Переключитесь со скучных книг на интересные.

***

«Книги могут многому научить человека, но остается открытым вопрос: чему нас могут научить книги?»

— Сказки от Бога смерти.

***

Шерлок Холмс, как всегда, сидел у себя в квартире и играл на скрипке. Все было тихо и умиротворенно, потому что ничто не могло нарушить его душевный покой в этот прекрасный день, но вдруг раздался стук в дверь, и ее открыла его экономка. — Мистер Холмс, к вам посетитель, — сказала она, слегка повысив голос. — Кто здесь? — спросил он, прекращая играть на скрипке. — Жан Панагель, — сказала она. — Мой учитель географии? — удивился он и слегка преобразился, потому что всегда был рад его видеть. — Месье Паганель, вы не представляете, как я рад вас видеть. Он вошел в гостиную и увидел своего гостя, сидящего на диване. Жан был очень встревожен, что было для него необычно, так как обычно он был настроен очень оптимистично. — Мистер Холмс, рад видеть вас в добром здравии, — сказал он, вставая и обнимая его. — И я очень рад вас видеть, — сказал англичанин, не в силах сдержать эмоций. — Не хотите ли чаю? — Я был бы очень рад, мистер Холмс, но не хочу навязываться к вам. — Не смущайтесь, вы мой гость, и мой долг как английского джентльмена — проявить к вам гостеприимство, — уверенно сказал он, и они оба сели. — Я приношу извинения за причиненные неудобства, поскольку, как хозяин, я был обязан приветствовать вас. — Нет необходимости извиняться, — сказал француз. — Это не ваша вина, а скорее моя, поскольку я не сообщил вам о своем визите. — И, насколько я могу судить, причина вашего прихода сюда более значима, чем просто желание увидеть вашего ученика в том возрасте, когда вы его учили, — спокойно и уверенно спросил Шерлок Холмс. — Это так? — Да, мистер Холмс, это так, — печально согласился он. — Вы, как всегда, правы. — Что тревожит ваше сердце, мой дорогой друг? — спросил он, как врач пациента. — В последнее время я не могу вернуться в свой мир, — признался он. — Это не только ваша проблема, — сказал англичанин. — Многие персонажи не могут вернуться в книги, откуда они пришли. — Пожалуйста, не перебивайте меня, — настойчиво, с некоторой обидой, сказал француз. — Приношу свои глубочайшие извинения за причинённые вам неудобства, — извинился Шерлок Холмс, приложив руку к сердцу. — Извинения приняты, — спокойно сказал Жан. — Ваш чай, благородные джентльмены, — сказала миссис Хадсон, подавая им чай. — Большое спасибо, миссис Хадсон, — сказал Шерлок. Затем всё прошло за приятным чаепитием. Чай был чудесным и своим теплом улучшал атмосферу вокруг. — Так вот, я заметил, что это происходит постоянно, а в некоторые дни только с определённым автором книг, — сказал его учитель географии. — И, как я полагаю, месье Панагель, вы хотите, чтобы я прекратил это явление, — тихо и спокойно попросил он его. Он всегда разговаривал со своими клиентами так, словно знал, чего они от него хотят. — Да, я прошу вашей помощи, — признался он. — Вы раскрыли столько уголовных дел, что никто, кроме вас, не сможет раскрыть это, потому что вы — Шерлок Холмс! Француз сказал это не для того, чтобы польстить тщеславию британца — вовсе нет. Он искренне верил, что поможет ему, как и другим, пострадавшим от беззакония. — Господин Панажель, я официально хочу сообщить вам, что этот преступник уже пойман и будет гнить в тюрьме, как крыса, — заверил он его. — Правда? — Да, это правда, — уверенно ответил он. — Как вы, французы, говорите: «Искренность — мать правды» и служит признаком честного человека». Моё желание помочь вам найти этого урода абсолютно искренне». — О, благодарю вас! — радостно воскликнул учитель французского. Он знал, что британский детектив нашёл преступника, и всё вернётся на круги своя. Он верил ему так же, как верил в шарообразность Земли или как ирландцы верят в независимость своей страны от Британской империи. — Господин Паганель, у вас есть планы на сегодня? — с любопытством спросил подданный королевы Виктории. — Вообще-то, у меня запланирована лекция по географии для Безумного Шляпника. — Лекция для