Damage control

Сраный колобок. Перед ними был просто тупой сраный колобок. Вокс, от которого осталась только плоская башка, подпрыгивал по направлению к дивану, и это было бы уморительно, если бы сейчас Валентино и Вельветт не были злы на него, как никогда раньше. — Эй, слу- Вельветт захлопнула дверь. Пусть уёбок думает, что хочет, а она, как и Вал, с ним сегодня не разговаривает. И завтра. И ближайшую неделю. Или вообще никогда. Валентино положил руку ей на плечо. Зная, что есть тот, с кем можно злиться вместе, стало легче. Вместе они ушли работать, оставив своего идиотского партнёра в какой-то из мелких спален башни Ви.

***

— Куколка, это просто пиздец. — Старался что-то сказать Валентино, не поднимая лица со стола конференц-зала. — Вал, это полнейший пиздец. — Соглашалась Вельветт, параллельно стараясь худо-бедно залатать его крыло. — Он просто, блять, издевается! — Не дёргайся, тупица! Вал лёг обратно и просто начал бормотать на испанском. Вельветт, аккуратно держа расправленное крыло в руке (потому что на магию сил категорически не оставалось), старалась пристроить к нему одну ткань и поддерживающую структуру за другой, но крыло продолжало подрагивать, выдавая дискомфорт и боль, и она неудовлетворённо щурилась. Да и шарниры после того, как пришлось буквально собирать себя по частям прямо на поле боя, отвратительно болели, не до конца правильно вставшие на места. — Ты же понимаешь, что нам ещё каким-то образом нужно восстановить свою репутацию после хуйни, которую выкинул Вокс? Вельвет отлично понимала, и это было, несомненно, самой худшей частью. Сейчас хотелось упасть на кровать, закинуться обезболом, и заново пересобрать себя, но в этот раз всё прочистив, смазав и аккуратно вставив. А в процессе подумать, как починить Валу разорванные крылья. И точно не хотелось разгребать никакое дерьмо, когда ещё день назад думала, что скоро станешь богом. А ещё сильнее не хотелось вспоминать, что один придурок, которого ты считала другом, готов был вас всех убить из-за его идиотской обсессии. — Куколка? — Да, Ви, прости, задумалась. Ты прав. Нам нужно срочно выступить с каким-нибудь заявлением. Но прежде всего, сам как? — Двигать могу, летать вряд ли. Сделать шубу... — Вал попытался привычно обернуть крылья вокруг тела, — Блять! Нет, хуйня. Ну и не важно, может, так буду больше на несчастную жертву похож. — Реально. Выставим себя жертвами эгоизма Вокса... — Недалеко от правды. — .... А его вычеркнем. И скажем, что убили ублюдка. Вал скривил лицо, и сделал забавный жест антеннами, который можно было интерпретировать, наверное, как неуверенность. — Что? — Не горячись, малышка. Если скажем, что убили его, пути назад не будет, никогда не сможем с ним хоть как-то работать. Валентино сам удивился тому что сказал и отвернул голову. — А ты... Хочешь? — Не знаю. Вельветт тоже не знала. Но почему-то они же забрали его с собой.

***

Пиздец! Все просто охуели! Мрази ебливые! Вокс в бессилии старался хоть как-то выплеснуть эмоции, вот только без тела это было сделать проблематично. Ни кулаком по стене стукнуть, ни нервно прошагать по комнате, ни свалиться на диван. Разве что подпрыгнуть, и, приземлившись на экран, разбить ещё и его. Что и произошло. Только этого не хватало для полного счастья! Сейчас, когда не было видно даже комнатушки, Вокс остался наедине с собой и вынужден был заново проживать сегодняшний день. Он облажался, и облажался по полной. Как можно так глупо было просрать Аластора! Поймали на семантике! А потом ещё и не смог победить. М-да. А его так называемые партнёры? Помешали! Хотя он мог наконец всё закончить! А теперь ещё и оставили в этой сраной комнатушке без намёка на возвращение. Вокс был зол. Очень, вашу мать, зол. Вот только если лежишь неподвижно, волей-неволей остыть всё-таки придётся. И, если ты виноват, тебе вряд ли понравится мыслить трезво. Постепенно пришло осознание, что он использовал оружие массового поражения хер его знает сколько раз. Скольких он вообще убил, стараясь победить Аластора? И насколько плохо это отразилось на его имидже? Вокс даже не хотел представлять, но это всё, что мог ему предложить разум. А как это отразилось на их имидже? Что сейчас делают Валентино и Вельвет? Сколько всего им придётся сделать, чтобы не упасть в яму вместе с ним? Вокс не хотел представлять. И одновременно очень хотел знать. Хорошо, что пятьдесят возможных сценариев были именно тем, что-то мог предложить ему разум.

