Сердце мороза.

Бескрайние ледяные пустоши... Как же надоело видеть перед собой белые пустыни, бесконечный холод, и слышать тысячи унесенных ветром голосов погибших людей... Под ногами юноши, среднего роста, тихо поскрипывал снег. Почти изломленные сани, управляемые только веревкой в руках, были наполовину пусты. Приходилось идти пешком, таща за собой то малое, что осталось - малочисленные пайки и связка древесины. Кажется этого хватит всего на пару дней. Если затянуть пояс, то, возможно, на неделю. Несколько лет назад, город, в котором жило порядком тысячи человек, прекратил свое существование... Никто не захотел взяться за управление участком, чтобы привести его в порядок. Центральный паровой генератор вспыхнул спичкой. Прогремел взрыв. Город погрузился в хаос, а затем затих. Навечно. В тот день, единственный выживший из группы разведчиков. Молча оплакивающий троих ребят своей группы, последним усилием воли, тащил сани к родному дому. Прокручивая в голове воспоминания, дающие силы шагать вперед, мужчина ожидал встретиться с родными глазами своей сестры и матери, радующиеся его возвращению. Он считал, что то, что он смог принести из пустошей, позволит жителям хоть ненадолго, но почувствовать себя живыми. Даже сможет рассказать сказку младшей, которую прочитал из ветхой книжицы, найденной под завалами безымянной деревеньки, почти утонувшей в снегах. В ней были зеленые поля, и цветы. И дождь, что встречали с радостью в знойное лето... Жаль... Его "братья" не смогут ее услышать... По дороге обратно отряд провалился под землю... В гулкой песне метели, никто не услышал рокот земли, а когда громкий рёв накрыл группу, было уже поздно... Из-за природной чуйки, юношу всегда ставили во главу отряда, чтобы он мог быстро направлять остальных, если же группу настигала плохая погода. Кажется... Это называли помощью свыше... И в этот раз он был немногим впереди остальных, всматриваясь в заволоченную снегом даль. Мужчина усмехнулся, продолжая двигаться вперёд. Поверхность белого ковра превратилась в наст. Каждый шаг ломал корку, опуская сапог сквозь липкий снег. Было страшно не ощутить под стопой твердую поверхность. Кто знает, что под льдом скрыто. Приходилось идти сначала одному, а затем возвращаться за санями, убедившись, что они не провалятся. Люди, служившие вере, звались священниками. Капитан не хотел превращать церковь в фанатичное служение, но вера была необходима. В его родном городе как-то могли уживаться наука и религия. Священники каждый день проводили общие молитвы, но не ругались на тех, кто решил провести вечер в пабе. Именно они увидели потенциал в юноше, а капитан спустя почти три месяца, позволил ему выйти в пустошь в качестве разведчика. Кажется ему было шестнадцать... А он рвался за пределы. Последний из отряда остановился. Забравшись на снежный бархан, он увидел вдалеке дым. По записям умершего города, это должен быть Юта, что находился в кратере потухшего вулкана. Понадобиться потратить еще несколько дней, прежде чем мужчина сможет почувствовать тепло, исторгаемое генератором. Если его, конечно же, впустят... Около двух лет юноша набирался опыта, путешествуя с матерыми мужиками туда и обратно по бескрайним полям. Лазал по развалинам лагерей, деревень или каких-то сооружений, воодушевленно ища ресурсы. Он каждый раз возвращался, заряженный весельем, видя как родные его встречают и расспрашивают о том, что он повстречал. Затем собрался его собственный отряд. Время летело, а юноша справил свое совершеннолетие. Проходили года. Казалось жизнь стала стабильной и спокойной. Пищи хватало, угля тоже. Иногда, конечно же, возникали проблемы с оборудованием, инженеров снимали с прежних постов, а на полевой кухне выдавали суп. Однако... Город жил и продолжал дышать. В более морозные дни, разведчиков отправляли на угольные шахты, опасаясь посылать их в -80 за пределы города. Тогда руки становились черными, мышцы ныли от усталости, а в уши заливались речи агитатора, что подбадривал работников. Мужчина сглотнул вязкую слюну, вдыхая морозный воздух сквозь маску, скрывающую большую часть лица. Пора идти вперед. Обдумать мысли и повспоминать прошлое, он сможет и в дороге. Сани нехотя сдвинулись с места. Хорошее было время...