Безумного Шляпника? — спросил Шерлок Холмс. Он считал, что воспитывать таких персонажей, как Безумный Шляпник, бессмысленно, ведь он (Безумный Шляпник) с детства не занимался образованием. «Соревнования в том, кто дальше всех плюнет, — более разумное занятие», — мелькнула в этот момент мысль в голове Шерлока Холмса. — Да, думаю, я выиграю у Алексея Ивановича целый миллион, если заставлю этого идиота меня слушаться, — сказал Жан, и всё стало ясно. — Что ж, удачи вам в неблагодарном деле воспитания тупиц, но, к сожалению или к счастью, придётся отложить это мероприятие на другой день, — спокойно произнёс знаменитый британский сыщик. — Зачем мне откладывать все свои планы на вечер? — не понял француз. — Ваше присутствие там, где я буду, поможет мне, — уверенно сказал Шерлок Холмс. — А как же ваш друг и коллега, этот… — Жан не могла вспомнить его имени. — Джон Ватсон! — Для вас он доктор Ватсон, — решительно сказал британец, который очень ценил своего друга и не позволял никому произносить его имя так, словно он был просто человеком. — И он не может мне помочь. — Почему он не может помочь вам в этом деле? — с любопытством спросил подданный Второй империи. — Вы всегда работали вместе. — Да, это верно, но сейчас он в отпуске и не хочет возвращаться домой, пока не насладится всеми видами, которые Элизабет Гилберт увидела и записала в своей книге. — Он в книге «Ешь, молись, люби: один год из жизни женщины, путешествовавшей по Италии, Индии и Индонезии в поисках ВСЕГО»? — удивлённо спросил французский путешественник. — Да, он сейчас там, — кивнул он. — Я не знал, что британские джентльмены интересуются такими книгами, — сказал он. — А вы читали что-нибудь, кроме Жюли Верна? — с интересом спросил джентльмен. Член Французского географического общества смутился от его слов. Его кожа была бела как снег, а румянец — как рассвет. — Я люблю исключительно Жюля Верна, — признался он. — Конечно, мне говорили, что есть и другие, не менее достойные писатели, но я их ещё не читал. — Жюль Верн — хороший автор, но читать исключительно его — безумие, — сказал он. — А вы читали моего писателя, мистер Холмс? — спросил Жан, ожидая ответа. — Конечно, читал, и мой Артур читал его, — спокойно ответил он. У обоих джентльменов закончился чай, как у индейцев в Северной и Южной Америке. Они отставили кружки и только сейчас заметили, сколько времени прошло. — Да, мы настоящие прокрастинаторы, — грустно сказал он. — Кто мы такие? — француз его не понял. — Извините, я не совсем правильно вас понял, не могли бы вы пояснить, что вы сказали? — Прокрастинатор — это человек, который систематически и нерационально откладывает начало или завершение важных дел, несмотря на осознание негативных последствий. — ответил Шерлок Холмс. — Ладно, хватит этой пустой болтовни, друг мой, — настойчиво сказал Жан Панагель. — Давайте перейдем к обсуждению нашего плана действий. — А зачем? — спросил Шерлок Холмс, как ребенок. — Что значит «зачем»? — француз не понял его слов. — Прежде чем что-либо предпринять, нужен план. — Самый гениальный план — это отсутствие его, — сказал Шерлок Холмс, завершая. — Но, к сожалению, у нас есть план, и он довольно прост. — И что же это за план? — Мы должны попасть в книгу, которую Жюль Верн написал после «Детей капитана Гранта». И это все. — И это все? — француз не мог поверить своим ушам. — Это не шутка. — Мы, англичане, хоть и любим шутить, но знаем, когда стоит делать, а когда нет, — уверенно сказал он. — Но это не план действий, — сказал Жан Панагель. — Хм? — Шерлок Холмс спросил это в манере, в которой говорят все люди, считающие себя самыми умными, а всех остальных дураками. — Скажите, пожалуйста, что вы мне рассказали об этом книжном путешественнике? — Что он превращается в персонажей этих книг в зависимости от времени их написания, — ответил он. — А скажите, пожалуйста, как называется книга, которую французского писателя Жюли Верн написала после книги «Дети капитана Гранта»? — Ну, это всем известно, — отреагировал Жан на этот вопрос так, словно отнесся к этой задаче с