***

Валентино и Вельветт, вообще-то святые. Не верите? Бессердечные вы! Они, между прочим, с самого начала были за революцию, но их партнёр — бывший партнёр! — хотел просто потешить своё эго. А ещё был дураком, а ещё ничего не делал, бессовестно присваивая все результаты их трудов себе. Почему они не возражали? Да у них просто времени не было, они были слишком заняты подготовкой революции, и думали, что главное это результат, а не признание. Честно-честно. А Валентино был особенно хорош! Он много лет скрашивал ваш досуг, а теперь ещё и спас вас! Разве можно ему не доверять? Ой, спрашиваете, что с Воксом? С кем? Ой ну ладно, он жив и закрыт в темнице. А почему не мёртв? Так смерть это слишком просто для него, ему нужно страдать за то, что он сделал. А почему мы вам не покажем его страдания? Так сами же знаете, он через электронику сбежать может, вот и не подносим. И вообще, что за вопросы? Смотрите, у нас есть супер-выгодный премиальный льготный тариф для отстройки ваших домов и медицинской помощи пострадавшим. И о-очень много благотворительных мероприятий! Валентино и Вельветт заебались. Но, на удивление, вполне себе остались на плаву. Хорошо, что решили присоединиться к остальной компашке с обезвреживанием огромной бомбы, иначе вряд ли смогли бы дать прессе что-то реальное в качестве доказательства. Валентино стал лидером, и этот формальный пост Вельвет ему великодушно отдала, сославшись на то, что Вал оверлорд намного дольше, да и всё-таки мужчина, значит, ему толпа будет доверять больше, чем ей. Репутация Вокса упала на самое дно в ту самую секунду, когда он вышел из себя и убил столько же людей, сколько могло умереть при истреблении. А с помощью других Ви упала даже ниже. И винить в этом было некого, кроме самого Вокса. Валентино впервые решил с ним снова поговорить. Куколка, услышав, закатила глаза и на эмоциях сказала что-то оскорбительное. Но её рука на плече друга говорила намного больше, чем любое грубое слово. Малявка заботилась о нём, и это было, несомненно, приятно. А теперь оставалось узнать, что думает Вокс после нескольких дней в изоляции, которую, несомненно, заслужил. Каблуки стучали по полу. Валентино любил этот звук. И, подходя к спальне, где они его оставили, слышал только его, и, возможно, сердце. Цок-цок. Тук-тук. Цок-цок. Тук-тук. Скрип. Дверь, недостаточно высокая для Валентино, отворилась, представив глазам лежащий на экране телевизор прямо посреди комнаты. Из него ползли обрывки проводов, стараясь сформировать хотя бы верхнюю часть тела. Жалкое зрелище. Валентино присел на диван, и начал ждать. Проходила минута, две, пять, а Вокс всё ещё молчал. Видимо, придётся начать первым. — Стесняешься, малыш? — Хэ-эй, Вал. Ха-ха, я... Привет. Ты тут не поможешь мне подняться? Я немного застрял. Валентино скрипнул. — Вал. Молчание. — Пожалуйста, Вал. Давай поговорим. Ты же тут за этим, да? Валентино взял экран в свои руки, увидев в нём такое привычное лицо. Вокс сразу отвёл взгляд в сторону. Валентино аккуратно провёл руками по экрану, стряхивая с него пыль. Так-то лучше. — Говори. — Прости меня, Вал. — Простить тебя за что? — За то, что разрушил вашу репутацию. Вокс сказал это с такой уверенностью и дикторский