дэнниса, опускаются на живот, поджавшийся в сладкой истоме, и почти обнимают его со спины. Их тела прижимаются друг к другу, и Дэннис с готовностью отклоняется назад — туда, где, конечно же, его встречает тепло груди доктора Робби. — Он как щенок. Такой нетерпеливый, — доктор Эббот качает головой, но в его голосе слышится неоправданное… удовольствие. — Это невероятно. Ты невероятен, Уитакер. У него нет возможности ответить, потому что в этот момент губы доктора Эббота прижимаются к его, и чернота перед его глазами вспыхивает белым, затем красным, и, наконец, чем-то совершенно невероятным. Доктор Эббот настойчив — он прижимает Дэнниса к себе за затылок, прикусывает его нижнюю губу и проводит языком по кромке его зубов. Его обычная решительность никуда не девается — наоборот, её становится так много, что можно утонуть, если не быть осторожным. — Давай, Майк. Попробуй его. Доктор Робби не отказывает себе в этом. Как только доктор Эббот отступает, он крепко берёт Дэнниса за челюсть и поворачивает его к себе. Этот поцелуй не похож на прошлый, с доктором Эбботом. Если тот можно было описать как бушующий океанский шторм, то этот — как лёгкий морской бриз. Доктор Робби осторожно касается его челюсти и нежно касается языком его рта. Он кажется сосредоточенным, словно находится посреди операции, а не прячется в кладовке с двумя коллегами. — Ах, они нас заметят… — бормочет Дэннис, когда губы доктора Эббота ведут влажный след вдоль его шеи. — Нам нужно быть тише… — Боже, он боится, что у нас будут проблемы? — Доктор Робби смеётся и отстраняется. Голова Дэнниса безвольно опускается вперёд, и его подбородок упирается в горячий висок доктора Эббота. — Прелесть. — Нет, я… — Дэннис чувствует, как его брови опускаются. Он чувствует себя хорошо. Нет, он чувствует себя великолепно, он чувствует себя превосходно, он чувствует себя лучше всех. Но когда он беспокоится о том, что его могут застать в компрометирующей позе с двумя боссами, он, очевидно, думает, что неприятности явно будут не у них. Нет, с ними точно всё будет в порядке. В конце концов, это не их будущее полностью зависит от мнения других. Например… их собственного. Но вопрос в другом. Что хуже — быть пойманным, целуясь со своим боссом, или отказать ему в этом? Что является самым быстрым способом потерять работу? Честно говоря, это просто смешно. — Всё в порядке, — выжимает из себя Дэннис. Может, если ему повезёт, они примут его напряжение за возбуждение и не будут задавать никаких вопросов. — Я просто… не хочу, чтобы у вас были неприятности. — Не волнуйся, — отвечает доктор Эббот. Он явно следует своему собственному совету. — Мы обо всём позаботимся, и о тебе тоже. Правда? — Правда, — вторит ему доктор Робби. Дэннис чувствует, как твёрд он там, где его бёдра прижимаются к нему сзади. — Всё в порядке, Уитакер. Всё в порядке, думает Дэннис, когда их руки вновь приходят в движение. Доктор Робби кладёт ладонь на его пах и сжимает, но Дэннис просто выдыхает в рот доктора Эббота и закрывает глаза. Всё в порядке. Всё в порядке, и если он повторит это ещё сотню раз, это обязательно станет правдой.