лёгкостью. — Наш великий отец, французский писатель Жюль Габриэль Верн, после книги «Дети капитана Гранта» написал «Двадцать тысяч лье под водой». — Иииии… — Мы отправимся в мир книги «Двадцать тысяч лье под водой» и там поймаем преступника, который решит стать местным персонажем! — Всё правильно, дорогой коллега! — великий британский сыщик искренне обрадовался, что учитель географии понял суть его замысла. — И когда же мы начнём эти поиски? — с любопытством спросил его Жан Панажель. — Мы отправимся в этот мир сейчас, пока у вас нет возможности попасть в ваш, потому что нам лучше поторопиться, иначе он доберётся сюда раньше нас. — Шерлок Холмс, закончив фразу, встал со стула и направился к входной двери. — Пойдём, мой добрый друг, нас ждёт театр, подобно тому, как древнеримская богиня правосудия Юстиция уничтожает зло! — С огромным удовольствием жду этого представления, — сказал он, доедая последнюю конфету, которая ему безумно понравилась. Оба джентльмена вышли из дома. Мистер Холмс спокойно ждал своего коллегу, который только что появился. — Мисье, расскажите мне, пожалуйста, о вашем младшем брате, авторе «Двадцати тысяч лье под водой», — обратился к нему британец. — Зачем? — Я немного подзабыл сюжет некоторых книг вашего отца, и мне нужно вспомнить, о чём был написан этот роман в мире, в котором мы собираемся оказаться. — О? — французский учёный слегка удивился, но согласился. — Хорошо. Сейчас я вам всё объясню. — У нас мало времени, и, как сказал русский драматург Антон Павлович Чехов: «Краткость — сестра таланта», поэтому, пожалуйста, сократите свой рассказ. — О-о-о-у-у-у, — главный болтун всей Франции не ожидал, что кому-то не понравится его долгая речь. — Хорошо. Стоит начать с того, что в 1866 году моряки заметили гигантский объект, похожий на кита. Учёные решили, что это был гигантский нарвал, ранее неизвестный науке. В 1867 году Соединенные Штаты отправили экспедицию на фрегате «Авраам Линкольн» (вымышленное судно) для уничтожения опасного животного. После столкновения с объектом экспедиция потерпела крушение, а ее члены — профессор Аронакс, его слуга Консель и гарпунщик Нед Ленд — оказались на борту подводной лодки, которую они приняли за «неизвестное животное». Капитан подводной лодки представился «капитаном Немо». Он утверждал, что порвал связи с обществом и живет в океане на борту «Наутилуса». Немо пригласил Аронакса принять участие в научных исследованиях, но тот отказался. Нед Ленд постоянно пытался бежать. В течение семи месяцев герои путешествовали по всем океанам, кроме Северного Ледовитого, и пережили множество приключений. Они посетили затонувшие руины Атлантиды, охотились на кашалотов и сражались с акулами. Немо вершил правосудие, топя военные корабли. Нед Ленд предложил побег, но герои попали в Водоворот и чудом добрались до берегов Норвегии. Аронакс размышлял о судьбе капитана Немо. Согласно его дневнику, путешествие продолжалось с 8 ноября 1867 года по 23 июня 1868 года. — Что ж, от всего сердца благодарю вас за информацию, — сказал Шерлок Холмс. — Кстати, капитан Немо, должно быть, поляком, но… — болтун хотел сказать всё, что знал. — Расскажешь потом, — уверенно сказал он. — Пустите меня туда. — О, сейчас, — сказал французский учёный, подавая ему руку. — Я — Шерлок Холмс, персонажи, созданные английским писателем (врачом по образованию) ирландского происхождения, автором многочисленных приключенческих, исторических, публицистических, фантастических и юмористических произведений сэром Артуром Игнатиусом Конан Дойлем, я хочу, чтобы меня пустили в мир книги, созданной французским писателем, классиком приключенческой литературы, одним из основоположников жанра научной фантастики Жюлем Габриэлем Верном. — Я, Жан Панагель, французский писатель, классик приключенческой литературы, один из основоположников жанра научной фантастики Жюль Габриэль Верн, даю свое согласие на проникновение персонажа английского писателя (врача по образованию) ирландского происхождения, автора многочисленных приключенческих, исторических, публицистических, фантастических