мастерством, что стало тошно. Это не было искренне, это было отрепетировано. А значит, бессмысленно. Валентино думал, что у него уже не было сил злиться на этот дурацкий телевизор, но гнев заново начал заполнять разум. — И-и за то, что поддался влиянию Аластора! Я не должен был его слушать. А ещё мне не надо было создавать для вас неожиданности. И также... — Вокс сделал соблазнительное выражение лица, но без тела оно смотрелось максимум смешно — Мне нельзя было игнорировать тебя, детка. Валентино только и мог, что закатить глаза. Вокс разозлился, но сразу вернулся к плану примирения. — Это всё? — Я-я, ну, нет, но... — Забавно, что ты не упомянул, каким эгоистичным куском дерьма ты был всё это ебучее время, детка. — Блять, Вал, да я же извинился! — Потому что у тебя нет другого выбора и ты знал что именно этого мы с Вельветт и будем ждать! Валентино бросил голову Вокса на диван и продолжил: — Сраный ты манипулятор, дёргаешь, блять, за ебучие ниточки, заучиваешь текст извинения, чтобы не пришлось бедненькому открывать свои чувства. Бесишь! Валентино расхаживал туда-сюда, размахивая руками, и жалея, что в них нет ничего, что можно было бы разбить. Цок-цок. Тук-тук. Цок-цок. Тук-тук. — Может, потому что вы двое оставили меня тут на несколько дней?! Я остался без тела, у меня даже не было возможности видеть или узнать, что происходит, сука, серьёзно?! Кто так вообще делает! — Бедняжка, пролежал на одном месте пару дней, пока мы с Вель разгребали последствия твоих действий, как ты вообще с этим справился? Наверное, очень сложно было, да? Пришлось порефлексировать? Как мне тебя жаль! Валентино ждал ответа, но Вокс замолчал. В комнате, которую ждало бы разрушение, если бы спор продолжился, стало спокойно. Вокс явно хотел ответить, о, ему было, что сказать и прокричать, но, закусив губу, чтобы не ляпнуть лишнего, он молчал. Ого. — Блять, Вал, я... Бля... Я признаю, что виноват, окей? Но если мы тупо продолжим кричать, это ничего не изменит, давай сойдёмся на этом. Скажи, чего ты от меня хочешь, и я постараюсь сделать. Валентино подошёл. Цок-цок. Тук-тук. Цок-цок. Тук-тук. — Не постараешься, а сделаешь. Валентино аккуратно провёл вдоль трещины на экране. — Ладно. — Для начала сам пойми, что надо сделать. — Блять, Вал! — А пока что останешься тут. Не упади в этот раз. Выйти, выйти, выйти, срочно надо выйти. Хреновый разговор, просто отвратительный, здесь нечего ждать. У него есть Вельветт, у него даже есть Энджи, наконец понявший, где его место. И успешный выживший бизнес. До выхода три шага. Три таких коротких шага, и дверь, которую надо закрыть. Так мало. Тук-тук. Цок. Тук-тук. — Я не собираюсь лежать тут целую неделю, Вал! И Вельветт, если ты слушаешь! По крайней мере, верните мне моё тело, пока оно не сгнило, оно же наверняка где-то у вас ублюдков! Тук-тук. Что-то в голове взорвалось. — Знаешь, что с твоим дорогим телом? Спиздили! Всё, нету больше, придётся думать о нас, смирись! Я рад, что оторвал твою тупую башку от него. Но знаешь, что? Я тебе помогу. Тебе намного легче будет воскреснуть, чем восстановиться с нуля. Валентино подошёл уже в, кажется, тысячный раз. Цок-цок. Взял голову в руки. Тук-тук. Бах. По комнате разлетелось стекло.