и юмористических произведений сэра Артура Игнатиуса Конан Дойля на территорию французской научной фантастики и приключенческой литературы под моим наблюдением, поскольку я, Жан Панагель, буду его личным проводником. Всё озарилось, словно небо после дождя, когда выглядывает солнце. Свет был настолько ярким, что герои могли бы легко ослепнуть, если бы не закрыли глаза. Но затем всё потемнело, и герои открыли глаза и увидели, что находятся на этом величественном судне. Жизнь на этом величественном судне кипела. Мощная паровая машина придавала кораблю невероятную скорость. Фрегат был оснащён современными орудиями для китобойного промысла, включая ручные гарпуны и мощные зубчатые боны. На баке возвышалась американская пушка, готовая стрелять 4-килограммовыми снарядами на расстояние 16 километров. Кормовая каюта и кают-компания собирали офицеров для обсуждения планов. — Что это за место? — с интересом спросил британец француза. — Это американский военный парусно-винтовой фрегат «Авраам Линкольн», — ответил тот. — Я же вам всё рассказал. Разве вы меня не слушали? — Нет, слушал, но воображение не нарисовало мне интересной картины. — У вас явно афантазия, — уверенно сказал французский учёный. — Что? — Это состояние, при котором человек не способен создавать мысленные образы, — начал он объяснять. — Это не болезнь и не расстройство, а особенность работы мозга, которая встречается примерно у 2–5% населения. — Спасибо, что всё объяснили, но давайте пока спрячемся и подождём незваного гостя, — настойчиво сказал он. Благодаря фантазии Жюля Верна, создавшего этот корабль, здесь было где спрятаться. Они быстро спрятались и стали ждать преступника. Ждали очень терпеливо. — Где он? — спросил Жан Панагель. — Скоро появится, — уверенно ответил Шерлок Холмс. Их терпению могли бы позавидовать многие. — Когда его не зовут, он всегда приходит, но когда его буквально ждут с распростёртыми объятиями, он не появляется. Даже их отцы (Жюль Габриэль Верн и сэр Артур Игнатиус Конан Дойль) не могли представить, что их персонажам предстоит столкнуться с такой пыткой. Но я это сделал. Ха-ха-ха, и слава мне! — Я голоден, — простонал французский учёный. — Если бы я знал, какой ты нытик, я бы ни за что не согласился работать с тобой, — уверенно сказал Шерлок Холмс. В течение этих долгих часов ожидания злодея они (в основном, правда, Жан Панагель) считали, что зря тратят время. Но оказалось, всё было не зря, потому что один из детей Жюля Верна наконец догадался. — Нам вообще не стоило его здесь ждать. — Что? — не понял лондонец. — Я тебя не совсем понял. Что ты, сдаёшься? Ты хочешь, чтобы этот бандит продолжал свой беспредел?! Правда?! Я тебя правильно понял! — Не ори, ты что, не понимаешь, кем этот ублюдок решил здесь стать? — Кем он решил стать? — Он решил стать здесь капитаном Немо. — Капитаном Немо? — Да, ну и как же я раньше не мог договориться? — хлопнул себя по лбу француз. — В конце концов, капитана Немо все любят за его таинственность, за его миссию и за его отношения с героями. Исследователь глубин и изобретатель «Наутилуса», он сочетает в себе силу воли и жестокость с заботой о мире». Немо спасает водолаза, помогает борцам за свободу, защищает океан и мстит британцам. Он демонстрирует Аронаксу чудеса «Наутилуса», но не доверяет ему. Он близок с командой, но его сложные отношения с Недом Лендом приводят к его побегу. — И что же нам делать? — спросил он. — Нам нужно добраться до главы, где этот капитан Немо впервые появляется». — А в какой главе он появляется? — с любопытством спросил Шерлок Холмс. — Он (капитан Немо) появляется в главах с 8 по 19 романа Жюля Верна «Двадцать тысяч лье под водой». Профессор Аронакс, его слуга Консель и китобой Нед Ленд попадают к нему в плен на борту подводной лодки «Наутилус». В следующей главе герои входят в тёмную комнату, отделанную металлом, где их встречает высокий, красивый и благородный мужчина, представляющийся капитаном Немо (лат. «никто»). — Очевидно, тот, кто сейчас играет капитана Немо, боится своего отражения в зеркале из-за своей невыносимой уродливости, — саркастически заметил он. — Это вряд ли, большинство современных писателей не любят приписывать внешнюю уродливость моральным качествам, — уверенно заявил Жан Панагель. — Тогда кто же это мог быть? — спросил он. — Не знаю, — честно и открыто признался француз. — В любом случае, кто бы это ни был, он уже был бы трупом, — уверенно заявил Шерлок Холмс. — Не сомневаюсь! — сказал Жан Панагель, отпивая немного пива. — Пойдёмте на подводную лодку, — британский джентльмен протянул руку, ожидая слов от французского учителя географии. — Слава всему учёному миру! — сказал Жан, взяв его за руку. И снова яркий свет. Он (свет) был таким необычным явлением, словно оба этих джентльмена и не выходили из пещер. И так же, как в первый раз, свет быстро погас, словно кто-то задул свечу. — Добро пожаловать на борт корабля «Наутилус»! — уверенно заявил Жан. — Неплохой корабль, — Шерлок Холмс огляделся, словно турист в незнакомой стране. — Я знал, что вам понравится, — сказал он с улыбкой. — М-да, мне очень нравится этот корабль, — он начал ходить взад и вперёд. — Мы, англичане, знаем толк в судостроении! — Мы (французы) тоже кое-что об этом знаем, — сказал Жан. — Прежде чем этот злодей появится, рассказать вам всё об этой подводной лодке? — С удовольствием выслушаю вас, месье, — сказал он ему. — «Наутилус» — символ приключений и науки из романов Жюля Верна, — сказал Жан Панажель, а это был Шерлок Холмс. — Он мог развивать скорость до 50 морских миль и погружаться на глубину до 16 километров, что было впечатляюще для XIX века. На борту были система опреснения пресной воды и вентиляция. Длина судна составляла 70 метров, ширина — до 8 метров, корпус был двухстальной для прочности. Надстройка могла быть утопленной, а балластные цистерны контролировали глубину. «Наутилус» использовался для научных открытий и вдохновлял читателей на протяжении веков. — Ух ты, впервые вы сказали всё кратко и по делу, хотя я просил вас не говорить лишнего, — удивился Шерлок Холмс. — Я только учусь этому, — с улыбкой сказал Жан Панагель. — Мы обсудим ваши успехи позже, а сейчас нам нужно спрятаться, — глаза англичанина искали место, где можно было бы спрятаться и одновременно за всем следить. — Хорошая идея, друг мой, — с улыбкой сказал учёный. — Спасибо, твоему создателю за то что вложил нужные мысли в голову, когда тебя создавал, — похвалил он друга. Они стали ждать преступника, напугавшего весь литературный мир. Ждали, и на этот раз не так долго, как прежде. И вот наконец увидели парня с высокими тонкими каштановыми волосами, один висок которого — совершенно седой, из-за чего он выглядит старше своих лет. Они не могли поверить своим глазам. — Это Холден Колфилд! — закричал Жан Панагель. — Что здесь делает персонаж, созданный Джеромом Дэвидом Сэлинджером?! — закричал Шерлок Холмс. — Что? — Холден Колфилд повернулся к источнику звука и увидел наших главных героев. Только сейчас они поняли, какие они идиоты. Холден увидел их в убежище в виде стола, накрытого простыней. — Привет, Гальдон, как дела? — спросил Жак Паганель, чувствуя себя неловко. — Мы давно вас не видели. — Уходите! — крикнул он и обернулся капитаном Немо. И с этими словами он убежал от них. Француз и британец вышли из-за стола и бросились за ним. — Почему я раньше не догадался? — в порыве гнева спросил себя британец. Ростом он был больше шести футов, худощавого телосложения. Из-за необычной худобы герой казался ещё выше, с острым, пронзительным взглядом, с тонким орлиным носом, придававшим его лицу хищное выражение, с квадратным, слегка выступающим подбородком, говорившим о решительном характере, с серыми глазами. — Je n'aurais jamais cru qu'il était un mauvais garçon si je n'avais pas vu ses actes de mes propres yeux, — сказал француз, вылезая из-под стола. — Что? — Я сказал по-французски: Я бы никогда не поверил, что он плохой мальчик, если бы не видел его поступков своими глазами, — ответил он британцу. — Это у них в крови, — сказал Шерлок. — У кого и что в крови? — Подростки-бунтари чаще нарушают правила чаще всех, — ответил Шерлок Холмс. — А учитывая характер Холдена Колфилда, неудивительно, если он станет преступником. — А какой у него характер? — с интересом спросила Джин Панагель. — Вы серьёзно не знаете его характер? — Я даже первую главу его книги не дочитал, да и встречался с ним редко», — признался он. — Тогда что слушайте меня внимательно, если хотите узнать о характере этого преступника, — настойчиво сказал он. — Холден Колфилд из «Над пропастью во ржи» Дж. Д. Сэлинджера бунтует против общества, учителей и родителей и не любит, когда ему указывают, что делать. Холден носит охотничью шапку кверху дном, чтобы показать, что он другой. У Холдена ярко выражены отрицательные черты: он часто раздражается, действует необдуманно, беспечен и порой бестактен. Он не любит школьные предметы. Но у Холдена есть и хорошие качества: он искренний, чуткий, сострадательный и мечтает защитить детей от лицемерия взрослых. Он хочет, чтобы дети оставались чистыми и наивными. В конце книги Холден меняется: он становится спокойнее и терпимее, начинает ценить доброту и хорошие манеры. — Почему он сейчас так зол? — Откуда мне знать? — растерянно спросил Шерлок Холмс. — Спроси его сам. — Хватай его сам. — Жан Панагель, казалось, о чём-то задумался. — У меня есть идеи! — Стой! — крикнул Шерлок Холмс, и Жан Панагель исчез. — Не уходи. Но француз не послушал его и исчез. После него остались только ощущение предательства и бело-жёлтые облака. — Ну почему, эти французы никогда не умеют работать так, как мы, англичане! — ​​Шерлок Холмс начал истерически злиться. — Мы умеем работать! — гордо заявил француз, только что появившийся с ярким светом. — И работают они не хуже вас, английских угнетателей или немцев, — добавила незнакомка. — Кто вы? — спросил он её. — Я Мэри Грант, дочь шотландского капитана корабля «Британия» Гарри Гранта! — гордо сказала она с шотландским акцентом. — Это очень здорово, но чем вы нам поможете? — он не понял смысла действий Жана Панагеля. — Холден Колфилд любит детей и хочет их защитить, сказал он, верно? — Верно, — кивнул он. — Главную угрозу для детей он видит в злых и осуждающих взрослых, верно? — Совершенно верно. — Поэтому мы устроим театрализованное представление, где будем бить Мэри, а он попытается её защитить и попадётся в медвежьи капканы. — Мисье, ваш план гениален! — Шерлок Холмс был поражён ходом его мыслей. — Это гениально. — Так, приступим к работе! Мэри лежала на полу подлодки. Джин и Шерлок расставили вокруг них ловушки, спрятав их в других предметах. Затем они начали избивать Мэри. Она кричала от боли. — Помогите! Спасите меня! План не заставил себя долго ждать. Появился фальшивый капитан Немо и выстрелил. — Руки прочь от неё! Но они не слушали. Тогда Холден Колфилд открыл огонь по ним, целя в головы. Джин Панагель и Шерлок Холмс упали на землю, словно марионетки, которым перерезали ниточки. Он подбежал к девушке и остановился. — Умно вы придумали, — сказал американец с лукавой улыбкой. — Какой умный мальчик! — воскликнул Жак Паганель, вытащил из куртки пистолет и выстрелил. — Аааах! — закричал он от боли. — Вот так! — крикнул Жак. — Получи по заслугам! — Это ещё не конец! — крикнул мужской персонаж, созданный американским писателем. — Ты уверен? — крикнула Мэри Грант, пиная медвежьи капканы. Она подбежала к нему, схватила за волосы и начала тянуть вниз. Она отпустила его и ушла, когда его ноги запутались в капканах. — Не-е-ет… — Нет, нет, да! — дерзко заявила Мэри. — Пожалуйста, не раскрывайте мою тайну, — взмолился Холден Колфилд. — Зачем нам договариваться с преступником? — высокомерно спросил знаменитый сыщик. — Вы преступник, и всё тут, — добавил Жак Паганель вслед за своим британским другом. — Да, моё вмешательство в ваши миры было незаконным, но, послушайте, я ничего плохого не сделал! — заверил он. — Я просто хотел хоть на мгновение стать кем-то другим, чтобы перестать быть Холденом Колфилдом. — Но зачем? — спросила Мэри Грант. — Потому что… — американский подросток почувствовал невероятный стыд и страх сказать такое. — Мне не нравится книга «Над пропастью во ржи», это очень переоценённая книга. Мой персонаж очень скучный, и мне не нравится эта книга. — Аааах! — никто из присутствующих не мог поверить своим ушам. — Вам не нравится ваш автор и его произведения? — Шерлок Холмс не поверил. — Конечно, я встречал людей, которые критиковали произведение своего автора, но впервые вижу, чтобы кто-то так ненавидел своё произведение, как ты. — У меня нет слов, — сказал француз, касаясь его руки. — Хотя нет, у меня действительно есть пара слов: он прав, книга действительно скучная, и её в своё время сильно переоценили. — Жак, ты пытаешься его оправдать? — Шерлок Холмс не на шутку встревожился. — Нет, но он прав, книга очень плохая. — Неважно, что это за книга, главное — уважать её автора, — уверенно сказал он. — Что ж, завтра будет поистине интересный судебный процесс, — с наслаждением сказала Мэри. — Это будет так же интересно, как история Лоуренса Джона Уоргрейва, убившего девять преступников, — сказал Шерлок Холмс. — А кто такой Лоуренс Джон Уоргрейв? — спросил его французский друг. — Это шутка? — Нет, я не знаю, о ком вы говорите. — Ну тогда слушайте меня внимательно и не перебивайте. — Я слушаю. — Это мой хороший друг и персонаж детективного романа Агаты Кристи «Десять негритят». Это старый, больной, хитрый человек, бывший судья, одержимый идеей неотвратимости наказания. — И он будет судить меня? — спросил Холден Колфилд, заикаясь от страха. — Да, он будет судить тебя по всей строгости закона, — уверенно ответил Шерлок Холмс. — Не бойся, он может быть жесток, но справедлив.

***

На следующий день начался суд над Холдена Колфилда. Его обвинили в том, что он тайком проникал в другие миры и жил там как местный. Это казалось невероятным, но доказательства были убедительными. Суд проходил в английском стиле, потому что судья, Лоуренс Джон Уоргрейв, был из Великобритании. Здание суда выглядело очень торжественно и строго. У него был красивый северный фасад с башенками, арками и окнами. Входные двери здания украшали резьбой. Они были сделаны из светлого камня, который выглядел очень красиво и аккуратно. На шпилях двух центральных башен стояли статуи важных людей: Моисея, Альфреда Великого и Соломона. Они, как будто, охраняли справедливость. Над входом для судей были статуи кошки и собаки. Они символизировали вечную борьбу защиты и обвинения, которая всегда есть в суде. Внутри здания были широкие коридоры, где шаги людей звучали громко, и красивые окна с цветными стеклами. Они пропускали мягкий свет, и всё это создавало атмосферу важности и торжественности. — Пожалуйста, сохраняйте молчание, — объявил судья из романа Агаты Кристи «Десять негритят». — Сегодня суд докажет, виновен ли Холден Колфилд в незаконном проникновении в чужие произведения. Все молчали и, как собаки, слушали приказы хозяина. Они держали все свои мысли при себе и выжидали. — Сначала обвинение, — сказал мистер Лоуренс Джон Уоргрейв. Обвинение не было убедительным. Каждый персонаж детского стихотворения или взрослого произведения (например, Гринч и Дмитрий Нехлюдов) выходил и говорил о том, как хотел бы вернуться домой, к родным книгам, но из-за него не мог. — Теперь, как судья Лоуренс Джон Уоргрейв, я предоставляю право голоса защите, — объявил он. Защита была очень слаба и не смогла привести ни одного аргумента в защиту Холдена Колфилда, кроме того, что, заглянув в эти книги, он ничего плохого не сделал. Холден был благодарен Безумному Шляпнику, Грегору Замзе и другим персонажам за то, что они пытались защитить его, но для всех присутствующих на суде их мольбы были меньше пустых слов. Судебный процесс затянулся, и в результате Холден был приговорён к столетию домашнего ареста. Он не мог покинуть пределы своего мира, созданного американским писателем и классиком американской литературы XX века Джеромом Дэвидом Сэлинджером. Многие персонажи (включая Шерлока Холмса и Жака Паганеля) часто приходили к нему за моральной поддержкой, но были бессильны что-либо сделать, ведь слёзы не помогут искупить грехи.

Конец.